Люди доевшие сахарную вату

«Ваши соседи могут быть странными людьми. Сегодня они выгуливают пять собак, а завтра ты понимаешь, что собак у них нет…»

Первая неделя (1 год).....

Лето 2016 года. Хенджин — тринадцатилетний мальчишка. Родители или лучше люди, которых он привык так называть, с утра до поздней тихой ночи пропадают на работе, оставляя единственного сына одного в трёхкомнатной квартире, на четвертом этаже. Соседи успевают пожаловаться на Хенджина пять раз за день. Парень шустро прорывается сквозь бетонные ступеньки попутно рисуя кривые узоры на стенах жилого дома. Бабка с первого ужасно ненавидит семью Хвана из-за самого Хенджина. Искусство заставляет Хвана улыбаться в самые сложные жизненные моменты. «Дом для него — крепость и сказка, скрывающая трагедии за тонкими стенами.» С верхнего этажа постоянно слышится топот. Кто-то тяжёлый шагает по деревянному, полу нарушая сонное царство. Восемь этажей достались скрипучему дому. Внизу — старики рядом с подвалом. Посередине — Бан Чан, Ли Минхо, Хван Хенджин. Дальше — странный парень с рыжими волосами, постоянно в пижаме. Сынмин живёт в маленькой квартире, прямо около входа на крышу. Чан Бин приходит к бабушке по понедельникам и пятницам, а когда плохо себя ведёт, родители специально отсылают его жить к старой женщине. Хан Джисон в летнем лагере, приедет только через три недели. Хенджин ещё не начал дружить с ними, но это будет скоро где-то в сентябре.

***

Поздний субботний вечер. Хенджин лежит раскинув руки в стороны, смотря сквозь янтарный камень. Потолок плыл, искаженный трещинами на камушке. Звёздочки, зажигающиеся только поздно ночью, пытались ускользнуть за пределы комнатушки назад в космос. Хенджин хочет полетать там в космосе. Летать, парить иногда поглядывая на дом свысока, проверяя горит ли свет в комнате. Мама постоянно смотрела в младенческие годы Хенджина передачу «Мир и заговор» где ведущий любил рассказывать про инопланетян, а Хван со своей детской кроватки посматривал пока никто не видит. Главным желанием Хвана было увидеть черную дыру, в которой ничего нет. Янтарный камушек попал в руки к Хвану случайно, из любопытства. Хенджин перескакивал трещинки в деревянном полу на седьмом этаже около квартиры маленького принца который ходил постоянно в пижаме. Перешагивая очередную преграду, проговаривая себе под нос считалку из недавнего просмотренного фильма, в глаза ударил луч яркого солнца меж железных прутьев похожих на папоротник. Любопытные руки сами потянулись к блестящему чуду. Главным вопросом оставалось: чей же камушек? На вид не потрёпанный, а даже кем-то ценный. Главное только кем? Янтарь мог быть не просто «чей-то», а мальчика по кличке Принц — чуть меньше двенадцати, с рыжей головой, вечно разгуливающего в пижаме с Муми-троллями. Однажды Хенджин смог поговорить с мальчишкой. Тогда его ещё звали — Ян Чонин. Переехал три года назад в 127 квартиру на седьмом этаже. Малец увлекался алмазными мозаиками, лепкой из воздушного пластилина и марионетками. Ян постоянно крутился в комнате для соседей постоянно ожидая своих друзей из книжки или Миссис Чо с Волшебником. Хван просто спросил у Чонина как ему погода за тонкими занавесками, не душно ли ему? На что получил: «Тебе нравится солнце?», «Знаешь чем оно пахнет?». Хенджин не знал. Просто молча стоял и не мог ответить мальчику с улыбкой до ушей. Принц самый странный из всех детей живущих в дома из тридцати квартир. Бан Чан слишком нянчится с этим мальчиком, а Хенджина лишь остаётся завидовать их крепкой братской любви. Камушек красивый словно ангельский нимб. Хенджин не видел ангелов, особенно их нимб, но парень уверен, что янтарный цвет лучше будет подчёркивать их небесно-голубые глаза. Так обычно изображают ангелов художники. Если Хенджин встретит ангела, дорогой читатель узнает об этом, а пока над его головой живёт Люцифер и их встреча вот-вот состоится. Янтарь — красивый камень, а Хенджин просто боится, что в руках маленького принца он потеряет свою красоту.

***

Миссис Чо — женщина сорока пяти лет, живущая на первом этаже, в 104-й квартире, прямо около выхода и почтовых ящиков, заполненных письмами. Чо хороший человек. У неё самые вкусные имбирные пряники, вышивки на одежде, лично придуманные сказки и ужасная история любви. Ноэ — жених Миссис Чо — уехал служить на запад обещая писать каждую субботу. С тех пор прошло двадцать восемь лет. Ноэ ни разу не отправил ей розу с письмом или медальку за отвагу перед страной. Чо осталась жить в квартире своей матери. Всю жизнь она отчаянно ждала письмецо, сидя около камина. Своих детей у неё не было, поэтому отважная женщина решила подарить любовь детям из своего дома. Хенджин шёл по первому этажу прямо к знакомой двери. У Миссис Чо такой смешной коврик лежит около входа: «Бабушка Чан Бина — моя лучшая подруга». Да она и вправду дружила с Со слишком крепко. Со даже шутила, что если бы не её муж и не Ноэ, бабушки делили совместный быт. Сегодня пятница, а это значит Миссис Чо ждёт Хвана в гости, чтобы отдать пряники для мамы и за одно рассказывать истории из книг, которые недавно прочитала. Главное в такие моменты внимательно слушать её, не перебивая, Чо — вспыльчивая женщина. Хван постучал по деревянной двери и из-за неё показался парень чуть ниже ростом Хвана и тощий как стекло. Волосы коричневые, в них вплетены удивительные нитки, завязанные в маленькие косички. Штаны-шаровары из разных лоскутков ткани, а верх закрывает собой пончо, солнечного раскраса. Парень — индеец. — Здравствуй, — тоненький голосок, зажавшись, проговорил прямо сквозь Хенджина. — Ты к Миссис Чо?

«Напоминает девчонку с косичками, даже голосок ещё не сломался.

Что за чудо?»

— А… Да… — только смог выдавить из себя Хенджин. Хван не видел его в стенах дома. Значит, он родственник Чо либо же… Новый сосед. — Божечка, кто там? — Послышался ласковый манящий голосок Миссис Чо, прямо за спиной. — Хенджи! Я жду тебя уже кажется целый день. — Божечка? — Зайдя в родную квартиру, Хван разулся, запустив свои ноги в вязаные носки. Миссис Чо ценила когда, гости, приходя к ней, вместо тапочек предпочитали её вязаные носки. — Ты же не знаком с Ёнбоком? — Женщина подхватила худого парня за плечи, словно толкая к Хенджину для полного осмотра. — Я Ли Феликс, Ёнбок, Ёнбожечка, Ли Феликс, Ёнбок вообщем, — руки заползли в карманы безразмерных штанов. — Как тебе угодно. — Приятно познакомиться Феликс. Я Хван Хенджин, у меня нет других имён поэтому зови меня как хочешь. — Пожав холодную руку нового знакомого Хван заметил веснушки на лице мальчика. Точки чем-то напоминали ему млечную галактику в космосе. Кажется новый день становится всё успешнее и успешнее. Главное к вечеру не захотеть утопиться. Квартирка Чо так же радовала своими зелёными обоями и часами в форме клубнички. Женщина неведомо обожала всякие миниатюрные вещи каждый раз улыбаясь ими. Миссис налила чай в кружку с божьими коровками, добавив перед этим имбирь. Хенджин не любил имбирь, от каждого упоминания непонятного съедобного объекта хотелось выкрикнуть «Фи!» и спрятаться под столом. Пахло от него дурно поэтому Хван не любил эту штуку, но из-за Миссис Чо пришлось перетерпеть. К тому же невоспитанно будет показывать свое недовольство новому знакомому. По лицу Феликса видно, что он тоже не в восторге от имбиря. «Уже очень сильно хочется пообщаться с ним» — Глядя на парня подумал про себя Хван чувствуя как к нему подносят пахнущий чай. Стул со скрипом по деревянному полу отодвинулся и напротив ребят села Чо с футляром для очков. Она всегда так делала когда хотела видеть искренние эмоции людей. По жизни она слепой котёнок. Пока не достанет свои красные очки. Напротив неё лежала незнакомая книжка. Хен не мог разобрать, что написано сверху, только видел кораблик плывущий по тарелке куда-то далеко, и лошадь. Сама книга выполнена в бирюзовых тонах, в клетку, напоминающую скатерть для пикника. — Я новую книгу прочитала. — Очнулась от своих тяготящих мыслей Миссис Чо. — Расскажите? — Не успел ответить Хван, как его перебил невинный голосок Ли. Губы поджались в тонкую полоску, а брови свелись к переносице. «Обычно я задаю этот вопрос», — хотел сказать Хенджин, но не стал. — Вафельное сердце — «Она мой друг хоть и девчонка.» — Настала тишина и двое парней начали погружаться в мир девятилетних детей со своими необычными историями. Главные герои книги — дети чуть младше Феликса и Хвана. Трилле — один из главных героев и лучший друг Лены. Вместе эти двое были настоящим кошмаром родителей. Однажды детишки захотели протянуть верёвку между своими окнами и ходить друг к другу в гости. Миссис Чо очень интересно рассказывала, постоянно глядя сквозь свои толстые линзы. Она каждый раз умалчивала финал оставляя на подумать. От такой хитрости Хван хотел скупить всю её библиотеку и прочитать за раз все книги и наконец узнать, чем заканчивались недосказанные истории. Дети из книжки казались Феликсу такими счастливыми, что хотелось войти в написанную историю хотя бы второстепенным персонажем. Витающий запах чая с имбирём уже не казался чем-то страшным уходя потихоньку в лёгкие. Время спешило за Миссис Чо, и вот уже девять часов вечера, а парни допивают свой чай, завершая финальные проделки девятилетних засранцев. — Я рекомендую к прочтению, — на финальной ноте сказала Чо, снимая свои очки. После каждого публичного выступления с представлением новой книги она выдыхала и набирала воздух назад, готовясь говорить дальше, но понимала, что парни скорее всего устали. «Время позднее и уже нужно домой» — командовала Чо, параллельно упаковывая пряники в пакеты. В этот раз Хенджин вышел из квартиры Миссис Чо не один, а с Феликсом и с пряниками. Теребя свои вплетённые косички Ли постоянно привлекал внимание Хенджина. — Что за странное сплетение у тебя в волосах? — Хенджин поправил чужие волосы подмечая мягкость пушистых локонов. — Расточки — косички из блестящих нитей, — улыбнувшись такому вниманию к своей персоне Ли поправил одну блестящую нитку подсознательно закрывая её от любопытных глаз хищника. Улыбка Феликса — может заставить забыть о неудачах и пустых комнатах в квартире. Такой звонкий смех Хван слышал только в юмористических комедиях. Люди всегда сидя в зале не могли сдерживать смех от пустых шуток. Первый раз Хенджин полюбил его улыбку, и это конец…

***

Опа! Волшебник явился!

Ли Феликс хотел и стал настоящим вопросом в голове Хенджина, но уж точно не был ангелом. Сосед сверху всё так же не давал скучать Хенджину целую ночь. Пол прогибался сквозь плинтуса, пропуская быстрый бег. Голоса нельзя было понять собственными ушами, да Хён даже не пытался. Слишком хотелось спать, а во время посиделок у Чо парни даже успели договориться о встрече. Так Хван Хенджин узнал кто наверху не даёт ему спать. Теперь осталось закрыть глаза, отправиться за берегами собственного любимого дома и насладиться сном с таким же Феликсом только чуть-чуть приукрашенным в виде пушистого белого котёнка, жаждущего ласки. И даже колдун из темного царства снов бессилен от милого пушистика. Завтра их встреча состоится вновь. Хен специально рано встанет, примет душ с душистым мылом в форме корабля злого пирата, почистит зубы взрослой щипяще-мятной пастой сквозь слезы наблюдая за своей любимой, единственной, зубной пасты с драконом. Распакует новые носки небесно-голубого цвета словно небо после утреннего дождя и выйдет из небрежной квартиры по пути обгоняя дух тех, кто живёт уже долгие годы внутри скрипучего дома. Оббежит лестницу, потому что лифт ждать долго и наконец увидит чудо вчерашнего дня. Чудесно думать про себя, а на деле получать совсем другое. Этим Хенджин грешит и в целом не только он. Увидеть его вновь — самое удачное, что случилось за последние недели. Только печально было заметить рядом сидящего принца Чонина с книгой «Папа и море». Рыжик тыкал пальцем по странице и тихо шептал, прикрываясь челкой прямо в душу Ликса, а тот своими нитями в волосах размахивал, внимательно слушая голос маленького мальчика. «Лишь сравнимы с двумя котятами, сидящими на бетонной плитке» — подумал про себя Хенджин, на которого двое даже не обратили внимания. А ведь Хенджин готовился к этой встрече и думал что они будут одни. Вот так всегда, интересуешься ты — интересуется другой. Хенджин не стал здороваться. Облокотившись о перилы сверху он наблюдал за худыми спинами сидящих мальчишек и не решался двинуться вперёд. Тело окаменело, а на душе становилось тоскливо. Хван мог простоять так до самого обеда пока до него не дотронулись. От неожиданности Хён уже хотел нагрубить, ему не понравилось это касание, но увидев перед собой Бан Чана Хенджин остыл и просто сказал «Здравствуй, Бан Чан». Чонин и Феликс уже не смотрели в книгу, их взгляд направлялся исключительно прямо на Чана. Колпак волшебника спокойно укрывал белые покрашенные волосы Чана, а мантия фиолетового цвета искрилась блестящими звёздами. В руках он сжимал свежую газету, которую читал каждую пятницу. — Чани! — Закричал Чонин бросая свою книгу прямо на коленки Енбока и подбегая к Чану, вешаясь на хрупкие плечи. Бан Чан крепко прижимает к себе тело маленького принца который еле как достаёт до груди волшебника. Феликс тоже долго не сидит на бетонной ступеньке. Поднимаясь по лестнице он одаривает Хвана приветствием, а после тихо шепчет сквозь момент «а кто это?» Волшебник отстраняется, продолжая держать руку Чонина в своей, а после подходит к Ликсу и нежно улыбается. — Бан Чан, — протянул свою руку для знакомства парень. — Ёнбок. — Феликс сразу приметил несколько змеиных колец на пальцах Волшебника. Все металлические как и небесно-голубые звёзды на мантии парня. А ещё запах. Лесной. Такой который один раз в жизни бывает. — Ты же новенький? — Д… — Не успел ответить Ликс как его перебил детский голос Чонина: — Новый жилец в 118 квартире на пятом этаже. Хенджин всё это время стоял где-то за спинами соседей и наблюдал за Феликсом, примечая новые детали в его внешности. У Ликса чуть пухлые губы как конфетки которые приносит мама на праздниках. Кожа очень тоненькая оттого кажется, что Феликс измазался белилами. Невольно Хван всё-таки улетел куда-то далеко за разговор, пока Чонин тыкал его в бок. — Значит, мы с тобой соседи по этажу. — Поправив обувь, постоянно спадающую, Крис подошёл к подоконнику и сел прямо на белое покрытие разрисованное разными цветами. — Я из 120 квартиры прямо около лестницы. У меня из окна солнце видно. — Добавил Чан, думая, что раскрыл тайну мирового масштаба. Ну, только если для Чонина. Колпак не делает тебя волшебником, крылья не делают тебя феей, а кудрявые светло-пепельные волосы всегда будут только у Бан Чана. А волшебником он будет даже после смерти. Просто потому, что он единственный человек, верящий в детство и людей. — Может сходим ко мне? У меня дома бутерброды с огурцом и сыром, — с искрой в сердце и кровью в глазах, Ян Чонин забрал свою книгу с последней ступеньки и стал приставать к старшим. Если Феликс и Крис умилялись, то Хенджин закатывал глаза, хлопая ресницами с плотно закрытыми губами, которые превращались в тонкую полоску. Малец не бесил его, а только немного… Хенджин обязательно подумает над ответом, когда солнце сядет за горизонт, милый сосед Феликс уйдёт к себе. «Почему бы и нет?» — ответили двое парней. А Феликс только посмотрел на Хенджина, стоявшего совсем рядом, но смотревшего куда-то далеко и долго на Ликса. «Похоже, его что-то беспокоит», — подумал Феликс и будто не специально приобнял Хвана за тонкие плечи своими тонкими руками, на которых виднелись рисунки метеоритов, сделанных грим-краской. Хенджин уже начал убеждать, что является ценным, но Крис перебил его мысли. — Мне нравятся твои рисунки на теле. — Спасибо. Я почти каждое утро их рисую, — не на секунду отходя от Хвана, Ликс раскрыл своё пончо под которым находилась поляна веснушек и звёзд разных цветов, рыбки, у которых на ногах ботинки, единорог, у которого рог — мороженое. Пингвин с большими усами и это только спина. На животе были бабочки. Некоторые без крыльев, словно мертвые. Красные розы на запястье и большой слон под сердцем. И только маленькая мышка с розовой шерстью сидела около печени грызущая конфеты в зубах. Хван посмотрел, кажется, каждый метр от и до, но не переставал смотреть на поле цветущих родинок похожих на шоколадную крошку в ванильном мороженом и на рисунки. Феликс настоящий художник собственного тела и интересно, как он так может рисовать каждое утро? А если рисовать на других? — Феликс, а нарисуй на мне Муми-тролля, — бегая сверкая пятками хотелось крикнуть «остановись», но Ян Чонин похоже слишком был вдохновлён идеей о будербродах и красках на собственном теле. — Только можно мне Мумика с белой кожей, а не розовой? А то у тебя почти все животные разных цветов. Феликс, всё ещё показывая свои рисунки закрывает своё красочное тельце и кивает головой. — Мне тогда ящерицу с клыками! — подхватывает вслед Крис. Отметился только Хенджин, но сегодня он слишком упёртый, чтобы говорить сам или предлагать что-то. Поэтому остался ждать пока Ли заметит Хвана или поймет, что друг редкостный дурак. — Хенджин? — Голос Феликса был уже в самом сердце, но мозг не мог переварить собственное имя, поэтому Хён ещё несколько секунд смотрел только на Ликса. — Что? — Хочешь мармеладных мишек на спине? Или карусель с животными? Можно ещё мательков с бантиками и бантиками вместо глаз, — радостный и взбудораженный Феликс не замолкал ни на минуту. Казалось что все образы для рисунков он придумывает когда смотрит на человека впритык. — Хочу солнце. Яркое и чтобы без маленького принца с его розой. Только голубя и девочку с синими волосами. Чонин сразу вспомнил образ милой дамы из книжки, — как Тюлипа? — Нет как волосы Миссис Чо в молодости! — Чо всегда любила рассказать о своих экспериментах с волосами в молодости. Раньше они у неё были розовые, красные, а самые любимые синие. — Всё, что угодно Хён, — Феликс улыбнулся своими вкусными губами и закрыл карие глаза. Он сиял как не сияет солнце, он горит как не горит костер, а его свет совсем не похож на лунный. Хенджин видел такую красоту только на фотках звездопада напечатанных в книге по истории. Все трое направились к Чонину и лишь только Ликс пришёл позже. В его руках была коробка с рисунками в виде дремучего дуба как из сказки знаменитого писателя. Кот с синей шёрсткой и большими глазами, собака играющая в карты с крокодилом курящим трубку. Внутри было много красок от глянцевых до блестящих со стразами. Поломанные кисточки, что похожи на зубочистки которые использует отец Хвана, после сочного мяса свинины. Большие трафареты с разными узорами. Маркеры похоже тоже для рисования на коже. Баночка с водой в которой не меняли воду кажется с рождения второй луны, около солнца. И много салфеток, розовых как закат перед весной. Бутерброды не успели остыть. Волшебник вытащил из кармана своего колпака мармеладных мышей которые он делает из сушёных яблок и сок брусничный без доли искусственного сахара. Их пикник в квартире Яна начинается с милой музыки и истории про «Стоптанные туфельки» братья Гримм. Правда конец Чонин придумал сам. В котором девушки улетели жить на край света от своего отца с босыми ногами и больше никогда в жизни не носили туфельки и ели по утрам только вафли. Хенджин помогал уплетать мармелад и совсем не ел бутерброды не потому, что не нравилось, а потому что добавлять джем к сыру и огурцам — спорное решение. А пока мальчик в пончо готовил место, где он будет рисовать на друзьях они думали чем себя занять. Крис предлагал посмотреть новую серию «Шумного дома» или поиграть в ходилку «Подземелье волшебников и драконов». Чонин не слушал его и продолжал пересказывать свои концовки сказок, пока Хён просто наблюдал как картины в доме у Чона меняются если на них смотреть с разных ракурсов. Всегда разные, но их только две. Анимаграфика — Хенджин помнил как сосед напротив покупал такие картины у мамы принца за хорошую сумму и говорил как они называются не информированной женщине. — Кто первый на покрас? — Зовёт всех Феликс на стул около себя. — Ура! Я первый! — Кричит Ян и бежит спотыкаясь о собственное желание под видом пяток. А пока ему только хочется сказать вслед «подбери сапоги неуклюжка! Весь мир смотрит тебе вдаль», лишь бы нос не расшиб, а то мама ночью будет ругать не только папу за поздний приход. Хорошо, что на полу подушки. — Хорошо, тогда потом Крис, а уж потом и Хван, — замечает, что около него садятся все друзья, раскрывает футболку-поло Чонина и рисует на животе, около лёгких, неточный силуэт Мумика с шапкой. — Если вам нечем заняться, можно самим сказку придумать, а если она будет интересной, то нам и до мирового масштаба недолго. Крис улыбнулся то ли от красивой и милой картины двух теперь друзей, то ли от лица Хвана, который явно ревновал Феликса к Чонину, то ли от Яна, который настолько был удивлён простому наброску на своём животе, что даже не заметил, как слюна стекает по его подбородку. Причиной его улыбки точно были эти парни и Крис не даст ей исчезнуть. Пока Ликс набирал краску на кисть и выводил смешную мордочку на коже, Чон хихикал от жёсткой щетины и крутился туда-сюда. Хван начал с названия их сказки: «Как ребенок в шапке утонул» — Что за название дурацкое! — Блёкло крикнул Чонин сквозь смех. — Легче уж «Ребёнок утонул». — С одной стороны, принц прав, — присоединился к маленькому рыжему комочку неуклюжести волшебник, потирая коленку об острый колпак. Похоже, комары совсем искусали бедного лидера. — С другой — название необычное. — Давайте так. Мы даже не знаем о чем сказка будет, а название должно быть по сказке. Так всегда… — закручивая белую грим-краску, Феликс достал мини-вентилятор и дал его в руки Чонину, чтобы тот держал его около рисунка. — Хорошо, тогда сначала название — а потом и сам смысл произведения. — Смысл и Чонин в одном предложении — это суицид для врача-психиатра, — яростно произнес Хенджин, помогая Крису снять мантию и приготовить своё плечо для рисунка ящерицы с клыками. — Хенджин! Со всех сторон послышалось имя Хвана. И в тот момент хотелось поменять его или просто вычеркнуть из документов. Даже милый Ликс смотрел теперь с упрёком и долго удерживал кисть, чтобы приступить к творению искусства. Но хорошо, что есть Чонин, который только посмеялсь и, кажется, не понял сути. Было принято решение начать…

«Как мальчик в шапке утонул»

О том как не хочется молчать, — добавил Феликс. О том почему горят леса когда жар-птица только в сказке, — от неуклюжего принца Чонина. О том почему детство так обесценивают, — Грозный волшебник Бан. О том как мгновение теряется среди времени, — простой Хван Хенджин. Нарисовав контур будущего питомца на плече волшебника, Феликс успел подкинуть идею для сказки. Это стали четыре строчки, которые придумали все сидящие в комнате под гул вентилятора. А Хенджин записывал на листочке, иногда спрашивая как пишется то или иное слово, — потому что имел не высший балл по собственному языку в школе. Марципан и Девочка с карамельными волосами. История двух друзей в глухой деревне и милой собачкой по имени Хёк. Они втроём жили в одиноком домике, куда не доходят поезда и провода обрываются. В их доме всегда были картины с яблоками и макеты животных. В сарае они хранили ружьё для охоты на дикого зверя. Их отец ушел в глубь леса за грибами и больше не вернулся. Мама постоянно говорила им, что отца забрали красные пожарники, которые ползают по дубу каждую весну. Но Марципан знал, что отец просто упал в яму у соседки на участке и его ночью случайно закопали ее собаки. Поэтому в тот день они так сильно лаяли, чтобы криков отца не было слышно, думал про себя Марципан. Феликс уже доделывал клыки фиолетовой ящерицы, когда до него дошла интересная мысль. — Пиши… Девочка с карамельными волосами была сестрой Марципана, только с самого детства она молчала, но откликалась на имя. В её волосах постоянно сидели бабочки, а девочки с соседнего села когда приезжали, приходили заплетать ей красивые косы. За её красивые глаза её прозвали — Серебрянка. Она не знала, куда подевался её отец, но от рассказов Марципана знала: будь она на его месте, собакам не пришлось бы орать ведь даже заговорить не сможет. Серебрянка нашла под сгнившим забором маленькую собаку и назвала его Хёк в честь птицы на склоне горы, которая жила раньше и прилетала к ним летом в конце августа. Хёк — шустрая собака с проколотыми ушами. Иногда Марцепану казалось, что Хёк слишком человечный даже для него. Он умел вставать на две лапы, иногда произносил звуки, похожие на слова «еда, домой, шагом, быстро, камень» как сказала мама — «Хёк просто умная собака», возможно это и так. Хён дописал до точки и очередь подошла к нему. А пока Крис заправил белую футболку до плеча, чтобы не размазать рисунок и сел на место Хенджина дописывать историю. Нужно было снять красную футболку, чтобы Феликс мог нарисовать то, что просто Хенджин, но Хван не мог раскрыть своё бледное тело Феликсу, у которого оно украшено веснушками и дополнительными рисунками. — «Если не хочешь на спине, давай на шее?» и Хван согласился и только потом понял, что просто будет пялиться всю процедуру на Ликса и точно будет видеть в его глазах звёзды, которые он так таил вдали. Потом он совершенно потеряет голову, его руки сами залезут в пурпурные волосы и проверят их качество. И только после этого до Хенджина дойдет, что парень поселился в его сердце как белка в одиноком дереве прямо в центре дупла. Пока Феликс намечал волосы для будущей девушки и голубя рядом. За спиной послышался голос Чона. — А мы дописывать будем? — Я уже без вас целый абзац написал, — поставив точку и отбросив ручку куда подальше воскликнул Крис. Его рисунок уже засох и можно было опускать рукава, но похоже волшебник увидел лёгкие мышцы, которые неплохо вырисовывались в бицепс. Однажды мама уехала в город по работе и сказала «я приеду в пятницу утром и чтобы до этого момента они вели себя хорошо». За ними присмотрит дед, что живёт около реки. От него пахнет рыбой, но есть в кармане игрушка-вертушка, которая катится по полу и создаёт музыку. Крис отступил две строчки тетрадного листа и большими буквами написал: МИШКА И ХЁК. Так начиналась их сказка. Теперь очередь придумывать была Хвана. Пока он сидел весь в поту от такой близости с Феликсом, совсем забыл повествование сказки. Поэтому начал придумывать на ходу. Пока Чонин старательно выводил буковки под руководством Криса и его ящерицы. После того как мама уехала Серебрянка потеряла своего мишку, у которого один глаз был закрыт тканью, а другой наполовину разбит. Она любила эту игрушку, потому что она отличалась так же как девочка с карамельными волосами. Её изъяны прекрасны для Серебрянки, но ужасны для других детей. Она оставила мишку в саду на лавочке около пруда с золотыми цветами, как солнце. Там жила огромная жаба — она часто воровала морковь и за завтраком всегда ела других лягушек. Марципан даже пытался убить её, а шкуру сделать своим трофеем. Только вот не задача жаба в исчезновении мишки никак не причастна, так сказал кузнец-комар, живущий в их сарае. Накануне пропажи она заходила к нему за личинками вредных червей, и они долго болтали за игрой в камни. Серебрянка долго не могла уснуть тёмной ночью без медведя. Ей казалось, что все остальные постельные жуки придут к ней и залезут в уши, съедая каждую перепоначку. И даже бабка под завалами дома, которая умерла и места на кладбище не хватило, поэтому мама и папа решили закопать её под домом не поможет — а унесёт за собой. Бабка уже приходила, когда Марципан забыл закрыть окна ночью. Тогда Серебрянка страшно заболела и чуть не умерла к первому заходу солнца. На следующее утро из утренней газеты дети узнали, что к ним в деревню приехал странный гость с целой пачкой иностранных сладостей. Но дед, который сидел с ними в то утро, не разрешил им пойти на главный поворот, где остановился жить тайный незнакомец. Хоть фотка незнакомца была черно-белой, Серебрянка смогла разглядеть в его руках своего мишку. Таинственный незнакомец будто специально скрывал игрушку от чужих глаз. — Хенджин слишком поэтичный! — Радостно восклицал Чонин. Он переодел футболку на более коротокую майку, через которую был виден Мумик. А Феликс лишний раз восторгался своим искусством. — Да какой из меня поэт, — рисунок сине-волосой красавицы уже был полностью нарисован на шее, Ликсу осталось только блёсток добавить и лаком закрепить. — А давай мы тебе цветок все вместе нарисуем в честь того, что ты для нас сделал? — Предложил Хван, уже получив вентилятор. Феликс хотел бы сложить кисточки и укрыть тряпочкой, чтобы промыть дома под холодной водой от приставучей краски, но его опередили ловкие руки Криса уже занырнули в дом радуги и детства. Принц принес конфеты с корицей, закрытые под серебряной фальгой. — Можно ещё ковшик малой Медведицы нарисовать. Она прямо как ты, Феликс — растерянный среди звёздного неба, — пока солнце было по фужерам, которые стояли на шкафу и ждали своего часа Крис без особого вдохновения брал их в руки представляя себя королем третьего королевства под чёрным небом. — Растерянный среди звёздного неба? Странное сравнение, учитывая его коралловые веснушки как мандаринки на пальме. — Чонин, мандарины не растут на пальмах. — Отшатнулся Феликс. Ему редко кто говорил комплиментов. Обычно все ругали его пухлые щёки и почти закрытые глаза. А про веснушки — там очень неприятная история как его считали ведьмой в обличии парня. Полный абсурд как жизнь книжных червей на полках с книгами. — Боюсь не осталось места на моём теле, которое я хочу разукрасить. — Есть губы, — Хенджин задумался, глядя на лицо Ликса, что совсем не поспевал за своим языком, который жил своей жизнью ради Феликса. Светлая кожа вспыхнула похлеще вечернего костра. Уши засияли, а взгляд Феликса только предавал им блёсток. — На них можно нарисовать цветочки или бабочек с розовыми крылышками. — Горе Чонин, непонимающий мальчик, смотрел на парней, которые находились в оцепенении. Если Хенджин от своих слов и от взгляда, то Феликс от Хвана, а Крис просто от всего даже от пауков, которые устраивают гонки на потолке. От предложения Чонина Феликс смог отказаться, но чтобы не расстраивать парня предложил — «У меня уши ещё есть, на них бы смотрелись пчёлки или Кассиопея.» — Тогда давайте то и то? — Понаблюдающий Крис наконец обратил свое внимание на всех остальных. Краски ещё не успели засохнуть, как у ним опять прикоснулась рука волшебника и оттенки взвыли вверх прямо по течению Млечного пути. Всё вокруг замерло: из обычных обоев с цветами выползали лошади с крыльями, похожие на единорогов, только сахарные, пыль стала блестеть на полках с книгами про парня, покарившего время и даже мышка вышла из своего домика под батареей с носком. — Волшебство возможно, если смотреть под правильным углом. — Да, ты как всегда прав, Бан Чан, — внёс свою лепту в чудное мгновение Хван Хенджин, который чуть не разрушил магию тем, что собирался закрыть блестящие краски из которых вылезали разноцветные гусеницы с пушистой кожицей, оставляющие после себя запах роз и сухого кофе. — Чонин, не спугни Чудо своими глазами, а то ты так ярко смотришь на него, — Ли Феликс подошёл к подоконнику на который забрался Ян и попытался взять его на руки, но парень с рыжими, как смола волосами, со своими полосатыми носками схватился за крыло феи и случайно повалился на Феликса. Волшебство на миг остановилось. Хотя это даже волшебством назвать нельзя было. Бан Чан просто дал возможность детям необычного дома со скрипучим полом посмотреть на мир с другого расстояния собственных глаз. Теперь казалось, что на луне живёт слон, а по Марсу бегает бегемот. Лисы ночью под кустами едят мороженое, а Ян Чонин спит в кроватке обнимая покрывало ногами. Магия Криса не терпит резких решений и быстрых движений. Всё, что надо — «любить друг друга,» — ходить в гости, чтобы пить чай с пряниками Миссис Чо и улыбаться мраморными зубами, как у крокодила, рисовать на руках разных персонажей и придумывать сказки — потому что детство одно, а шансов побывать там единственное на свете. Все закончилось. Парни разукрасили Феликса, а точнее — кончики ушек. Хван все время поправлял его непослушные волосы и осматривал расточки с разными камнями. Присматривался к веснушкам и кареглазым конфеткам в центре всего лица. Парни остались довольны, но за этим пришел страшный вечер, страшен он только для Чонина, потому что скоро ложиться спать, а побыть с ребятами он ещё хочет. Поэтому Волшебник остался у него, пока его родители не придут. А Феликс и Хван ушли вдвоём разговаривая о тяготящих мыслях друг друга под вой воды в трубах. — Встретимся завтра и послезавтра, и вообще я хочу каждый день видеться с тобой, — уже стоя около порога своей картинки Феликс обнял Хвана и потрепал его спину о своё пончо. — Я тоже, Феликс. А потом была ночь тихая и долгая. Хван ворочался в кроватке и только потом вспомнил, что забыл листок с недописанной сказкой у принца, а своё сердце кажется у Феликса в кармане.

***

«Главное, чтобы ваш друг не скрывал под красивыми картинками на собственном теле, след от белых, как лист, полосок, напоминающих личинок дождевых червей.» — из дневника доброжелателя милого парня Хан Джисона.