Между молитвой и чарами

— Ну ты долго там? — закатывая глаза, высказался Майк, разворачиваясь всем корпусом в сторону брюнета. — Да-да, иду… Там… а, нет, забей. Чародей подумал, что не стоит беспокоить своего спасителя подобным услышанным бредом, тем более от незнакомца. Глубоко вздохнув, он поплёлся за паладином в сторону поляны, где обитали те самые слизни. Не сказать, что оба были довольны: Уилл всю дорогу ныл, что взял самое бестолковое поручение из всех, размахивая своим жезлом в знак протеста, а Уиллеру приходилось это выслушивать, точнее, он вскоре заткнул рот брюнета яблоком. Это сработало. — Мы пришли. Что ж, мой милый друг… я буду наблюдать лишь со стороны, — усмехнувшись, Майк похлопал по плечу напарника, словно подбадривая. — «Бестолковое поручение», с которым ты легко справишься, так ведь? Именно в этот момент паладин, кажется, начал раздражать чародея своим сарказмом. Закатив глаза, Уилл, прижав к себе покрепче жезл, потихоньку, мелкими шажками направился к слизням. Их оказалось больше, чем предполагалось. В прошлый раз парень из-за страха не смог использовать ни одного заклинания — слова словно застряли в горле. Однако сейчас с ним есть человек, который поддержит и спасёт, если что. Собравшись с духом, он неуверенно, дрожащими руками направил посох в сторону кучки слизней и произнёс заклинание. В мгновение ока целое скопление тварей взорвалось с оглушительным звуком. Конечно, не обошлось без изъянов: всё вокруг выгорело, оставив лишь серый пепел и запах гари. Уилл медленно повернулся к рыцарю, широко улыбаясь, а в глазах читались восторг и удивление от собственных способностей. Отбросив все правила приличия, к которым был приучен с детства, чародей подбежал к своему спасителю и набросился на него с объятиями, повалив на землю. — Майк, я смог! Я сделал это! Всё благодаря тебе! — радости волшебника не было предела, он крепко обнимал его, искренне радуясь своему первому достижению. На мгновение Уиллер оцепенел. Он не знал, как реагировать, и лишь глупо улыбался, похлопывая брюнета по спине, лёжа на земле. Он уже успел позабыть это приятное чувство тепла. Затаив дыхание, оба парня молча смотрели друг на друга, словно чего-то ожидая. Черноволосый потянулся к маске чародея, медленно стягивая её с лица, чтобы разглядеть каждую эмоцию на лице парнишки, что так искренне смотрел на него. «Красивый», — пронеслось в голове Майка, прежде чем он ощутил тепло на своих алых губах. Он не сопротивлялся, наоборот, отдавшись чувствам, лишь крепче прижал макушку брюнета к себе. Сердца двоих бешено стучали. Они понимали, что это опасно, что так нельзя. Поцелуй был совсем невинным, чистым и искренним. С тихим чмоком голова Уилла отстранилась. Ему было стыдно за свой поступок, лицо и уши покраснели — казалось, парень вот-вот сорвётся с места и убежит. — Прости… это вышло на эмоциях, — едва дрожащим голосом произнёс чародей, неловко поднимая глаза на паладина. — Всё в порядке, я понимаю. Я рад за тебя, принцесса, — Майк всё же попытался разбавить атмосферу, за что тут же получил удар по плечу и возмущённый писк от такого прозвища. Никто из них не осмелился поднять эту тему, словно случившееся стало чем-то, что нельзя обсуждать. После этого день прошёл довольно быстро: они собрали всё, что выпало из слизней, чтобы продать, и вернулись в гильдию за наградой. Конечно, за такое простое поручение они получили всего лишь пятьдесят медных монет, но хоть что-то. Вернувшись в своё ложе, чародей поспешил в ванную, пытаясь собраться с мыслями. Глядя на себя в зеркало, Уилл прикоснулся пальцами к губам, словно всё ещё чувствуя тепло того поцелуя. Сердце по-прежнему бешено колотилось. Он не понимал своего импульсивного поступка, и на щеках вновь проступил румянец. В одно мгновение послышался звон разбитого стекла — осколки разлетелись по всей ванной, поцарапав щёку брюнета. Не успел он опомниться, как двое неизвестных парней, которых он, кажется, встречал в гильдии, схватили его, скрутив руки за спиной. Байерс успел лишь крикнуть: «Майк!» — прежде чем ему заткнули рот. Этого хватило, чтобы рыцарь, спокойно лежавший до этого в постели, мгновенно подскочил, схватил меч и ворвался в ванную, выломав дверь. — Отпусти его, — Майк направил меч в сторону одного из похитителей. Его взгляд был холодным, безжалостным, даже разъярённым. Они посягнули на то, что нельзя. — Ох… какие люди. Это же знаменитый Майк Уиллер… Кажется, это твоя новая добыча? Но как же так, тебе стоило охранять его внимательнее… Это ведь не простой волшебник, — смеясь, один из похитителей снял капюшон, открывая вид на огненно-рыжие волосы и слишком хитрый взгляд. Он погладил Уилла по щеке, заставляя посмотреть на себя, а затем, схватив за подбородок, насильно повернул к паладину. — Как думаешь, брат, сколько мы получим, вернув ненаглядного принца его папочке и выставив этого придурка похитителем его драгоценного сыночка? Ты так расслабился, Майк. Тебе стоило прятать его милое личико получше. Паладин был готов сорваться прямо сейчас. Этот бесцеремонный, грубый тип прикасался к его Байерсу, словно к какой-то вещи. Казалось, вены на лице Майка вот-вот лопнут от злости. Он крепко сжал меч, собираясь нанести удар, но резко остановился: второй незнакомец достал нож и приставил к горлу чародея. — Честно говоря, я думал, что это девушка. Такое девчачье лицо. Лучше б ты сидел в своём замке и не высовывался, мальчик. Я ведь предупреждал тебя не связываться с уби… — ЧЁРТ! — не успел рыжеволосый договорить, как почувствовал сильный укус своей ладони и отдёрнул руку, словно ошпаренный. Этого мгновения хватило. Майк, до этого стоявший как вкопанный, вонзил меч в ногу неизвестного с ножом, пока тот отвлёкся. Его же ножом черноволосый пронзил сердце нападавшего, избавившись от мешающего союзника. Вытащив свой нож из чужой ноги, он повернулся к рыжеволосому, медленно приближаясь. Уилл, готовый вот-вот расплакаться, вырвался из грубой хватки, подбежал и прижался к Уиллеру. Тот одной рукой направил меч на похитителя, а другой прижал чужую макушку к своему плечу, успокаивающе поглаживая по голове. — Если ты так хорошо меня знаешь, то должен был понимать: не стоит прикасаться к тому, что под моей охраной, — рыцарь уже собирался нанести решающий удар, но чужая рука остановила его, намекая остановиться. Тот лишь раздражённо выдохнул. — У тебя одна минута, чтобы ты свалил вместе с этим мусором на полу. Сегодня милость на твоей стороне. Дрожащими руками Уиллер прижал к себе чародея ещё крепче, загораживая ему вид на труп, расплывающийся в луже крови на полу. Он успокаивающе гладил брюнета по голове, перебирая его волосы с особой нежностью. — Прости, я не уберег тебя. — Нет… нет, ты наоборот спас меня. Спасибо тебе, Майк. Я думал, мне конец… — мотая головой, Уилл поднял взгляд, всматриваясь в чужие карие глаза. Уиллер заметил кровь, стекающую по щеке чародея, и медленно вытер алую полосу, едва размазав её по коже. Ванная комната была в разгроме, лужа крови растекалась по деревянным доскам, окрашивая осколки стекла, разбросанные повсюду. — Нам нужно уходить. Он не успокоится после случившегося. Нет времени убираться, быстрее собирай вещи.