На самом деле, это было реально

Я открыла глаза и начала часто моргать. «Что это за место?» Попыталась встать, но тело как будто не слушалось. Или слушалось, но очень неохотно. И тут над головой раздалось: - А ну-ка маленькие паршивцы, вставайте! Сколько можно спать?! Ты – меня смерили свирепым взглядом – идёшь на кухню и помогаешь с приготовлением завтрака. И только попробуй снова облажаться. Запру в кладовке без еды на неделю! Затем злая женщина стала раздавать задания и другим ребятам из приюта. Почему из приюта? Ну а где ещё с детьми могут обращаться как с мусором, не боясь реакции их родителей? Нет опекунов – нет проблем. Совладав-таки со своим непослушным телом, я встала и огляделась. Потрёпанные стены, дырявый пол, разбитые окна и тряпки на полу вместо кровати. Это больше походило не на приют для детей, а на бомжатник. Меня бы охватила паника, но времени на неё не было. Нужно было бежать на кухню. А там уже постепенно со всем разберёмся. Странный он какой-то, этот сон. Пару раз свернув не туда, дорогу я нашла. Но быстро поняла, почему тело было таким непослушным. Руки, ноги и даже лицо покрывали большие гематомы. Кто-то меня тут явно недолюбливал. Но кто? Воспитанники или же воспитатели? Разберёмся. Также я с большим удивлением обнаружила и то, что тело это вовсе не моё. Взглянув в отражение более-менее целого окна, я увидела девочку лет двух. Выглядела мило: бледная кожа, черные волнистые волосы и такие же черные глаза. Подумала сначала, что глаза просто темно-карие, но нет. Именно чёрные. Удивительно. Однако бросалась в глаза и сильная худоба, ненормальная для детей такого возраста. Из-за этого я даже засомневалась, а точно ли мне 2? Вполне возможно, что больше, но из-за недоедания тело не успевает развиваться. Ещё один пунктик в раздел «Разберёмся». Что ж, за работу. Придя на кухню, я подошла к первому встречному взрослому и спросила, что мне делать. Голос тоже милый. Мелодичный, я бы сказала. Но мужчина его не оценил. Зыркнул на меня так, будто я, как минимум, жену его убила и ткнул пальцем в сторону грязной посуды. Чувак, серьёзно? В эру технологий вы не заимели посудомоечной машины? Хотя о чём это я. Они и кроватей не заимели. Интересно, какой здесь год? Будет странно у него спрашивать, потом поищу газетку. После мытья посуды, я почистила картошку (мне, вообще-то два года! Люди, вы норм?) и помыла полы. И только после этого меня отпустили в столовую. Прочитав молитву какому-то Богу милосердия, мы приступили к еде. Стоп. Я картошки перечистила, наверное, килограмм 10. Почему мы едим какие-то остатки от боков кастрюли? Я посмотрела в сторону воспитателя, но не смогла увидеть их тарелки, так как они сидели на возвышении. Но судя по тому, как резво ел мужчина с кухни, содержимого там было явно больше. Я поняла. Лину здесь не любят. Лина такого не прощает. Лина крайне недовольна их поведением. Скоты. Ах, да. Узнала я своё имя чисто случайно – пока мыла посуду, ко мне подошла какая-то девочка и обратила ко мне – Лина-Хель. Что за странности такие? Я что им тут, богиня смерти? Из-за этого меня шпыняют? И это закинем в раздел. После завтрака (это можно вообще завтраком назвать?) нам разрешили заняться своими делами. Не имея ни малейшего желания и дальше находиться в приюте, тем более, что, судя по злым взглядам девочек постарше, для которых «свои дела» явно означали мою смертушку, я быстро вышла на улицу. Мда, тут тоже райончик так себе. Длинной вереницей стоят дома, многие, судя по всему, пустые. Окна разбиты и где-то даже заколочены. Люди, если и есть, то такие, к которым и подходить не хочется. Повернув голову в сторону своего пристанища прочитала: «Приют для детей «Тихая жизнь»». Ну да. Громко в таких условиях жить в целом опасно. Немного потупив взгляд, решила прогуляться. Нужно понять, где я вообще нахожусь. Кстати, буквы-то на вывеске мне были незнакомы. Это такой бафф, что я по умолчанию умею читать на местном языке? Прикольненько. И вот я иду, иду, иду, иду, а дорога не кончается. Дома так и тянутся. И ни одной Роспечати. Как же так-то? Какой-то дурацкий сон. Неужели даже в своем сознании я не могу себе хоть как-то помочь? Мне просто нужна последняя газета. И тут, краем глаза я заметила, как ко мне что-то приближается. Не успела я и глазом моргнуть, как мне в руки упала…эм…газета? Какого хрена? Что ж, будем считать это странным стечением обстоятельств. Но ещё одно такое – и я иду в психушку. Так, что у нас тут… Ага! Вторник, 9 июня 1984 года. Нехило меня так отбросило. «ПОБЕДА КОНСЕРВАТОРОВ НА ЛАНДЛСАЙДЕ МАРГАРЕТ ТЭТЧЕР». Уф, что-то на сложном, дальше читать не буду. Одно понятно. Я в Британии и это 1984 год. Ну вот и посмотрели на заграницу. Пыталась вспомнить что-то значимое из истории, но на ум ничего не приходило. Видимо, настолько это спокойная страна, что на уроках мы прошли её мимо. Хорошо, пол дела сделано. Теперь нужно подумать, оставаться ли мне в приюте или же поселиться в одном из заброшенных домов. С одной стороны, надо мной явно издевались и, судя по состоянию тела, оставаться там было просто небезопасно. А с другой стороны, там хотя бы как-то кормят и это несомненный плюс. Конечно, сейчас было лето и на улице сохранялось тепло. Но я не знаю, насколько суровые зимы в этой части страны. Кстати, а в какой? В общем. Ситуация сложная и неясная. Может хоть на пару дней срулить? Больно тяжёлая там атмосфера. Да и те взрослые девчонки напрягают. А изобьют по приходу – не страшно. Лучше один раз тогда, чем каждый день, пока не убьют. Опять же. Это всего лишь сон. Не думаю, что буду жить здесь аж до зимы. Так, пару деньков. Тогда пойдём подальше от приюта – поближе к окраинам. А там может и лес будет. Природа всегда прокормит, так ещё мне бабушка говорила.