we both had to grow up early

Минхо очнулся в светлом помещении. Когда он огляделся немного приподнялся на локтях, рядом с больничной койкой никого не было. В принципе он не удивился, но в то же мгновение расстроился, ведь рядом не было Джисона. Хотелось обнять, зарыться в эти кудрявые, каштановые волосы и не отпускать. Хотелось хотя бы увидеть его и убедиться, что с ним все в порядке, что он жив. Хотелось увидеть его улыбку, милую родинку на левой щеке, шоколадно-медовые глаза. Его не хватало катастрофически. Через некоторое время его раздумья прервал зашедший в комнату врач. - Доброе утро. Как дела? Как самочувствие? - поинтересовался мужчина средних лет в белом халате. - Сколько я спал? Какое сегодня число и день недели? - проигнорировав вопрос врача спросил Минхо. - Сегодня 24 ноября, четверг. Вы спали двое суток, - с улыбкой произнес врач, - теперь, будьте добры, молодой человек, ответьте на мои вопросы. - Я чувствую себя нормально, если не считать того, что чувствую каждый свой орган, кость, мышцу и наложенные вами швы. - Это нормально. Только вот скажи мне пожалуйста, как ты так покалечился? ,,Отец хотел убить". Подумал Минхо, но не осмелился озвучить ответ на вопрос. - Я с мотоцикла ебнулся. - С мотоцикла говоришь. В первый раз за всю свою карьеру вижу, чтобы человек упал так сильно, что у него сломаны все ребра, рука, нос и все лицо было смазано в фарш. - Ну вот так вышло. - Ладно, будем считать, что я тебе поверил. Так, давай я тебя осмотрю. Врач послушал парню сердце, посветил в глаза фонариком, постучал молоточком по коленке – проверил реакцию. - Все более или менее нормально... - Извините, что прерываю. Там к господину Ли пришла женщина. - произнесла молодая, красивая медсестра. - Пусть немного подождёт. - ответил врач, продолжая осматривать Минхо. - Хорошо. Медсестра вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. У Минхо было 2 варианта женщин, которые могли бы прийти к нему. 1 женщина - это его мать. Её подруга работает здесь в регистратуре. Женщины очень любят сплетни собирать, поэтому каждое утро созваниваются и разговаривают. Она могла позвонить матери и сообщить о том, что ее горячё любимый сын лежит полуубитый в больнице. 2 вариант - это Чон у Чжон. С Джисоном могло что то случится и она могла прийти за парнем. Минхо из за этого переживал больше всего, но не за себя, а за друга. - Все нормально. Через неделю выпишем. Хотя по хорошему, надо еще месяц тебя подержать. Ладно я пойду, если тебе что то понадобится позови медсестру. Врач вышел из палаты, оставив Минхо один на один со своими мыслями. Через короткое время на пороге комнаты появилась не очень пожилая женщина с пакетом апельсинов. - Здравствуй, Минхо. Как ты себя чувствуешь? Не сильно поранился? - спросила Чон у Чжон. - Вам какое дело? - грубо сказал парень. - Ну не дерзи, дорогой. Я пришла, чтобы предложить тебе сделку. - Какую еще сделку? - напрягся Минхо. - Ты больше не лезешь в нашу с Джисоном жизнь, а я в замен оставлю вас обоих в живых. - А если нет? - Тогда вы оба умрете... - произнесла женщина с поднимающимися уголками губ. - Ты не убьёшь его. Не посмеешь. - Ты уверен? Не забывай, по тем данным, что вы на меня нарыли - я убила всю нашу с Джисоном семью. И запросто прикончу вас двоих. - Знаешь, я согласен. - произнес Минхо. - Вот и отлично, забудь, что мы существовали и... - Со вторым вариантом. - перебил женщину Минхо. - Оу, ты уверен, дорогой? Неужели ты хочешь смерти Джисона. - Ты не убьёшь его... - с вызовом выговаривает парень. - Хорошо. Женщина встала с кровати и направилась в сторону двери из палаты. - Я тебя предупреждала, дорогой... Минхо лежал на кровати, смотрел в потолок и думал. Через минут 10 в палату зашел врач. - Господин Ли, я помогу вам собрать вещи и одеться. Ваша тетя сказала, что заберёт вас домой. - Что? Какого... - Не переживайте, документы уже подготовлены для выписки, так что через 30 минут уже поедете домой. Минхо пытался противиться и объяснить врачу, что у него нету тети и, что эту женщину он не знает, но его никто не слушал. Не смотря на возвражения парня его вывезли из больницы на инвалидной коляске. На улице стояла Чон у Чжон и ждала Ли. - Ну что, дорогой, пойдем домой. – с гадкой ухмылкой на лице произнесла женщина. - Удачи вам! – произнес врач. Чон у Чжон везла Минхо на коляске. Парень молчал и не обращал внимания на то, что женщина пыталась завести с ним разговор. В итоге она сдалась и шла дальше всю дорогу молча. Минхо думал о том: ,,как сейчас Джисон? Жив ли он? Как себя чувствует?" Хотелось его увидеть, обнять. И даже появилось какое то необъяснимое желание поцеловать. Минхо хотелось узнать вспоминают ли родители, что у них есть сын? Отец говорил, вроде, что пошел по обычаю после развлечений-издевательств пить в бар с друзьями. Он был настолько популярным и влиятельным человеком, что у него есть связи везде, даже в таких обычных заведениях как стриптиз клубы и различные бары, где он всегда был VIP клиентом и обслуживался бесплатно, вне очереди. Мать была обычной не работающей домохозяйкой. Она не работала и не сильно от этого страдала. Минхо часто попадал во всякие передряги и без объяснений мог не находиться дома неделями. Один раз его не было дома 3 месяца, а когда вернулся домой, то никто даже не спросил: где ты был? Его буквально не существовало в жизни родителей. Им было глубоко плевать на то, что они дали жизнь одному маленькому человеку, а потом просто сделали его куклой, а когда она им надоела просто выкинули ее в самый дальний угол комнаты и забыли. Минхо пытался перекрыть боль алкоголем, сексом, наркотой, но только с Джисоном в их последнюю встречу он почувствовал себя хоть кому то нужным. - Вот мы и пришли. - прервала мысли Чон у Чжон. Они стояли возле знакомого, до боли где то в районе сердца, дома. Внутри пахло сыростью, знакомым запахом лекарств и новым запахом - крови. От последнего Минхо хотелось проблеваться. Но его встревожило другое. Не было ни одного упоминания о жизни друга. Женщина потребовала, что бы Минхо отдал ей все свои гаджеты. Пришлось подчиниться. - Где Джисон? - с некоторым требованием произнес Минхо, снимая с себя последнее что у него было - часы. - Терпения, мой дорогой. Если ты хочешь его увидеть живым, то тебе нужно всего лишь спуститься вниз, - открыв дверь подвала произнесла Чон у Чжон, - Но тогда ты уже не сможешь... Минхо не дослушал окончания фразы и сразу зашел в тёмное сырое помещение. Воняло чем то тухлым, какой то человеческой плотью. Когда парень спустился по лестнице до самой последней ступеньки, он огляделся. Внизу стоял деревянный, старый, ободранный стол, старый сломанный, темный стул на колёсиках, да и в принципе стояла вся ненужная, старая мебель. В углу был какой то не большой силуэт. Минхо приблизился к нему и ужаснулся. На полу валялось дышащее, но без сознания тело Джисона. У него был сломан нос и вспорот живот, из которого херачила кровь. Парень опустила к полуживому телу на пол. - Блять, блять, блять. Джисон... Ты слышишь меня? Открой глаза... прошу... Не оставляй меня... Без тебя я не проживу... Минхо начал покрывать, когда ты сияющие персиковым цветом щеки лёгкими, почти невесомыми поцелуями. Джисон приоткрыл шоколадно-медовые глаза. На его бледных, искусанных в кровь губах появилась лёгкая улыбка. - Минхо... Ты пришел... Ты в порядке?... - Тихо, не говори ничего. Сначала я тебе помогу, а потом уже будем разговаривать. - Хорошо, но одну очень важную вещь я скажу тебе прямо сейчас. Минхо... Я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, Хани... - тихо сказал Минхо и легко коснулся своими губами чужих, - Теперь молчи. Минхо часто видел как врачи зашивают раны, вытаскивают какие нибудь осколки из тела. Когда ты самый крутой и ебанутый парень в компании и на районе, то и не такое увидишь. Парень нашёл в старом хламе подвала бутылку водки и старую коробочку со швейными принадлежностями. Он взял иглу обработал ее и свои руки в спирте взял тонкую нить вставил в вышеупомянутую иголку и начал осторожно, что бы не сделать больно, зашивать Джисона. Игла входила и выходила в плоть парня. Когда нужно было вытянуть нить из кожи, Хан морщился. Минхо берет его за руку и держит. Рана перестала кровоточить. Куски кожи начали соединяться между собой чёрной нитью. Джисон все сильнее сжимал руку и не давал ее отпустить, но Минхо и не хотел этого. Операция длилась минут 30. Когда парень закончил, Хан отпустил его. - Спасибо... - Всё тихо... Не разговаривай. Дыши. Живи... Люби. Последнее слово Минхо сказал, смотря на друга нежным взглядом. Хотя возможно ли Джисона уже называть другом? Возлюбленный? Парень? Минхо не понимал как его теперь называть, но знал точно одно. В сердце сейчас живёт такое крошечное счастье с милыми пухлыми щечками и будет жить до конца. Джисон услышав последнее слово мягко улыбнулся. Он взял Минхо за капюшон толстовки притянул к себе и поцеловал в губы. Поцелуй был мягкий, нежным, сладким, что правда значит первый. Джисон оказался яблочным, шоколадным, вишнёвым с привкусом крови на губах. Минхо был мятным с лёгким привкусом сигарет, но это не мешало ему быть самым ахуенным парнем на планете. - Я так понимаю мы теперь встречаемся? - сказал в поцелуй Минхо, дождавшись одобрительного кивка слегка коснулся губ, - Тогда принято единогласно и отказы не принимаются. - Интересные ты выбрал обстоятельства, что бы начать наши отношения. - Дорогой, ты сейчас хочешь это обсудить? Дорогой… У Минхо оно вырвалось само собой. Джисон это услышал и не смог не улыбнуться. Ему понравилось это новое прозвище. Тут откуда то сверху послышался звук открывающейся двери и шагов, спускающихся вниз по лестнице. Минхо загородил собой парня и хмуро посмотрел на лестницу. - Минхо, дорогой, ну чего ты такой злой? Я же дала вам возможность подружиться, побыть вместе… Хахахахахахахаха… - женщина поставила на пол перед парнем 2 тарелки с рисом и  столько же бутылок с водой, - Это вам на сегодня. Скажите спасибо, я сегодня добрая, но так будет не всегда. Минхо посмотрел на это и лишь ухмыльнулся. Он все это время закрывал и приобнимал Джисона собой. Женщина развернулась и пошла на верх по ступеням. - Забыла самое главное, - Чон у Чжон развернулась лицом к парням и произнесла ужасным и даже отвратительным голосом, - Сегодня я приду к вам поиграть, что бы вам тут не было скучно. Джисон тяжело сглотнул ком слюней, застрявший в горле. Минхо даже бровью не повел. Ему было глубоко плевать на себя, хотя кости и синяки до сих пор не зажили, он переживал за парня. Хан все еще очень слаб, даже сидеть и есть сам не может. Когда они услышали звук, подтверждающий то, что дверь закрылась, Ли взял миску с рисом и палочки в руки. - Тебе нужно поесть… - Минхо взял палочками комочек клейкого еще еле теплого риса и протянул Джисону, что бы тот открыл рот и поел из его рук. - Я же не маленький, что бы ты кормил меня. – начал вредничать парень. - Ты не хочешь, что бы я тебя покормил? – делает вид, что дуется – это получается очень мило и Джисон не может не поплавиться от этого. Парень требовательно открывает рот, ждя, что его покормят. Минхо сразу улыбнулся и начал выполнять просьбу. Ли взял бутылочку воды, открыл ее и потихоньку начал поить парня. Прием пищи был окончен. - А как же ты? Ты не будешь кушать? – с неподдельным волнением в голосе произнес Хан. - Нет, я не голоден. Теперь бы я хотел выяснить: что случилось после того, как ты получил мое сообщение? Кстати, прости, что ничего толком не объяснил. У меня не было времени, чтобы сказать что то большее. - Ничего, все нормально. Я понимаю…

некоторое время назад

Ли старший, как только узнал о произошедшем и отнес тело Минхо, который находился без создания, в машину, позвонил по телефону Хан Минджу. Женщина ответила не сразу. - Минджу, привет. Да, да это Ли. Рад, что до сих пор помнишь меня. Тут мой щенок начал какую то чушь нести, что он с твоим сыном – Джисоном нашли какое то твое свидетельство о смерти. Представляешь. Кошмар. Ты не переживай. Мой точно отправиться в больницу с парочкой переломов. Ты своему тоже объясни, как нужно себя вести.  - Спасибо большое, что позвонил и сказал. Да, я сейчас приеду и заберу эту бумажку. Да, давай, пока. Целую... Последние слова прозвучали через чур приторно сладко, будто они пара. Хотя отцу даже больше нравилась она, чем собственная жена. И женщина об этом прекрасно знала. Услышав нужную информацию она собралась, приехала и забрала этот документ. Джисон сидел в шкафу и дрожа ждал возвращения своей псевдо-матери. По щекам предательски побежали соляные дорожки из слез, которые не удавалось остановить, сколько не дыши. Руки предательски дрожали и резко стали холодными, словно парень постоял на морозе без перчаток или варежек минут 40. Голова раскалывалась на миллион маленьких осколков. Джисон не понимал: ,,почему именно меня наградили такой жизнью? Что я такого сделал? Чем я это заслужил?" Мысли начали путаться в голове. Парень пытался цепляться ногтями, сдирая их в кровь до мяса, за последние вдохи, что бы не отключиться раньше времени. Паническая атака буквально застала его врасплох, безоружного. Когда он не мог ни о чем думать. Открылась входная дверь на первом этаже в доме. - Джисон, сынок… Куда ты спрятался? – начав искать парня прокричала женщина, - Тебе не нужно меня бояться… Я только поговорить хочу… Дверь в комнату открылась и показалась знакомая женская фигура на ногах, а не на инвалидной коляске и держащая в руках большой кухонный острый нож для мяса. Она подошла к кровати и яростно стащила с нее одеяло – пусто, как и в душе у Чон у Чжон. Там пусто, ноль, ничего нету. Женщина собиралась уходить, но заметила стоящий шкаф. - Глупыш, неужели ты думал, что я настолько тупая, что не найду тебя в гребанном шкафу. Она подошла, открыла дверцы и Джисон застыл на месте. На лице женщины был самый настоящий оскал, открывающий белоснежные зубы. У парня сердце упало максимально низко, куда то в районе ножек кровати и укатилось, желая, чтобы его поймали руки Минхо, обняли и не отпускали. Джисону становилось все хуже. Паническая атака не отпускала его из своих цепких лап. Она обняла его и насильно сжимала горло, но не настолько сильно, что бы убить сразу, а что бы помучить и заставить его умирать медленно, но верно. Она выдавливала из его глаз слезы, не давая им останавливаться. У парня, кажется, поднялась температура. Ему было безумно жарко, но при этом само его тело было холодным. - Вставай… - прошипела Чон у Чжон сквозь зубы. Джисону пришлось подчиниться и подняться с полки. Как только Хан ощутил под ногами на полу ворс ковра, из за резкого подъема голова закружилась и он упал в обморок. Парень открыл глаза в холодном сыром помещении, в котором воняет чем то тухлым и отвратительным. Голова раскалывалась и болела в затылке, как будто ее несколько раз, пока тащили ударили о ступеньки. Поднять и оглядеться получилось не сразу – координация еще плохо работала. Он посмотрел по сторонам и не увидел ничего интересного. Было очень много всякого разного старого хлама. Джисон попытался осмотреться и найти хоть что то, что бы смогло ему чем то помочь, но были только кучи мусора. Единственное, что он понял, так это то, что он находится в подвале дома. Парень не разбирался во времени, но казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь сверху открылась и от туда послышались лёгкие шаги. - Дорогой, ты уже проснулся? Вижу, что да. – произнесла женщина со звериным оскалом, когда то называемая матерью. Чон у Чжон начала приближаться на Джисона, заставляя его попятиться назад, вжаться спиной в холодную бетонную стену и начать дрожать еще сильнее. Внезапно парень почувствовал резкую боль в районе левого бока. Он посмотрел на место сильнейшего дискомфорта и разглядел в руке родственницы нож, которым она до этого махала перед лицом. Хан почувствовал, что скоро отключится снова, но уже от петри крови. Парень спустился по стенке вниз и последнее, что он запомнил в помутневшем взгляде – это острые белоснежные зубы, сложенные в зловещей ухмылке.