Elusive

Лейтенанту полиции Чон Чонгуку уже за тридцать. В жизни он придерживался простого принципа: верность закону важнее любой привязанности. Дом и семья для него были чужды. С детьми у них с супругом так и не сложилось, и, по правде говоря, альфа особо не стремился что-то изменить. Спустя пять лет «счастливого» брака его омега подал на развод, не выдержав вечной занятости Чонгука на посту стража порядка. Альфа принял расставание как должное, с невозмутимым видом. Вероятно, он никогда по-настоящему не любил своего мужа. В сказки об истинности мужчина перестал верить ещё в детстве. Для него брак был скорее обстоятельством, навязанным родителями – людьми старой закалки, для которых «идеальный» союз строился по принципу: «стерпится-слюбится». Не вышло. Свою карьеру Чон выстраивал как беспроигрышную партию в шахматы: ни одного необдуманного решения. Стратегическое мышление, внимание к деталям и строгая дисциплина сделали его одним из самых перспективных офицеров Окружного отделения полиции Пусана. Среди сослуживцев альфа быстро завоевал уважение и признание. Он никогда не рвался в бой без тщательно проверенной информации, и именно это раз за разом приносило ему безупречные результаты. И всё это могло бы остаться тихой, выверенной жизнью полицейского, если бы не один звонок из Сеула. В столице объявился настоящий серийник – хладнокровный, точный, методично уничтожающий шишек преступного мира. Это было не просто дело. Это был вызов. Узнав о нём, Чонгук почувствовал знакомый жар под кожей, тот самый азарт, ради которого он когда-то выбрал форму. Сложные и рискованные дела всегда манили его сильнее всего, и этот раз не стал исключением. Ведомый страстью к опасности, он отправился в Сеул.

🖤

Столица встретила лейтенанта неоновой холодностью и запахом дождя, въевшимся в асфальт. Центральное управление выглядело внушительно, но внутри царила совсем иная атмосфера – напряжённая, измотанная бессонными ночами и страхом допустить ошибку. Здесь не ждали благородных рыцарей со стороны. В отделении появление Чонгука восприняли без особого энтузиазма. Чужак из Пусана, присланный «сверху», вызывал лишь раздражение. Несколько быстрых, оценивающих взглядов, сдержанные кивки вместо приветствий – оказалось достаточно, чтобы альфа понял: в этих стенах никому нет дела до чужих заслуг. Начальник следственного отдела встретил его сухо, даже не удосужившись подняться с кресла. — Надеюсь, вы понимаете, куда приехали, лейтенант, — произнёс он, не отрывая глаз от папки с материалами дела. — Мы уже потеряли несколько наших лучших офицеров. В кабинете повисла пауза. На стене висели фотографии жертв – влиятельных фигур, ещё недавно считавшихся нон грата для закона. — Они все заслужили гнить в аду, — добавил начальник, наконец подняв взгляд и проследив за тем, как лейтенант внимательно разглядывает фотографии нашумевших преступлений. — Но никто не имеет права отбирать чужие жизни, не чтя закона. Никто. Чонгук сдержанно кивнул.

🖤

Дом, скрытый от посторонних глаз, окутал полумрак. Плотные шторы скрывали вечерний город, а единственным источником света служили мониторы. На столе в строгой последовательности лежали кожаные перчатки, тщательно очищенный глок с глушителем, медицинские салфетки и папка с аккуратно рассортированными документами. Ни одной лишней детали или случайного предмета. Молодой человек двигался размеренно, без суеты. Каждое действие было доведено до автоматизма – результат десятков, если не сотен повторений. Он проверил магазин, заменил патроны, собрал оружие и отложил его в сторону. Сегодняшняя цель не допускала спешки. Экран ноутбука мигнул, сменяя изображения. Досье. Финансовые махинации. Связь с наркотическим синдикатом. Он знал о своей жертве всё – вплоть до времени ужина и привычки оставлять свет в кабинете до глубокой ночи. Внезапно появился другой файл: «Лейтенант полиции Чон Чонгук». Альфа замер на мгновение. Информация прокручивалась перед глазами: послужной список, раскрытые дела, психологический профиль. Строгая дисциплина. Аналитическое мышление. Безупречная репутация. Ни одного серьёзного промаха. — Я так долго тебя ждал… — томным басом вырвалось из груди. Уголки губ парня едва заметно дернулись, на лице промелькнула лёгкая тень интереса. Он редко позволял себе эмоции, но этот раз стал исключением. Особенный игрок на доске. Не пешка. Он открыл ещё один экран. Камеры наблюдения Центрального управления полиции. Кабинеты. Коридоры. Лифт. Он уже знал, где находится офицер в эту самую минуту. Пальцы ловко скользнули по клаве, закрывая досье Чонгука и возвращаясь к делу, запланированному на полночь. Приоритеты были расставлены давно. Сначала – зачистка. Потом – лейтенант Чон. Киллер поднялся, накинул тёмный плащ и исчез в коридоре, словно тень. Где-то глубоко внутри кольнуло. Впервые за долгое время он ощутил небывалый прилив: предвкушение встречи с тем, кого искал всю свою сознательную жизнь.

🖤

— С сегодняшнего дня вы работаете с напарником, — сухо сообщил начальник, не поднимая глаз от бумаг. — Молодой, но перспективный. Вольётся. Чонгук заметно сжал челюсти. Он никогда не работал в паре: много переменных, риск велик. — Мне не нужен напарник, — спокойно, но твёрдо отчеканил он. — Я привык вести дела самостоятельно. Начальник устало, с заметным раздражением посмотрел на него: — Здесь не Пусан, лейтенант. Приказы не обсуждаются. Я надеюсь, это понятно? — Так точно, капитан. Уже пятнадцать минут Чонгук стоял у своего нового рабочего места, в который раз тяжело выдыхая и собирая в себе всю выдержку. Держаться. Терпеть. Молчать. И улыбаться. Не скалиться – именно улыбаться. Вот так… так правильнее. — Итак, теперь мы будем напарниками! — радостно тараторил омега, не давая альфе ни минуты покоя. — Здорово, правда? Я всегда мечтал о напарнике, и вот он передо мной! О вас столько положительных отзывов! Я так много слышал. Но не подумайте, что я специально, просто все говорят, и я… Чужие слова действовали лейтенанту на нервы. Хотелось отстраниться и натянуть стальную маску, полностью игнорируя мелкого раздражителя. Но, к сожалению, закон и служебные правила не позволяли поступить по-своему. Офицер тихо вздохнул, третий раз за минуту, и с холодной вежливостью улыбнулся. Омега выглядел как желторотик: худощавый, в форме, сидящей ещё непривычно, с коротко подстриженными волосами и взглядом, в котором было больше энтузиазма, чем опыта. Чонгуку показалось, что тому не хватает разве что рюкзака и школьного значка. — Сколько лет на службе? — сухо поинтересовался он. — Почти год, сэр! — с гордостью ответил омега. Год. Фактически – ничто. Альфа отвёл взгляд, возвращаясь к папке с материалами уголовного дела. — Здесь не учебка, — бросил он, не глядя. — Если не хочешь стать обузой – молчи, смотри и выполняй приказы. Омега на секунду растерялся, но быстро кивнул: — Да, сэр. Я постараюсь. Это «постараюсь» резануло слух. Чонгук привык полагаться только на себя. На собственные расчёты, инстинкты и холодную логику. Он не нянчил новичков и не исправлял чужие косяки: в его работе за промахи платили кровью, а порой жизнью. Он внимательно посмотрел на омегу, оценивая очередную фигуру на шахматной доске. Слабая, непредсказуемая пешка. — Садись, — коротко приказал он, — и запоминай. По десять раз я повторять не буду. Молоденький напарник поспешно занял место напротив, расправив худые плечи. В его движениях всё ещё чувствовалась нервозность, будто он боялся сделать что-то не так. Лейтенант открыл папку, выложив на стол фотографии, отчёты и схемы. — Это всё, что у нас есть по убийце, — произнёс он ровным тоном. — Пять висяков. Ни свидетелей. Ни камер. Ни следов, за которые можно зацепиться. Омега наклонился ближе, задержав дыхание: — Он… как призрак, — сказал тихо, разглядывая снимки. — Фантом, — поправил Чонгук, указывая пальцем на детали: время, локации, интервалы между убийствами. Его голос оставался абсолютно спокойным. — Убийца выбирает цель заранее. Изучает маршруты, привычки, охрану. Он бьёт точно и уходит до того, как кто-то понимает, что произошло. Омега кивнул, уже без прежнего восторга. — Значит, следующее убийство – вопрос времени? Альфа медленно закрыл папку. — Да. И вопрос в том, кто будет следующим. В этот момент дверь кабинета резко распахнулась. На пороге стоял оперативник из отдела криминалистов – растрёпанный, с телефоном в руке и тяжёлым выражением лица. — Лейтенант Чон, — выдохнул он. — Только что поступило сообщение. — Докладывай, — настороженно произнёс Чонгук, подняв взгляд. — Новое убийство, — гулко сглотнул опер. В воздухе повисла короткая, осязаемая пауза. Альфа медленно поднялся из-за стола. — Поехали, — с железной решимостью бросил он, глядя на притихшего омегу.

🖤

Особняк владельца казино утопал в хаосе красно-синих огней полицейских маячков. Яркий свет резал фасад, пульсируя в такт ещё не остывшему преступлению. Дорогой район, частная территория, внушительная охрана – всё кричало о статусе человека, который теперь лежал неподвижно в чёрном мешке. Чонгук вышел из машины первым. Холодный воздух ударил в лёгкие, насыщенный запахом озона и тонким металлическим флёром. Омега поспешил следом, стараясь держаться рядом альфы. — Владелец сети «Золотого Дракона», — начал докладывать криминалист. — По официальным данным – бизнесмен. По неофициальным – крупная рыба в обороте синтетики. Мы давно хотели его закрыть, но… — Но кто-то оказался быстрее, — закончил Чонгук. Внутри дом демонстрировал роскошь: мраморные полы, стеклянные перегородки и тёмное дерево создавали ощущение строгости и власти. Всё блестело, сияло и пахло лаком и дорогой кожей. Стерильная чистота, так и не скажешь, что здесь произошло убийство. Труп бизнесмена нашли в кабинете. Мужчина сидел в кресле за массивным столом, застыв в позе, специально выбранной личным палачом. Ни следов борьбы, ни хаоса. Единственное – это ювелирное огнестрельное попадание точно в лоб. Один выстрел. Безошибочный. — Камеры? — спросил лейтенант, оглядываясь по сторонам. — Отключены за семь минут до убийства. Включились сами через десять после, — ответил оперативник, отступая назад. Чонгук медленно обошёл стол, цепляясь взглядом за детали: идеально выстроенные папки, слегка смятый стул у окна, лёгкая пыль на полках. Всё было на своих местах. Идеально – это и настораживало. Он остановился у дубовой столешницы, заметив чёрный конверт, расположенный ровно по краю. — Лейтенант, — тихо окликнул омега, — что это? — Сейчас узнаем. Альфа надел перчатки и осторожно взял конверт из плотной бумаги. На лицевой стороне аккуратным, каллиграфическим почерком было выведено: «Офицеру Чону. Лично.» В кабинете стало непривычно тихо. Даже часы, мерцающие на столе, казались теперь приглушённым фоном. Чонгук осторожно вскрыл конверт. Внутри – белая карточка, без опознавательных знаков, только текст. «Добро пожаловать в Сеул, лейтенант. Я давно ждал нашей с тобой встречи. Надеюсь, ты оценишь мой стиль. Ф.» Ни угроз. Ни вызова в лоб. Только приветствие. И хищная уверенность в том, что он на несколько шагов впереди служителей порядка. Чон почувствовал, как под кожей медленно разгорается знакомое ощущение – смесь злости и азарта. — Как он догадался, что вы будете здесь? — прошептал омега за спиной лейтенанта. — Он давно знал, — процедил альфа, не отрывая взгляда от карточки, — что именно я буду вести это дело. Фантом не скрывался. Он открыто приглашал в игру, расставляя фигуры по своим изощрённым правилам. Чонгук медленно убрал карточку обратно в конверт. — Передайте криминалистам, — приказал он ровно, без тени эмоций. — Пусть прочешут каждый миллиметр этого проклятого особняка. Оперативники кивнули и без лишних слов принялись за работу. Чон ещё раз оглядел кабинет, затем подошёл к окну. Ночной город сиял, отражаясь в мокром асфальте и лужах после дождя. Он всем нутром чувствовал присутствие опасного соперника. Игра только начиналась.

🖤

Следующие несколько недель превратились в настоящую гонку с призраком. Новые трупы появлялись с пугающей регулярностью – каждые три дня, с фирменным почерком Ф. Прибывая на места преступлений, Чонгук находил не только тела, но и привычные чёрные конверты, нарочно оставленные рядом с жертвами. Но с последним убийством появилось что-то новое. Рядом с посланием лежала тонкая веточка жасмина, вызвавшая недоумение у всей группы оперативников. И только Чон понимал скрытый смысл: Фантом обращался именно к нему. Цветочный, чувственный аромат перекликался с собственными феромонами альфы – что было редкостью для доминантного пола. Офицер вскрывал конверты в перчатках, тихо, в одиночку, а тексты становились всё более дерзкими, интимными, провокационными. Иногда слова звучали, как ласковый зов: «Ты опоздал, лейтенант. Но я люблю наблюдать за твоими жалкими попытками догнать меня. Когда злишься, ты очарователен. Отважный зайчонок, стремящийся поймать волка. Ф». Или: «Не дуйся, офицер Чон. Разве тебе не понравился мой сюрприз? Я бы с упоением вылизал тебя, чтобы воочию услышать истинный жасмин, а не безвкусную подделку. Ф». Чонгук старался держать эмоции под контролем. Но этот сучёныш позволял себе слишком многое. Пора было заканчивать игру в «кошки-мышки». Чужие слова, намёки, вся грязная похабщина жгли альфу изнутри, вызывая одновременно злость и странное покалывание в груди: смесь любопытства и, к собственному удивлению, возбуждения. — Лейтенант Чон, вы в порядке? — осторожно спросил омега, замечая, как альфа всё чаще задерживает взгляд на карточках и конвертах. — В полном, — сухо отрезал офицер, сжимая кулаки. Фантом не просто убивал – он заводил диалог через конверты, создавая невидимую связь между убийствами и самим Чонгуком. Иногда появлялись неожиданные детали: упоминание его репутации, похвала за стратегические решения, тихая насмешка над привычкой работать в одиночку: «Я слышал, ты не любишь напарников, лейтенант. И неудивительно… столько лет сохранять статус лучшего офицера – задача не из лёгких. Я так тобой восхищаюсь. Ф».

🖤

Прошёл месяц. Однажды ночью, изучая материалы дела, Чон заметил странную закономерность: все жертвы были связаны с подпольным теневым альянсом, напрямую контролировавшим оборот наркоты по всей Южной Корее. Это открытие вывело его на след убийцы. Позднее, опросив с напарником мелких преступных сошек, альфа выяснил, что Фантом тоже имел доступ к закрытому клубу. Он каким-то образом был связан с главой синдиката, который по-прежнему оставался в живых. Занимательно, блять. Верный пёс, родственник или наёмник, выполняющий грязные поручения босса – кто он? Было непонятно. Главное, что в узких кругах этот загадочный персонаж имел прозвище – Fantom. Пазл постепенно складывался. В предрассветное субботнее утро лейтенант вышел на адрес предполагаемого убийцы. — Наконец-то… — пробормотал он, ощущая, как под кожей разливается хищное предвкушение. — Теперь дело за малым, ублюдок. Но за мнимым успехом скрывалась ловушка. Фантом знал, что его могут опознать. Весь план был продуман до мелочей и адресован лично Чонгуку. Не полицейской системе. Ему одному. Киллер не убегал. Он ждал, чтобы истинный сам переступил порог их дома.

🖤

Широко зевнув и устало потерев переносицу, лейтенант огляделся, заглушив мотор. Выходить в одиночку на след серийника было рискованно, но что-то подсказывало: здесь ему не грозит опасность. Он вышел из внедорожника, глухо захлопнув дверь, и медленно окинул взглядом уютное жилище, утопающее в благоухающих жасминовых деревьях. Чонгук хмыкнул, машинально проверив, заряжен ли ствол, и сделал первый шаг к цели. Коттедж был двухэтажным, изящным и аккуратным, но сейчас его внешняя красота не волновала полицейского. Нужно было тщательно обследовать территорию, прежде чем подходить ближе. Возможно, убийца уже ждал внутри, поэтому самое главное было не шуметь, и, желательно, осматривать всё быстро и тихо. Он решил зайти с тыла, обогнув лицевой фасад дома. Каменная кладка позволила без усилий забраться и перелезть на частную территорию. Без псов – спасибо и на этом. Приоткрыв небольшое окно цокольного этажа, явно относящегося к подвалу, Чонгук раздражённо поджал губы, стараясь успокоиться. Он никогда прежде не пробирался в чужие владения словно вор, но ситуация требовала немедленного хода – приходилось импровизировать. В подвале царила кромешная тьма. Альфа решил не задерживаться здесь дольше необходимого, и, быстро оглядевшись, поднялся на основной этаж. Он тщательно обшарил помещение, но следов Фантома не нашёл. Тот, судя по всему, дал дёру. Изворотливый гадёныш. Резкий звук сверху изменил направление. Прищурившись, он заметил деревянную винтовую лестницу, ведущую на второй этаж, скрытую со стороны кухни – не самое очевидное расположение. Чон чуть было не рассмеялся: кто так ставит лестницу? Поднявшись наверх, он пожалел, что не взял подкрепление. Коридор был длинным, стены окрашены в глубокий оливковый с оттенками тёмного мха, пол матовый, слегка скрипящий под шагами. Чужеродный феромон альфы мгновенно всколыхнул обоняние лейтенанта: резкий, свежий, с нотками густой хвои и сырой земли после дождя. После того как он уловил тяжёлый запах, по телу Чонгука пробежала предательская дрожь, а сердце заходило. Его внутренний альфа почему-то завозился, почти скуля, несмотря на многолетний опыт и привычку к самоконтролю. Громко сглотнув и уняв тремор в пальцах, он продолжил осмотр. Слева тянулись несколько дверей, и одна из них была приоткрыта. На мгновение, как в лучших традициях фильмов ужасов, в проёме промелькнула неясная тень. — Да чтоб тебя… — пробормотал он, плюнув на осторожность, и резким движением открыл дверь с пушкой наперевес. Взору предстала просторная спальня. Стены окрашены в мягкий голубой оттенок с серебристыми вставками, мерцающими на солнечном свету, пробивающемся сквозь тонкие занавески. Вдоль стены стоял длинный деревянный стеллаж с аккуратно расставленными книгами, на полу – ворсистый ковёр. В воздухе витал знакомый запах из коридора: терпкая хвоя с примесью мокрой земли. На двуспальной кровати уютно устроился большой полосатый кот рыжего окраса. Он свернулся клубком и мирно мурлыкал, полностью игнорируя чужака. Поглощённый исследованием комнаты, Чонгук не услышал, как тихим щелчком захлопнулась дверь. Он не знал, что здесь его уже ждали.

🖤

— Ну привет, лейтенант Чон… — раздался глубокий, низкий голос, пробегая по телу предательскими мурашами. В дверном проёме стоял высокий широкоплечий брюнет, оценивающе сканируя полицейского. — Как же долго пришлось тебя ждать. Запах альфы окутал Чонгука с головы до пят: тяжёлый, мускусный, с оттенками хвои и свежего озона, он почти физически давил, заставляя сердце биться чаще, а собственную сущность сжаться, позорно поджав хвост. Офицер часто заморгал, стараясь держать разум ясным и не показывать внутреннего смятения. Но тело отказывалось слушаться, а рука, сжимающая глок, слегка дрожала. Брюнет лишь покачал головой, указывая взглядом на стул, приглашая сесть. Человек, который уже несколько месяцев оставался неуловимым, всегда оказываясь на шаг впереди полиции, теперь сидел прямо перед лейтенантом и… улыбался. Чонгук получил дело этого киллера через неделю после перевода в Центральное отделение, и коллеги не стали желать ему удачи – ведь до сих пор никто не смог приблизиться к Фантому, не говоря уже о задержании. Альфа провёл бесчисленные часы за наблюдением, слежкой, работой под прикрытием, но прогресс был ничтожным. Всё, что оставалось – терпеливо ждать момента, когда преступник сам совершит ошибку. И вот, наконец, это время настало. Фантом не просто появился, он заманил Чонгука прямо в своё логово, очевидно рассчитывая на быструю расправу. Не так лейтенант представлял себе субботнее утро… совсем не так. — Не устал держать прицел? — лениво произнёс брюнет, закинув ногу на ногу. — Уже минуты три целишься. Хоть бы с предохранителя снял, что ли. Чон не торопился следовать «совету» убийцы. Любой неверный шаг мог стоить ему жизни. Если сам он действовал честно, никогда не стрелял в спину, прибегал к грязным приёмам только в крайней необходимости, то Фантом был полной противоположностью. Он умел предугадывать и манипулировать людьми, подводя их к условиям собственной игры. Как именно он это делал – оставалось загадкой. Офицеру было непонятно, как действовать сейчас: протокол требовал зачитки прав и немедленного ареста, а здравый смысл говорил не совершать ошибок, которые могут стоить ему жизни. Фантом оставался опасным противником, а Чонгук не полагался на удачу. Поток мыслей прервало уверенное мяуканье с кровати. Кот ловко спрыгнул на пол, грациозно обошёл лейтенанта, потёрся о его ногу шёрсткой и скрылся за дверью. — Ты понравился Тигру, — брюнет улыбнулся, поправляя рукава чёрного плаща. — Кому? — от неожиданности Чонгук направил пистолет прямо на его голову. — Коту, — пояснил киллер, жестикулируя руками. — Он обычно холоден к другим, но с тобой – исключение. — Зачем ты меня сюда заманил? — спросил лейтенант, не убирая оружие. — Ты сам пришёл, — альфа лениво откинулся на спинку стула. — Нарушил моё уединение, и теперь я виноват? — Его улыбка была невинной, почти детской. Увидев, что шутка не подействовала, он вмиг стал серьёзным: — Ладно. На самом деле, я хотел кое-что обсудить с тобой, причём уже довольно давно. Чон нахмурился, предчувствуя: этот разговор ни к чему хорошему не приведёт. Тем не менее он терпеливо продолжал диалог, не выпуская цель из поля зрения и отслеживая каждое маломальское движение. — Помнишь нашу первую встречу? — парень поднялся, сделав шаг вперёд. — Тогда, когда кто-то попытался устроить теракт в медицинском центре «Хуандэ». Лейтенант помнил. Слишком хорошо помнил. Взрывная волна отбросила его на десяток метров – будто игрушку. В тот день он впервые в жизни потерял сознание от болевого шока. Позже медицинская бригада диагностировала: тяжёлое сотрясение, перелом ноги, трёх рёбер и содранную кожу на левом боку, где до сих пор хранились уродливые шрамы. Ему сказали прямо: выжил чудом. Кто-то вызвал скорую по точным координатам, и если бы помощь задержалась хотя бы на несколько минут… спасать было бы уже некого. — Я тебя там не видел, — сказал Чонгук, не отрывая взгляда от альфы. Он точно знал: киллеру из Сеула нечего было делать в Пусане. Фантом работал иначе – чисто, точечно, убирая цели одну за другой и не подвергая опасности гражданских. Это было единственное, за что его можно было уважать. — Немудрено, — спокойно ответил брюнет, делая ещё шаг вперёд. — Ты был без сознания, когда я тебя нашёл. Пришлось действовать самому. До сих пор помню, как орал на диспетчера скорой. Эти болваны тащились так медленно, будто решили устроить экскурсию по городу. Честное слово, за это время можно было облететь весь земной шар и заодно заглянуть на Ямайку, чтобы потянуть пару коктейльчиков и поплавать в море. Он говорил легко, но офицер уловил напряжение. Альфа действительно нервничал. И если бы полицейский не знал, кто стоит перед ним, он мог бы поклясться, что Фантом переживал. Но это же невозможно. Или всё-таки?.. — Так ты… спас меня? — осторожно произнёс лейтенант, не до конца понимая, как реагировать на услышанное. — Зачем? — Ну, — киллер хмыкнул, — не для того я тебя так долго искал, чтобы потом просто пройти мимо. — Он неторопливо расстегнул застёжки плаща, плавным движением сбросил его с плеч, оставшись в тёмно-синей рубашке и чёрных брюках. Чонгук был выбит из колеи сильнее, чем готов был признать. У альфы не было оружия. Ни ствола, ни ножа, даже намёка на защиту. Он стоял обманчиво спокойно для того, кто был загнан в угол. Это настораживало куда больше, чем жест с раздеванием. Пистолет всё ещё был направлен в его сторону, но рука постепенно наливалась тяжестью. Лейтенант поймал себя на том, что не может решить: продолжать держать цель под прицелом или опустить оружие и положиться на собственные рефлексы. Почему Фантом был так уверен, что он не выстрелит? После короткого колебания Чонгук медленно опустил оружие, не убирая его далеко, и продолжил следить за каждым движением парня. Тот, будто это было самым логичным развитием событий, начал расстёгивать рубашку. — Меня, кстати, Тэхён зовут, — сказал альфа приглушённо. — Для тебя можно просто Тэ. Тонкая ткань соскользнула с широких плеч и легла на спинку стула. Мужчина остался в одних брюках. Лейтенанту пришлось сжать челюсть, чтобы не задержать взгляд дольше положенного. Сильное, натренированное тело с рельефными мышцами излучало твёрдый стержень, присущий его обладателю. — Ты что творишь, мать твою?! — оскалился Чонгук. — Убираю лишнее, — хмыкнул Тэхён, сделав шаг ближе, потом ещё один. В пазухи носа ударил резкий запах – хвоя, смола, влажная земля. Чистый, плотный, доминирующий феромон. Он пробирался под кожу, заставляя сердце сбиться с ритма. Внутренний зверь Чонгука напрягся, но не для атаки, а чтобы склонить голову перед чужой мощью. Офицер не понимал, что происходит. Самый опасный преступник Сеула стоял перед ним безоружный, не пытаясь бежать или защищаться. По протоколу всё было просто: пара секунд, наручники, или выстрел, если будет сопротивляться. Но лейтенант не делал ни того, ни другого. Дело было не в долге. И даже не в том, что Фантом когда-то спас ему жизнь. Осознание пришло медленно и крайне неприятно: этот наглый пацан вызывал у него интерес. Не разумом – телом. Сущностью, которая не спрашивала разрешения. — Можно я кое-что проясню? — улыбнулся Тэхён, внимательно глядя на альфу. — Прежде чем мы, наконец, перейдём к главному. Чонгук опешил, мужественно покрывшись тенью румянца, не понимая, как серьезная ситуация с жертвами могла превратиться в это. — Я очень долго искал своего истинного, — Тэхён провёл кончиками пальцев по его румяной щеке. — Рад, что, наконец, нашел. Нет. Это невозможно. Не может быть. Фантом. Прозвище, давно осевшее в сводках. Призрак, за которым тянулась цепочка трупов. Преступник, которого не могли даже приблизительно идентифицировать, не говоря уже о том, чтобы задержать… Его истинный?.. Альфа отвёл взгляд, сбившись с привычного, ровного дыхания. Радость? Куда там. Однажды окунувшись в семейный быт, он понял, что не создан для отношений. Но истинный – это ведь совсем другое, да? Он шумно выдохнул и вновь посмотрел на Тэхёна. Истинность, как он всегда считал, связывает противоположности: альфу и омегу, в крайнем случае – бет. Но альфа? Да ещё и киллер. Преступник, по чьей вине погибли люди. И ко всему прочему – пацан. Какая-то насмешка судьбы, не иначе. Сознание отказывалось принимать происходящее. Он страж. Его работа ловить таких, как Фантом. Не защищать, не оправдывать, не смотреть в эти глаза, пытаясь найти в них что-то человеческое. Что теперь? Предать всё, во что он верил, и стать его прикрытием? Или самому надеть на него наручники, и жить потом с этим решением до конца дней? Воображение, как назло, услужливо рисовало последствия. Отдел. Коллеги, месяцами бесившиеся из-за собственной беспомощности. Их гнев, желание отыграться. Допросы без пауз и снисхождения. Давление и грязные приёмы. А потом – приговор. С таким списком жертв у Фантома не было ни единого шанса. Пожизненное. И не в том месте, где выживают. Чонгук слишком хорошо знал, что там делают альфы с альфами. Но и другой вариант был не лучше. Если он не арестует его сейчас – значит, убийства продолжатся. Значит, он станет тем самым копом, который отвернулся. Продал значок, закон и собственные принципы ради личного интереса. Глотнув ком в горле, лейтенант на мгновение допустил мысль: тупо проигнорировать. Сделать вид, что ничего не почувствовал. Что перед ним не истинный, а просто цель. Убийца. Альфа. Сможет ли он причинить ему вред? Нажать на курок? Ранить, оставить без сознания, как того требует протокол при сопротивлении? Он резко оборвал эти мысли, запрещая себе идти дальше. Даже представлять подобное было невыносимо. То, что ещё недавно было смыслом его жизни – поимка Фантома, – в одно мгновение столкнулось с новым, пугающим чувством. Человек, которого он искал, стал тем, кого его сущность требовала оберегать. И, кажется, впервые за всё время службы Чон был готов переступить через правила. Он поднял взгляд и встретился с глазами Тэхёна. Выбор был сделан.

🖤

— И давно ты знаешь? — Чонгук хмуро посмотрел на парня, тяжело выдохнул и убрал пистолет в кобуру. Оружие казалось неуместным. — С того самого взрыва, — спокойно ответил Тэхён. — Года два, плюс-минус. Я раз сто пытался устроить нам встречу, но ты каждый раз умудрялся застрять где-то и херил мне планы. Он говорил это легко, почти буднично, словно обсуждал не годы слежки, а сорванные свидания. Чужой голый торс только усиливал раздражающее спокойствие лейтенанта. Он поймал себя на том, что взгляд скользнул ниже, чем следовало. — Это ты меня в больнице устроил? В вип-палату? — уточнил он, возвращая контроль в голос. — Ну да, — Тэхён кивнул так, будто речь шла о пустяке. Потом, уловив выражение лица офицера, чуть приподнял бровь. — Хочешь отблагодарить? — Спасибо? — Чонгук насторожился. Интуиция подсказывала, что всё не может быть настолько просто. — Что ты хочешь? — Мне казалось, ты уже понял, — брюнет подошёл вплотную. Их пальцы переплелись в замок, и на его губах появился ликующий оскал. Чон знал: решение, принятое минуту назад, было самым сложным в его жизни. И всё же он не разорвал хватку. Тело откликнулось раньше разума. Не потому, что его заставили. И уж точно не потому, что он не мог вырваться. Просто альфья сущность вдруг решила, что так правильно. — Подожди, — хрипло сказал он. — Я почти ничего о тебе не знаю. Он всмотрелся в глубокие, карие глаза, вспоминая сухие отчёты и обрывки досье, в которых было мало живого, чтобы успокоиться. — Серьёзно? — Тэхён широко улыбнулся. — Ты единственный, кто знает обо мне больше, чем нужно. А ещё… у нас уже было первое свидание. Ты просто его не помнишь. — Я был в отключке, — фыркнул Чонгук, но уголок его губ всё же дрогнул. — Не считается. — Тогда предлагаю компромисс, — тихо сказал Тэхён и его ладонь скользнула под водолазку лейтенанта. Не нагло – уверенно. — Сегодня мы качественно друг друга отблагодарим. А завтра я приглашу тебя на ужин. М-м, при свечах. Согласен? Чонгук молча расстегнул кобуру и положил её рядом с курткой. — Согласен, — произнёс он ровно и добавил, глядя прямо в чужое лицо: — Тогда сразу уточним: кто будет снизу? Тэхён тихо хмыкнул. В его взгляде мелькнуло что-то хищное: не жестокое, а властное. — Разве это не очевидно, лейтенант Чон? Чонгук открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в глотке. Он слишком хорошо чувствовал разницу между ними: в габаритах, в силе, в долбаных феромонах, которые заставляли его плыть, будто течную омегу, находясь близко с этим альфой. Чёртов пацан. — Ты издеваешься? — возмутился он скорее для проформы. — Успокойся, — мягко ответил Тэхён, наклоняясь ближе. — Я буду нежным, хён. Он легко подхватил мужчину под бёдра, будто тот и правда ничего не весил и одним уверенным манёвром опрокинул на кровать. Матрас мягко пружинил, принимая тело лейтенанта, а Фантом навис сверху, перекрывая свет и пространство своей тяжёлой, неоспоримой доминантностью. Водолазка была снята быстро. Тэхён задержал взгляд, позволяя себе несколько секунд молчаливого изучения: крепкие плечи, вылепленные тренировками мышцы. Истинная уязвимость, скрытая годами под слоями самоконтроля и выученной холодной сдержанности. Чонгук лежал неподвижно, чувствуя, как жар приливает к щекам, и злился на себя за это сильнее, чем на ситуацию. — Блять… — пробормотал он, глядя в потолок и не зная, куда деть руки. — После этого мне точно светит пожизненное. — В голосе звучало не столько сожаление, сколько нервная ирония – последняя попытка удержаться за привычную роль, которая стремительно трещала по швам. Тэхён ничего не сказал. Он просто притянул Чонгука ближе – резко, но без грубости. Пряжка ремня тихо щёлкнула, лейтенант едва успел осознать происходящее, прежде чем оказался полностью обезоружен. Одежда перестала быть преградой. Брюнет на мгновение замер, глядя на открывшееся перед ним тело не с торжеством, а с неожиданной сосредоточенностью. Крупная ладонь медленно скользнула по коже, задерживаясь на старых шрамах: следах чужих решений, боли и выживания. Прикосновение было тёплым, бережным, почти интимным. По телу офицера прошла неконтролируемая, предательская дрожь. Он стиснул зубы, ощущая, как привычная стойкость плавится под искусными пальцами, а собственное возбуждение откликается на тесный контакт. — Никому не позволено прикасаться к тебе с намерением причинить боль, – серьёзно произнёс Тэ, понизив голос. Он ухватился за упругие ягодицы, разводя длинные ноги в стороны, открывая себе невероятный вид на промежность с девственным кольцом мышц и эрегированным членом с крупной головкой. — Ты принадлежишь мне. У Чонгука перехватило дыхание от этого откровения. Он лежал под альфой, вдавленный в матрас не столько весом, сколько самой близостью. Чужая сила ощущалась отчётливо: запах хвои и свежей земли кружил голову, подчинял, лишая привычной опоры. Сердце билось гулко и сбивчиво, норовя вырваться из груди, а собственная сущность металась, не находя сопротивления – наоборот, тянулась навстречу. Он судорожно втянул воздух, пальцы сами сжались в складках простыни. Он должен был возразить. Сказать что-то резкое, колкое, вернуть контроль. Но вместо этого лишь тихий стон сорвался с губ, когда он почувствовал касание губ на внутренней стороне бедра. Тэхён уверенно спускался поцелуями по дорожке тёмных волос к лобку, касался губами тонкой, солоноватой кожи, оглаживал языком, опаляя горячим дыханием. Он обхватил розовую головку, плавно втянув в рот. Сразу же насадился глубже, щекоча уздечку, и начал рьяно работать головой, рождая клокочущие звуки. Выпустив изо рта член, он дразняще прошёлся длиннющим языком по каменному стволу, подняв взгляд на истинного. Чонгука буквально подбрасывало от переполняющих эмоций, а вокруг него разлился насыщенный, цветочный аромат жасмина, переплетённый с мускатом. — О боже… — невообразимо выгнувшись, он ухватился за широкие плечи и запрокинул голову. Тэхён ещё раз лизнул член, и разом вобрав его до конца, тут же отпрянул, начав обильно вылизывать яйца, подбираясь ближе к заветной дырке. Лейтенант не возражал, находясь в эйфории, лишь шире развёл колени, стараясь насадиться на юркий язык. Фантом на это хищно оскалился, и всё же отстранился, разрывая удушающую близость, чтобы начать растягивать альфу пальцами. Он осторожно ввёл один в узкое нутро, чуть покрутив. Сжимая простынь и насаживаясь на чужой палец, Чонгук сходил с ума, понимая, что ещё чуть-чуть и кончит. — Фантом! — он почувствовал второй, который с легкостью в него поместился и с силой прошёлся по нужному местечку, будто специально его распаляя. — М-м, хватит. Тэхён посмотрел на раскрасневшегося альфу под собой, решив больше его не мучить. Проверив, чтобы вход в такое умопомрачительное тело был достаточно увлажнён, он добавил смазки на свой мощный орган и, придерживая того, осторожно вошёл, помня, что для Чонгука это первый опыт. Фантом хотел, чтобы его паре было с ним настолько комфортно и хорошо, насколько это вообще возможно. — А-агх… блять, — лейтенант откинулся на подушки, сильно сжав руку альфы, без слов предупреждая, чтобы тот пока не двигался. — А ты крупнее, чем я думал. Тэхён не решался двигаться, пока просто находясь в одном положении и боясь порвать Чонгука. Он поймал чужой взгляд, затуманенный пеленой покорной похоти, и легонько двинулся внутри, ощущая, как горячие стенки сжимают его со всех сторон и буквально провоцируют на дальнейшие действия. — Ну же, покажи себя, альфа, — Чонгук вцепился в его плечи и приглашающе двинул бёдрами. Не став противиться звериным инстинктам, Тэхён с силой вдавил его в кровать и взял быстрый темп. Почти сразу же нашёл нужный угол и с каждым движением пробуждал глухие стоны, точечно ударяя по простате. От диких толчков офицера по кровати растирает. Рука инстинктивно скользит к члену, молотящему по животу. Но Фантом перехватывает его руку, грубо заводя за спину, и останавливается. — Кончишь только от моего члена, — предупреждающе скалится. Снова толкается внутрь, заполняя собой, и срывается в бешеный ритм, вколачивая истинного в матрас. Он смотрит, как разрушается альфа, как кровоточат его губы от сдерживаемых стонов, как изгибается в неописуемом наслаждении тело, а его пальцы впиваются в спину… На это можно смотреть бесконечно. — Ааа-ах, я почти, я… Тэхён, — Чонгук доходит первым, бурно кончая с чужим именем на устах. Для Фантома собственное имя стало спусковым крючком. Пару раз насадив на себя офицера, он мощным движением вошёл в него последний раз, чувствуя расслабление своего органа, наполняя манящую дырку вязкой спермой. Сделав ещё пару слабых толчков, альфа быстро вытащил полностью опустошенный член, не дожидаясь, пока начнёт набухать узел, и устало лёг рядом с истинным. Чонгук пообещал себе прикрыть глаза всего на минуту, не планируя засыпать здесь. Но Тэхён решил всё за них, накрывая обоих одеялом и удовлетворенно вздыхая.

🖤

На следующее утро Чонгук проснулся один, погружённый в мягкую, уютную постель. — Тэ?.. — пробормотал он, инстинктивно обшаривая рукой место рядом, но никого не обнаружил. Ожидаемо… Комната была пуста: не осталось ни следа от превосходного секса. Табельное оружие лежало рядом с телефоном на одежде альфы, аккуратно сложенной в стопку на столе. Откинув одеяло, Чон убедился, что всё случившееся было реальным: он по-прежнему лежал голый, а на груди и плечах уже проступали яркие следы от укусов и засосов. Встав, он резко схватился за поясницу, вспомнив бурные день-вечер-ночь, и с трудом дошёл до стопки вещей, чтобы забрать телефон и посмотреть время. 10:30. Блять… Лейтенант уже должен был два часа назад быть на рабочем месте, заполняя отчёты. Сегодня, как назло, у него была смена. Быстро одевшись, он осмотрел комнату – ни следа от любовника или намёка на его присутствие. Похоже, Тэхён уже давно в бегах. Чон не ожидал, что воскресное утро начнётся именно так, честно говоря, он еле пережил и предыдущие день-вечер-ночь. Офицер решил оставить мысли об альфе на потом. Вряд ли Тэхён когда-либо полностью доверится ему, и вряд ли их встречи превысят краткие свидания в секс-отелях и редкие смс с одноразовых телефонов. Но даже это лучше, чем не знать, появится ли он вообще в жизни Чонгука. Вставив ключ зажигания, полицейский отправился в участок, пытаясь не думать о Тэхёне. В мыслях крутились только догадки, куда мог исчезнуть брюнет. Вчера он потерял контроль, увидев своего истинного, и теперь не знал, как вернуться к рутине. Разумеется, ни о каких разговорах с коллегами о Фантоме и речи быть не могло. Его тревожил вопрос: как бы защитить альфу от следствия, убрать все улики, которые они нарыли с напарником, и сделать так, чтобы он смог вести нормальную жизнь. Дорога, без привычных утренних пробок, заняла всего десять минут, что несколько успокоило лейтенанта. Войдя в участок, он уверенно прошёл к столу, взял пропуск и включил ноутбук. Отчетность до обеда, два с лишним часа работы – было достаточно. Углубившись в дела, альфа почти не замечал омег, хихикающих рядом, лишь изредка отвлекался на автомат с кофе и закусками. Сегодня можно было забыть про полноценный завтрак, как и про Тэхёна, чей низкий голос всё ещё преследовал его. Вернувшись к столу, Чонгук продолжил печатать отчёт, изредка окидывая взглядом отдел. Чувствовалось странное оживление, но сейчас он полностью сосредоточился на работе. — …должен буду носить это на постоянной основе? — услышал он чей-то голос. — Да, у нас форма. Возьмите. Голоса стихли, и Чонгук смог немного расслабиться. Но через несколько минут кто-то навис над ним, заслонив свет, и заставил оторвать взгляд от монитора. — Познакомься, — сказал начальник, подходя лично. — Этот молодой человек с сегодняшнего дня будет твоим напарником. Старый перевёлся в криминалистику. Лейтенант нахмурился, предчувствуя неприятности. — Ким Виён, — протянул руку высокий альфа, выглядевший подозрительно знакомо, словно из прошлого. — Приятно познакомиться, — ответил Чонгук, мысленно считая до трёх, пытаясь унять тремор в пальцах. Перед ним стоял новый сотрудник – его лицо, движения, осанка, всё отдавало знакомой, хищной уверенностью. — Добро пожаловать в отдел, Виён, — он встал, чтобы пожать руку. — Надеюсь, сработаемся, — усмехнулся блондин, плавно отодвигаясь в сторону, занимая место рядом с альфой, оставляя омег в отделе без шансов. Чонгук молча наблюдал, пытаясь уложить в голове, как этот самый разыскиваемый преступник оказался здесь, среди полицейских. Даже новая внешность: пепельный блонд и голубые линзы – не уменьшали тревогу. — Ну что ж… раз уж этот вопрос мы решили, то остался ещё один, — капитан постучал папкой по столу. — Сегодня утром найдено новое тело. Идеально точный выстрел в лоб и отсутствие улик. Снова наш неуловимый Фантом постарался. Выезжайте немедленно. Начальник кивнул и ушёл в кабинет, оставив двух альф наедине. Чонгук прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Этот псих успел убить, а потом просто явиться в участок и устроиться на работу, используя фальшивые документы. Он посмотрел на улыбающегося Тэхёна и мрачно прищурился: ничего, он справится. И скоро сделает из альфы добропорядочного гражданина. Тэ, впрочем, был не против. Ради своего истинного он готов был оставить прошлое, даже если это означало оставить свои тёмные дела. И пусть иногда ему приходили короткие смс на мобильный от незнакомых номеров – ну… у каждого ведь есть свои слабости. С кем не бывает, да?

конец.