Тот, о ком не помнят

Хан Суен сидела в кресле, без определенной цели перебирая пальцами страницы неаккуратных рукописей. Ю Джунхек 1863 регрессии начал молча есть землю. [Почему он начал это делать?] Она тупо уставилась на строчку рукописного текста, не в силах понять это несоответствие. Эти бумаги - те, что она сейчас держала в руках, - были их Гигантской историей, переписанной ею в виде новеллы, при использовании помощи всей ее Компании по восстановлению событий. Они много раз перепроверяли написанное, удостоверяясь, что все задокументировано корректно - однако сейчас, глядя на этот текст с литературоведческим скептицизмом, она, как писатель, понимала, что его логика просто повсеместно трещит по швам. Его затылок вздрогнул, будто по нему что-то ударило. Была ли виной тому депрессия регрессора, из-за чего этот Солнечник решил повиноваться спонтанному порыву есть землю? Обычный Ю Джунхек никогда бы такое не сделал. Но депрессия регрессора полностью поглотила его эго, поэтому сейчас он был словно тупая кукла. В этот момент Ю Джунхек тупо уставился перед собой.Как было бы хорошо, будь он всегда таким спокойным. Когда они восстановили этот фрагмент, их собственный Ю Джунхек молча развернулся и на три дня покинул промышленный комплекс, шляясь черт знает где. Вернувшись, он заявил только одно: – Этого не было. Однако общим голосованием было принято считать, что это все-таки было. [Но даже если так. Какого черта?] Она перелистнула страницы в конец. Меньше всего ей нравились именно эти главы. Может, чем дольше она это писала, тем больше растрачивала свой писательский талант? Иначе как объяснить то, что было перед ее глазами прямо сейчас? Обломки обрушились на землю, подверженные неведомым законам физики, после чего рассыпались пеплом. [Активируется deux ex machina, которую мировая линия не может распознать!] В этот момент Ю Джунхек 0 регрессии поднял голову. Ю Джунхек выполз из-под рухнувшего Чхве Хан Гю и уставился на звездное небо. [Хотя это было лишь на краткое мгновение, Ю Джунхек почувствовал, что перед ним кто-то стоит.] — Кто? .. Было ли это место одним из тех, где Хан Суен отчетливей всего осознавала наличие чего-то утраченного, забытого всеми ними? В Звездном потоке было не так уж много всего, о чем бы их Компания не знала, однако в этой Истории, казалось, загадок было намного больше, чем в знакомой им реальности. Тем временем Ю Джунхек дрожащими глазами смотрел на развернувшееся перед ним сообщение. [“Выбор Спонсора” начинается!] + «Выбор Спонсора» – Пожалуйста, выберите спонсора. – Выбранный вами спонсор станет вашим надежным сторонником. 1 Бог Вина и Экстаза 2 Крыса, Которая Грызет Ногти 3 Черный Огненный Дракон Бездны + [Новое Созвездие вошло на канал!] [Новое Созвездие участвует в “Выборе Спонсора”!] + 4 … Она смерила эту полу-пустую строчку взглядом, сминая уголок страницы. Это была дыра - прожженное пространство в их памяти, будто эрозирующее по всем остальным воспоминаниям в голове, если всматриваться в него слишком пристально. Она записала это далеко не только потому, что была писательницей - хотя их история и казалась ей тем, что было бы хорошей основой для новеллы - она просто не хотела забывать. Не хотела отпускать то - или того? - что как сквозь пальцы ускользало от всех их взглядов, пряталось за случайными деревьями или строениями, размытым образом мелькало где-то на периферии сознания и осознания - но никогда прямо перед глазами. Вот ещё. Описание обычной битвы из первой половины сценариев, такой же, как остальные десятки тысяч, через которые они прошли вместе: Ю Джунхек, наконец, поднялся и наблюдал за Королем Демонов. Ли Сольхва лежала там, где он до этого находился. Кажется, она истратила всю свою магическую силу на его лечение. В его глазах было много эмоций, когда он смотрел на существо перед собой. Ю Джунхек утёр окровавленные губы и пробормотал: «Я должен был умереть здесь». К счастью, Ю Джунхек был Ю Джунхеком. Он уже понимал, что ему придётся убить его. Ю Джунхек бросился вперед с Сотрясающим Небеса Мечом. Каждый его удар был ощутимым, снижая физическую силу Короля Демонов. Он ничего не сказал, но его отчаяние передавалось с каждым ударом. [Осталось 4 минуты] Им даже не дали времени прочувствовать это отчаяние. «Давай закончим с этим сейчас, Ю Джунхек.». – Да, вот здесь! – Хан Суен помнила, как впервые обратила внимание на этот момент. Она выронила ручку, отчего та прокатилась по столу и соскользнула с него, с легким хлопком приземлившись на пол. – Солнечник, чья эта фраза? – Не знаю. Но звучало раздражающе. Он смерил ее безразличным взглядом, не понимая, к чему им такая детализация в описании обычных боев. Иногда Суен казалась ему до странного дотошной к мелочам. – Как это, черт тебя, не знаешь? Ты же описывал ранее, что вся компания была в дерьмовом состоянии в этот момент, кто-то в отключке, кто-то просто в панике - так кто, скажи мне, в подобный момент мог сказать тебе такое? Она была раздражена, но и одновременно счастлива услышать такой ответ. Да, они не приблизились к разгадке - а она была уверена, что загадка существовала на самом деле, - но это было одно из многих доказательств того, что их воспоминания неполноценны. Вот бы ей ещё кто-нибудь поверил. – Какая разница? – Ю Джунхек смерил ее скучающим хмурым взглядом. – Не знаю. Мне всё равно. [Так почему мне нет?] Она отложила рукописи в сторону и протяжно выдохнула. Она занималась их составлением так долго, что процесс написания стал казаться ей длиннее, чем время, затраченное ими на прохождение сценариев. Но для чего все это было? В конечном счете, она так и оставалась единственной, кто прочитал эти черновики от начала до конца. Зачем ей изначально было писать эту Историю? Возможно, она просто была слабой женщиной, бессмысленно складывающей слова в предложения ради кого-то, кто мог бы это прочитать. Возможно, она просто чувствовала себя слишком одинокой в своих же собственных воспоминаниях. По огромным равнинам ехала спортивная машина с громким двигателем. «…Да». За последние три дня она сделала три скрытых сценария на Равнинах Бездны. Принцип не был сложным. Ведь она точно знала что делать, спасибо имеющейся информации. «У этого парня есть слабость. Если я нажму три маленькие точки на его спине…» «Его диапазон атаки опасен, но слабое место можно будет обнаружить после дистанционной атаки…» «Слабость босса – его анус…» Всё было очень просто. «Да-да, это анус». Она бессмысленно говорила сама с собой, будто у нее был какой-то попутчик. В итоге она заполучила две звёздные реликвии. Одной из них была реликвия SSS ранга, которая была полезна только в этих условиях. [SSS ранг Ферраригини]. Этот автомобиль сделал Массовый Производитель. Магическая Турель SSS ранга, установленная спереди и сзади помогала уничтожать толпы врагов, пока сами она перемещалась быстро, словно используя Путь Ветра, при этом не расходуя магическую силу. Поэтому она наслаждались ездой по равнинам. Что она могла сказать? Это так проходил сценарии регрессор высшего класса? [В этом воспоминании…] Казалось, она не была одна, но место рядом с ней точно было пустым. Возможно, она чувствовала это все последние годы, что писала эту историю. Не просто “одиночество”, а ощущение “отсутствия”. Всё, что у нее было - смутное мерещащееся ощущение взгляда с опустевшего без Звездного потока неба, ощущение, пропадающее сразу же, как она его замечала. Во всех своих действиях до этого момента она не видела никакого рационального смысла. Кому нужна их история, кто станет ее читать? Была ли она просто неуспешной писательницей, в прошлом 10 лет посвятившей истории, которую никогда и никто не читал? Где она находила мотивацию, чтобы тогда продолжать, что толкало ее аватара вперед, до исступления выпускать эти главы, постепенно исчезая? Знала ли ее копия то, что она сейчас ищет? И даже так, помимо одиночества (будь это всё, что это была бы за глупая причина потратить годы своей жизни на бесполезную рукопись?), было ещё кое-что. Смутные, необьяснимые фрагменты черт знает откуда, с человеком, которого она не знала, не видела и никогда не встречала, но который иногда говорил с ним мягким голосом, полным издевки и доверия. Она не вписала это в рукопись (конечно нет, она не хотела выглядеть настолько сумасшедшей в глазах Компании), но хранила в черновиках, трепетнее всего боясь растерять именно эти крупицы. «Когда по-твоему умирают люди?» «Ну… полагаю, когда их жизнь кончается. Их сердца останавливаются, и они больше не дышат». Хан Суен щёлкнула языком, словно была разочарована моим ответом. «Ну, всё-таки есть причина, по которой ты читаешь такие романы как Пути Выживания…» «…Не начинай бесполезный спор. Что ты имеешь ввиду?» «Ты что, не читал манхву? В идеале ты должен был ответить так. Когда люди умирают? Когда их забывают!» «Это манхва. Так ты считаешь, что я буду забыт?» «Это был лишь пример, идиот. В Звёздном Потоке созвездия умирают, когда их забывают. Прикинь в какой ситуации может произойти подобное». На самом деле это не звучало чем-то невозможным. Звёздный Поток был огромной историей и существа, не имеющие к ней отношения, вполне спокойно уничтожаются. «И почему люди забудут меня? Групповая амнезия?» «Они не могут забыть». Возможно, именно поэтому она и не могла отпустить. Смутное ощущение утраты преследовало ее, вызывало паранойю и делало мнительной, заставляло не доверять всему и всем. Она искала то забытое вокруг себя, и каждый раз, не находя, вперивала глаза куда-нибудь, ненадолго теряя связь с окружающей реальностью. Иногда это заставляло Компанию переживать за нее. [На самом деле, все чувствуют это внутреннее беспокойство, просто предпочитают игнорировать его. Идиоты.] А ее - злиться на их неспособность понять. Иногда Ю Санга приходила посидеть с ней, будто боясь надолго оставлять ее одну. Она садилась в кресло в ее кабинете, брала одну из книг по истории Кореи и читала, изредка поднимая взгляд на сгорбившуюся за столом фигуру Суён. Она редко начинала разговор первая, обычно ожидая момента, когда писательница спросит что-нибудь сама. – Как отреагировали люди в вагоне вокруг тебя, когда началось платное обслуживание? Было ли что-нибудь.. особенное? – Что было после того, как вы тогда выпили и обратились к Дионису? – Где ты была на период своей смерти, до возвращения как преемница Шакьямуни? Ю Санга была одной из тех, кто охотно отвечал на вопросы Суен и позволял ей копаться в своей памяти. И, хотя обычно они там ничего и не находили, она верила, что ее содействие помогает держаться этой сломленной девушке перед ней. – Ю Санга, скажи мне… – она недолго помолчала, подбирая слова, – что было в том поезде, что мы видели за последней стеной? – Мм… пустой вагон? – Ты помнишь момент, когда мы заходили в него, помнишь, как были внутри, помнишь, как выходили обратно? Ю Санга недолго помолчала. – Да, конечно… мы… – Тебе кажется, что ты это помнишь, потому что было бы странно не помнить такой важный момент нашего пути. – Суен бросила на нее понимающий взгляд. – Но на самом деле ты не помнишь этого. Думаю, у тебя это воспоминание такое же фрагментарное, как и у меня. Она протянула ей одну из рукописных страниц. Страницу, на которой содержалось подробное описание того, как они выходят из метро. Санга бегло пробежалась по ней глазами и подняла взгляд на Суен. – Что здесь такого? – Это версия, которую мы составили вместе с вами. Но у меня есть… ещё одна. – Она отвела взгляд, роясь в ящике стола. – Я знаю, как это сейчас будет выглядеть… не смей смеяться. Ю Санга, держа детей за руки, легко спрыгнула на платформу станции. Оглянувшись, она увидела, что Ли Хенсон и Чон Хивон также легко перепрыгнули через линию безопасности на землю. — Что вы делаете, не выходите? Позади осталось только три человека. — ... Кто-то из них произнес чье-то имя. Хан Суен спросила с вопросительным взглядом. — Мы выходим вместе, верно? [Кто-то активировал «Детектор Лжи Ур….»] Это побудило одного из них мягко ухмыльнуться. — Конечно. Мы должны. [«Детектор Лжи» подтвердил слова как правду.] — Пойдемте. Он легонько хлопнул двух других по спинам. Это заставило их обоих пошатнуться вперед. Хмурая Хан Суен что-то пробормотала, а Ю Джунхек схватился за рукоять своего меча, его глаза безостановочно сверкали. К последнему обратились. — …Ты ведь знаешь, что сценарии закончились, верно? С этого момента ношение меча будет считаться уголовным преступлением… — Какая глупость. Это еще не конец. — Он прав. Мы даже не выяснили, кто такой tls123, а также… Двери метро медленно закрывались; история нового мира текла в шумном гуле их голосов. Но затем, как только двери метро закрылись, Хан Суен оглянулась назад со слегка неуверенным, трудночитаемым лицом человека, который что-то забыл. Даже Ю Джунхек оглянулся тоже. Взгляды Хан Суен и Ю Джунхека столкнулись, и они одновременно зарычали. — На что ты смотришь?! — Я должна спросить тебя об этом, ты, ублю… И тут двери закрылись. Метро снова начало движение в тишине. Ю Санга подняла на Хан Суен вопросительный взгляд. – Это…? – Что-то, о чем мы больше не помним. Что-то, чего больше не существует в этом мире. Она подняла глаза к потолку, ища взгляд, который невозможно найти. — Это история, которую я хотела показать этому идиоту. Для них все еще оставалась история. История человека, которого они все любили. А также теперь это была История, которой никогда не было.