Король тьмы

Осенний ветер гнал по школьному двору обертку от «Рошен», прилипшую к грязному кроссовку Данила. Он прижал рюкзак к себе, словно щит, чувствуя на спине знакомый, прожигающий взгляд. Вероника. Её смех, звонкий и острый, как битое стекло, разрезал утреннюю возню у раздевалки.

***

— Смотри-ка, наше привидение материализовалось, — её голос, сипловатый от утренних сигарет, прозвучал прямо у уха. Её пародия «свиты» — два крепких лба из футбольной секции — засмеялись синхронно. Данил не обернулся. Он научился растворяться, вжиматься в стены, делать из себя пустое место. Но сегодня было не уйти. Чья-то нога ловко подставилась, и он грохнулся на колени, рассыпая по грязному линолеуму учебники. Из ранца выпал блокнот с корявыми рисунками — мрачные готические шпили, существа с слишком длинными пальцами.

***

Вероника наклонилась, подбирая один листок. Её духи «Чёрный Опиум» ударили в нос густой, ядовитой сладостью. — О, да тут целый мир, — подобрав листок сказала она, и в её глазах мелькнул не интерес, а азарт охотника, нашедшего новую игрушку. — Жалко, что его создатель — просто кусок говна на асфальте. Одноклассники прошли мимо, глаза опущены. Никто не вступится. Данил «Гоблин» — так его окрестила когда-то сама Вероника. Он собрал книги, чувствуя, как гнев, густой и чёрный, как нефть, пульсирует у него в висках. Он ненавидел её. Ненавидел её каштановые волосы, собранные в безупречный пучок, её уверенность, купленную папиными деньгами, её розовую колонку «Marshall», гремевшую на переменах попсой. Она была существом с другой планеты, где нет боли, где всё решают звонкий смех и дерзкий взгляд.

***

На последнем уроке она, похоже, скучала. И родилась дурацкая, опасная идея. Её шёпот, предназначенный всем, но адресованный ему, прополз по рядам: — Боишься проверить, есть ли в тех твоих рисунках правда? Говорят, в старом тоннеле у реки… духи бродят. Спорим, что у тебя очко да сожмётся, и ты сбежишь? Спор. На глазах у всего класса. Отказаться — окончательно признать себя тварью. Он посмотрел на неё. Впервые прямо. Увидел не королеву, а бледную, возбуждённую девицу, жаждущую острых ощущений. В его голове щёлкнул выключатель. — Хорошо, — хрипло сказал он. — Идём сегодня. Только вдвоём. Удивление в её глазах сменилось восторгом. Она поймала на крючок не только жертву, но и приключение. Она не знала, что в темноте тоннеля правила меняются. И что Данил, столько лет глотавший унижения, сам стал чем-то вроде духа — тихим, тёмным и невероятно, опасно терпеливым. В кармане его куртки лежала жестяная болванка, найденная на помойке — заточка, идеальное оружие. Он погладел её холодную рукоять. Скоро. Скоро в его маленькой железной вселенной тоже появится король.