School project

Множество пылинок медленно кружились в лучах солнца, пробивающихся сквозь высокие школьные окна. Они лениво оседали на партах, подоконниках и чьих-то плечах. Все происходило так размеренно, словно само время решило притормозить. Сугуру приставил ладонь к щеке и оперся на нее, бездумно следя за этим тихим танцем. Колено под партой мелко подрагивало, — он остановил его усилием воли, но почти сразу начал постукивать пальцами по деревянной поверхности. Собрание должно было начаться еще двадцать минут назад, но вместо этого родители перешептывались, тяжело вздыхали и демонстративно смотрели на часы. Он не любил такие места. Слишком тесно, шумно, и много чужих заинтересованных взглядов. Все оценивали друг друга, исходя из рассказов детей об одноклассниках. — Всем добрый день! — раздалось от входной двери. Гул в классе стих почти мгновенно. Все, включая Сугуру, обернулись к порогу. Светлые брюки кофейного оттенка, пиджак в тон, под ним рубашка, небрежно расстегнутая на пару верхних пуговиц. Круглые солнцезащитные очки — в помещении — и белоснежные волосы, уложенные так, словно их обладатель приложил минимум усилий. Но результат все равно вышел эффектным. — Господин Годжо, вы опоздали более чем на пятнадцать минут! — заворчала учительница, поджав губы. — Ох, правда? — мужчина с порога отодвинул рукав пиджака и посмотрел на часы, которые выглядели довольно дорогими. Он удивленно вскинул брови, а затем приложил руку к груди. — Я прошу прощения! Видимо, часы отстают. Наигранность сквозила в каждом жесте и интонации, и это было видно невооруженным взглядом. Но стоило Сугуру перевести взгляд на женщин в классе, и он заметил, как хмурые лица разглаживаются, губы растягиваются в улыбках, а недовольное бормотание сменяется томными вздохами. — Ничего страшного! — Присаживайтесь сюда, господин Годжо! — Мы даже не заметили, как пролетело время! Сугуру хмыкнул и покачал головой, снова отворачиваясь к окну. — Присаживайтесь на любое свободное место, и мы будем начинать! — строго сказала учительница. Через несколько секунд рядом заскрипел стул. Сугуру обернулся и увидел, как опоздавший мужчина опускается на соседнее место. Очки слегка сползли вниз, открывая взгляд голубых глаз. Он пробежался по Сугуру снизу вверх, подмигнул и тут же повернулся к доске, словно ничего не произошло. Сугуру медленно выдохнул через нос. Учительница заговорила — монотонно, размеренно, и невыносимо скучно. Школьные новости, успеваемость, предстоящие мероприятия. Сугуру старался сосредоточиться и слушать, но боковым зрением постоянно ловил движение рядом. Чужой взгляд сбивал концентрацию, скользя и задерживаясь на его фигуре. В какой-то момент даже показалось, что сосед прикусил губу. Это начинало действовать на нервы. Когда основная часть была закончена, учительница хлопнула в ладоши, привлекая внимание уже откровенно засыпающих родителей. — А теперь о главном! — восторженно произнесла она. — На следующей неделе состоится выставка ручных работ. Наш класс участвует в ней. Стенды будут посвящены различным научным работам. По классу прошелся сдержанный ропот. Сугуру машинально выпрямился и перестал стучать пальцами по парте, прислушиваясь. — Так как времени осталось не так много, а детям нужно учиться работать в команде, — продолжала учительница, — вы станете их связующим звеном. — Она прошлась взглядом по рядам, отмечая внимание каждого. — Разбейтесь по парам и вместе с детьми создайте проект. После чего презентуйте его в следующий понедельник после уроков. Выставка начнется ровно в шестнадцать ноль-ноль. Брови сползли к переносице. Следующий понедельник был забит под завязку. — Темы будут разбираться завтра на уроке. А сегодня, пожалуйста, найдите себе напарника и обсудите работу. Всех благодарю за уделенное… Сугуру потянулся к сумке, собираясь уходить, когда ленивый, протяжный голос рядом оборвал ее: — Слушайте, а почему родители вообще должны что-то делать? Я ребенка в школу отвожу, чтобы вы его тут учили, а не меня. А тут нас еще и дома заставляют работать. — Сатору откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, чуть наклоняя голову. По классу прокатился одобрительный гул — несколько человек согласно закивали, кто-то тихо хмыкнул. Учительница поймала его взгляд и ехидно улыбнулась. — Господин Годжо, — протянула она, — вам бы стоило задуматься об успеваемости вашего сына, а не спорить с методами обучения нашей школьной программы. — Она приподняла подбородок. — А победители на выставке получают сто баллов по любому предмету на выбор. Сугуру не слышал, что именно ответил его сосед, но недовольный бубнеж был красноречивым. В нем отчетливо угадывались слова «карга» и «недоебаная». Учительница с демонстративным спокойствием закрыла папку. — На этом собрание окончено. Благодарю всех за посещение, — она посмотрела поверх очков. — И не забудьте: для проекта необходимо разбиться на пары. Стоило ей выйти из класса, как спокойная атмосфера вокруг лопнула, как мыльный пузырь. Разговоры вспыхнули сразу со всех сторон, стулья заскрипели, сумки хлопали о парты. Присутствующие торопливо собирали вещи и поднимались с мест, но несколько женщин вспорхнули словно птицы. Они буквально подлетели к их партам, окружая Сатору плотным полукольцом. — Господин Годжо, у моей дочери отличная успеваемость, она точно сможет помочь, и мы вместе сделаем замечательный проект! — Господин Годжо, пока дети будут заниматься проектом, мы бы с вами могли отлично провести время за… за чем угодно! — Господин Годжо, а я могу… Их голоса накладывались друг на друга, перебивали. Руки мелькали в воздухе — поправляли свою прическу, «случайно» касались его рукава, застенчиво прижимались к груди. Лица наклонялись слишком близко, словно боялись, что без этого их просто не заметят. Сугуру наблюдал за разыгравшейся сценкой со стороны, прищурившись. Во взгляде темных глаз не было удивления или интереса. Лишь капелька усталости и едва заметное раздражение. Он уже собирался встать и уйти, когда почувствовал осторожное прикосновение к плечу. Он обернулся. — Господин Гето, вы не против заняться… проектом вместе со мной? Девушка, что сидела позади, приподнялась со стула, смущенно улыбаясь. Но эта скромность плохо вязалась с глубоким декольте, которое буквально оказалось на уровне его глаз. Она убрала непослушную прядь себе за ухо, и при этом чуть подалась вперед — намеренно или нет, Сугуру предпочел не гадать. Он уже открыл рот, чтобы вежливо отказать, когда рядом раздался голос — громкий, уверенный и до невозможности довольный собой: — Дамы, дамы, я польщен вашим вниманием! — Сатору легко отмахивался рукой, широко улыбаясь. Женщины вокруг него краснели и смущались, словно школьницы в самый разгар пубертата. — Но, боюсь, что не смогу принять ни одно из ваших предложений, — продолжил он, отклоняясь назад. — Мы с господином Гето уже договорились сделать проект вместе. Сугуру замер. Он медленно повернулся и столкнулся со взглядом, выглядывающим из-за черных линз. Искры надежды сверкали солнечными бликами на голубой водной глади. Но в следующий миг эти глаза заметили руку на его плече. И тут взгляд Сатору поплыл вниз и самым беспардонным образом уткнулся в чужую грудь. Потом медленно поднялся к лицу Сугуру. И снова опустился на грудь девушки, затем на Сугуру. Потом снова на грудь. — Господин Гето, это так? — тихо пропела девушка, скользнув рукой ниже и погладив его предплечье. Костер раздражения медленно разгорался внутри, но был потушен холодной волной контроля над своими эмоциями. На лице не отразилось ни капли. Сугуру на мгновение прикрыл глаза, а затем мягко улыбнулся. Вновь повернувшись к девушке, он заговорил бархатным тоном, от которого у людей вокруг чуть перехватило дыхание: — Прошу прощения, но да. Мы с господином Годжо уже договорились. В следующий раз мы с вами обязательно поработаем вместе. После этих слов даже те женщины, которые не планировали приглашать его в пару, заметно напряглись. Несколько взглядов скользнули по нему с новым интересом. Девушка убрала руку и тихо вздохнула. Поймав взгляд голубых глаз, все еще беззастенчиво прожигающих дыру в ее груди, она недовольно хмыкнула и резко застегнула молнию почти до самой шеи. Выйдя из-за парты, она чуть вильнула бедрами и удалилась в другой угол класса. В коридоре было тихо. Распахнутые двери классов открывали вид на одинокие парты и учеников, что остались дежурить и убирать помещение. Запах мела, старого линолеума и дешевого моющего средства смешивался в знакомый, ностальгический школьный аромат. Где-то внизу хлопали шкафчики, дети переобувались и отправлялись домой после тяжелого учебного дня. Сугуру шел чуть впереди. Он слышал размеренный шаг за собой, но не оборачивался, пока мужчина не нагнал его и не подал голос. — Сатору Годжо, — рука протянулась в его сторону. Сугуру повернулся и ответил на крепкое рукопожатие, что продлилось чуть дольше необходимого. — Сугуру Гето. За большими окнами ярко светило солнце. Во дворе дети из спортивных секций носились по стадиону, громко смеясь и крича, играя в вышибалы. Жизнь снаружи кипела и шумела, наслаждаясь детством. — У вас, если не ошибаюсь, две прелестные дочурки? — улыбнулся Сатору, слегка наклоняя голову. — Верно, — кивнул он. — А у вас только сын? — Есть еще дочь. Но она старше на пару лет и учится в университете в Сендай. — Довольно далеко, — заметил Сугуру. — У вас замечательная дочь, раз в таком возрасте уже может быть самостоятельной. Сатору гордо хмыкнул. — Ох, благодарю вас. Она у меня очень бойкая и яркая натура. Подвинет любую стену, если та будет стоять на пути. Они вышли через главные двери. Теплый ветер ударил в лицо, и атмосфера забытых школьных дней осталась где-то за спиной. Сугуру повел плечом, разминая его, а затем повернулся к собеседнику и коротко кивнул. — Приятно было с вами познакомиться. Еще увидимся. Он уже сделал шаг в сторону, когда чужая рука легла ему на предплечье, останавливая. Улыбка слегка дрогнула. Сугуру обернулся, вопросительно приподняв бровь. — А разве мы не должны сходить куда-нибудь и обсудить проект? — нахмурился Сатору. — Хотя бы назначить место встречи. Нам ведь нужно теперь работать вместе. Сугуру мягко, но уверенно высвободился из хватки. — О, так вы серьезно? — он чуть повел рукой, словно стряхивая пыль. — Вы хотите заняться совместным проектом со мной? — Конечно, — без тени сомнения ответил тот. — Вы ведь и сами согласились. Короткий смешок вырвался из груди. Бестактно, но удивление взяло верх. — Боюсь, что у меня нет времени на такие прогулки, господин Годжо, — мягко произнес он. — Мы можем заняться проектом параллельно, а после встретиться в школе и объединить детали. — Но хотя бы обменяться номерами мы можем? — Голос стал ниже, чуть тягучее, и делал акцент на некоторых словах. — Нам ведь нужно хотя бы понять… какие детали мы будем объединять? Сугуру наигранно приложил руку ко лбу: — Ну, конечно. Совсем об этом не подумал. — Спустя мгновение на лице появилось выражение внезапного озарения. — Придумал! Обсудите с сыном то, что хочется сделать вам. А я, в свою очередь, обсужу идеи с дочерьми. И уже в школе наши дети сами решат, что делать, и кто за какую деталь будет отвечать. А потом поделятся с нами. Его собеседник застыл. Темные очки съехали на кончик носа, открывая вид на недоуменно хлопающие ресницы. Сугуру уловил, как тонкие губы приоткрылись — собираясь сказать что-то еще. Но он уже сделал шаг назад. — Удачного дня, господин Годжо, — он развернулся, махнув рукой на прощание, и направился прочь. Кому кому, а таким как этот самовлюбленный тип, точно нельзя давать свои контакты. Иначе дело будет дрянь.