Поджигай

Кудрявый мальчишка, на вид, лет восемнадцати, очнулся в переходе меж перонами вокзала. Помимо него по подземным путям шло ещё пару людей, вроде бы и не обращая внимания на парня. Наверное, подумали, что он очередной Екатеринбургский алкаш без определенного места жительства. Да и в целом ему это играло на руку - никакого лишнего внимания, никаких толп, никаких доёбов со стороны местной гопоты. Но это не спасало блондина от его похмельного состояния, а разом с тем и амнезии, которая накатила на него до такого эффекта, что он забыл собственное имя. И вправду, он не помнил ни своего имени, ни предыдущих дней, ни своего города, на вокзале которого он сейчас опомнился. Достав телефон выяснилось, что зарядка не протянет и двух минут пользования, а вдобавок к этому на дисплее приметно отображались сообщения - Мать (пропущенных: 7), помимо которых кудрявый с трудом прочитал ещё и инфу о том, что его мобильный интернет исчерпан. Кое-как разобрав цифры он так же осознал, что время было пол четвертого утра, и экран безнадежно погас в отключке. — Бляяя, — обессиленно выдохнул подросток, потирая лоб и уже строя план, как будет добираться до дома. Ко‌ли вообще до дома, ибо реакция матери на подобные ситуации прежде были непредсказуемы, и вряд ли что-то изменится в этот раз. *** Бродя по станции, кучерявый мельком заметил взрослого парня, который, похоже, тоже заметил новоприбывшего и уже около минуты пялился на него, разглядывая внешний вид. Со столь дальнего расстояния младшему было довольно сложно рассмотреть незнакомца (вдобавок к этому, вчера ему, похоже, ещё и что-то подсыпали в балтику, поскольку мозг оставался туманным, вместе с чем глаза, соответственно, тоже разбегались в разные стороны), но с горем пополам сумел разглядеть общие черты: Слегка вьющиеся светлые волосы, бандана на лбу, чёрная зипка "адидас" и потрёпанные, будто нефорские джинсы. Ещё, похоже, какие то татуировки на лице, но их рассмотреть парень был уже не в силах. Спустя несколько мгновений переглядок, старший решил двинуться с места возле стены и медленно подошёл к кудрявому. Заметив неловкость в глазах подростка он тоже чутка застеснялся в моменте. — Ээм... слыш, ты в порядке? Всё норм? — парень замолк, ожидая ответ. — Эээаа, — только выдавил из себя собеседник, вновь ловя сонный трип. Хотя отрывки воспоминаний начинали проясняться, большая часть всё ещё оставалась забытой. — Я в норме, а куда сейчас рейсы ходят? Услышав голос младшего со всеми дефектами после похмелья, блондин лишь покачал головой, мол "понятно всё с тобой", но всё равно ответил на вопрос. — На данный момент - никакие, вообще странно видить тут кого то в такую рань. Но вскоре приедут Екб/Питер и Екб/Москва. Тебе куда нужно? — На Екб/Москва! — неожиданно живо и для самого себя, и для собеседника ответил кучерявый. — Ну это ты рано пришёл, конечно. Он только в 9 утра приедет. Лан, тебя то хоть как зовут? Пока что со мной побудешь, бо вижу я, в какой ты норме. — Эээ... — запнулся пацан. — Чесскажу, сам не помню... — Бляя... Лады, будешь Ваней. Тебе прям подходит. А меня Колей звать, будем знакомы. — он даже не пытался расспросить нового знакомого про документы и прочее, и так всё понятно. — Приятно познакомиться, — Ваня, конечно, прихуел, что его вот так найменовали без каких либо разборок, но с другой стороны - что оставалось делать? С разряженной мобилой и прокуренными шмотками ему тут и делать нечего, а сейчас хоть можно поболтать и скоротать время. — Погнали тогда к самому вокзалу, там потусим. Уж лучше, чем здесь,— Коля слегка похлопал Ваню по плечу и неспешным шагом пошёл к зданию. Младший не медлил за ним. — А... можно сигу свиснуть? — меж делом спросил кудрявый, наблюдая за тем, как Николай достаёт из заднего кармана пачку сигарет "Мальборо" и неспешно поджигает, поднося к губам. — Тебе в таком состоянии не стоит даже самый лайтовый вейп юзать, так что сиди ты. Вообще, маленький ещё, чтоб просить такое, — отрезал тот и невзнача потрепал волосы Вани. Он, в свою очередь, покраснел и смутился, не ответив на слова знакомого. Для него подобные жесты были чем то более доверия и дружбы, иногда даже в интимном смысле. А вот про позицию Коли касательно этого подросток знать не мог от слова совсем. Впрочем, Ваня быстро спохватился и настойчиво попытался отогнать от себя подобные мысли, вырисовывая и сразу стирая картины насмешек его компании над ним по поводу всё ещё неосознанной к 18 годам ориентации и намёков на нетрадиционные вайбы с его стороны. Так уже было один раз, и проболтался Ваня об этом совершенно случайно, а оттуда уже пошли слухи, которые дошли и до его объекта симпатии. За краткое время приятели неплохо разговорились про разнообразные мелочи, личную жизнь, родные города и свои вкусы. Коля поделился тем, что имеет неплохую карьеру в сфере музыки и знаком с некоторыми популярными личностями из этой же "рейв-тусовки", а через несколько минут просьб Вани послушать пару треков — для начала что-то расфоршенное, что подросток мог слышать в тиктоке или других соцсетях. А после уже фавориты Николая, учитывая и относительно недавние альбомы "музло из гаражей" и "юность 2020". Ваня, в свою очередь, заинтересованно слушал каждую песню, вдруг вспомнив свои попытки основать собственную группу, которые, увы, не увенчались успехом. Хотя, возможно, удача ещё перепадёт на его сторону и он добьется удовлетворительного результата. Впрочем, конец последнего трека отвлёк кудрявого от размышлений о своём и он попытался осмыслить только что услышанные песни. Через несколько мгновений Ваня заговорил, разрушив молчаливую тишину. — Бляя бро, это очень круто, прям даже описать не могу... Разъеб наху, не смотря на то, что это вроде бы и не мой стиль треков, правда классные биты и связанный текст, — "не то, что моя бредятина", мельком подумал он. — И ещё голос такой... Коля, который до этого благодарно ухмылялся, после последних слов взглянул на приятеля, который оборвался на слове и вновь замолчал. Ваня отвернулся, чтобы собеседник не заметил явный румянец на его щеках, но попытка была напрасна. Ромадов внезапно и для Вани, и для самого себя притянул его за плечо и прижал ближе к себе. Младший повернул ошарашеный взгляд на друга, и тогда уже Коля покраснел в попытке отвернуться. Однако у Вани реакция почти молниеносная, и потратив доль секунды на раздумия он повернулся к парню и резко, но мягко обхватил его руками, затягивая в довольно долгие, казалось бы, объятия. Даже людям, которые уже пришли к рейсу в тот момент было будто бы всё равно, да и не сказать, что двум обвитым счастьем парням сейчас было какое-то дело до окружающих. Но, увы, эти объятия неловко и некомфортно для самого себя мягко прервал Коля, ведь по общественным нормам настолько долгий тактильный контакт считался чем то "неприличным", каким бы глупым это не считал и Ромадов, и Ваня. Последний, в свою очередь, виновато глянул в глаза старшего и сразу поспешил разглядывать узоры уложеной плитки вокзала. Вон там — черкаши от обтрушенной с ног земли, немного дальше бычок от сигареты, случайно не той, которую недавно докурил Коля? Да, как раз она. И как же, всё таки, хотелось сейчас сделать пару затяжек... Ромадов, будто бы прочитав его мысли, мимовольно достал из всё того же кармана пачку мальборо, взял одну штуку и зажигалку. — Можно одну? Мне полегчало, правда, — пробубнил Ваня, даже с неким острахом поглядывая на Колю из-под кудрявой чёлки. Тот взял сигу меж зубами и молча достал ещё одну, вручая подростку. Терпеливо дождавшись соответствующего движения протянул зажигалку Ванюше. На доль секунды парниша почувствовал горячие руки Ромадова, но лишь принял огниво и закурил. Спустя некоторое время Коля соизволил задержать взгляд на Ване, потянулся рукой к зажигалке. Подросток механически переложил её в чужую руку, немного задерживая соприкасание, однако оставил у Ивана. — Тебе нужнее будет, бери. На несколько секунд парни переглянулись, вслед Ромадов начал искать что-то между чатами и каналами в телеграмме, а кудрявый немного расстроено уставился на асфальт, не замечая всё больше людей, ожидающих тот же поезд, что и он. Непонятно, сколько прошло времени, но вскоре на вокзале послышался обыденный женский голос, который объявлял прибытие нужного рейса. Ваня озабченно посмотрел на Николая, мол спрашивая: "че делать?.." — Не ссы, ща порешаем. Погнали, не теряйся, — Ромадов спрятал телефон в карман и быстрым шагом пошёл ближе к рельсам. И как бы Ваня не пытался не отставать от него - всё терял с поля зрения, еле замечая вновь. Кое-как догнав старшего он без раздумий зацепил его руку для удобства, не сразу понимая того, что реакция Коли могла быть вообще любой. Не, прям ну вообщееее. Но сейчас было даже не до этого. — Сукаа, у меня ваще нихуя из документов нету, даже телефон разряжен... — начал было паниковать Ваня, пока его не заткнул Колян, положив руку на его плечо. — Так, не ныть тут, ещё даже не проверяют. Ща помогу тебе, алкаш мелкий, — с игривым подтоном сказал Ромадов и опять начал искать что-то по карманам, пока Ванька грыз ногти от переживаний. — Тебе точно не сложно мне помогать? В конце концов, я выгляжу как обычный нарик и алкашня Екатеринбургского вокзала, да и не факт, что только выгляжу... — Долго объяснять, родной, — со вздохом ответил Коля, кажется, нащупав нужную вещь и аккуратно доставая из кармана. — Нет, вообще не сложно, даже с неким удовольствием. Пригляделся ты мне чем-то. Зацепил, но не знаю чем. Ваня опять покрылся румянцем, прикрывая лицо кудряшками. Ромадов заметил данное движение и мимовольно протянул руку к волосам младшего, накрутил пару тонких прядок себе на пальцы и тоже залился румянцем. Ваня ступил шаг навстречу Коле и прижался к нему как можно ближе, пользуясь моментом и утыкаясь носом в плечо артиста. Ромадов, конечно, прихуел от такого жеста со стороны Ванюши, но не смотря на это тоже притянул его к себе, и даже позволил себе зарыться в золотистые кудри, вдыхнуть уже выветрившийся запах дешёвого бухла, от которого раньше было блевотно, а сейчас он кажется очень даже приятным и симпатичным. Одежда на плече слегка намокла, похоже, от осознания Вани, что они вряд-ли ещё встретятся, а может просто отходняк от похмелья. Сложно ответить. Коля взял младшего за плечи и отстранил от себя, наблюдая за школьником-плаксой, который будто каялся перед мамашей за двойку в дневнике и смотрел в пол, сдерживая слёзы злости. Вот только сейчас это не злость, а искренняя печаль, и его не ругают за способности в учёбе, а скорее запрещают забрать котёнка с улицы, который уже привязался к ребёнку. Ромадов придержал Ваню за щёку, заботливо, будто мамочка, тем самым оголив картину заплаканного подростка. Аккуратно вытер слёзы большим пальцем, мягко заглянул в глаза парня, будто читая открытую душу внутреннего ребёнка. Внутренний ребёнок сквозь слёзки и хныки начал оправдываться и искать укрытие от чужого взгляда. — Прости пожалуйста, Коль, я не х-хотел доставлять тебе неудобн-ности своим нытьём, действительно, изв-вини... Ты очень много сделал д-для меня за эти пол дня, я такой долбаеб, еще и еб-баный пидорас, сука... Коля выслушал всё до определённой точки, но не мог продолжать смотреть на страдающего Ваню. Пока младший перешёл на еле слышный шёпот, Ромадов приложил руку к его затылку, и неспешно, будто боится спугнуть, поцеловал Ванюшу. Без всяких пошлостей и слюней. Этого было достаточно, чтобы успокоить и ошарашить подростка. — Всё ахуенно, Вань. Ваню будто током ебануло. Вместо слезливого личика красовалась немного глупая гримаса удивления со смешанными чувствами, которой Коля бы так и любовался, с утра до ночи. Но всё рано или поздно заканчивается, как и сейчас. По вокзалу вновь разлетелся голос женщины из колонок: "Поезд Екатеринбург - Москва прибывает через 7 минут". Ромадов вытер оставшиеся слёзы с лица Ванюши и взял его за руку, проводя к самим рельсам и стараясь не обращать внимание на единицы людей, которые видели их вдвоём. Случилось бы это через года так два — это бы точно разлетелось по сети. А тогда почти никто не знал такого артиста, как Николай Лида, а Ивана Марголдина уж тем более. По приезду поезда Коля дал ту вещь из своего кармана проводнику — похоже, менту — и указал на Ваню. Проводник кивнул головой и пропустил подростка в вагон, затем продолжил проверять остальных. А Ваня переживал лишь за то, увидит ли он ещё когда нибудь этого внезапного незнакомца, с которым сблизился едва ли за пол дня, влюбился, расплакался на его глазах и поцеловался по его инициативе. Осталась только зажигалка и недосказанности.