Песок и камни: повесть о камнях

«Reminding me I'm alive, I don't wanna die I don't wanna waste another day or night I know there's something more Than what we're living for I see it in the stars, I feel it on the shore I know there's something» - Tyron Wells «More» Оби-Ван нёсся по коридорам, казалось, что тело просто несло его, а ворох мыслей сводился к одной эмоции – всепоглощающей тревоги, тяжести. Он бежал в госпиталь, сломя голову, молясь лишь об одном «Пусть он будет жив, пусть будет». Квай-Гон уехал на миссию 2 дня назад, Оби-Ван остался один. Так бывало иногда, но всегда учитель возвращался в целости и сохранности, а вечером Кеноби обрабатывал небольшие раны на теле Джинна, как бы случайно касаясь его тела и наслаждаясь лёгкими мурашками, бегущими по телу от прикосновения. Он слушал рассказы о миссии, обычный вечер за чашкой чая. Сейчас всё было иначе. Он вбежал в больничное крыло и хотел было ворваться внутрь, но его остановила медсестра, объяснив, что в операционную ему нельзя. Кеноби безвольно упал на скамейку в коридоре. Хотелось закричать, ворваться, взглянуть на мастера хоть одним глазком, лишь убедится, что он дышит, но нельзя. Приходилось лишь сидеть и надеяться, что всё обойдётся, что его подлатают и мастер постепенно вернётся обратно в строй. Он не знал, сколько просидел в коридоре. Часы? Минуты? Вечность? Мимо проходили дроиды-медики, другие джедаи, целители. На него смотрели с сочувствием, но никто не подходил. Знали - в такие минуты лучше оставить человека одного. Когда дверь наконец открылась, Оби-Ван вскочил так резко, что у него закружилась голова. - Падаван Кеноби? - перед ним стоял пожилой целитель с усталыми глазами. - Ваш мастер жив. Операция прошла успешно. Оби-Ван выдохнул - и только тогда понял, что всё это время почти не дышал. - Можно... можно к нему? - Он ещё под наркозом. Проснётся через несколько часов. Но вы можете посидеть рядом, если хотите. - Хочу, - выдохнул Оби-Ван. Палата была маленькой, белой, стерильной. Квай-Гон лежал на койке, подключённый к десятку мониторов, которые тихо попискивали, отслеживая пульс, давление, дыхание. Лицо мастера было бледным, почти серым, вокруг груди - массивная повязка, проступающая сквозь больничную тунику. Где-то в районе груди защемило и он прошёл внутрь. Оби-Ван опустился на стул рядом с койкой и рефлекторно взял мастера за руку. - Я здесь, - прошептал он. -Вы только... вы только возвращайтесь. Рука Квай-Гона была тёплой. Живой. Оби-Ван прижался к ней щекой и закрыл глаза. Впервые за последние сутки он позволил себе просто сидеть и ничего не делать. Не думать. Не бежать. Мысли немного успокоились. Перестали бегать, лишь сосредоточились на одной точке – на человеке, лежащем рядом. Живой. Слава межгалактическому совету – живой. Он тяжело и звучно выдохнул. Просто быть рядом. Кеноби и не заметил, как уснул. Оби-Ван проснулся от того, что кто-то гладил его по голове. Он вскинулся, мутным взглядом оглядывая палату, и увидел глаза Квай-Гона — открытые, смотрящие прямо на него. — Мастер! — выдохнул он, подаваясь вперёд. — Вы очнулись! Как вы? Больно? Воды? Позвать врача? — Тише, тише, — голос Квай-Гона был слабым, хриплым, но в нём слышались знакомые нотки спокойствия. — Я жив. Всё хорошо. Не надо врача. — Надо! — Оби-Ван уже вскочил, заметался по палате. — Я сейчас... я позову... они должны проверить... — Оби-Ван. — Голос мастера стал твёрже. — Сядь. Оби-Ван замер, и медленно опустился обратно на стул. — Я просто... я волновался, — сказал он, глядя в пол. — Я вижу. — Квай-Гон чуть сжал его руку — сил на большее пока не было. — Сколько я был без сознания? — Операция была вчера днём. Сейчас... — Оби-Ван посмотрел на хронометр. — Сейчас утро. Почти сутки. — А ты всё это время сидел здесь? — Ну... да. — Не спал? — Спал. Только что, видите. — На стуле, в палате — это не считается нормальным сном, Оби-Ван. — Нормальный, — упрямо сказал падаван. — Я джедай. Мне много не надо. Квай-Гон вздохнул — насколько позволяли раненые рёбра — и покачал головой. — Ты невыносим. — Это вы меня таким сделали. — Значит, плохо воспитал. — Значит, хорошо, — возразил Оби-Ван, и в его голосе впервые за эти дни мелькнула тень улыбки. Квай-Гон посмотрел на него долгим, внимательным взглядом. Тени под глазами падавана, осунувшееся лицо, дрожащие руки — всё говорило о том, через что он прошёл. И Квай-Гон это чувствовал. Внутри Силы до него доходили лучи той заботы и волнения, которые кружили вокруг Кеноби сплошным потоком. - Я боялся, что я вас потеряю, - прошептал Оби-Ван, - я просто не мог… Квай-Гон молчал и смотрел на мальчика взглядом полным этого мудрого умиротворения. — Не мог, — повторил Оби-Ван. — И не потерял. И не потеряю. Вы меня слышите? Не смейте больше так делать! - Какой же ты ещё ребенок, Оби-Ван, - тепло произнёс мастер, но в словах этих не было уничижительности, лишь забота, хоть и сдержанная, как любил это говорить Квай-Гон. — Мне шестнадцать! — перебил Оби-Ван. — Я уже не ребёнок! Он замолчал, поняв, что сорвался на крик. В палате повисла тишина, нарушаемая только писком мониторов. — Простите, — тихо сказал Оби-Ван. — Я не должен был... — Должен, — перебил Квай-Гон. — Ты имеешь право злиться. Имеешь право бояться. Имеешь право требовать, чтобы я не рисковал собой. Но я не могу обещать тебе этого, Оби-Ван. — Почему? — Потому что я твой мастер. Потому что моя работа — защищать. Потому что если придётся выбирать между собой и другими – я выберу отдать свою жизнь. - Вы забываете, - процедил Оби-Ван сквозь зубы, но без злости, - Что от вас зависит ещё и моя жизнь. Квай-Гон замешкался. - Что ты имеешь в виду? – переспросил он. - Что будет со мной, если вы погибнете? – прошептал Оби-Ван и поднял глаза, - Как я буду жить дальше, зная, что потерял единственного близкого человека? Как буду просыпаться, зная это? Учиться и расти? Я всегда буду помнить о смерти. Всегда. - Оби-Ван… - Нет, вы послушайте. — Оби-Ван поднял на него глаза, полные сдавленных эмоций, которые он отчаянно пытался сдержать. — Я знаю, что джедаи не должны привязываться. Знаю, что Кодекс учит отпускать. Но я не могу. Я не могу вас отпустить. Вы для меня всё! И вы несёте за меня ответственность. Так что не будьте ребёнком и поймите, что вы в ответе за тех, кого приручили! Квай-Гон смотрел на него и чувствовал, как внутри разливается что-то огромное и тёплое. Боль в боку, слабость, усталость — всё это отступило перед этим чувством. Этот мальчик, этот человек, сидящий рядом. Он стал мудрым, более взрослым. Квай-Гон и не заметил когда это произошло. Он внезапно улыбнулся. - Что? – заметив странную улыбку резко спросил Кеноби. - Ты возмужал, - ответил Квай-Гон, осматривая парня одним взглядом. Плечи действительно стали шире, глаза серьёзнее, на лице появились зачатки будущих морщинок, даже руки – более сильные. - Вы вообще слушаете о чём я говорю? – возмущенно спросил Оби-Ван, не скрывая, что фраза учителя точно была ему приятна. Квай-Гон лишь улыбнулся «- Мастер, смотрите как я могу! – мальчик лет 12 сделал кувырок, подхватывая меч, лежащий на полу, прямо в движении. - Молодец, Оби-Ван, осталось только научиться им пользоваться. - Ну мастер…» - Мастер… - прервал воспоминания Оби-Ван и слегка нахмурился, - поберегите себя, пожалуйста. Вы мне ещё нужны. - Хорошо, мой юный падаван, я постараюсь. Следующие две недели Оби-Ван практически не отходил от мастера. Он появлялся в палате рано утром, приносил завтрак, помогал с процедурами, читал вслух отчёты с миссий, чтобы Квай-Гон не отставал от жизни. Исчезал на пару часов днём — на обязательные тренировки, — и снова возвращался к вечеру, чтобы сидеть рядом, пока мастер засыпал. — Тебе не обязательно проводить здесь всё время, — сказал Квай-Гон на третий день. — У тебя есть свои дела. — Мои дела сейчас - быть рядом с вами, — ответил Оби-Ван, поправляя подушки. — Вы меня учили, что забота о других — это тоже путь джедая. — Я учил тебя заботиться о других, а не сидеть сиделкой у постели раненого мастера. — Мастер – тоже человек. Или если этот раненый мастер — вы? — Оби-Ван приподнял бровь. — Тогда правила меняются? Квай-Гон вздохнул и сдался. На пятый день Оби-Ван принёс в палату небольшое растение в горшке. — Это чтобы не так скучно было, — объяснил он, ставя его на подоконник. — Целители говорят, что живые растения помогают выздоравливать. — Целители говорят много чего, — усмехнулся Квай-Гон. — Но спасибо. Красивое. — Оно с Набу. Я попросил одного знакомого дипломата привезти. — Ты заказывал растение через дипломатическую почту? — А что такого? Дипломаты тоже люди. Им не сложно. Квай-Гон покачал головой, но в глазах его плясали смешинки. — Ты невыносим. — Вы уже говорили. — Повторюсь. На седьмой день Квай-Гону разрешили вставать. Оби-Ван носился вокруг, подхватывая его под руку, поправляя одеяло, пододвигая стул. — Я не стеклянный, — проворчал Квай-Гон, но от помощи не отказывался. — Вы раненый, — парировал Оби-Ван. — Раненым положено позволять о себе заботиться. — Кем положено? — Мной. Я так решил. — С каких это пор ты здесь главный? — С тех пор, как вы разрешили себе подставиться под удар. Квай-Гон посмотрел на него долгим взглядом, словно обдумывая что-то. — Ты становишься слишком самоуверенным, падаван. - Сочту за комплимент, - с ухмылкой заявил Оби-Ван и поправил руку мастера на своём плече. На десятый день Квай-Гон уже мог сидеть в кресле и читать. Оби-Ван притащил ему стопку книг из храмовой библиотеки — и классику, и что-то новое, лёгкое, для отдыха. — Откуда ты знаешь, что я люблю? — спросил Квай-Гон, листая один из томов. — Я четыре года за вами наблюдаю, — ответил Оби-Ван, не поднимая глаз от отчёта, который изучал. — Было бы странно, если бы не знал. Квай-Гон смотрел на него и думал о том, как быстро летит время. Кажется, только вчера этот мальчик был неуклюжим подростком, который не мог усидеть на месте во время медитации. А сегодня он сидит рядом, заботится, следит, переживает — и делает это с такой естественностью, будто иначе и быть не может. — Спасибо, — сказал он просто. Оби-Ван поднял глаза. — За что? - За то, что остался рядом. Оби-Ван откинул назад прядь отросших волос лёгким движением головы и, вдруг, одарил мастера такой сдержанной, взрослой улыбкой, что у того перехватило дыхание. - Всегда пожалуйста. Квай-Гон осторожно поднялся с места и подошёл поближе, взяв в ладонь прядь волос, с явно скептическим прищуром. - С каких пор ты отращиваешь волосы? - Не нравится? – слегка взволновано спросил Кеноби, смотря как мастер крутит в руке локон его волос. - Я этого не говорит, - также скептически произнёс мастер Джинн. - Если будете молчать как с бородкой Фимора, то я перестану с вами разговаривать, - выдвинул ультиматум Оби-Ван, чем заставил Квай-Гона усмехнуться. - Тебе идёт, - мягко заметил мастер Джинн и наконец отпустил локон, - мне нравится. В груди Оби-Вана заметались бабочки, сбивая дыхание напрочь, но он постарался оставить это незамеченным. На пятнадцатый день Квай-Гона выписали. Оби-Ван пришёл встречать его с чистой туникой и плащом, начищенными ботинками и — с небольшим свёртком в руках. — Это вам, — сказал он, протягивая свёрток. — Чтобы не забывали, что дома о вас заботятся. Квай-Гон развернул. Внутри оказался тёплый шерстяной плед — мягкий, уютный, явно ручной работы. — Оби-Ван... откуда? – слегка подозрительно спросил Квай-Гон. — Я связал, — сказал падаван, глядя в сторону. — Ну... не совсем я. Меня научили дроиды-текстильщики. Но я сам выбирал нитки и узор. Кайра ещё немного помогла. - Вы снова начали общаться? - Скорее дружить, - поправил Оби-Ван. - Дружить в смысле… - Квай-Гон хитро посмотрел на мальчика - В смысле дружить. – твёрдо отрезал парень. - Понял, - мягко сказал мужчина, - То есть…ты... связал мне плед? — А что такого? Вы же мёрзнете по ночам, я видел. А в палате было прохладно. Вот я и подумал... Он не договорил, потому что Квай-Гон шагнул вперёд и осторожно приобнял ученика за плечо. Оби-Ван замер на мгновение, словно обрабатывая эту мысль, потом обнял в ответ. — Выздоравливайте быстрее, — сказал он. — А то я уже устал за вас переживать. — Постараюсь, — усмехнулся Квай-Гон. Они вышли из медицинского крыла вместе. Впереди был новый день, новые миссии, новые испытания. Но сейчас, в этот момент, было только одно — тихая радость от того, что они снова рядом. Что всё позади. — Мастер, — сказал Оби-Ван, когда они шли по коридору. — Ммм? — Можно я сегодня приготовлю ужин? Целители сказали, что вам нужно особое питание. — Ты умеешь готовить? — Научусь. У меня есть вы, чтобы подсказывать. Квай-Гон рассмеялся — впервые за долгие недели. — Боюсь даже представить, что из этого выйдет. – со смехом сказал Квай-Гон глядя на парня. — Не бойтесь. Я же ваш ученик. Я справлюсь со всем. — Даже с готовкой? — Даже с готовкой. — Оби-Ван улыбнулся. — А если нет — есть запасной план. — Какой? – с интересом спросил мужчина. — Закажем еду. Вы же знаете хорошие места? — Знаю, — кивнул Квай-Гон. — Но сначала — попробуем твою стряпню. Вдруг ты гений? — Вдруг, — согласился Оби-Ван. — Но не надейтесь слишком сильно. Они шли по коридору, и их голоса затихали вдали. А где-то позади, в опустевшей палате, на подоконнике всё ещё стояло растение с Набу. Напоминание, что иной раз слова просто не нужны.