Нелюбовь

Друзья вновь старались убедить Блэка в том, что Варнер явно не такой хороший, каким себя подаёт, но тот продолжал упираться. Он демонстративно вздыхал и отводил глаза, желая поскорее закрыть тему. Видя чужую непоколебимую глупость, Лололошка начинал высказываться резче, раздражаясь и нервничая. Он будто чувствовал, что друг уже пересёк черту: вероятно, вскоре ему уже будет ничем не помочь. Гектор тоже пытался донести до юноши свои опасения. Но, в отличие от парнишки, он старался говорить спокойнее, хотя всё же невольно путался в словах от нарастающего беспокойства. Но напрасно друзья старались донести простую истину своими высказываниями: Блэк пропускал всë мимо ушей. А от осознания, что даже Гектор, в ком юноша видел недостающую фигуру отца, не мог повлиять на его затуманенный наивными чувствами разум, становилось невыносимо больно и даже страшно. Дабы в случае чего не дать юноше остаться один на один с Варнером, друзья просидели с ним до самого вечера, но, решив, что воин уже не придет, всё же оставили Блэка. Уходили они нехотя, с каким-то неясным чувством обречённости и гадкого предчувствия. Маг не спешил покидать зал вслед за ними. Он тяжело вздохнул и откинулся на спинку диванчика. Признаться, его стали ужасно утомлять встречи с друзьями, но и без них он не мог – пожирало одиночество. Какой бы сложный период не был в их дружбе, он безумно нуждался и в Гекторе, и в Лололошке. За размышлениями он погрузился в некую прострацию, совершенно не слыша приближающихся шагов. Варнер на самом деле и не старался тихо подкрадываться, но, раз так получилось, он просто не мог удержаться от того, чтобы слегка напугать юношу. Он резко положил ладони на чужие плечи, слегка, но всё же больно сжав. Блэк кротко вскрикнул от неожиданности. — Хах, Блэки, испугался? — усмехнулся парень, опиревшись на спинку дивана. Ему доставлял удовольствие страх в чужих глазах. — Немного. — переведя дыхание, ответил маг. — Я не хотел. — воин всё ещё улыбался. А после, будто вспомнив, добавил: — Прости. — Ничего, просто это было неожиданно.. — он постарался изобразить улыбку, подобную чужой, но вышло заметно криво. Довольный Варнер склонился над нервничающим Блэком, накрывая его губы своими. Целоваться так было неудобно: магу пришлось сильно запрокинуть голову, что вызывало дискомфорт. — Не хочешь прогуляться за пределами поместья? — спросил парень, чуть отстранившись. — Возможно? — неуверенно ответил юноша, потирая ноющую шею. Ему, вроде, хотелось побывать за вратами поместья, но одновременно с этим это его слегка пугало: вдруг отец узнает. — Пойдём. Будет весело. — настаивал воин. Блэк отвел глаза, размышляя над предложением. Ему в самом деле нравилось сама мысль о том, что он может хоть ненадолго покинуть поместье, но одновременно с этим было слегка боязно. А за то время, что маг думал, Варнер уже успел обойти диван, стоя рядом в ожидании чужого ответа. Признаться, его пристальный взгляд будто физически давил на юношу, и, кажется, именно это "помогло" решиться. — Пойдём. — вздохнул он. Парень ухмыльнулся и подал Блэку руку. *** В городе было до ужаса некомфортно. Изначально улицы были заполнены бурным шумом жизни, но стоило жителям увидеть Варнера, так те сразу замолкали и кланялись. В этом не было никакого уважения, лишь тревога. Некоторые, к слову, вовсе старались как можно быстрее скрыться. Блэк невольно напрягся и схватил парня за рукав рубашки, а тот лишь расплылся в самодовольной улыбке. Постепенно, по отдалению, за спиной начали оживать звуки: жители Арнира вернулись к своим делам. — В городе скучно. Пошли ко мне. — сказал он, обернувшись на юношу. Он кивнул. Признаться, ему тоже в городе не понравилось, там чувствовалось напряжение, поэтому он даже обрадовался предложению. *** Зайдя в комнату парня, тот сразу указал на кровать и сказал: "Присядь". Блэк так и поступил, усаживаясь на самый краешек. — Вина? — спросил воин. — Может быть. Я ни разу ещё не пробовал. — стыдливо признался он. — О, тогда попробуешь. — усмехнулся Варнер. Парень присел и открыл дверцу собственного винного шкафчика, он пробежался глазами по его содержанию и достал бутылку вина. — Это красное, сухое. — оповестил он. Ещё следовало добавить, что оно крепкое, но воин не стал, решив, что уточнять это будет лишним. Из того же шкафчика он достал два бокала и, откупорив пробку бутылки, разлил в них напиток. Затем вручил один магу. Блэк покрутил бокал в руке и, заметив заинтересованный взгляд возлюбленного на себе, пригубил вина. На языке почувствовалась неприятная горечь алкоголя. Признаться, юноша вообще не любил спиртные напитки: первая ассоциация – отец, оскорбляющий его за ужином. Но ведь это предложил Варнер, он не мог отказаться. — Как тебе? — спросил парень, также сделав глоток. — М-м, хорошо. Блэк не был уверен, что ему понравилось, но огорчать возлюбленного не хотелось. Варнер хмыкнул и сел рядом. Он спросил юношу о том, как прошёл его день, внимательно следя, как за разговором тот неторопливо, иногда морщась от неприятного вкуса, осушает бокал. — Я, наверное, больше не буду. — сказал Блэк, заметив, что возлюбленный вновь собирается налить ему вина. — Оу, Блэки, но я настаиваю. — ласково проговорил он, вручая уже наполненный бокал. Он закусил губу. Ему впрямь уже не хотелось пить, но ещё больше не хотелось расстроить Варнера, поэтому нехотя ему всё же пришлось принять напиток. Через некоторое время и этот бокал бы опустошён. Парень аккуратно забрал его из чужих рук и поставил куда-то вместе со своим. Варнер придвинулся ближе и, убрав выбившиеся пряди с лица юноши, притянул его ближе. Блэк смотрел на него невинным, слегка опьяненным взглядом, что заставляло парня в нетерпении прижать того к себе, жадно целуя. Горький от вина поцелуй был неприятным и даже грубым. Но это мелочи. Маг, закинул руки на чужую шею, обнимая его. Парень опрокинул его на кровать, продолжая напирать. Он кусал чужие губы, одновременно с этим расстегивая пуговицы на рубашке Блэка. Признаться, юноша не был готов к столь активным действиям и, несмотря на затуманенный алкоголем разум, всё же постарался оттолкнуть того. Но Варнер перехватил его руки, прижимая к кровати. — Ну что же ты, Блэки? — спросил он, опаляя шею горячим шёпотом. Более Блэк даже не пытался воспротивиться. Парень припал губами к белоснежной коже, оставляя россыпь ярких засосов, а на плече – ужасный укус, пульсирующий болью. Блэк пискнул, в уголках глаз скопилась влага, скатываясь слезой по щеке. Варнер отстранился от тела. Он усмехнулся, увидев раскрасневшееся личико юноши, и покрыл его щеки поцелуями, ощущая на губах солоноватые слëзы. Затем воин вновь прильнул к телу и было спустился ниже, к груди, но в дверь неожиданно постучались. Он остановился, прислушиваясь, и, услышав повторившийся стук, отстранился от юноши. Он раздражённо вздохнул, но всё же встал с кровати и подошёл к двери. — Чего тебе? — недовольно спросил он, увидев Райтариона. Блэк, будто лишь сейчас прийдя в себя, в миг подскочил с кровати и начал поспешно застёгивать пуговицы на рубашке, но руки отчего-то тряслись, поэтому сделать это быстро было сложно, даже практически невозможно. А ещё по лицу продолжали течь слезы, которые он старался сразу утереть рукавом, совершенно не понимая, почему у него такая реакция. — Нужно с бумагами разобраться. — напомнил парень. Он заглянул за плечо Варнера, заметив юношу, и тяжело вздохнул. — Да-да, обязательно. — отговорился он, готовясь закрыть дверь, но Райт остановил его. — Варнер, сжалься над ним. — еле слышно сказал он. — Мгм, — воин ехидно ухмыльнулся и всё же захлопнул дверь. Парень, предвкушающий продолжение вечера, неприятно удивился, застав уже собранного юношу. — Уже поздно, мне пора. — оповестил Блэк, бегая глазами по комнате в поисках часов. Он сказал так наудачу, лишь предпологая. — Действительно.. — разочаровано сказал он, кидая взгляд на стол: там и находились часы. Стрелка на них приближалась к единице, означая, что уже за полночь. Он тяжело вздохнул: — Я провожу тебя до поместья. Пошли. *** — Спасибо, что провёл. Спокойной ночи. — тихонько приговорил Блэк, боясь, что даже так его ужасно слышно. Варнер вновь расплылся в улыбке и притянул юношу ближе, в очередной раз целуя. И вновь эта неприятная горечь! Неосознанно, он постарался отстраниться от парня, но тот лишь слегка надавил ладонью на его затылок, не давая сделать этого сразу. — Спокойной ночи, Блэки. — сказал он и после ушёл. Юноша скрылся за дверью комнаты и сразу же прошёл в ванную. Ему необъяснимо сильно хотелось что-то смыть с себя, будто на коже ощущался огромный слой грязи. Маг открыл кран, наполняя ванну тёплой, почти горячей водой, и, пока та наполнялась, скинул с себя одежду: она тоже казалась грязной. Он обнял себя за плечи, стараясь скрыть своё тощее тело, и залез в горячие волны, что сразу же обжигающе ласково обхватили его. Блэк прерывисто выдохнул, прижимая ладонь к груди, затем скользнул рукой к укусу. Прикоснувшись, он зажмурился – то место ужасно болело и, кажется, уже назревало ярким синяком, который точно не сойдёт с бледной кожи в течение двух-трёх недель. Он вновь сжался, прижимая колени. Почему-то вновь накатили удушающие слезы, но и тут, в своей комнате, он не мог позволить себе броситься в рыдания, ведь это, вероятно, будет очень слышно. Оставалось лишь давиться слезами, больно впиваясь ногтями в плечи. Объяснений своему поведению у Блэка не было, даже для него самого это казалось странным. Поэтому, погружаясь в догадки, он отчаянно расцарапывал разгоряченную кожу, желая ногтями соскрести с себя неизвестную, эфемерно ощутимую грязь, что, кажется, уже проникла под кожу..