Аокигахара

* -Решила играть со мной,избранная? Я стою на коленях, упёршись руками в мокрую землю. На мне белое простое платье, изорванное, потёртое и запачканное. Волосы мокрые, они спутались. Надо мной серое небо, затянутое чёрными тучами, из которых, кажется, вот-вот польёт дождь. -Дождь-это освобождение,-шепчет мои губы,-но мы не свободны. -Ты всё изменила. Ты и твоя подруга. Это словно не голос-скрип деревьев. -Но всё всегда следует моим правилам,-ледяной ветер обжигает моё лицо,-и теперь они станут жёстче. Я дарую выздоровление твоему мужу, но лишь для того, чтобы вы быстрее очутились в моих владениях. Ты любопытно мне. Юная догадливая избранная, но своих догадках ты не скажешь никому, кроме второго, иначе мгновенно умрут все. -Зачем тебе всё это?-я поднимаю глаза в небо, когда она затылок опускается крупная капля. -Ты не думаешь, что зашла с ума, раз разговариваешь ни с чем?-голос, кажется, усмехается. -Не думаю,-снова капля. Капля крови.-Иногда полезно. -Умойся кровью,девочка. Умойся кровью. * -София? Голос Джеймса заставляет меня вздрогнуть и проснуться. Я снова уснул в его палате. До меня не сразу доходит, что Джеймс вышел из комы. -Чёрт... Не думай, я обхватываю его лицо ладонями, и осыпаю поцелуями и слезами. -Как ты себя чувствуешь?-удается выдавить мне. -Отлично,-улыбаясь, мужчина заправляет мне замку прядь волос,-скоро сюда прибегут врачи. Джеймс находит мои губы и отчаянно впивается в них, руками прижимая мое тело к себе. -Смерть,-отрываясь шепчу я,-я говорила с ней, Джеймс. Я схожу с ума. Я не успеваю ничего добавить-как говорил Джеймс в палату залетают наши коллеги. *** -Это так странно,-я сплетая наша с Джеймсом пальцев замок, смотря в потолок его комнаты, а голову навалив на его грудь,- всё, что происходит. Уже завтра вылет, а мне до сих пор всё это кажется страшным сном. -Всю нашу жизнь можно считать одним страшным сном, София,-вздохнув, отвечает мужчина,-или игрой. Крупной игрой, в которую мы вынуждены играть, чтобы выжить. Но не надо думать об этом. Скажи, что я могу сделать, чтобы ты отвлеклась? -Давай прогуляемся,-я прикрываю глаза,-голова гудит. -Хорошо,-Джеймс целует меня в висок,-выбери что-то из чемодана? -Нет,пожалуй,-я поднимаюсь на ноги и хитро улыбаюсь,-мне достаточно будет твоей кофты, а то в одной футболке будет холодно. -Разумеется. Выбери любую шкафу. Найди в чёрную кофту на замке, которая, конечно, мне велика, я направляюсь к двери. Джеймс берёт меня за руку, и мы выходим на улицу, с прохладным воздухом и тусклым светом фонарей. -Куда пойдем?-мужчина приобнимает меня за плечи, которыми я лишь пожимаю вместо ответа. -Знаешь,-слух ласкает треск насекомых и шум города,-когда я была меньше, мне очень нравилась нырять. Просто когда ныряешь, словно оказываешься в другом мире. Тебя укутывает вода, и так тихо, легко и спокойно. Как будто ты можешь побывать не в этом мире. -А я люблю стрелять,-тише чем обычно говорит Джеймс,-мне нравится пытаться попасть в цель. Словно с этими пулями вылетают мысли. Одна за другой. -Как-то раз в тире я выстрелила в того, кто брал деньги,-я усмехаюсь собственным воспоминаниям,-не знаю, что меня сподвигло, но пули были пластиковые, поэтому никто не пострадал. -А я в детстве чуть не утонул. Мне было важно чувствовать дно под ногами, и я зашёл так, что удавалось стоять лишь на носочках. Там я ни разу не купался, поэтому не знал, что дно неравномерное. Сделал шаг влево и пошёл ко дну, а из-за паники не смог двигаться. Тогда меня спас рыбак, что был неподалёку. Резкая щемящая боль в сердце заставляет остановиться и перестать дышать. -София?-голос Джеймса мне слышится эхом. -Что-то случилось,-я чувствую, что из-за нехватки воздуха начинаю теряться в пространстве. -Что случилось,милая?-на его лице читается беспокойство. Вибрация телефона не вытаскивает меня из странного состояния. Дрожащей рукой отвечаю на звонок. Губы шепчут: -Да,папа? -Доченька,ты сейчас с кем-то?-его голос неровный. -Да,папа. -Мама... Её увезли в больницу с приступом. Ноги подкашиваются, но Джеймс ловит меня и забирает телефон: -Да? Это Джеймс. Какая больница? Хорошо. Голова кружится. В ушах звенит. -Она переиграла меня,-не знаю произношу ли я это вслух,-переиграла. -София?-меня мягко встряхивают за плечи,-мы поедем сейчас к твоей маме в больницу, хорошо? Ты меня слышишь? -Но всё всегда следует моим правилам. И теперь они станут жёстче. Так она сказала. А смерть никогда не шутит. В коридоре больницы меня встречает папа. На его глазах застыли слёзы. На не гнущихся ногах я делаю несколько шагов ближе и тихо спрашиваю: -Всё ведь хорошо? -Она...-папа осекается и закрывает глаза,-ее больше нет. Что-то горячее разливается внутри. -Это шутка?-во рту пересохло,-или сон? Конечно,сон. Я скоро проснусь. Правда,пап? -Доченька... Я издаю смешок. За ним ещё. До тех пор,пока смех не переходит в плач,а он-в истерику. -София... Я падаю на пол больницы,но тут же резко поднимаюсь,смотря на папу и Джеймса сквозь пелену слёз. -Где мама?-шепотом спрашиваю я,-я хочу к маме. Джеймс крепко прижимает меня к себе,но я начинаю вырываться: -Я хочу к маме! Отпусти меня к ней! -София, успокойся. Ноги сами пинают его, а из груди врывается звериный крик, прерываемый лишь одной и той же фразой: -Я хочу к маме! -... Вколю успокоительное... -... Нет необходимости... -... Есть. Она может причинить вам вред, того не осознавая. Что-то острое вон зайца мне в правое бедро, и в следующий момент я обмякаю. Глаза сами закрываются, а тело безвольно повисает на мужских руках. Последнее, что я говорю перед тем как, как отключиться: -Я хочу к маме. *** -София, милая, ты меня слышишь? Кое-как я разлепляю глаза и вижу перед собой лицо Джеймса. -Где мама?-шепчу я,лишь удаётся разлепить сухие губы. -София,-мужчина садится рядом со мной и берёт за руку,-сейчас послушай меня внимательно. Через шесть часов у нас самолёт, и мы обязаны лететь. -Но... -Не перебивай,-он оставляет лёгкий поцелуй на костяшках моих пальцев,-и услышь то, что я тебе скажу. Твоя мама умерла и уже ничего не изменит, но мы можем сохранить наши жизни, понимаешь? Я закрываю глаза, чувствую внутри лишь пустоту. Пустота. Пустота. Пустота. -Понимаю,-наконец выдавливаю я,-позови папу: я хочу поговорить с ним. -Хорошо,милая. Хорошо. Время выходит из палаты, но одна я остаюсь недолго. -Доченька? Папа садится на край кровати, и первая, что я замечаю-это отсутствие жизни в его глазах. -Я должна улетать... -Я знаю,-теперь я понимаю,что жизни лишён ещё и его голос,-я понимаю. И хочу,чтобы ты улетала со спокойной душой. Всё будет хорошо. -Всё уже не хорошо,пап,-собственные слова будто проводят лезвием по сердцу. -Но будет хорошо,-папа придвигается ближе и целует меня в лоб,-после дождя всегда,рано или поздно,будет солнце. -А если мы в Маусинраме?-я горько усмехаюсь,-в самом дождливом месте планеты. -Но всегда дождь стихает,-он осторожно поглаживает меня по волосам,-твоя жизнь только начинается,дочка. Знай:я люблю тебя. -Я тоже люблю тебя,папа,-говорю я,а по щеке стекает слеза. *** -София,милая,нам пора выходить. В очередной раз уже прохладной водой я полицию голову,сидя в ванне. Ничего не чувствую. -Может зайду?-раздается голос Джеймса из-за двери,-пожалуйста. -Заходи,-тихо отвечаю я,задергивая шторку. -Вода уже наверняка остыла,-кажется,он садится на пол. -Всё равно. Знаешь, когда тебя окружает смерть, прохладная вода не кажется проблемой. -Пока смерть не сидит в тебе-это вполне себе проблема. Выходи. Я жду за дверью. Я медленно поднимаюсь и вытираю тело. Смотрю на себя в зеркало и с сожалением понимаю, что мой вид совсем не свеж. -Довольно,-сама себе говорю я,-нельзя так. Нужно верить в самое лучшее. Я должна предпринять хоть что-то. Заворачивать в халат и покидаю ванную комнату, за дверью которой действительно стоит Джеймс. -Всё в порядке?-его левая бровь вопросительно приподнимается. -Всё в порядке,-я вымученно, но искренне улыбаюсь и приступаю к сборам. Закончив с макияжем, причёской и одеждой, я даю джеймсу добро вызывать такси. Вместе с водителем они переносят наши чемоданы в машину, а затем в неё сажусь я, сразу же смотря в окно. -Сегодня на удивление жарко для осени,-выезжая с парковки, говорит водитель,-не считаете? -Действительно так,-ровно отвечает Джеймс. -Куда улетаете? На медовый месяц? Я не сдерживаю нервный смешок, и всё же решаю поддержать разговор: -Конечно. Как вы догадались? -Вы молодые, окольцованные. Тяжело не догадаться,-водитель пожимает плечами,-а что за место вы выбрали? Мы вот с женой улетали в Париж. -Япония,-за меня отвечает Джеймс. -Ну да. Аниме,манга... Это всё про ваше поколение,-водитель усмехается,-но, всё таки,я считаю, что город любви-париж. -Все так считают. Нам не хочется банальностей,-Джеймс осторожно сплетает наши пальцы. -Ну да,ну да... Вы у нас поколения новаторов,-водитель в очередной раз усмехается. -Милая, дорогая София,-пальцы Джеймса перемещаются мне на запястье, её будто чувствую удар тока, уносящий меня из реальности. * Какое-то время меня окутывает дымка, которая постепенно развевается, позволяя мне убедить то, что находится вокруг. Это лес. Тот железо, что я уже видела, когда мне казался Ноа, вот только он выглядит не так мрачно. Лучи солнца мягко сказать по шелестящей листве деревьев, вокруг царит полное спокойствие, нарушаемое лишь тихими шагами. Вот только смысл фраз, доносящихся до моего слуха, совсем не вяжется с атмосферой. -Мы не можем жить так больше. В вечном страхе. -Что ты предлагаешь? Побороть смерть? Сообразив, я прячусь за ближайшее дерево, и в следующий момент вижу мужчину и женщину. С губ срывается невольное: -Чёрт... Они-полная копия меняет Джеймса, вот только в более старомодной одежде. -Милая, дорогая София,-мужчина берёт женщину за руку,-ты знаешь как её призвать, но нужно ли нам это? -Мы не можем не попытаться,-женщина закрывает глаза и медленно опускается на колени, врываясь пальцами в землю,-услышь меня, наша прародительница. Услышь дочь свою. -Вы посмели явиться сюда. Этот голос... Знакомый, что слышится в глубине души, заставляет тело дрожать. -Госпожа,-женщина открывает глаза, которые теперь заволокла белая пелена,-ни мы, ни наши друзья,ни наши родственники не хотят так рано отправляться в свои объятия. -Ты знаешь правила. И знаешь о проклятии. -Проклятье?-подаёт голос мужчина,-ты не говорила ни о каком проклятии! -Проклятие на её роду. Её близкие будут умирать, пока... Расскажи, дочь моя. -Пока кто-то из нас не пожертвует собой. Кто-то из женщин нашего рода,-тихо говорит женщина,-вот как мать любит нас. -Ты готова принести себя в жертву? Молчание. -Разумеется. Ты всё же больше человек. Проклятие не прервётся, пока одна из моих дочерей добровольно не отправится ко мне. Что было однажды, то будет и дважды. Очерёдность. * Я вскрикиваю, когда понимаю, что вернулась обратно, в свой мир. Надо мной нависает Джеймс с беспокойным лицом. -София, что с тобой? Медленно поднимаясь, я осознаю, что всё ещё нахожусь в такси. -Что было однажды, то будет и дважды,-словно в бреду шепчу я,-нам не спастись.