thin vein

Вязкая, терпкая ночь окутала город. Дождь лил нервно: мелкая изморось, из-за которой неоновые вывески расплывались в глазах, сменялась грозовым ливнем. Вода собиралась в большие лужи, отражая свет мерцающих фонарей и дергающиеся на стенах тени. Бандиты двигались быстро, заметно нервничая. Их было трое — слишком много для «проверки точки», но критично мало, чтобы каждый из них чувствовал себя уверенно. Кто-то постоянно оглядывался, временами сжимая пистолет до побеления костяшек, пока другой пинал мусорные пакеты, вполголоса ругаясь, будто веря, что их шум мог отпугнуть невидимую угрозу. Они говорили о деньгах, о долгах, о том, что район «должен быть чистым», но никто не смеялся. Смех в Готэме ночью звучал как вызов. Один из них тихо выругался, вспомнив истории о «Кровавой ведьме», но тут же получил пинок и приказ заткнуться. Где-то вдалеке завыла сирена. Разговор прервался. Фонарь над входом в склад тревожно мигал, будто Готэм сам дёрнул за ниточку. Один из мужчин пошатнулся, оступился о бордюр и упал на колени. Не раздавалось ни выстрелов, ни криков борьбы. Только тяжелые удары тел о мокрый асфальт и прерывистое дыхание. Переулок вновь стал тихим и пустынным. У стены склада без движения лежали люди. Живые, но без сознания. Кровь тонкими струйками стекала с их носов, смешиваясь с дождевой водой. Никаких следов драки — всё аккуратно, пугающе спокойно. Преступный Готэм только проснулся. В соседних районах кто-то бил витрины, кто-то делал ноги, кто-то прятался за запертыми дверями, вслушиваясь в каждый звук. Полиция опаздывала, а город запоминал. Он уже знал: этой ночью в его сердце появилось что-то новое. В Готэме появился новый страх. Город в штате Нью-Джерси издавна отличался криминальной обстановкой. Улицы превратились в арену для соревнований суперзлодеев. Они возглавляли банды и терроризировали горожан, превращая каждую спокойную неделю в лихорадочный кошмар. Каждый переулок, каждая тень могли таить в себе опасность, а молчаливые дома и квартиры становились убежищем в мире хаоса. Конечно, жить здесь было возможно. Днём город был в десятки раз спокойней: люди ходили по делам, открывались магазины, шумели предприятия. Но только стоит сумраку опуститься на Готэм — он меняется. Преступная жизнь пробуждалась, и улицы превращались в ринг для ограблений, нападений и вооруженных разборок. Взрослые, закалённые горожане старались избегать тёмных улиц после наступления вечера — правило, которое всегда рассказывают детям, перед тем, как они уходят из дома. Но у горожан была надежда в лице таинственного героя, известного как Бэтмен, который сотни раз спасал город от бедствий и катастроф. Человек-тень завоевал доверие не только у жителей Готэма, но также и у блюстителей справедливости, работая вместе с полицией, в частности — с комиссаром Гордоном. Вместе они сохраняли остатки порядка в этом хаотичном городе. Помимо Бэтмена в Готэме существовали и другие символы надежды. Найтвинг, Красный Робин, Бэтгерл, Сигнал, Спойлер и Робин… Каждый из них был частью так называемой «Бэт-семьи», объединенной общей целью защиты города. Но среди них был и Красный Колпак. Джейсон Тодд, обладавший трагической историей и одолеваемый собственными демонами, часто оставался в стороне. Между ним и Бэтменом всегда чувствовалось напряжение, однако ради безопасности города они умели сохранять нейтралитет. По большей части он был оторван от них всех. Всё было как обычно. Джейсон иногда появлялся в поместье Уэйнов, чтобы узнавать новую информацию о положении в городе или пополнять собственные запасы оружия. Он старался сохранять хладнокровие в разговорах с Брюсом при новых поручениях, если вообще это получалось. Сейчас Джейсон проводил время в поместье Уэйнов, разговаривая с Альфредом. Дворецкий делился новостями дома и проживающих, а Джейсон внимал каждому слову. Он больше всего уважал Альфреда за преданность и мудрость — редкий островок стабильности в его жизни. — Рад видеть вас в добром здравии, господин Джейсон, — произнёс мажордом, подавая чай. — Надеюсь, вы задержитесь ненадолго. Ответить парень, к сожалению, не успел. Брюс окликнул Джейсона. С недовольным стоном тот поднялся с дивана и последовал за мужчиной, пока они не достигли Бэт-пещеры. У компьютеров Брюс вывел на экраны все последние данные. Его голос прозвучал ровно, но с оттенком тревоги: — В последнее время на улицах жители часто видят бандитов без сознания. Можно подумать, что это обычные разборки за территории, но всё обстоит иначе. Все жертвы объединены одной особенностью… На дисплее появилось множество фотографий потерявших состояние бедолаг с явными следами кровоподтеков под их носами. — Брюс, ты серьёзно думаешь, что это настолько… — Джейсон начал, но был перебит. — Это — закономерность, Джейсон, — Брюс неспеша провёл взгляд по фотоснимкам. — Обычный человек не способен зачищать целые районы от преступников и отправлять их в отключку одним ударом в нос. И носы их выглядят абсолютно целыми. Капилляры лопаются, а пострадавшие остаются без сознания. — И ты уверен, что это… — Мета–человек, — Брюс повернулся к Джейсону, взглядом подчеркнув серьезность своих слов. — Скорее всего, «гемокинетик». Его цели пока неизвестны, но метод работы достаточно ясен. — Значит, мне нужно выяснить, кто это и что он хочет. Я понял, — Джейсон скрестил руки на груди, наблюдая за экраном. — Но как найти «мага», если мы не знаем ни его лица, ни местоположения? Брюс не стал долго объяснять. На экране появились кадры с камер наблюдения, на которых незнакомец тщательно скрывал лицо: капюшон, маска, закрывающая нижнюю часть лица, длинный чёрный плащ и обтягивающий костюм с ботинками на каблуках. Глаза — холодные, острые, мгновенно фиксировавшие камеру, прежде чем кадр терялся в красной мгле крови. Джейсон почувствовал сухость во рту. План по поимке героя требовал осторожности и холодного расчёта. Он поднял взгляд на Брюса, ожидая дальнейших указаний. Гемокинетик. Отлично. В Готэме либо стреляют, либо режут. Теперь ставки поднялись — игра с кровью. Хоть какой-то прогресс. Он ненавидел это чувство. Задание стало зеркалом. Мета, действующий вне системы и оставляющий за собой бессознательные тела. Джейсон знал этот путь, знал, чем он заканчивается, и как легко перейти черту контроля. Готэм никогда не благодарит — он либо ломает, либо использует. Но сильнее всего его раздражала мысль, что незнакомец действует с абсолютной точностью, не страшась и не нервничая. Это не безумие или хаос. Это почерк, это выбор… Стиснув зубы, Джейсон понимал, что если она действительно такая, то это не будет охотой. Это будет разговором. И он не понимал, кому из них диалог больше будет нужен. — Оракул будет отслеживать камеры и искать цель, — Брюс говорил спокойно. — Учитывая, что неизвестный очень мало попадает на камеры, это будет непросто. Мы будем использовать сигналы очевидцев. Люди уже прозвали цель «Кровавой ведьмой». — Звучит, как детская страшилка, — усмехнулся Джейсон, но его взгляд остался сосредоточенным. — Тем не менее, по таким сигналам вы сможете выследить ее, — Брюс подал ему ограничивающий способности ошейник. — Надень его на девушку и привези её сюда. У меня есть множество вопросов к ней. — Ага. Я тебя понял, — парень покрутил в руках ошейник и кивнул. — С сегодняшнего патруля у меня появилось задание «Выжить против манипулятора крови». Я сделаю всё, что смогу. Джейсон был уже у выхода из поместья, когда дворецкий окликнул его. Парень обернулся и увидел, что Альфред в руках держит поднос с оружейными салфетками, аккуратно сложенными. — Господин Джейсон, — обратился он. — В городе сейчас неспокойно. Даже для Готэма. Парень украдкой ухмыльнулся, не поворачиваясь. — А разве когда-то было иначе? Ответ он услышал не сразу. Альфред кивнул, приняв ответ молодого господина за данность. — Тем не менее, — добавил он тише, — постарайтесь вернуться невредимыми. Парень обернулся и встретился со спокойным взглядом дворецкого. Ни упрёка, ни приказа. Только тихая, практически незаметная забота. Он коротко кивнул в ответ. Альфред не сказал «будь осторожен». Он понимал, что в этом городе осторожность бесполезна. И Джейсон покинул поместье, погруженный в мысли о таинственной цели, которая могла вполне стать одной из самых опасных угроз Готэма за последнее время.

***

Девушка сжимала края раковины с особой злостью. В отражении она видела лишь уставшие, напряжённые глаза и кровь на скуле. Это было последним, что осталось от бандита, напавшего на нее, — плевок в её лицо, прежде чем его пульс пропал. Открыв кран, она набрала в ладони воду и поспешила умыться. Холодная вода отрезвляла, но запекшаяся кровь совсем не поддавалась. Красные пальцы почти маниакально терли скулу, но бордовое пятно оставалось на лице. Стиснув зубы, девушка отстранилась от раковины. — ¡Zorra! — рявкнула она и покинула ванную комнату.