Правители

      Проснувшись, Дуфгерн снял защитный купол и отправился на поиски источника с водой, по пути собирая ягоды, сохранившиеся со времен светлого сезона.       Тёмный шагал размеренной походкой, не торопясь и не задерживаясь. Решение, принятое два дня назад, уже не казалось опрометчивым или глупым. Отношения с Эхтигерном давно зашли в тупик и не приносили радости. Тёмный Повелитель, при всем своём величии, чувствовал себя рядом со Светлым, как домашняя зверушка. Красивая, сильная, даже немного опасная, но зверушка. Домашний питомец… Тёмный кормился с руки хозяина и собирал крохи со стола господина. Не в прямом, конечно, смысле.       Эхтигерн удивительным образом сочетал в себе несочетаемые качества. Каждую ночь он со щемящей нежностью и безудержной страстью отдавался любимому, но стоило покинуть покои и Дуфгерн оказывался в тени Величия Светлого. Эхтигерн принимал решения не обращая внимания на мнения младшего, считая их чрезмерно эмоциональным и необдуманными. Дуфгерн убеждал себя, что в их тандеме есть особый смысл, особая задумка создателя. Темный знал о своей эмоциональности и позволял старшему её уравновешивать. Но сомнения мелкими каплями наполняли сосуд терпения. Порой казалось, что эта чаша полна до краёв. Но наступала ночь и все тревоги, сомнения, обиды смывало волнами страсти. К тому же, при озвучивании (по сути своих) решений, Эхтигерн всегда использовал местоимение «МЫ». «Мы решили…», " Мы объявляем…», " Мы повелеваем…» Только всё это заканчивалось словами. «МЫ» существовало только в постели, в быту, в повседневности, там, где Правители оставались наедине.       Темные возмущались. Тихо, осторожно, сдержанно — чисто по-эльфийски. И всё это недовольство изливалось на Дуфгерна. Ему приходилось объяснять причины принятия каждого решения, оправдывая Светлого. Тёмные кивали, успокаивались, принимая то, что влюблённый Правитель не желает конфликтов. Однако, когда в мире стали появляться Вампиры ситуация изменилась. Темные не желали мириться с существованием кровососов. Дуфгерн тоже.       Вот именно тогда чаша терпения переполнилась.       Дуфгерн не переставал любить. Ни на секунду не переставал! Но эльфийская сущность требовала свободы и признания. Истинного, а не мнимого. Поэтому он ушёл. Ушёл в пустоту. В неизвестность. Закрыл дверь Резиденции, но оставил открытой свою душу.       Теперь Тёмный ищет своё место среди необжитых территорий. Ему не нужны соседи. Не нужны друзья. Не нужны любовники или любовницы. У него есть тот самый единственный. Этого достаточно, ведь любовь — это не про секс, не про тело, не про обладание. Именно это и должен понять Эхтигерн. Вот когда он осознает, Дуфгерн, возможно, вернётся. А пока…       А пока перед глазами открывается невероятный вид. Высокая гора, покрытая густым хвойным лесом почти до вершины. У подножия — кристально чистое озеро. А на вершине россыпь пещер. Вот оно! То самое место.       Дуфгерн опустился на корточки, зачерпнул пригоршню воды из озера. Напился и почувствовал, что энергетика тут самая подходящая. Вода оказалась обжигающе холодной, но при этом очень мягкой и сладковатой на вкус. То самое чувство, когда остро и мягко одновременно. Та самая грань между азартом и ужасом, между страстью и нежностью, между «хочу» и «надо»… Та самая энергия Тёмного. Энергия Дуфгерна.       Он нашёл своё место.       Медленно поднявшись, Дуфгерн глубоко вдохнул, пробуя на вкус здешний воздух и снова не разочаровался. Оглядевшись по сторонам, и найдя окружающий пейзаж восхитительным, Правитель Тёмных стал подниматься по склону к вершине, на ходу прокладывая магией тропу. То была не торная дорога, по которой могли бы проходить большие делигации или военные эшелоны. Дуфгерну этого не нужно. Он создавал тропу, петляющую между деревьями, огибающую огромные каменные валуны и сохраняющую окружающий ландшафт.       Это место не должно привлекать посетителей, скорее наоборот. Дуфгерн желал уединения. Он знал, что, будучи Правителем, не может вечно скрываться от соплеменников, но и открывать настеж двери своего дома не собирался. Если уж кому приспичит явиться пред светлы очи Первородного Тёмного, то пусть шагают не торопясь и поразмыслят, надо ли им это вообще. Увеселительных сборищь, балов и конференций Правитель здесь устраивать не намерен.       Добравшись до вершины, Дуфгерн вошёл в первую пещеру. Его встретили полумрак и холод. Свод оказался достаточно высоким, настолько, что мог легко вместить существо вдвое выше Первородного Эльфа. Внутренняя поверхность пещеры была гладкой, что очень порадовало Тёмного. Дуфгерн положил ладонь на холодный камень, закрыл глаза и активировал своё внутреннее зрение.       Эта способность видеть структуру предметов, к которым прикасается, не была прирожденной. Тёмный долго учился такому умению, оттачивая мастерство. Когда талант начал проявляться в полную силу Эхтигерн был в восторге. Он искренне радовался за любимого и восхищался такой концентрацией внутренних сил. Со временем мастерство достигло того уровня, когда достаточно стало лёгкого прикосновения и минимальных затрат энергии. Сейчас же Дуфгерну пришлось приложить немало усилий. Не потому, что гора не поддавалась или что-то мешало, просто Тёмный становился дизайнером собственного жилища. Ему необходимо было досконально запомнить каждую деталь, каждую трещину, каждый поворот и решить, что оставить в прежнем виде, а что аккуратно поправить или переделать, где устроить двери, арки и окна. Дуфгерн создавал мысленный макет своей Резиденции.       Пещеры распологались каскадами на три-четыре яруса вверх. Глубина многих из них оказалась настолько внушительный, что даже просторные залы Резиденции Эхтигерна могли бы позавидовать. Однако нигде пустоты не приближались к сердцу горы. Россыпь пещер будто была накинута, как сеть на живую, дышащую каменную плоть. Гора жила своей жизнью, приглашая Тёмного разделить с ней одиночество. И Дуфгерн не противился. Он был рад приглашению.       Не открывая глаз, Тёмный выпустил магический поток, воплощая в реальности свою задумку. Его пальцы едва двигались, очерчивая замысловатые узоры на поверхности камня. Со стороны могло бы показаться, что Повелитель Тёмных поглаживает стену пещеры. Отчасти так и было. Гора отзывалась легко и перестраивалась по желанию Дуфгерна. Эльф глубоко погрузился в процесс, выстраивая переходы, лестницы, окна, окружая периметр отвесными каменными стенами, оставив лишь одни ворота. Темный строил нерушимую крепость, защищая внутреннее комфортное и уютное пространство. Как и планировал, у подножия он создал укрепления, правда обошлось без рва, наполненного водой. А вот ядовитые кустарники стеной окружили гору. Дуфгерн устроил так, что эта стена сможет пропустить лишь тех, кого ждёт хозяин замка. Живые растения слушались Эльфов, а посаженные Эльфами еще и благодарны были. Ограждения Темный усилил магической защитой.       Дуфгерн работал весь день, дозировано посылая потоки магических сил в нужном направлении. Гора помогала. Порода поддавалась перестройке легко. Однако к вечеру Темный чувствовал сильную усталость. Крепость была построена, а обстановкой, уютном и обустройством быта можно заняться позже.       Дуфгерн вышел из пещеры и отправился на поиски чего-нибудь съестного. Долго бродить не пришлось. На склонах он обнаружил множество фруктовых деревьев, плодоносящих, как в темный, так и в светлый сезон. Темный собирал фрукты, а Луна питала его полуобнаженное тело своим светом.       Дуфгерн никогда не испытывал пристрастия к нарядам. Будь его воля — ходил бы голышом. Однако холод и приличия, выработанные веками существования мира, диктовали свои условия. Обычно, Тёмный ограничивался лёгкими, удобными брюками и сшитыми собственноручно походными сапогами. Именно такая одежда и была на нем сейчас. Весь остальной гардероб остался в Резиденции Эхтигерна.       Ночи в Восемдесят Седьмом достаточно холодные. Дуфгерн далеко ушёл от полосы приграничных сумерек, где температура круглый год оставалась комфортной. Теперь, решив обосноваться именно здесь, Тёмный оказался почти раздетым посреди холодной ночи. Днём, когда он работал, это совсем не ощущалось, а сейчас тело требовало тепла. Дуфгерн набрал сухих веток в ближайших окрестностях своей крепости и разжег костёр у входа в одну из мелких пещер. Это лишь отчасти помогло согреться. Нужна была одежда. Со временем Великий Эльф, конечно, обзаведётся необходимым количеством, но сейчас придётся снова использовать магию. Дуфгерн снова закрыл глаза, отчётливо представляя перед собой медвежью шкуру. И вот она уже лежит у его ног. Убедившись, что теперь есть на чем спать, Темный продолжил и спустя несколько мгновений на нем красовалась простая туника и тёплая лисья шуба.       Согревшись, Дуфгерн уснул. Во сне к нему снова приходил Эхтигерн. На этот раз Светлый ничего не говорил, а лишь согревал своими объятиями. Вероятно это было не так, и тепло дарили шкуры да огонь перед входом в пещеру, но ощущение душевной боизости и спокойствия они дать не могли.        Силы Тёмного восстонавливались, магия возвращалась в тело и любимый был рядом. Пусть во сне, но рядом. Значит думает. Значит скучает. Значит любит. А больше ничего и не надо.       Спал Дуфгерн долго и просыпаться совсем не хотелось. Сейчас он находился в самом безопасном для себя месте. Тут его никто не мог побеспокоить. Здесь Темный не обременён долгом и обязанностями Правителя. Пока…       Покой и умиротворение не могут быть вечными. Работы ещё очень много да и времени прошло достаточно, чтобы Эльфийский слой начал тревожится за своё равновесие. Без своего Правителя Тёмные становятся беззащитными. А это не есть хорошо.       Весь следующий день, который в тёмном полушарии лишь слегка отличался от ночи, Дуфгерн обустраивал своё жилище. В итоге его Резиденция приобрела сдержанный, локаничный уют. Здесь не было витиеватой резьбы, позолоченных колонн или вычурной мебели. Вся обстановка сводилась к минимализму и функциональности. Освещалась она факелами, а отапливалась каминами с живым огнём.       Даже тронный зал получился весьма аскетичным. Простые дубовые скамьи на мраморном полу для проведения собраний, коих будет совсем немного, как надеялся Дуфгерн. Трон Правителя не сильно отличался, лишь имел высокую спинку и подлокотники. В этом зале окна были затемнены особым образом, пропуская свет снаружи, но скрывая происходящее внутри. Закрытые совещания Тёмных должны быть закрытыми. Это не означало начало холодной войны со Светлыми, просто у Ночных Эльфов свои заботы и нужды, также, как и у Дневных. Пусть каждый занимается своим делом и не ходит со своим уставом в чужой монастырь.       Дуфгерн мягко проводил границу. Темный, наконец, воплощал в жизнь замысел Создателя.       На исходе второго дня строительства Резиденция была готова и Дуфгерн впервые за время своего существования отправился ночевать в свои личные покои. Один. Без него.       Тоска нахлынула внезапно, затопив собою сознание. Дуфгерн снял все барьеры, открыл каналы связи и первым, кто это заметил, конечно же был Эхтигерн.       — Дуф! Ты как? Ты где?       — Всё в порядке. Я дома.       — Что? Дома?       — У себя дома — уточнил Темный уставшим голосом.       — Ты… Ты… Пропал. Закрылся. Я места себе не нахожу… — не менее устало отозвался Светлый.       — Успокойся. Со мной все хорошо. Теперь вот и дом есть…       — Где? — осторожно поинтересовался Эхтигерн.       — За линией сумерек. Лови координаты.       — Дуф? А можно…- Эхтигерн не успел договорить.       — Можно. Если хочешь… — перебил его Тёмный.       — Безумно хочу! — отозвался Светлый.