Битва экстрасенсов

«Битва экстрасенсов» — место, куда мечтают попасть все колдуны, ведьмы, шаманы и бесчисленное количество людей, считающих себя обладателями мистических способностей. Я — одна из таких. Возможно, даже единственная, кто действительно ими обладает. Моя младшая сестра Алиса искренне верит в этих шарлатанов или пытается верить. Я много раз объясняла ей, что экстрасенсы на телевидении лгут: что они не видят призраков, что один якобы «общается» с погибшим братом героини, а на самом деле рядом стоит её мать, и всё в таком духе. Но ей было всё равно. — А почему бы тебе самой не поучаствовать в этом шоу и не разоблачить их всех? — предложила она. — Ты что? Думаешь, мне больше заняться нечем? — раздражённо ответила я, в очередной раз выслушивая её глупое предложение. Как только я рассказала Алисе о своих способностях, она тут же начала уговаривать меня идти туда. — Знаешь, если ты поедешь, сможешь найти клиентов и заработать хорошие деньги, — немного помолчав, добавила она. — Нам ведь они нужны… — Я не хочу позориться. Представь меня там: я и слова связать не смогу, буду заикаться, путаться… А вдруг там и правда есть демоны? Что, если я их встречу? Я никогда с ними не сталкивалась и не собираюсь. Да, деньги мне были нужны — и немалые. Но поддерживать эту показуху, где люди верят таким, как я, и отдают последние деньги мошенникам, я не собиралась. Наливая себе кружку чая, сестра обернулась ко мне и посмотрела прямо в глаза: — Я понимаю, о чём ты думаешь. Но будет ли это твоей виной, если люди сами готовы отдавать последние деньги? Я переживаю за тебя. Если ты и дальше будешь пахать как лошадь сутками без выходных, ты погибнешь от переутомления раньше, чем соберёшь нужную сумму на лечение мамы. Она налила ещё одну кружку и протянула её мне. — И я толком не могу помочь… — Ты что?! — я резко поставила обе кружки на стол и взяла её за плечи. — Если бы не ты, мы бы не оплатили аренду и коммуналку. Тебе ещё учиться нужно! — Может, бросить учёбу? Тогда я смогла бы взять вторую работу… — тихо сказала она, глядя в пол. — Смотри мне в глаза, Алиса! — крикнула я. — Я говорила это сто раз и повторю ещё столько же: ты должна учиться. Я не смогла — но ты сможешь. Мама так надеется, что ты станешь образованным человеком и найдёшь престижную работу… Я резко замолчала, выдохнула и добавила шёпотом: — Не как я, по всяким забегаловкам… — Анфиса… — позвала меня сестра. На её глазах выступили слёзы, и я растерялась. — Прости. Я просто не хочу, чтобы ты одна так страдала. Поэтому и говорю тебе идти туда, — она указала на телевизор. — Почему они, обманывая, зарабатывают кучу денег, а ты, имея настоящие способности, работаешь за копейки в кафе? Фиса, я не предлагаю обманывать людей. Я предлагаю помогать им — и получать за это достойный гонорар. Пожалуйста, подумай хотя бы немного. Я понимала Алису. Понимала её страхи и переживания. Но понимала и себя — и то, что могу не справиться. — Я подумаю. А ты иди учи уроки, хорошо? — улыбнулась я и обняла её. После этого разговора я всю ночь не могла уснуть, прокручивая её слова и наше положение. Не могу же я и дальше быть для неё обузой: если я умру от переутомления, всё ляжет на её хрупкие плечи. А она ведь только вступает во взрослую жизнь. До утра меня мучили сомнения. Я не сомкнула глаз ни на час, несмотря на то, что утром нужно было идти на работу. Медленно встав с кровати, я посмотрела в зеркало. — Во что ты превратилась? В двадцать пять выглядишь на все сто, — усмехнулась я собственной глупой шутке и пошла собираться.

Как же я устала.

Закончив домашние дела, я попрощалась с Алисой и отправилась на работу. Я работаю в хорошем ресторане — туда меня порекомендовал старый коллега, узнав о моём положении. С одной стороны, мне было неловко, с другой — это позволило немного улучшить финансовую ситуацию. Переодевшись в форму, я взяла блокнот и, параллельно здороваясь со всеми, вышла в зал. Мне повезло с сегодняшним коллективом. Хотя было всего десять утра, клиентов было полно: ресторан находился в удачном месте — рядом бизнес-центр и дорогие апартаменты с соответствующими жильцами. Работа поначалу была изнуряющей: нужно было выучить десятки блюд, ингредиенты и их влияние на организм, чтобы объяснять посетителям, почему именно это дорогое блюдо стоит заказать. В моём прошлом месте такой строгости не было. Но чего не сделаешь ради денег? Когда подошло моё время на обед, ко мне подлетела самая мерзкая женщина в мире. — Анфиса, какого чёрта ты тут расселась? Ты не видишь, что у нас полная посадка? — язвительно бросила Марина Георгиевна. — Простите, я только села обедать, даже кусочка не успела съесть… — Я тебе плачу за оправдания?! — закричала она, как будто она платит, она же простой менеджер — Быстро работать! Я не стала с ней спорить, это бесполезное занятие, да и увольняться не хочется — Хорошо, простите, — тихо сказала я и встала. — Ну вот, — ехидно улыбнулась она. — Пока не накричишь, никто не шевелится.

Как же я устала…

Закончив очередной рабочий день, мы начали убирать зал. — Как же эта мигера меня заебала! — прокричал Антон. — Представляешь, — обратился он ко мне, — она доебалась до меня из-за того, что я якобы медленно хожу по залу и заставляю клиентов ждать. Алё, дура, ты не видишь, что у меня шесть подносов в руках?! Побегу быстрее — результат будет, блять, ноль! — Как будто только к тебе одному она докапывается, — вмешалась Аня. — Ей просто нужно почувствовать свою власть и… — Короче, тварь она, — перебил её Антон. — А ты, Анфиса, за что на тебя сегодня орала? Я немного помедлила с ответом, глубоко вздохнула и сказала: — Да я села обедать. Сразу попалась ей на глаза — заорала и отправила работать. — Погоди, ты что, сегодня вообще не ела? — удивился Антон. — Нет. Как тут поешь? Полная посадка же, — на последних словах я закатила глаза. — Анфиса, — обратилась ко мне Наташа, барменша нашего ресторана, — иди поешь. У тебя уже ноги трясутся от голода. Или давай сюда, у меня бутерброд вкусный есть. Она секунду пристально смотрела на меня, а потом чуть громче повторила: — Иди сюда. Я посмотрела на Антона и Аню — они кивнули, давая понять, что можно не стесняться. Я тихо поблагодарила их и пошла за Наташей. — Мда, Маринка никого не жалеет, — покачала головой Наташа. — Это ж надо — человека голодом морить. Тем более за обеденное время нам даже не платят. — Да я уже привыкла к её заскокам, — тихо ответила я. — Фиса, слушай, а ведь то, что ты мне тогда сказала, оказалось правдой, прикинь? — Наташа подсела ближе. — Ты, походу, реально экстрасенс. Может, ну её нафиг, эту работу, и пойти миллионы зарабатывать? — Не думаю, что смогу реально помогать людям. У тебя была другая ситуация. Наташу долго преследовали неудачи: проблемы с работой, расставания, постоянные денежные потери. В отчаянии она даже сходила к гадалке, которая оказалась обычной мошенницей и требовала огромные деньги. К счастью, я узнала об этом раньше, чем Наташа успела всё отдать. Я часто видела за её спиной чёрный сгусток — это было проклятие. Оно будто вцепилось в неё и не хотело отпускать. Я рассказала ей об этом, хотя очень боялась насмешек или резкого ответа, мол, «не твоё дело». Но она меня послушала: пошла в церковь, умылась святой водой и долго молилась — как я и советовала. — Фиса, через неделю кастинг в «Битву». Если на собеседовании ты расскажешь о моей ситуации и скажешь, что помогла мне, тебя точно пропустят дальше. А дальше — ширма и всё остальное. Думаю, ты справишься. — Наташ, я правда вижу многое. Но я не телепат и не обладаю рентгеновским зрением. На ширме я отлечу сразу и надолго. Наташа ещё какое-то время молча смотрела на меня, пока я ела. От этого становилось неловко — глотать было сложно. — А если… — после нескольких минут раздумий начала она, — ты найдёшь какого-нибудь доброго призрака и попросишь его помочь тебе? Например, с ширмой? — А если он обманет меня? Или начнёт преследовать? — покачала я головой. — Вот это и есть самое страшное. — В каком смысле «самое страшное»? — с недоумением спросила Наташа. — Призраки очень приставучие. Если узнают, что живой человек их видит, будут постоянно лезть: «найди мою жену», «передай это моему сыну» и так далее. Я не хочу, чтобы это повторялось. — Получается, у тебя уже были такие ситуации? — Да. В детстве. Но это уже позади.