День рождения

      Утро началось тихо. В доме пахло завтраком, который Хината приготовила заранее. Она осторожно разбудила Боруто, провела рукой по волосам и улыбнулась. Химавари тут же прыгнула к нему, громко поздравляя и обнимая, перепрыгивая через кровать. Боруто рассмеялся и позволил ей ещё немного повозиться рядом. Он знал, что если начать день с Химы, это уже сделает его чуть проще.       Завтрак прошёл спокойно. Хината аккуратно расставила всё, что Боруто любил, и улыбалась, заглядывая ему в глаза. Она говорила, что вечером будет торт, и Боруто кивал, но взгляд его постоянно скользил к пустому месту за столом. Оно оставалось пустым. Он понимал, что Наруто не придёт на завтрак, и в голове у него уже была картина вечера: Наруто зайдёт домой, немного виновато улыбнётся, принесёт подарок, они поедят торт, Химавари будет прыгать рядом — всё будет нормально. Он прокручивал это снова и снова, словно повторение могло сделать картину реальнее.       В академии поздравления были короткими и неуклюжими. Шикадай протянул подарок с ленивым видом, Сарада сказала ровно «с днём рождения», одноклассники подходили то слишком громко, то слишком тихо. Всё это мелькало в голове Боруто как фон: день рождения идёт, но не совсем так, как он ожидал.       К вечеру дом наполнился запахом сладкого. Хината поставила торт на стол, зажгла свечи, позвала Боруто и Химавари. Химавари смеялась, хлопала в ладоши, считала огоньки. Боруто сел за стол, улыбался, но взгляд всё равно скользил к двери. Он чувствовал пустоту, хотя пытался её не замечать. Хината заметила его взгляд.       — Пойдём спать, Боруто, — сказала она мягко. — Ты устал.       — Ложись спать, мама, — сказал он спокойно. — Я подожду его.       Он остался сидеть один, почти не двигаясь, глядя на пустое место, где должен был появиться Наруто. Время шло. Часы тихо тикали, дом постепенно погружался в тишину. Хината уже уложила Химавари, комната сестры смолкла, а он всё сидел за столом, не шевелясь.       Прошло полночь, потом одиннадцать, потом почти двенадцать. Его глаза стали уставшими, взгляд притупился, но он всё ещё ждал. Наконец, дверь тихо скрипнула. Наруто появился. Усталый, с рассеянной улыбкой, он сразу начал извиняться.       — Прости, Боруто… я хотел быть здесь раньше…       Боруто кивнул, не перебивая, не показывая лица. Он уже давно принял это. Он видел, что Наруто устал, видел, как тяжело ему нести ответственность. Он понимал, но внутри была тяжесть, которую нельзя было спрятать полностью.       Когда Наруто пошёл отдыхать, Боруто остался за столом, глядя на остатки торта, погасшие свечи, тихую тьму вокруг. Он медленно поднялся и пошёл в свою комнату. Дверь закрылась за ним, и только тогда он позволил слезам идти. Лицо оставалось спокойным, привычным, без выражения боли, но слёзы шли сами, тихо катились по щекам. Он стоял у окна, опираясь на подоконник, и давал себе этот маленький, одинокий момент. Никто не видел, никто не мешал. Никто не должен был видеть.       Сидя там, он не думал о наказаниях, тренировках или обязанностях. Он просто позволял себе быть ребёнком, который ждал отца целый день и дождался слишком поздно. Слёзы шли, и это было единственное, что он мог позволить себе сегодня.