Let me stay close.

— Сейчас нам всем нужно хорошо отдохнуть.       Нефер озвучила всеобщую мысль и покинула собравшихся, отправившись в свой кабинет. Лаума проследила за ней до самого момента, как дверь с хлопком затворилась, и неволей выдохнула. Донельзя уставшая, видимо расстроенная и абсолютно неготовая, пусть и пытавшаяся храбриться. Не такой должна выглядеть босс Куратория тайн. Все привыкли к образу собранной, ядовитой и всегда готовой вцепиться в горло женщины. Однако… Каждый, кто скрывался за маской самоуверенности, рано или поздно видел, с каким грохотом она слетает. Неф не исключение.       Голос Лунного Гимна огляделась, замечая подавленные лица вокруг. Ягода, подхватив Ашру на руки, попрощалась и, на секунды задержавшись напротив дверей босса, помотала головой. Видимо, отказалась и от идеи справиться о её состоянии и всё же ушла первой. Следом Кураторий покинули задумчивый Альбедо и его рогатый брат. Вроде, его звали Дурин. Вся компания так или иначе разбредалась. Флинс и Варка, тихо о чём-то переговариваясь, поспешили на заслуженный отдых, напоследок подарив слабые, но искренне приободряющие улыбки, словно знали, что творилось у их подруги в душе. Сандроне тоже не стала задерживаться и, дав несколько указаний своему роботу, удалилась.       И пускай мозг пытался сосредоточиться на попытках вернуть Коломбину, сердце упрямо тянуло в закрытый кабинет. Оставшись в числе последних, Лаума поднялась с дивана, да так и замерла, внезапно осознав одну простую вещь: она не могла уйти вот так. Не могла оставить Нефер в гордом одиночестве и без должного выяснения отношений. У них ведь остались только надежды на лучшее, всё теперь зависело от воли случая и Марионетки. Кто знает, может, в ближайшие дни они все погибнут? А то и вовсе это случится уже завтра. Так нельзя. Неправильно.       Она терпела насмешки и извечный сарказм, всегда искала повод для встречи и осознанно давила на эмоции не для того, чтобы развернуться на пятках и убежать на остров Хийси в самый подходящий момент. Лаума мимолётно дотронулась до груди и всё же двинулась в обратную от выхода сторону. Шаг, за ним второй и третий. Да, ей нужно туда. Нужно сломать эти непреступные стены окончательно и услышать, не важно что. Не важно, даже если прямой отказ. Она едва не подпрыгнула, когда перед лицом появилась Паймон. — Ты что-то забыла, Лаума? — Извечно весёлая девочка сейчас звучала непривычно тихо. — Нет, просто. — Жрица Луны замялась, поджав губы. Ей не хотелось врать, но и истинную причину назвать казалось невозможным. — Я хотела кое-что уточнить. — Мы подождём! — Паймон. — Люмин, выплывшая из-за спины, вмешалась в разговор. Аккуратно взяла своего проводника за ручку и потянула за собой. — Пойдём, я куплю тебе сахарную фигурку. — Но… — Лаума нас догонит.       Путешественница вздохнула так, что сразу стало ясно: ей всё известно. Эта лёгкая печаль во взгляде, принятие и понимание в лёгкой улыбке. Дружеская поддержка, исходящая от неё, буквально толкала на подвиги. Люмин, шустро перебирая ногами, не позволяла упустить шанс и уводила за собой озадаченную Паймон. Она одними губами прошептала заветное: «Удачи», прежде, чем выпорхнуть на улицу. Лаума знала, что девушка была особенной: чрезмерно внимательной и готовой подставить плечо в любой момент, но не думала, что всё настолько… Радикально.       Она тихо хмыкнула, пообещав себе предоставить подруге, как минимум, недельный запас сладких спелых ягод в благодарность, и всё же достигла заветной двери. Схватившись за ручку, Голос Лунного Гимна осторожно нажала на неё и, помедлив несколько мгновений, тихо прошла в кабинет. Из источников света — пара свечей у дальней стены. Здесь по-прежнему пахло незнакомыми благовониями. Интенсивно, несколько приторно, но всё же приятно. Лаконичный, но богатый дизайн. Красивый, явно дорогой стол, на нём заветный ларец и высокая стопка всевозможных документов. А у окна замерла неестественно натянутая фигура.       Лаума знала, что её появление не осталось незамеченным, а потому без лишней скрытности прошла в глубь помещения. На подоконнике стояла дымящаяся чашка. Нефер задумчиво и чрезмерно скоро мешала напиток, позволяя металлической ложке с отчётливым звоном биться о фарфор. Она резко вскинула голову и обернулась. Тусклого света от маленького пламени где-то за спиной хватило, чтобы увидеть, как женщина неестественно скривилась. — Если дорогая Голос Лунного Гимна пришла с очередной просьбой, то я сожалею. Ничем не смогу помочь сегодня. — Я. — Лаума резко умолкла, ощутив, как сжалось горло от волнения. Увидев босса Куратория тайн в таком состоянии, она не знала, что сказать. Впервые в жизни она не могла найти слов, но точно знала, что найти должна. — Могу я остаться? — Зачем?       Очередная пауза ударила по ушам двоих. Вот только если одна замерла, подобно статуе, то вторая приложила ладонь к груди и твёрдо кивнула. — Потому что тебе это нужно. — Иди домой, Лаума. — Нефер тяжело выдохнула, а её плечи опустились.       Как редко она использовала имя жрицы Луны. И как же той было приятно его слышать. Лаума нахмурилась, понимая, что ситуация сложилась привычная. Она всегда шла навстречу, а Нефер упорно её отталкивала, прикрываясь чем угодно, но не разумными доводами. В глубине души она знала, в чём причина столь неоднозначного поведения. Вся проблема исходила из детства. После всего, что с ней произошло, Неф попросту боялась привязываться и старательно проводила черту между ними. Но разве они уже не переступили её? Разве не пора взглянуть правде в глаза, особенно сейчас, когда понятия не имеешь, что будет дальше?       Отступать не хотелось, раз уж сердце сделало свой выбор. Безжалостно давить тоже не вариант, пусть и было решено растопить эту глыбу льда. Лаума закусила щёку и с шумом вобрала воздух полной грудью, словно пыталась справиться с удушьем. Что больше всего ценила Нефер? Именно. Информацию и правду. Так почему бы и не позволить ей услышать искренность? — Если мне суждено умереть в битве с Дотторе, то я хочу сделать это без сожалений. — Лаума качнула головой и медленно приблизилась, едва не прижимаясь плечом к чужому. Настал момент. — Ты же знаешь, что не безразлична мне?       Босс Куратория тайн рвано выдохнула, будто получила жёсткий удар под дых. Её спина натянулась ещё больше, а челюсти сжались, но она так и не посмотрела на свою гостью, находя интересным вид за окном. Голос Лунного Гимна проследила за тем, как нервно дёрнулась её нижняя губа, и подняла руку, ласково убирая с чужого лица прядь непослушных волос. — Нам нечего уже терять, не думаешь? — Она говорила размеренно, но не прибегала к извечно вежливому тону, ведь знала, что тот раздражал женщину рядом. — Почему бы в таком случае не поставить на кон всё и не признаться в ответ? — Не слишком ли ты в себе уверена, дорогая? — Ядовитый сарказм, скрещенные на груди руки. Всё это — защитные механизмы, что до одури выводили Лауму из себя. А потому она решила начать разрушение чужих оков с них. — Я единственная, с кем ты вечно ругаешься, даже если на то нет причин, — Жрица нежно огладила кончиками пальцев щёку Неф, отмечая особое напряжение желваков, и двинулась ниже. Очертила челюстную кость, легко коснулась ушка, — Ты никогда не соглашаешься со мной без спора и сарказма. Редко обращаешься ко мне по имени и намерено ставишь непосильную цену на каждый мой заказ, прекрасно зная, что у меня не наберётся и сотни моры. — И после всего этого ты решила, что твои чувства взаимны, госпожа «Я такая благородная и праведная»? — Нефер зашипела, когда Лаума большим пальцем огладила её шею, но не отстранилась. Напротив, словно на уровне инстинктов повела лицом в сторону ласки, — Твои фантазии становятся всё более и более пугающими. — Но. — Голос Лунного Гимна тепло улыбнулась, не реагируя на прямую провокацию, — Ты всегда выполняла мои просьбы, даже если они давались тебе с трудом. Не спала ночами, оставляла прочих клиентов в режиме ожидания или перекидывала их на Ягоду, чтобы помочь мне. Ты согласилась на битву с Рери и ничего не потребовала взамен. Вступила в бой, не позволив сделать это мне, и пожертвовала зрением, а потом мучилась от боли, не желая, чтобы я проливала ради тебя свою кровь. — С чего ты?.. — Ашру. — Лаума пожала плечами, словно способность понимать животных — не её особенность, а что-то обыденное. — Он рассказал мне всё это за парочку угощений. — Мало того, что ты эксплуатируешь мою помощницу, так ещё и кота на свою сторону переманить пытаешься? — Нефер двинула бровью, прозвучав озлобленно. Однако дрожь голоса выдала её с потрохами. — Как знала, что яро верующим верить нельзя. — Неф…       Ненавязчиво заставив женщину развернуться к себе лицом, Лаума обхватила ладонями её щеки и не позволила отвести взгляд. Неудивительно, что ей позволили столь дерзкие жесты. Совершенно не удивительно. Она разглядывала глаза цвета самого чистого изумруда и находила в них ответы на все вопросы. Почему? Зачем? Как долго? Вертикальные зрачки сузились ещё сильнее, походя на щёлочки. Точно змея. Голос Лунного Гимна беззвучно усмехнулась. Нет. Кошка. Такая же преданная, но до безумия свободолюбивая. Несколько одичалая, готовая выпустить когти в любой момент, но так отчаянно нуждающаяся в любви.       Лаума подалась вперёд, сокращая расстояние между ними до критического значения. Их дыхание смешалось, а лбы соприкоснулись. — Позволь мне быть рядом.       Надрывная просьба, великодушная искренность и слепая надежда. Свет, что дарила лживая луна, проникал в окно и плавно утопал в чайной чашке. Нефер зажмурилась, видимо взвешивая все за и против. Сначала выровнялось её дыхание, из тяжёлого и шумного превратившись в спокойное и размеренное. Следом расслабились её лицевые мышцы и плечи, что перестали мелко подрагивать. И тогда стало ясно: она приняла решение. Непреступный замок из независимости и одиночества рухнул, оставив после себя уязвимые руины согласия. Она сдалась.       Открыв глаза вновь, босс Куратория тайн внезапно усмехнулась. — Терпеть не могу, когда ты начинаешь настаивать. Вроде, рога оленьи, а ведёшь себя иногда, как баран. — И что это значит? — Это значит: заткнись.       Нефер стремительно уничтожила оставшиеся условности, уложив ладонь на затылок и потянув на себя. Лаума не сопротивлялась, пусть и не ожидала такого исхода. Напротив, она дозволительно наклонилась, чтобы разница в росте не была столь ощутима, и их губы встретились. Мягкое прикосновение, холодящий металл украшения и травянистый привкус чая. Уже не было дела до того, что случится завтра, ведь остался только этот момент, только здесь и сейчас. Все годы перебранок, весь неоднозначный альтруизм с обеих сторон и скопившиеся и извечно подавляемые чувства вылились в это.       Лаума ощутила, как подкосились колени, когда пальцы Неф зарылись в её волосы. Да, оно того стоило. Она выдохнула через нос и осторожно коснулась кончиком языка золотого колечка на чужой губе, спрашивая разрешения и тут же его получая. Нефер разомкнула губы, её нижняя челюсть опустилась. Поцелуй из чувственного и лёгкого превратился в пламенный и жёсткий. Они пробовали друг друга, сталкиваясь языками, а иногда и зубами, будто боролись за право вести. Впрочем, ничего нового, верно? Голос Лунного Гимна неволей улыбнулась, тут же от неожиданности вздрогнув.       Послышался звон разбитой чашки, что в тишине кабинета прозвучало слишком громко, а её ягодицы вжались во что-то твёрдое. Точнее, Нефер непонятным образом развернулась и почти усадила её на подоконник. Прохлада, исходящая от стекла, несколько отрезвила. Лаума повела лопатками и слегка согнулась, чтобы не биться рогами об окно, а затем остранилась, вглядываясь в черты лица напротив. Румянец на скулах и кончиках ушей, расширенные зрачки, практически скрывшие изумрудную радужку, блестящая испарина на шее. Неф выглядела до безумия милой и самую малость растерянной. Будто сама от себя не ожидала столь однозначных действий.       Её грудь неровно вздымалась, а пальцы крепко сжимали чужие бёдра, норовя порвать золотистыми коготками атласные ленты платья и выступающую часть нижнего белья. Лаума неволей свела бёдра и покачала головой. У неё ещё осталось, о чём рассказать. — Подожди. — Она мягко упёрлась ладонями в плечи босса Куратория тайн и неуверенно опустила подбородок. — Сначала ты провоцируешь меня, а потом тормозишь в процессе. — Неф закатила глаза, но всё же послушно ослабила давление, — Мисс «Я буду молиться за всех и каждого» не думает, что это несколько противоречит её благочестивости? — Прекрати. — Лаума слегка ущипнула женщину за предплечье и отвела взгляд, — Есть кое-что, о чём ты должна знать прежде, чем решишь продолжить. — Как-то раз я услышала, что Ягода спрашивала у одной из твоих жриц, могут ли быть рога у самок, и получила отрицательный ответ. Это навело меня на некоторые однозначные мысли.       Нефер рассмеялась, видимо, развеселившись от выражения лица напротив, и подалась вперёд. Она буквально заставила развести колени в стороны и прижалась своим животом к тазу шокированной Лаумы. — Ох, Лаума… Ты носишь чрезмерно открытую одежду, а я на свою голову очень наблюдательна. Так что я знаю, что твоя корона — не единственная отличительная черта.       Голос Лунного Гимна умолкла, переваривая информацию. Лёгкий стыд, неприятные сомнения. Она никому никогда не говорила о своей особенности, а если и видела удивлённые взгляды и слышала нетактичные вопросы, умело игнорировала или убегала, ссылаясь на занятость. Сейчас бежать не хотелось. Да и не было нужды, раз на то пошло. Неф смотрела на неё без тени осуждения, и это подкупало. — Тебя это не пугает? — Пугает? Нет. Напротив, мне даже любопытно. Не каждый день сталкиваешься с женщиной, у которой есть член. Хотя если мы возьмём в расчёт, как часто ты заходишь в мой офис…       Босс Куратория тайн ненавязчиво пробежалась коготками по её бедру вверх, огладила кончиками пальцев талию и остановилась на верхней части живота. Немой вопрос в изумрудном взгляде, доверительный кивок в ответ. Лаума шумно сглотнула, когда платье перестало сдавливать и сползло вниз, к пупку, позволив объёмной груди свободно опуститься. В кабинете было тепло, но по спине всё равно прошёлся табун мурашек. От волнения или предвкушения, не совсем понятно. Она поёрзала на подоконнике, сдвигаясь к самому краю, и только тогда заметила, насколько впечатлённой казалась женщина рядом.       Нефер закусила губу, изучая открывшиеся участки её тела, и почти не моргала. Дыхание несколько участилось, чистое восхищение плескалось в глазах. Зрачки полностью скрыли радужку, и выглядела она так, будто готова была упасть на колени. Лаума неволей улыбнулась. Если бы она только знала, что её даже частичная нагота способна вывести прижимистого босса из строя, она бы этим несомненно воспользовалась для достижения своих целей. И не один раз. Тихо хмыкнув своим мыслям, Голос Лунного Гимна подалась корпусом вперёд и, коснувшись подбородка Неф, прижалась губами к губам.       Сейчас главным стало единение тел и душ. Восторг можно оставить на потом. Лаума прикрыла глаза, приоткрывая рот, и язык коснулся языка. Стоило раствориться в моменте, как страсть выступила вперёд, заставляя терять голову окончательно. Хаотичные ласки, холод от окна и металлических вставок в чужой одежде. Повышающаяся температура тела, из-за которой взмокли волосы на затылке и неприятно потянуло низ живота. Вязкое возбуждение накатывало постепенно, словно нарастающий снежный ком при сходе лавины, и от этого становилось тяжело. Одних поцелуев мало. Непростительно мало.       Словно читая мысли, Нефер слегка отпрянула и склонила голову, чтобы тут же коснуться губами шеи. Она собрала языком проступившие капельки пота снизу вверх, оставила лёгкий поцелуй на щеке и прикусила край ушка, совсем рядом с серебряной серьгой. Лаума всхлипнула, зажмурившись. Как никогда она радовалась тому, что вынуждена была сидеть, ведь ноги ослабли, а нижнее бельё стало причинять дискомфорт. Пульс отдавал в виски, сердце разгоняло кровь по мышцам и с силой билось о рёбра, норовя проломить их. Всё напряжение так или иначе скапливалось в одном конкретном месте, и от этого хотелось биться рогами о стену.       Сложилось стойкое впечатление, что Неф намеренно её дразнила. Целовала ненапористо, гладила одними подушечками пальцев, нередко касаясь очертания члена под одеждой будто невзначай, и периодически тёрлась животом о её таз, точно чувствуя и зная, что своими действиями сводила с ума. Лаума хотела бы её оттолкнуть, быть может, ещё раз ущипнуть или слегка стукнуть, чтобы прекратить эти пытки, ошибочно названные ласками. Но Нефер с силой сжала зубами быстро бьющуюся жилку на шее, и всё желание сопротивляться отпало. Ядовитый укус повторился ниже. Затем ещё один. И ещё. Она кусала и тут же зализывала ноющее место, вбирала кожу в рот, надавливала острыми клычками и оставляла зацветающие следы.       Метки точно не успеют сойти к утру, их слишком много, да и Нефер кусала так яро, точно собиралась дать всем понять, кому отныне принадлежала главная жрица Луны. Лаума запрокинула голову, и её корона всё же звонко стукнулась об окно. Тихий скрежет от соприкосновения рогов со стеклом, смешок со стороны. Острая боль плавно и несколько безумно превращалась в удовольствие, и сознание стало затуманиваться. Всплывшие в голове вопросы что-то всколыхнули внутри. Почему она продолжала сидеть без дела? Почему самозабвенно позволяла Неф вести вместо того, чтобы заставить её прогнуться во второй раз за вечер?       Голос Лунного Гимна хрипло выдохнула и плавно соскользнула с подоконника. Толкнула удивлённую Нефер назад сначала в грудь, затем в плечи, и победно улыбнулась, когда усадила её на стол без особого усилия. Были всё же плюсы в высоком росте. Их позиции поменялись, излишняя тяжесть на макушке дала понять: концентрация куувяки в воздухе повысилась, и рога заимели несколько новых изгибов и светящихся отростков. — Дорогая Посланница Лунной Баллады могла и до дивана меня довести. — И это говорит мисс, которая приставала ко мне у самого окна?       Босс Куратория тайн приподняла брови, точно специально стрельнув взглядом в область паха, но состроила донельзя невинное выражение. А затем покачала головой и ловко расстегнула брошь у ключиц. Накидка соскользнула с плеч. На пол полетели заколки и каффы, волосы, более не собранные, слегка расстрепались. Браслеты и увесистые серёжки Нефер аккуратно отложила подальше на стол, видимо, чтобы потом не искать столь мелкие вещицы. Она сняла, практически, все аксессуары, за исключением кольца на нижней губе. Расправив пояс, подцепила пальцами топ и стянула через верх, обнажаясь точно так же.       Теперь пришла очередь Лаумы задерживать дыхание и любоваться зрелищем. Атласная белоснежная кожа, что так нехарактерна для выходца из пустыни Сумеру. Напротив, вполне ожидаемо светло-коричневые затвердевшие соски и отливающее золотом украшение с явно дорогим камнем в пупке. В горле пересохло, и жрица попыталась сглотнуть, да только слюна загустела и нисколько тому не способствовала. Периферия размылилась, контраст холодного лунного света из окна и тёплого отблеска пламени догорающих у дальней стены свеч превращал происходящее в сон.       Вздрогнув всем телом от внезапного треска, Лаума опустила взгляд и проследила за тем, как её платье и нижнее бельё лоскутами покатились вниз по ногам. Надоедливое давление ткани и дискомфорт исчезли, по полностью нагому телу будто прошёлся электрический разряд. Нефер самодовольно хмыкнула, явно не чувствуя угрызений совести по поводу порванной одежды. Конечно, ведь не ей придётся искать, в чём возвращаться домой. Дёрнув щекой и оставив проблему на потом, Голос Лунного Гимна шагнула вперёд, коснувшись ладонью чужого обнажённого живота. Огладила талию, кончиками пальцев пробежалась по очертаниям рёбер.       Надавив на грудину и заставив Неф слегка откинуться назад, Лаума склонилась, целуя впадинку ключиц. Солоноватый привкус кожи, несколько горькое послевкусие парфюма на масляной основе. Из-за увеличившихся рогов приходилось поднимать подбородок и прилагать большое усилие, чтобы ненароком не ранить. Она шумно выдохнула, касаясь губами соблазнительной ложбинки, а затем сжала зубами одну из грудей. Несильно, но достаточно для того, чтобы услышать тихое шипение. Чуть сместилась и, высунув кончик языка, щёлкнула им по возбуждённому соску, следом вобрала его в рот и втянула щёки. Посасывая и покусывая один, она пальцами играла со вторым.       Оттягивала, резко отпуская, ощутимо сжимала и покручивала. Иногда надавливала и искоса наблюдала за тем, как сосок снова вытягивался, напрягаясь. Нефер прогнулась в пояснице, обнимая её, точно пыталась притянуть ещё ближе. Будто между ними оставалось ещё какое-то расстояние. Лаума выдохнула через нос и двинулась ниже, оставляя влажную дорожку из поцелуев и медленно, но верно опускаясь на колени. Она напрочь игнорировала собственное возбуждение, пусть таз и сводило неприятной судорогой каждый раз, когда слух улавливал томные вздохи. Верхняя часть живота, впадинка крепких мышц, напоминающих о том, что женщина перед ней предпочитала ближний бой, пусть и владела могущественными силами.       Нырнув языком в пупок, она поддела дорогую серёжку и поиграла с ней. Раздался первый сдавленный стон. Нефер сдерживалась. Мило, но не то, чего хотелось. Жрица подхватила её под колени и заставила приподняться, чтобы стянуть юбку и ненужное бельё, но оставила соблазнительный ремешок. Ох, Неф была более чем готовой. Даже внутренняя поверхность её бёдер блестела от обилия естественной смазки, что стекала по коже и скапливалась на поверхности стола, а клитор заметно пульсировал. Лаума передёрнула плечами в попытке вывести себя из транса, в который впала от столь прекрасного зрелища, и уверенно встретила чужой взгляд.       Нефер часто дышала через рот, а её живот мелко подрагивал, выдавая крайнюю степень накала. Трепет, интерес, предвкушение, в её глазах смешалось столько всего, а румянец покрыл не только скулы, но и шею, и верхнюю часть груди. Лаума не хотела дразнить так, как босс Куратория тайн дразнила её, а потому, не разрывая зрительный контакт, оставила поцелуй на половых губах и, раздвинув их двумя пальцами, всей шириной языка собрала горячую влагу. Она слизала всё, что могла, будто от этого напрямую зависила её жизнь, и обхватила губами клитор, непринуждённо посасывая.       Язык слегка щипало. На вкус Нефер напоминала огненную воду с лимоном, терпкая и самую малость кислая. Лаума довольно замычала, когда её потянули за волосы, буквально вжимая лицом в промежность. Словно она могла отстраниться. Словно она этого хотела. Хрипло усмехнувшись, Голос Лунного Гимна сглотнула смесь слюны и выделений от возбуждения и легко толкнулась во влагалище языком. Надавила на переднюю стенку, совершила пару поступательных движений вперёд-назад и едва не потеряла сознание, услышав, как Неф до скрежета сжала зубы — всё ещё пыталась контролировать себя.       До чего упрямая особа. Лаума раздражённо фыркнула и не стала отказывать себе в удовольствии. Она приподняла голову и с должным наслаждением, но без каких-либо усилий сжала клитор зубами. Нефер вздрогнула всем телом, дёрнув тазом и сдавив коленями плечи жрицы. Удивлённо приподнятые брови, надутая от возмущения нижняя губа. Если она и хотела как-то прокомментировать произошедшее, Лаума не позволила, вновь зарываясь лицом между ног. Она вылизывала настойчиво, интенсивно, напоминая самой себе изголодавшегося зверя. И чем больше давления она прикладывала, тем громче и пошлее становились звуки.       Влажные, хлюпающие и чвакающие. И в ночной тишине, нарушаемой лишь редкими возгласами с улицы и треском фитилей, подобное сочетание будоражило ещё сильнее. — Лаума…       Надрывное обращение севшим голосом заставило слегка отпрянуть. Лаума облизнула губы, заметив тянущуюся до её подбородка вязкую блестящую нить. Нефер внезапно схватилась за основание одного из рогов, крепко его сжав, и заставила захныкавшую жрицу подняться с колен. — Оставь прелюдии и трахни меня, наконец. И я имею ввиду не язык и пальцы. — Не то жалобная просьба, не то сухой приказ. Всё в стиле босса Куратория тайн. — Ты уверена?.. — В том, что я хочу тебя внутри? Абсолютно.       Жрица неуверенно переступила с ноги на ногу. Она никогда ни с кем не… У неё не было опыта, она опасалась сделать что-то не так. Теория и практика часто сильно отличались друг от друга, да и размер её полового органа был несколько больше среднестатистического, а потому сломя голову слушаться и набрасываться она не могла. Нефер, видимо, уловившая сомнения, закатила глаза и потянула её на себя, отвлекая поцелуем. Вогнала острые клыки в нижнюю губу, языком коснулась языка, а потом и нёба. Лаума судорожно вздохнула, когда Неф мягко обхватила ладонью её напряжённый член и большим пальцем обвела головку, размазывая сочившийся предэакулят.       Соприкосновения прохладной кожи с возбуждённой плотью, незатейливый петтинг с целью успокоить и подготовить. Чем дольше Нефер ласкала её круговыми или поступательными движениями запястья, тем сильнее реагировало тело. Эрекция стала причинять боль, чужое дыхание обжигало. Лаума готова была провалиться сквозь землю, когда её бёдра обхватили коленями, не позволяя отстраниться. Буквально кричащий: «Просто сделай это», взгляд, снисходительная улыбка напротив. Неф откинулась назад и легла на спину, обнимая двумя руками и позволяя нависнуть сверху. Благо размеры стола позволяли ей разместиться с комфортом       Лаума глубоко кивнула, словно убеждая себя в правильности своих поступков, и слегка отвела таз назад. Обхватила половой орган пальцами у основания и приставила головку ко входу во влагалище. Коротко, до ужаса медленно качнув тазом, она на треть всей своей длины оказалась внутри, тут же сжав челюсти до щелчка. Слишком приятно, слишком хорошо. Настолько восхитительно, что страшно. Она не сможет остановиться, если продолжит. Она уперелась в стол кулаками, но отстраниться ей не позволили. Нефер обняла её ногами за пояс, скрещивая голени за спиной, надавила на верхнюю часть ягодиц и заставила резко войти полностью.       Громкий утробный стон ударился о стены кабинета. Неф зажмурилась, а в уголках её глаз скопились слёзы. Грудь часто вздымалась, замирала в моменте и резко опускалась, свидетельствуя о попытках восстановить дыхание. Лаума мелко дрожала, стараясь не двигаться и внимательно всматриваясь в насупившееся лицо Нефер. Судя по тому, как тяжело вошёл член и как сильно его сжимали стенки лона, ей было больно. Наверное, не стоило её слушать и нужно было просто вновь опуститься на колени и довести дело до конца оральными ласками. Все бы получили удовольствие, и никто бы сейчас не корчился.       Лаума тихо запыхтела, удерживая язык за зубами. Чуть позже она непременно выскажется по поводу каждого неоднозначного решения босса Куратория тайн. Возможно, ещё и нагрубит. Прошло пару минут прежде, чем пульсирующее давление на член уменьшилось, хмурое выражение лица женщины под ней сменилось на более нейтральное. — Двигайся. — Сиплым шёпотом Нефер вновь приказывала. До чего вредная и настырная. — Нет. — Ты не сделаешь мне больно, если начнёшь с медленного темпа. — Я уже сделала тебе больно. — Оленёнок, пожалуйста. — Неф впервые использовала это прозвище, что в совокупности с вкрадчивой, едва ли не елейной интонацией обезоружило и моментально лишило решимости спорить. — Я в порядке. Не заставляй тебя седлать.       Седлать? Лаума приподняла брови, первоначально подумав о своей четырёхногой форме, но затем перед глазами всплыл истинный образ озвученного. Нефер, скачущая на ней прямо на этом зелёном диване. Раскрасневшаяся, запыхавшаяся и отчаянно цепляющаяся за её плечи… От фантазий вдоль позвоночника пробежалась волна обжигающего холода. Возможно, когда-нибудь они воплотят в реальность подобные картины? Она втянула воздух через стиснутые зубы и плавно качнула бёдрами сначала назад, затем вперёд.       Действуя согласно просьбе, она взяла размеренный, возможно, даже через чур медленный темп. Выходила, но уже на половину длины члена толкалась вовнутрь вновь. Лаума истинно старалась контролировать всё и сразу: свои руки, движения, реакции Нефер и её отклики. Колени предательски подкашивались, пот от натуги и физической активности увесистыми каплями стекал по вискам и шее вниз, щекоча кожу. Объёмная грудь подскакивала в такт, рога своим весом тянули вперёд, заставляя наклоняться ещё сильнее. Горячо, жарко, волнительно, но до чего блаженно.       Толчок, ещё один и ещё. Нефер уже не сдерживалась, попросту не могла. Венка на её шее вздулась, связки натягивались, когда из горла вырывались хриплые стоны. А так происходило каждый раз, как Лаума двигала бёдрами вперёд. Стол покачивался и жалобно скрипел, все украшения, лежавшие на нём, с лязгом сыпались на пол, закатывались то под шкаф, то под книжную полку. Документы разлетелись в стороны. Мистический ларец тоже постепенно приближался к краю, рискуя упасть. Но было ли кому-то дело до него, до бумажек или до серёжек и браслетов? Абсолютно точно нет. Неф обхватила ладонью её шею, слегка подтягиваясь и впиваясь в её губы, а пальцы второй руки вогнала в спину жрицы.       Металлические когти болезненно царапали лопатки и плечи, оставляли алые полосы, что естественно и весьма ощутимо вздувались через минуты. Мысль о том, что кое-кому всё же стоило снять свои перчатки, Лаума встретила с усмешкой. Ей ведь нравилось. Нравилось, как её ранили в порыве страсти, как самозабвенно цеплялись за неё. Но ещё больше нравилось, как ей доверительно отдавались. Неф расслабилась в её объятиях и, сама того не замечая, развела ноги шире, побуждая к более интенсивному. В ней было уже не так узко и туго. Скользящие, непристойные звуки, обилие смазки, стекающей уже со стола на пол.       Не дожидаясь очередного приказа, проявляя смелую инициативу, Лаума обхватила талию Нефер ладонями и стала двигаться быстрее. Едва ли не насаживая женщину на себя, брала большую амплитуду, выходила почти полностью и вновь оказывалась внутри по самое основание члена. Бёдра шлёпали о бёдра, кожа тёрлась о кожу. Тихие всхлипы и надрывные стоны заполняли пространство. В области паха наливалась тяжесть, перед глазами мутнело, а пальцы на ногах поджимались. До одури знакомая щекотка в низу живота, сбившийся в процессе хаотичный темп. Постепенно сокращающиеся вокруг полового органа мышцы дали понять, что конечная цель близка.       Выгнувшись до хруста позвонков в пояснице, Нефер кончила первой. Она громко выкрикнула имя жрицы, с силой вогнав пальцы обеих рук в её лопатки и по инерции двинула вниз. Что-то тёплое покатилось по пояснице и ягодицам, когда когти вспороли кожу, и Лаума, ведомая яркой вспышкой боли, качнула бёдрами ещё пару раз. С трудом сдерживая подступающий оргазм, она хотела отстраниться, но Неф крепко держала её скрещенными ногами, не позволяя выйти. На то, чтобы просить и умолять, сил не осталось. В полубреду Голос Лунного Гимна содрогнулась, наваливаясь на женщину и вжимаясь в неё всем телом, а ощутив очередной укус на изгибе шеи, протяжно застонала.       Лёгкость накрыла внезапно. Выступающие отростки рогов со скрежетом ударились о стол. Всё скопившееся напряжение отступило, в ушах шумела кровь, под веками попеременно взрывались то разноцветные, то бледные белые огни. Пульсирующий член обмяк, как только стенки заполняющегося липкой спермой влагалища перестали его сжимать. Становилось прохладно, ведь остывающий организм возвращал привычную температуру, а покрывающий обеих пот способствовал лучшей терморегуляции. Обе пытались отдышаться и прийти в себя. И, возможно, обе переваривали произошедшее.       Первой, кто смог оправиться, стала босс Куратория тайн. Она любовно потянулась, целуя свою последнюю оставленную метку. То ли извинялась за нанесённые увечья, то ли хвалила за проделанную работу. Невесомо пробежалась кончиками пальцев вдоль позвоночника, коснулась задней поверхности шеи и затылка и остановилась на основании незавидной короны. Нефер ласково погладила уменьшающиеся рога, явно отметила ответную судорогу и усмехнулась. — О, архонты, неужели госпожа Голос Лунного Гимна потеряла сознание после секса? — Неф слегка пихнула её, а услышав недовольное мычание рядом с ухом, хитро прищурилась, скосив взгляд. — Настолько понравилось? — Для того, кто выкрикивал моё имя во время оргазма, ты слишком дерзко себя ведёшь.       Лаума упёрлась ладонями в стол и заторможенно приподняла корпус, сморщившись от прострелившего лопатки и верхнюю часть поясницы огня. Слабость и приятная усталость сковывали тело, а в груди разливалось умиротворение, и даже оставленные коготками раны на спине не имели значения. С натугой и через боль выпрямившись, она осмотрела распластавшуюся на столе Нефер. Точно удовлетворённая и спокойная. Её всё ещё стоящие, но заметно обмягшие соски потемнели, живот втянулся. Она опустила ноги, свесив их с края стола, и теперь жрица могла без препятствий отойти. Но она этого не сделала, опустив взгляд ниже, на точку проникновения.       Кульминация оказалась чрезмерно яркой. И обилие спермы, вытекающей из Нефер, не смотря на то, что Лаума всё ещё находилась в ней, было тому доказательством. Заметив, как смутилась и отвернула голову Неф от её слов и пристального внимания, она гордо хмыкнула и уложила ладонь на её щеку. Небольшое давление, чтобы заставить прижимистого босса вновь посмотреть на неё, значимая встреча взглядов. Жрица Луны шумно выдохнула, подушечкой большого пальца касаясь колечка на нижней губе женщины. Опасная и прекрасная. Слишком чудесная и нереальная. Готовая помочь даже без должной оплаты. Чего только стоила её забота о Ягоде.       Да, у Нефер были и минусы, взять хотя бы избегание собственных чувств, чрезмерная пассивная агрессия и до идеала отточенный сарказм. Ну и злопамятность была достойна упоминания. Но Лаума готова была закрыть глаза на все недостатки, пропустить мимо ушей все слухи и рогами пробить броню из яда. Привязанность превратилась в зависимость, и хотелось тонуть в этих чувствах до бесконечности. Она закусила щёку и счастливо улыбнулась, понимая, что момента лучше, наверное, и не найти. — Я лю.       Нефер стремительно, несколько дёргано прижала ладонь к губам нахмурившейся Лаумы, не позволяя договорить. Страх в чертах, но благодарность во взгляде. Естественное для неё противоречие. Она виновато качнула головой и сдавленно попросила: — Не надо. Скажи мне это, когда всё закончится.       Вот в чём дело. Лаума понимающе кивнула и перехватила её запястье, заставляя убрать руку от своего лица. Целуя тыльную сторону ладони Нефер, она давала своеобразное согласие и немое обещание.