Ты забыл всех, кроме меня

Ёшка: Усаживайся сюда. Кнайф, по просьбе Ёши, уселся к нему спиной. Он положил голову на землю, чтобы Ёшка мог сделать ему массаж. Взгляд неотрывно смотрел на небо - на его красоту, тишину, мрачность. Что-то там было такое, что магией устраивало все нервы. Ёшка: Курасан, будь так добр, подай мне перчатки из моего чемоданчика. Ёшка также принёс с собой чемодан, в котором были все необходимые вещи. Перчатки - одна из главных, ведь лезвие Кнайфа не из бумаги. Когда уже всё было готово, Ёшка стал массировать голову Кнайфа, делая это предельно осторожно - Кнайф внезапно дрогнул. Кнайф: АЙ! Чёрт... Какого хрена голова то болит? Курасан: Тебе сильно больно? Кнайф помотал головой, а Ёшка стал массировать осторожнее и в других местах. Ёшка: Наверно, это адаптация идёт. Просто старайся расслабиться и дать мозгу отдохнуть. Боль скоро стихнет! Кнайф замолк - он уставился в небо и закрыл глаза, пытаясь воссоединиться с прежними ощущениями. Ёшка: Итак, давай пока без вопросов - раз голова болит. Кнайф: Угу. Минута массажа - и Кнайф лежал в полной тишине, почти не дыша. Перед глазами летали линии, голова перестала болеть, он ощущал себя свободным и в то же время прицепленным к земле. И вдруг он провалился в сон, сам того не замечая - став тихо посапывать. Курасан и Ёшка не сразу это заметили - Ёшка задал первый вопрос, но ответ он не получил. Ёшка: Кнайф? Кна-айф? Курасан: ОН ЧЁ, УМЕР, ЧТО ЛИ?!?!?! Ёшка: Ох, нет, конечно, Курасан! Успокойся, пожалуйста. Он просто заснул. Продолжим массаж - может, так будет лучше. Курасан тревожно сел рядом и положил руку в руку Кнайфа - сжимая ладони. (⁠´⁠∩⁠｡⁠•⁠ ⁠ᵕ⁠ ⁠•⁠｡⁠∩⁠`⁠) Кнайф открыл глаза - снова это место, которое он видел во сне. Этот бескрайний космос простора, эти странные ощущения, эти тревоги. Он обернулся - перед ним вновь явился Суши-Бог, выглядя всё таким же расслабленным. Кнайф: А... Снова вы?... Суши-Бог: Здарвствуй, дитя. Как ты? Кнайф: Достаточно хорошо... Объясните вы мне уже, для чего это всё... Суши-Бог: Для развлечения, конечно. Будут ли ещё вопросы? Кнайф задумался - вопросов было тысячи и тысячи. Кнайф: Вы... Вы сказали мне о будущем! Как вы узнали это? Зачем вы сказали мне это?! Суши-Бог: Я веду тебя по твоему пути. Показал, что будет тебе важно. Кнайф: Важно?... Суши-Бог: Они все важны тебе. Он сел перед Кнайфом. Суши-Бог: Знаешь, а ты не плохо справляешься. Память стала возвращаться, верно? Кнайф: Что нужно сделать, чтобы она вернулась?! Скажите уже! Суши-Бог: Вспомнить себя. Пойми, ты сам сто́ишь себя - тебе нужно лишь понять, кто ты. Какая твоя цена. Как думаешь? Кнайф замолчал. Он приобнял колени и, положив голову на них, выдохнул. Кнайф: Уже и сам не понимаю. Суши-Бог подошёл ближе - его сияние казалось неизбежным в этом космосе страданий. Усевшись рядом, Бог улыбнулся. Суши-Бог: Хочешь, расскажу тебе кое-что? Кнайф: А будет ли толк от вашего рассказа, если я застрял в этом мозговом круговороте? Суши-Бог: Поверь мне, толк будет. И не просто толк - ты извлечёшь из этого рассказа серьёзный урок. Давным давно, когда звёзды были лишь часовым сиянием, когда Арматура только-только рождалась, в бесконечном космическом пространстве жили два создания - Тень и Свет. Они жили в бесконечном пространстве, где кроме мелких звёзд и шаров нет ничего. Здесь нет ни ветра, ни звуков, кроме их голосов, наполняющих мир жизнью. Им приходилось жить вместе - но не в мире и согласии, а спорах и делах. Они спорили по любому поводу: где лучше сиять звезде, как плыть времени. Но они — единственные точки опоры друг для друга в этой пустоте, и с этим ничего нельзя было сделать. Но однажды... Свет начинает тускнеть. Его грани покрываются мутными трещинами, он теряет способность светиться и почти не может двигаться — его структура разрушается с каждым часом. Это была медленная и мучительная смерть. Тень, вопреки своей капризной натуре, стал его коконом тепла. Он окутывал Свет своей прохладной тенью, скрепляя трещины, чтобы тот не рассыпался. Он тратил свои силы, становясь прозрачным и слабым, лишь бы Свет не погас. Но Свет был высокомерен. Как только ему стало чуть легче, его охватил стыд за свою беспомощность и жалость. Из гордости он провоцировал конфликты, уже не думая, что будет дальше: «Твоя тень душит меня! Ты просто хочешь поглотить мой свет, пока я слаб! Уходи, я видеть тебя не могу!» - это было последнее, что он сказал Тени. Тень, истощенный заботой и обидой, ничего не ответил. Он просто рассеивался, уйдя на самый дальний край мира, за горизонт тишины и спокойствия. Один. Без врага и единственного друга. Спустя время Свет выздоровел, но мир вокруг стал больно невыносимым. Белизна пространства без Тени ослепила его, била в душу. Тишина без их споров казалось тяжёлой, как свинец. Он понял: его свет имел смысл только потому, что Тень был рядом. Без врага-друга он — просто кусок светящегося камня в пустоте и тишине. Проходят века. Свет сумел найти Тень на заброшенном крае мира. Тот почти исчез, превратившись в едва заметное марево. Свет не произнёс длинных речей. Он подошёл ближе и впервые сам раскрыл свои грани, позволяя Тени спрятаться внутри своего света. «Прости меня. Мир слишком ярок, когда в нем нет тебя» — сказал он, обнимая Тень. Они нашли баланс. Теперь они не просто живут рядом, а создают «сумерки» — единственный уголок в их мире, где свет и тень переплетены так красиво, что им больше не хочется спорить. Без друг друга они никто, а вместе - всё, чего им не хватает по одиночке. Суши-Бог замолчал. Он улыбнулся и положил руку на плечо Кнайфа, который был заворожен историей. Суши-Бог: Они живут в гармонии до сих пор. Но поняли они это только через века. Понимаешь? Кнайф задумался. Он медленно кивнул. Суши-Бог: Друг без друга мы никто. Мы живём лишь до тех пор, пока рядом с нами есть те, кто дорог нам. Ты не сможешь без тех, кто составляет частичку тебя. Не сможешь без кого-то одного. Кнайф резко поднял голову. Кнайф: Без... Без кого?... Суши-Бог: Это решай сам. Когда ты поймёшь, кто нужен тебе для твоего внутреннего мира - ты вспомнишь настоящего себя. Он поднялся и отошёл от него, повернувшись спиной. Суши-Бог: Днём ты извлечёшь урок из беды - поймёшь, где тебе место. Ты поймёшь это со второй частью своего сердца. И тогда ты поймёшь, чего тебе не хватает для жизни. И Кнайф вновь увидел яркий свет - и резко открыл глаза. Перед ним Курасан и Ёшка - они обеспокоено смотрели на ножа, а Курасан не переставал держать его руку. Кнайф приподнялся, потерпев голову - головная боль не ушла. Кнайф: Ох... Я заснул?... Курасан: Ещё как! Я чуть с ума не сошёл! Ты хоть предупреждай, что спать хочешь! Ёшка: Как ты, Кнайф? Кнайф: Ну... Лучше... Ёшка, я пожалуй, прерву терапию - а то что-то голова болит... Ёшка: Конечно. Мы ведь уже закончили. Массажа на сегодня хватит. Ёшка помахал и помог Кнайфу подняться - вместе с Курасаном они пошли погулять по лесу, так как время сейчас свободное. Идя, Кнайф долго размышлял над словами Суши-Бога - он снова предсказал ему будущее. Но что значит «Со второй частью своего сердца»? О ком шла речь? Что вообще ожидает Кнайфа? Ох, как много вопросов - и ни на один из них нет ответа. За размышлениями Кнайфа улыбчиво наблюдал Курасан - Кнайф молча смотрел в пол, думая о сне. При этом выглядел он очень забавно и даже мило. Курасан остановился у какого-то пенька, чтобы залезть на него, подтянул Кнайфа и прошептал в ухо друга: Курасан: Кнайф. Приём. Кнайф дрогнул, тут же опомнившись - он повернулся на Курасана, потерев лезвие. Кнайф: Прости, задремал. Что ты сказал? Курасан: Да ничего в целом. Просто ты идёшь в тишине и в пол глядишь. Я тебя разбудил. Кнайф: А... Блин, я просто задумался... Курасан хмыкнул и потрепал его по плечу. Курасан: Пошли, погуляем по берегу - только без любви к воде, ревновать буду. Кнайф: Хех. Что? Курасан: Что? Кнайф хихикнул, приняв это, как шутку - это и была отчасти шутка. Безобидная шутка. Но ведь в каждой шутке есть доля правда. Не так ли? (⁠´⁠∩⁠｡⁠•⁠ ⁠ᵕ⁠ ⁠•⁠｡⁠∩⁠`⁠) Ёшка и Краткий, будучи в лесу на Арматуре, сидели друг перед другом - настроение Краткого было ниже нуля. Ёшка всячески успокаивал его, периодически перечитывая письмо, что им пришло - Аз ругается и грозит, что выгонит ребят из алфавита! Ёшка: Ну вот... Ну вот как так?! Может, это ошибка? И Краткий: Да нет, Ёшечка, не ошибка - он и до этого орал на меня... Вот уёбок! Ёшка: Краткий...! Краткий сел на пень, громко выдохнув. Ну не пришли на несколько собраний, ну не отзывались на письма - что с того? Сразу же выселять? И Краткий: И что нам теперь делать?! Бомжевать?! К этому времени подошли Кнайф и Курасан - они шли до берега через лес, как услышали крик, разрезающий тишину. Любопытство их не подвело - тут намечалось что-то интересное. Курасан: Что у вас тут случилось? И Краткий: Еб... М-мх... Интересовать тебя не должно. Валите отсюда, я и так в тисках отчаяния... Ёшка: Ох, Краткий... Ёшка подошёл сзади и обнял Краткого Ёшка: Нас выгоняют из Алфавита - Аз ругается, что мы... Редко появляемся и не соблюдаем график собраний. И Краткий: А ведь он знает, что я не прихожу из-за работы! У меня шоу, между прочим! А таскаться туда сюда мне тоже не выгодно! Нет, ну это же вообще! Ещё немного поворчав, он обернулся на Ё. И Краткий: Что нам делать с тобой, Ёши? Куда деваться? Ёшка: Жить на Арматуре с нашими любимыми обджектами! И Краткий: Ага, щас. Буду я с ними кусками тупизма жить... Эх, ну вот как так, а? Там ведь мой дом... Кнайф: Дом... Кнайф немного задумался. А где его дом? Здесь? А что вообще для него значит дом? Дом - это ведь не просто место жительства. Это то место, где тебя видят, слышат, принимают таким, какой ты есть. И всегда поддержат, помогут, обнимут. Так где его дом? На Арматуре? А был бы это его дом без всех тех, кто его окружает? Без вспыльчивой Брялок, добрейшей Стёрки, шумной Пшики, умного Замазыча, маленького Клеви, тихой Соки, комфортной Чарджери, безразличной Нансенсу, творческого Пикчера, радостной Лампчки, спокойного Бутылыча, светлой Чашечки? Без безумного Краткого и милого Ёшки? Без... Любимого Курасана? Кто он без них? Сердце резко ёкнуло - Кнайф почувствовал внезапную теплоту в сердце. Ощущения... Знакомые...? Его резко дёрнул Курасан. Курасан: Кнайф, я обеспокоен твоим видом - ты точно в порядке? И Краткий: У МЕНЯ БЫ КТО СПРОСИЛ!! Идите уже, куда шли, пока не убил! Ёшка: Кратенький, спокойно... Вдох, выдох... Краткий вдохнул и выдохнул, стараясь быть куда спокойнее - надо легче переносить такие... Вещи. Курасан и Кнайф решили не мешать этим двоим - пусть сами разбираются. (⁠´⁠∩⁠｡⁠•⁠ ⁠ᵕ⁠ ⁠•⁠｡⁠∩⁠`⁠) От воды отражалось солнце и два силуэта - ножа и круасана. Они смотрели в даль и молчали. Эта тишина была лёгкой - будто им для жизни только и не хватало помолчать пару минут. Кнайф первый подал голос. Кнайф: Курасан... Скажи, пожалуйста, а... Как ты себя чувствуешь, когда тебя окружают те, кто тебе дорог? Курасан: Интересный вопрос. Мне хорошо от этого - я знаю, что рядом те, кому можно открыться. Сказать о грустном или просто помолчать под тишину океана. Мне легче. Кнайф: А как бы ты себя чувствовал, если бы... Был один? Без всех, кто рядом? Курасан: Ох... Знаешь, мне было бы очень грустно - ведь всё, что нужно для счастья - это чуточку близости. Неважно, какой. Не думаю, что продержался бы один долгое время... А почему спрашиваешь? Кнайф: Да так. Просто знаешь... Я вдруг понял, что мне для полного себя не хватает лишь две вещи. Друзей и... И тебя. Курасан улыбнулся. Курасан: А я разве не друг? Кнайф: М... Знаешь, ты... Я не думаю, что ощущаю нас друзьями... Как будто что-то больше, знаешь? Будто... Курасан не дал ему договорить - он поднялся и подтянул его к себе, прижавшись губами к его губам. Он затянул его в поцелуй, который, казалось, был ещё одной вещью, которая нужна Кнайфу. Просто... Выйти из этого круга неприятностей и унестись под мелодичную музыку куда-то вдаль. Просто быть с тем, кто ему нужен. Курасан оторвался от его губ и подмигнул. Курасан: Это ты имел ввиду? Кнайф: А... Д-да... Обоим резко стало даже стыдно - Курасан уселся назад и сильно покраснел. Курасан: Что ж... Ам... Полагаю, мы оба это чувствуем? Извини, что так резко! Кнайф: Да ничего, это я начал! Да, думаю... Взаимно... Курасан: Хех... Эта неразбериха в словах сменилась взглядом - они смотрели друг другу в глаза и видели там самое милое и нежное на свете. И вдруг... Перед глазами Кнайфа всплыли картинки - вот он ссориться с кем-то, вот спит на кусте, вот проходит испытание... А вот и гора Домкрат... Перед глазами появился Суши-Бог - он улыбнулся и погладил щеку Кнайфа. Суши-Бог: Ну вот. Вот ты и прошёл это испытание. Всё, что тебе надо - это тепло друзей, радость от жизни и любовь Курасана. Он подмигнул. Суши-Бог: Удачи, дитя моё. Ты закончил это испытание. Иди в свою счастливую жизнь не один - и помни себя. Кнайф резко моргнул - Курасан выглядел удивлённо. Курасан: Ты чего? Кнайф: Я... Курасан... Он улыбнулся и выдохнул, не веря собственным словам. Кнайф: Курасан, я вспомнил! Вспомнил всё!