Между нами — лето.

Они столкнулись почти случайно. Опять. У калитки, где обычно расходились, не глядя друг на друга. Хисын уже собирался пройти мимо, когда Джейк окликнул его - коротко, будто передумал в последний момент. - Ты куда? Вопрос был обычным. Слишком обычным. И от этого внутри всё неприятно сжалось. - Домой, - ответил Хисын, не останавливаясь. Джейк сделал шаг ближе. - Ты со мной разговаривать вообще собираешься? Хисын наконец повернулся. Его лицо было спокойным, но это спокойствие держалось на последней нитке. - А ты? - спросил он. - Ты со мной разговариваешь? Джейк выдохнул через нос, раздражённо. - Не начинай. - Я и не начинал. Ты начал, когда решил, что можно делать вид, будто ничего не было. Слова повисли в воздухе. Между ними сразу стало тесно. - Потому что так проще, - резко сказал Джейк. - Потому что если начать разбираться, всё пойдёт... - он махнул рукой, не находя слова. - По одному месту? - тихо подсказал Хисын. Джейк посмотрел на него резко. - Да. Честно. Слишком честно. - Значит, вот как ты это видишь, - кивнул Хисын. - Как проблему. - Я этого не говорил. - Но думаешь. Они смотрели друг на друга слишком долго. Взгляд Джейка был напряжённым, будто он держал себя за горло изнутри. - Ты не понимаешь, - сказал он. - Мне не нравится, что я из-за тебя... - он замолчал, сжал челюсть. - Что я вообще так реагирую. Хисын почувствовал, как сердце неприятно дёрнулось. - Прости, - сказал он машинально. - Я не просил. - Вот именно, - вырвалось у Джейка. - Ты не просил, а мне всё равно не получается остановиться. Тишина стала оглушающей. - Тогда, может, тебе стоит просто... не подходить ко мне, - сказал Хисын. Голос дрогнул, но он удержался. - Раз я всё порчу. Джейк резко отвёл взгляд. - Ты всё усложняешь. Эта фраза ударила больнее, чем если бы он накричал. - Я просто чувствую, - тихо сказал Хисын. - А ты этого боишься. - Я боюсь последствий, - ответил Джейк жёстко. - И ты тоже должен. - Я уже боюсь, - сказал Хисын. - Каждый раз, когда ты смотришь так, будто тебе не всё равно, а потом делаешь вид, что мне показалось. Он замолчал. Сказал слишком много. Джейк ничего не ответил. И именно это стало точкой. Хисын развернулся и ушёл. Не хлопая калиткой, не ускоряя шаг - просто ушёл, потому что если бы остался ещё хоть секунду, сказал бы то, о чём потом невозможно было бы забыть. Комната встретила его тишиной и прохладой. Он закрыл дверь, прислонился к ней спиной и медленно сполз вниз. Слёзы пришли не сразу. Сначала было пусто. Потом больно. Потом - тихо. Он плакал, закрыв ладонью рот, чтобы не было слышно. Плакал медленно, без рыданий, будто тело само выпускало то, что он держал неделями. Из-за слов. Из-за взглядов. Из-за поцелуя, который всё изменил и ничего не решил. Из-за Джейка. Когда слёзы закончились, осталась усталость. Хисын вытер лицо рукавом и посмотрел в окно. Лето всё ещё было там. Тёплое. Живое. И между ними - слишком много чувств, чтобы притворяться, и слишком мало смелости, чтобы признаться. Слишком.