Don’t dream it

Джей снова распинался про Рокки Хоррор. Как Time Warp качает и как же тот чувак, что все это насочинял, был накурен, как было классно то, как той рыжей цыпочке прописали лазером между сисек.  Молчаливого Боба начинало от этого подташнивать. Я имею ввиду, конечно, фильм хорош и все такое, но не настолько же. Почему Джею это так нравилось.  “Ты поймешь, о чем я, чувак, когда мы пойдем в туда в субботу”. Идем? Куда? “На Rocky Horror Picture Show, долбоеб. На вечер с участием зрителей”.  Боб выглядел неубедительно. “Это же было бы круто, кидать всякое дерьмо в экран и переодеваться и орать матом. В кинотеатре, чувак! Когда еще мы сможем это сделать и не быть вышвырнутыми к черту?” Боб пожал плечами. Может быть.   С того момента как Джей настоял на том, чтобы они нарядились, Боб стал собирать не-слишком-плохой костюм Эдди. Кожаная куртка, джинсы, футболка – не слишком сложно, на самом деле. Он не хотел заморачиваться, но он думал, что должен, потому что это было важно для Джея.   Джей в отличие от Боба держал свой костюм в абсолютном секрете.    Боб бережно рисовал буквы на своих костяшках. L, O, V E. Одна готова. H, A, T – Он услышал скрип открывающейся двери в спальне Джея. Он оглянулся, ожидая увидеть Джея в добротном костюме Рифф Раффа. F для FUCK.  Еба. Ный рот. Сперва его мозг отрубило от перегруза информацией.  ЭТО… НЕ… ОН… блять?? Что?? Затем отрывки информации стали просачиваться в его мозг. Ноги.  У Джея были ноги. Ну, конечно у Джея были ноги, Боб об этом знал, он всегда знал об этом. Но он никогда не знал, на сколько блятьахуенными были его ноги.    Подвязки. О боже. Джей носил пояс с подвязками. А на подвязках, блять, сетчатые чулки. И на нем не было ни одного безопасного места, которое можно увидеть, когда ты начинаешь с его ног, затем идешь ниже, ниже и ниже, чтобы найти необычайно высокие каблуки. Или выше, выше и выше к черному атласному белью блятьблятьблятьблять.    С титаническим усилием Боб перевел глаза на то, что ему представлялось более безопасной территорией – лицо Джея. Но он ошибался. Очень ошибался.  Джей мог сделать свой макияж громоздко, преувеличенно, карикатурно. Если бы только он мог – если бы Боб мог засмеяться и саркастически сказать Джею какой он «красавчик». Но с тем, как Джей это сделал, сарказм был невозможен.  Выглядело так, будто Джей нанес на себя это нервно, неверной рукой. На нем не было тонального крема. Но его веки были дымно-темными, ресницы ощетинились стрелками, а губы были ежевично-темного цвета. Джей, видимо, не нашел жемчуга и подходящего корсета. Тот, что он надел был… черным, кружевным… и без бретелек. И он был слишком коротким для него, оставив полоску бледной кожи между собой и началом черного атласа -  очертвозьминесмотритуда. Боб перевел глаза вверх снова. Волосы. Посмотрите на его волосы. Они были такими же как всегда, это точно. Но блять, все, что Боб мог думать это те разы, когда он случайно их касался, с дружеской ли невинностью и какое бы удовольствие он бы получил, если бы коснулся их сейчас.    И все это пронеслось в голове Боба с космической скоростью, что было достаточно, чтобы Джея затошнило от бесконечного ожидания ответа. Что ж, Джей сам был ответом.   “Чувак, ты выглядишь так, как будто ты обосрался”. Боб по-настоящему начал отступать.    “Эй, только потому, что я выгляжу как сладкий педик, не значит, что я на тебя вскочу или что-то типа того.” Слова “вскочу на тебя” вползли в мысли Боба и превратились в картины того, как Джей пихает его к стене, прижимает… облизывает ему ухо… Откуда берется эта хуйня??? “Чувак, если ты настолько в ахуе, я могу уйти и переодеться во что-нибудь менее открытое” – сказал Джей, подтягивая корсет чуть выше, чтобы сохранить остатки скромности. Боб попытался кивнуть, но к своему ужасу обнаружил, что энергично качает головой.   “Снуууганс”, - протянул Джей, с явным удовольствием осматривая себя. – “Должно быть я буду телкомагнитом в этом прикиде”.   Если бы Боб ел, он бы подавился. Если бы он поднял ручку, он бы снова уронил ее на землю. Как бы то ни было, все, о чем он мог думать это то, как болели его брови, взлетевшие к волосам. “Че?” – раздраженно сказал Джей. “Телочки любят это дерьмо. Уж поверь мне. Если ты хочешь цепануть Рокки-цыпочку, ты должен иметь разъебный костюм. Джей похотливо ухмыльнулся. И чем лучше костюм, тем больше будет телочек. Кстати, я одолжу твое пальто? Потому что я, черт возьми, не выйду на улицу, знаешь ли, в этом...”   Боб только беспомощно кивнул. “Спасибо, сучка.” – Джей проследовал в комнату Боба. Молчаливый Боб возвел глаза к небесам и взмолился: Пожалуйста, Господи. Помоги мне справиться. И там далеко Бог улыбнулась. О да, он справится, подумала Она. Конечно, он справится.   Пока они шли до автобусной остановки, Боб был слишком напряжен. Его мозг гудел, строя планы, что он будет делать, если кого-то оскорбит наряд Джея и до них начнут докапываться.   Джей был полностью расслаблен, несмотря на то, что он разгуливал по улице в макияже, пальто, чулках в сетку и высоких каблуках.    Блять, подумал Боб. Когда он только научился на них ходить?   Они пришли как раз в то время как приехал автобус.   Поездка для Боба оказалась сплошным мучением. Джей говорил как обычно то же дерьмо, что и всегда и с той же головокружительной скоростью, что и всегда, но… звук его ног, которые сновали туда-сюда и отплясывали его привычно-безумную Джей-дрыгу был ужасно другим в каблуках. Это было так громко и резко. Это все, что слышал Молчаливый Боб. И это делало невозможным для его воображения, даже когда он остервенело пялился в окно, представить, что Джей одет как обычно.     К тому времени как они приехали, показ только начался.  Нет, не начался. Потому что фильм пока еще не показывали. Вместо этого на сцене стоял какой-то чувак, кричащий о девственниках и Джей пихнул плечом Боба сказав: “Тащи свой зад туда”   Что? “Тащи свою задницу на сцену, придурок, ты же девственник”. Молчаливый Боб окинул Джея недоверчивым взглядом. “Рокки-девственник. Давай, пиздуй, все девственники должны это сделать”. Сделать что?   “Давай-давай” – Джей толкнул его в проход. Боб нахмурился и нервно посмотрел на Джея. Джей выжидающе указал на сцену.   Боб тяжело вздохнул и поплелся вверх по ступенькам на сцену. Там он присоединился к фриковато одетым людям неопределенного пола.    “Итак,” – начал ведущий, - “что я собираюсь сделать? А я собираюсь дать микрофон каждому из вас, чтобы вы издали звуки человека противоположного пола -  занимающегося сексом. Лучший получит награду.” С нечеловеческой скоростью Боб бросился за кулисы.  Он стоял незаметно, тяжело дыша. Ни за что. Ни за что блять он не произнесет ни звука на этой сцене. Молчаливый значит молчаливый. Стратегически расчетливо он ожидал конца унизительной церемонии и когда все девственники толпились у края сцены, он ловко вырвался из черных портьер и присоединился к ним. Боб беззвучно выдохнул, садясь, проигнорировав ядовитый взгляд Джея.  Как он и ожидал, через минуту Джей уже улыбался. Наконец-то фильм начался и толпа стала синхронизированно перебивать звуковую дорожку.    “Давным-давно, в далекой-далекой галактике, Бог сказал: ДА БУДУТ ГУБЫ! И они были, и как же они были хороши.” Боб снисходительно поднял брови, оценивая отсылку.  “ЗВЕЗДНЫЕ МАТЬ ИХ ВОЙНЫ” – радостно завопил Джей. “Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛ, ЧТО ЭТО БОЖЕСТВЕННОЕ ДЕРЬМО?”   “Где твоя чертова шея? Где твоя мать ее шея??” Ладно, достаточно шуточек про шею. Да, у криминалиста не было шеи. Это было смешно первые два раза, думал Боб, но сейчас это начинало раздражать.  Джей, конечно, от этого тащился.    “Подержи-ка это.” – Джей протянул ему что-то, выскочил в проход и очутился на сцене.  Бутерброд. Откуда у Джея бутерброд? Зачем ему бутерброд? Боб нахмурился, стараясь не выглядеть обеспокоенным Джеем, отплясывающим Time Warp с необычайным энтузиазмом и рассеянно съел его тост.   “Подожди, Дженет, мы же не ходим вмешиваться в эту вакханалию”. “Брэд, но это же не младшая торговая палата”. Джей скользнул к нему и протянул руку.  “Где мой бутерброд?” – сказал он.  О боже, бутерброд. Он не хотел брать меня за руку. Ох. “Так что, жиртрест? Я тебе его на время дал.” Боб аккуратно вытряхивал крошки из бороды. “АХ ТЫ СУКА! ТЫ АХУ…”   “Я здесь, тебе не о чем волноваться” И в эту же секунду люди запели вместе с Дженет о приезде Фрэнка. И Джей был весь там, на сцене и на экране.   Спасен, поющим трансвеститом. Какой же блять сюрреализм.   Антракт? Какой нахуй антракт? С какого перепугу на фильмах сейчас есть антракты? Боб купил шоколадный рожок и злобно съел его в три укуса. Примерно через минуту сработал его J-датчик и ноги сами его понесли к Джею, болтающему с двумя популярными Рокки-телочками. “Вы сами их сделали?” – сказал Джей. “Блять, ну точь-в-точь как в фильме.” “Все, что я сделала, это пришила несколько блестящих ленточек к обыкновенным черным шортам”, - сказала девчонка, одетая как Колумбия. “Это раз плюнуть”. “Но это же крутизна!” – настаивал Джей. Затем он обернулся к той, на ком был только белый лифчик, мини-юбочка и высокие каблуки.  “А ты,”- сказал он серьезно – “какая милая шлюха из тебя получилась”. Девчонка хихикнула. Боб закатил глаза. Только на Рокки девушкам нравилось, когда их называли шлюхами… Удрученность Боба росла и он излучал угрозу. “Колумбия” это заметила. “Эй, ты знаешь этого парня?” –прошептала она, тыча пальчиком позади Джея. “Он выглядит стремно”. Джей обернулся и увидел маячившего сзади Боба. “Толстяк!” – сказал Джей, с удовольствием оглядывая его.  “Леди”, - сказал он, “познакомьтесь с моим гетеробратаном, молчаливым Бобом”. Боб не сдвинулся с места.  “Эй, ну давай, скажи привет девчонкам”. Боб все еще не двигался. “Дженет” нервно усмехнулась.  “Эм, ладно, нам нужно идти…” – сказала она.  “Дааа…”, сказала “Колумбия”, которая как и ее подружка чувствовала исходящие от Боба негативные “Проваливай отсюда” вибрации.  “Увидимся, Джей.” Джей раздраженно обернулся на него.  “Что за хуйня только что была?” – спросил он.  Боб кинул на него нечитаемый взгляд и ушел.  “Бляха муха” – Джей мотнул головой и ушел искать людей, с кем можно было потусить остаток антракта.    О нет, только не секс-сцены… Боб уже имел дело со сценой Фрэнка и Дженет, но он знал, что следует за нею…о боже… о божебожебоже… Фрэнк и Брэд. Только не это. Не это. Он уже видел это на кассете и окей, это было нормально, это комедия, это смешная фигня, ха-ха-ха… Больше не смешно. Ни то, что Джей делал с ним сегодня вечером. Ни то, что делали Фрэнк и Брэд за голубой простыней.   Но Джей был в восторге, боже, он аплодировал, смеялся, выкрикивал реплики, которые он знал наизусть. Боб чувствовал, что его горло сжимается, а голова невыносимо кружится.   Давай, заканчивайся уже…     “Не мечтай об этом… будь этим”     Ооох… Это было совершенно не так, как они смотрели этот фильм дома. Была огромная разница между тем как куча людей лапает друг друга, целуясь в бассейне на экране и смотреть то же самое вживую на сцене… и причем именно на этой сцене не было выкриков из зала, на которых можно было бы отвлечься.   Боб украдкой глянул на Джея. Тот вальяжно откинулся на спинку кресла, скрестив ноги (его ноги, чертпобери), широкая ухмылка Джея была тревожно искажена этой темной помадой.   Ох, блять…   Боб уставился на слово HATF на своих костяшках, стараясь вообще ни о чем не думать.   К тому времени как начались субтитры, Боб знал три вещи: 1. У него очень, очень серьезное чувство к Джею 2. Джей точно не может быть полностью натуралом и если Боб правильно угадывал очевидное, мог иметь такое же серьезное чувство к нему 3. Он блять ненавидит этот фильм Но то, что он точно не знал, так это то, что делать дальше. Однако это стало ясно, когда он посмотрел на сиденье рядом и нашел его пустым. Что же ему делать? Найти Джея. Защитить Джея. Возможно позже попробовать поговорить с Джеем.  Эх, говорить.   Боб нашел Джея, у которого был своего рода спор с двумя другими парнями, кто из них больше фанатеет по Рокки Хоррору. Джей проигрывал. Прежде всего у него не было DVD 21 годовщины выпуска или оригинальной лондонской записи, или оригинальной записи Рокки, или календарика, или двойной кассеты с участием зрителей, или специальных подтяжек-ремней Рокки, или даже книжки Рокки Хоррор. Все это, парень, одетый в золотой костюм Рифф-Раффа, утверждал, что имеет.    “Но я новичок во всем этом!” – сказал Джей, поднимая руки в свою защиту. – “У меня нету всего этого дерьма. Но клянусь, к следующему Рокки-ночи это все у меня будет”. “Ловлю на слове” – сказал парень в костюме Рифф-Раффа. На автопилоте Боб подумал, что это мог бы быть и костюм Мадженты. Они были одеты одинаково в той сцене вроде? “Ты ужасно обделен!” – сказал парень, одетый в Рокки, которого совершенно не смущал его костюм, состоящий из одних золотых трусов. – “Мы должны затусить вместе и посмотреть издание к двадцать пятой годовщине. Там лучшие интервью.”   Боб снова замаячил на горизонте.  Парни заметили это и начали отступать. “Ээм, вообще, не о чем беспокоиться…” – сказал парень в трусах. – “У них все то же самое и в двадцать первом издании, так что…” – и на этой ноте они испарились.   Джей обернулся. – “Ты опять это сделал!” – осуждающе протянул он. – “Что с тобой сегодня блять не так, мужик?” Боб мрачно зыркнул на него и опять ничего не сказал.      “И тех сучек ты тоже напугал, что это вообще за хуйня? И тех чуваков, они были нормальными, а ты как бука напугал их до усрачки! Что, мне не позволено быть иметь друзей кроме тебя? Ты хочешь, чтобы я был только твой?” Джей ныл яростно и упорно всю дорогу. Боб оставался стоически терпеливым. Из опыта он знал, чтобы получить слово, Джею нужно позволить выговориться. Что может занять некоторое время.  Боб был терпелив. Джей его долго учил этому.    Они были дома, а Джей все еще разглагольствовал, топая в свою комнату.  Боб смотрел на маленькие отпечатки, оставленные каблуками Джея. Через череду приглушенных проклятий он услышал щелчок расстегиваемого ремня и удар в стену. Джей снова завелся.  “И знаешь что еще? Ты блять захавал мой тост”.  Долгая пауза.  Боб все еще был одет в Эдди.  Джей был в джинсах и без футболки, все еще в макияже.  Боб открыл рот и в первый раз за эту ночь заговорил. Ты знал, что Фрэнк спал с Эдди?   “ЧТОЗАНАХУЙ?” “Сначала ты кинул меня ради Эдди, а потом выкинул его как старое пальто ради Рокки. Это сказала та рыжеволосая девка.”  Боб продолжал говорить, пытаясь не подражать возмущенному тону Колумбии.   “Фрэнк бросил ее из-за Эдди. Я никогда раньше не думал об этом.” Джей перенес вес с одной ноги на другую. В комнате повисла некомфортная тишина.  “Я тоже об этом не думал”.  “Правда? Ты выбрал Фрэнка не потому, что знал, что я Эдди?” “Что за хуйня, чувак…” “Ты избавишься от меня как от старого пальто ради того блондинистого в золотых трусах?” “Эй, ублюдок, я не пидор – “ “Я знаю. Но и не натурал.” “ЧЕРТ ПОДЕРИ НЕТ! Я люблю женщин, я…” “Я видел как ты флиртовал с теми парнями, Джей”. “Вот дерьмо, это было не…” “Джей, ты помнишь, что сказал Руфус?”   Джей кинулся к нему, занимая все пространство вокруг.  “Не смей, черт побери, вспоминать это, ты, ты…” Слова остановились, а Джей продолжал дышать.  И они оба дышали, дышали громко, злобно, вдыхали и выдыхали, их лица были слишком близко, они дышали и дышали друг другом.    И все, о чем Боб мог думать это ежевичные губы и бледная впалая грудь, как он все, дурак, испортил навсегда, но держался. Джей должен был отступить назад, назвать его жирным пидором прямо сейчас, но вместо этого он был здесь, дышал, дышал, и блять, что это было, если не похотью, расплескавшейся в этих радужках, тогда Боб был бы безумцем. И Джей только собрался ускользнуть, избежать ситуации, которой не мог выдержать, золотистые волосы хлестнули Боба по лицу, рефлекс кинулся ему в кровь и он поймал Джея за запястье и крепко сжал.    И Джей зашел так далеко, как только мог, держась за Боба, рывком он остановился, наваливаясь на Боба и целовал его, целовал его, языки, вожделение, бог, любовь, иисус, блять. Острота. Плавление.  Щетина. Граница. Воздыхание. Вихрь.  Бархат. Фрикция. Поцелуи. Бедра. Плюмаж. Децибелы. Пьянство. Притяжение. Качание-горение-скольжение К Р И К Головокружение Рыдание Перезагрузка Дыхание   Дыхание   Дыхание   Дыхание   Дыхание   Дыхание друг другом