Дыхание синевы

Глава 6 Ночью Алихан проснулся не от звука — от ощущения. Что-то было не так с тишиной. Лошади заволновались первыми. Сначала — одно короткое фырканье, потом второе. Скрипнула верёвка, кто-то ударил копытом по камню. Звук был резким, нервным, будто животное пыталось стряхнуть с себя невидимое раздражение. Алихан вылез из палатки почти сразу, накинув куртку на ходу — Тихо, — сказал он негромко, больше себе. Лошади метались, натягивали поводья, белки глаз поблёскивали в свете фонаря. Одна из них рванулась особенно резко, и Алихан машинально ухватился за верёвку, успокаивая, гладя по шее. И тогда он почувствовал это. Не звук — давление. Гул поднялся снизу, не из воды, а будто из самой земли. Низкий, протяжный, такой, что грудная клетка отозвалась ему эхом. Камни под ногами дрогнули — совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы стало ясно: это не ветер и не иллюзия. В палатках зашевелились люди. — Что это? — раздался чей-то сонный голос. Алихан не ответил. Он смотрел на озеро. В темноте оно выглядело спокойным. Чёрным. Неподвижным. Гул длился несколько секунд — и так же внезапно стих. Лошади ещё какое-то время фыркали и били копытами, потом постепенно успокоились. Лагерь снова погрузился в тишину, но уже другую — настороженную, хрупкую. Алихан не сомкнул глаз до рассвета. — Я почти не спал, — проворчал Маркус, выходя из палатки и щурясь на бледное утреннее небо. — Кто-то решил устроить ночной концерт? — Лошади, — коротко ответил Алихан. — Пойдёшь со мной. Надо напоить. Маркус вздохнул, но спорить не стал. Взял поводья, проверил крепления. — Надеюсь, твои «чуткие животные» не решат утопить нас всех, — буркнул он. Алихан не улыбнулся. Они повели лошадей вниз, к воде. Медленно, осторожно. Берег здесь был пологий, но под ногами чувствовалась странная мягкость — как будто камни лежали не на твёрдой земле, а на чем-то подвижном. Лошадь Маркуса первой занервничала. Она дёрнула головой, упёрлась, переступила с ноги на ногу. — Эй, — Маркус потянул повод. — Ну же. — Стой, — резко сказал Алихан. — Не тяни. Но было поздно. Земля у самой кромки воды словно поплыла. Не осыпалась — потянула вниз, вязко, медленно, как если бы под камнями была не почва, а что-то живое и тяжёлое. Лошадь всхрапнула, рванулась, и поводья натянулись с такой силой, что Маркуса дёрнуло вперёд. — Отпусти! — крикнул Алихан. — Брось повод! Лошадь ушла вниз почти без всплеска — как будто вода раскрылась и сомкнулась снова. Маркуса потянуло следом. Он рухнул на колени, затем его поволокло дальше, к воде. Холод ударил по ногам, по бёдрам, выше — резким, сжимающим объятием. — Маркус, брось! — снова крикнул Алихан Повод вырвало из руки, но инерция уже сделала своё. Маркуса рвануло в сторону, плечо дёрнулось под неестественным углом. Он вскрикнул — коротко, сквозь зубы. Алихан уже бросил поводья своих лошадей и кинулся к нему. Он ухватил Маркуса за куртку, за плечо, вцепился пальцами в ткань и потянул на себя. Маркус уже наполовину был в воде, его накрыло волной, он закашлялся, захлебнувшись, попытался опереться — и тут же снова ушёл вниз. К ним бежал Бен. — Держу! — он обхватил Маркуса с другой стороны, под руки. Они тянули вместе — рывками, с усилием, почти на пределе. Алихан чувствовал, как тело Маркуса скользит в их руках, как вода неохотно отпускает его, словно сопротивляясь. Ещё рывок — и Маркуса выдернуло на берег. Он рухнул на камни, кашляя, судорожно хватая воздух. Куртка и штаны были пропитаны водой, ткань тяжело облепляла тело. Он лежал, грудь поднималась часто и неглубоко. — Не шевелись, — резко бросил Алихан, опускаясь рядом. Он держал Маркуса за плечо дольше, чем нужно было, будто проверяя — здесь ли он вообще. Маркус попытался что-то сказать, но только хрипло выдохнул и закрыл глаза. Алихан бросил взгляд на озеро. Лошадь исчезла. Вода снова выглядела спокойной. Маркус отдышавшись сидел на камне у кромки берега, опираясь локтем о колено. Куртка валялась рядом. Вокруг него было слишком много людей. Сара присела рядом первой, быстро, собранно. — Не двигайся, — сказала она, уже тянувшись к его плечу. — Я двигаюсь нормально, — огрызнулся Маркус и тут же поморщился, но взгляд отвёл в сторону, будто этого не было. Бен стоял сзади, по пояс мокрый. — Ну, если тебе нравится сидеть криво — продолжай, но давай хотя бы посмотрим. — Я сказал, всё в порядке. Он сказал это слишком резко. Так, что повисла пауза. Алихан стоял чуть в стороне. Не подходил. Руки сжаты, плечи напряжены. Он смотрел не на Маркуса — на воду. На ту самую точку. — Маркус, — спокойно сказала Сара. — Это не обсуждается. Она аккуратно коснулась его плеча, проверяя подвижность. Он дёрнулся, рефлекторно, и это было слишком заметно. — Больно, — сухо констатировала она. — Вывих. Возможно, частичный. — Прекрасно, — буркнул он. — Ещё что-нибудь? Может, список грехов? Бен усмехнулся, стараясь разрядить. — Расслабься. Плечи я вправлял и в худших условиях. И люди потом даже спасибо говорили. — Я не из тех, — ответил Маркус. — Мы заметили, — тихо сказал Лео где-то сбоку. Сара бросила на него предупреждающий взгляд и снова повернулась к Маркусу. — Ты можешь либо продолжать делать вид, что тебе не больно, либо дать нам помочь. Он поднял на неё глаза. Усталые. Злые. Но не спорящие. — Делайте быстро. Когда Бен взялся за плечо, Маркус стиснул зубы, но ни звука не издал. Только пальцы второй руки впились в ткань брюк. Алихан отвернулся. Он слышал сухой вдох, короткое ругательство Бена, щелчок — и затем выдох, сорвавшийся у Маркуса против воли. — Всё, — сказал Бен. — Повезло. Маркус медленно распрямился. — Видите? Жив. — Пока да, — ответила Сара. — Но ты под наблюдением. Он хотел что-то сказать, но вместо этого просто встал и пошёл к лагерю, не оглядываясь. Алихан посмотрел ему вслед всего на секунду. Потом снова на озеро. Маркус почти не показывался. После короткого осмотра он ограничился сухим: — Извините. Перегнул. Сказал это мимоходом, ни на кого конкретно не глядя, и ушёл в палатку. Не хлопнул пологом, не буркнул ничего напоследок — просто исчез, будто вычеркнул себя из происходящего. Дальше день продолжился без него. Алихан ходил по лагерю механически. Проверил оставшихся лошадей, подтянул верёвки, помог Бену с переноской ящиков — всё делал правильно, по привычке, но будто не здесь. Его взгляд раз за разом возвращался к палатке Маркуса. Он ловил себя на этом и тут же отводил глаза, злился — и снова смотрел. Сара подошла тихо. — Ты как? — спросила она, будто между делом, передавая ему флягу. Он кивнул. Потом кивнул ещё раз, уже медленнее, словно догоняя собственный ответ. — Нормально, — ответил Алихан слишком быстро. — Уверен? Сара посмотрела на него внимательнее. — Ты словно… не здесь. — Просто устал, — сказал он и тут же добавил: — Ничего серьёзного. Он говорил, но смотрел не на неё. Сара проследила его взгляд — до знакомого тёмного силуэта палатки — и больше вопросов не задала. — Если волнуешься, — спокойно сказала она, — можно зайти. Это нормально. — Я не волнуюсь, — почти резко ответил Алихан. Слишком резко. Сара чуть приподняла брови, но спорить не стала. — Как скажешь. Она отошла, оставив его с этим взглядом. Ближе к вечеру Сара и Артур снова сидели над приборами. Теперь уже без прежней уверенности. — Если реакция была такой силы… — начал Артур и осёкся, глядя на данные. — Значит, мы неправильно понимаем структуру дна. — Или источник воздействия, — тихо добавила Сара. — Или и то, и другое, — признал он. — Наши расчёты исходили из стабильной модели. А она, похоже, не стабильна. Сара потерла переносицу.— То есть всё, что мы считали «фоном», может быть активным? Артур медленно кивнул. — Да. И это… плохая новость К вечеру Алихан уже не находил себе места. Он останавливался, разворачивался, делал несколько шагов — и снова оказывался напротив той самой палатки. Несколько раз проходил мимо, не останавливаясь. Один раз почти отдёрнул полог — и тут же отступил, выругавшись про себя. Отрицание держалось плохо. Когда он всё-таки вошёл, было уже сумеречно. Маркус сидел спиной к входу. На нём были только штаны.Футболка лежали рядом, бесформенным куском ткани. Он медленно, здоровой рукой, обрабатывал грудную клетку — тёмные, расплывающиеся гематомы уже проступили под кожей. Алихан замер. Несколько секунд он просто смотрел. Молча. Даже не пытаясь обозначить своё присутствие. Маркус почувствовал его не сразу. Потом выпрямился чуть резче, чем следовало. — Если ты пришёл сказать, что я идиот, — сказал он, не оборачиваясь, — можешь не стараться. Я уже понял. — Я не за этим, — глухо ответил Алихан. — Тогда закрой полог, — бросил Маркус. — Дует. Алихан закрыл. Остался стоять. — Ты должен был отпустить повод, — сказал он наконец. Маркус усмехнулся коротко, зло. — А ты не должен был тащить меня к воде с утра. Тон был ещё спокойный. Алихан сжал челюсть. Воздух между ними был плотным, тяжёлым. Маркус медленно повернулся. Посмотрел прямо. — Ты злишься, — сказал он. — И не на меня. — Не решай за меня, — отрезал Алихан. — Тогда перестань смотреть так, будто я уже умер . Эта фраза попала слишком точно. Алихан шагнул ближе. Потом остановился. — Ты мог. Маркус тоже поднялся. Медленно. Через боль. — Но не умер. — Потому что тебе повезло. — Потому что ты полез за мной, — повысил голос Маркус. — Хотя мог не лезть! — Я не мог, — рявкнул Алихан. — Ты полез за мной, потому что решил, что я не справлюсь, — сказал Маркус, и в голосе наконец появилась злость. — Потому что ты всё время решаешь за всех. — Я решаю, когда вижу, что человек тонет, — резко ответил Алихан. — Или ты предлагаешь мне стоять и смотреть? — Я предлагаю тебе не делать из меня беспомощного! — Маркус шагнул ближе. — Я не твой подчинённый. И не твоя ответственность. — Хватит! —голос разнёсся за пределы палатки. Алихан сам того не замечая, схватил Маркуса за предплечье. Не толкнул — сжал. Рефлекторно. Слишком сильно. Маркус резко вдохнул. — Отпусти. Не просьба. Алихан понял, что делает, и тут же отдёрнул руку, будто его ударило током. Шагнул назад. Лицо потемнело ещё сильнее. Снаружи послышалось движение. Чьи-то шаги. Шорохи. Кто-то кашлянул. Маркус провёл рукой по лицу. — Мы напугаем людей. — Плевать ! — сорвался Алихан окончательно. — Ты понимаешь, что я видел, как тебя тянет под воду?! Он осёкся. Слишком поздно. Маркус замолчал. Несколько секунд просто смотрел на него. — Так вот в чём дело, — тихо сказал он. — Ты испугался. — Не лезь ко мне в голову — прошипел Алихан. Он сделал шаг вперёд — и тут же остановился.В груди билось что-то тяжёлое,неоформленное, злое. И это напугало его самого. —Эй, — раздался голос у входа. — Мужики. Хватит. Бен стоял в пологе палатки. Сонный, но собранный. Оценил расстояние между ними одним взглядом. — Вы сейчас сделаете глупость, — спокойно сказал он. — Оба. Алихан резко отвернулся. — Выйди, Бен. — Нет, — ответил тот мягко, но твёрдо. — Потому что весь лагерь уже не спит. И потому что вы оба нужны нам живыми. Маркус выдохнул. — Всё. Закрыли тему. — Ты не решаешь, когда её закрывать, — бросил Алихан и шагнул к выходу. Уже у полога он остановился. Не обернулся. — Ложись. Резко. Коротко. И вышел. В своей палатке Алихан долго не мог сесть. Прошёлся туда-сюда. Сжал ладони, разжал. Уперся лбом в холодную ткань стенки. Он не понимал, что с ним происходит. Злость не уходила. Вина — тоже. Всё перемешалось, стало липким. Он привык действовать.Решать. А не… это. — Можно? — тихо спросили снаружи. Сара. — Заходи, — сказал он после паузы. Она села у входа, не подходя близко.— Прости, — сказала она сразу. — Я зря сказала тебе зайти к нему. Алихан усмехнулся без веселья. — Я всё равно бы пошёл. Они помолчали. — Ты не обязан всё держать на себе, — сказала Сара осторожно. — Я знаю, — ответил он. — Теоретически. Он посмотрел в темноту. — Я злюсь. И не понимаю почему. Это… — он замолчал, подбирая слова. — Не моя реакция. — Потому что ты испугался, — сказала она тихо. Не как диагноз — как факт. Он кивнул. — И потому что он не послушал. И потому что это я его туда повёл. И потому что… — он махнул рукой. — Слишком много сразу. Сара не стала утешать. Просто была рядом. Маркус вышел из палатки резко, будто ещё секунду и он передумает. Воздух был холодный, ночной, слишком ясный для того, что крутилось в голове. Он сделал несколько шагов — и остановился. Из палатки Алихана вышла Сара. Она говорила что-то тихо, почти неслышно. Алихан кивнул. Стоял близко, но не касался. Выглядел усталым. Потерянным. Маркус застыл. Сара попрощавшись ушла. Алихан остался у входа. Несколько секунд просто стоял, глядя в темноту, потом медленно опустился внутрь палатки. Маркус не двинулся. Он постоял ещё мгновение, затем развернулся и ушёл обратно. В своей палатке он сел, прислонился спиной к стойке и закрыл глаза. Мысль, с которой он вышел, больше не имела формы.