Ветер перемен

‎    На берегу маленького, укрытого лесами тихого озера сидел мальчик лет семи по имени Ин Чжэнь. Он часто приходил сюда, чтобы любоваться спокойной гладью воды, слушать шёпот ветра в листьях и хоть на время скрыться от назойливого мира. Сейчас он снова сидел у самой кромки воды, глядя, как солнце играет на прозрачной волне. Иногда ему казалось, что проще всего — сбежать в этот лес и раствориться среди деревьев. Но он понимал: народ Чжао не позволил бы ему исчезнуть, а если поймают — ему грозила бы страшная участь. ‎ ‎       Погружённый в тишину, Ин Чжэнь вдруг заметил неподалёку какого-то мальчика. Тот уверенно шёл прямо к нему. Незнакомец выглядел необычно: светлые, почти золотистые волосы, яркие голубые глаза — такие же глубокие и чистые, как любимое озеро Чжэня. Людей с такими чертами он никогда не видел в Китае. И одежда чужака была странной: короткая белая ткань, перекинутая через одно плечо, будто небрежно обмотанная вокруг тела, оставляя второе плечо и часть груди открытыми. ‎ ‎       Заинтригованный, Ин Чжэнь решил не уходить, а подождать. Через пару минут он услышал шаги и голос: ‎ ‎— Кто ты такой? Я часто вижу тебя у этого озера, — спросил блондин. На вид он был немного старше Чжэня. ‎ ‎       Черноволосый мальчик медленно повернул голову, всё так же сидя у самой воды, и встретился с ним взглядом. ‎ ‎— Меня зовут Ин Чжэнь. Здесь красиво и тихо… хорошее место, чтобы отдохнуть и не попадаться людям на глаза. А тебя как зовут? — он говорил спокойно, почти доверчиво. Сам не знал почему, но чувствовал: этот незнакомец не причинит ему вреда. ‎ ‎       Блондин присел рядом. Его взгляд какое-то мгновение был пронзительным, словно он видел Чжэня насквозь, но, заметив, что тому стало неловко, он отвёл глаза на озеро. ‎ ‎— Меня зовут Посейдон. Приятно познакомиться. Я часто прихожу сюда, скрываясь от старшего брата. Он не знает об этом месте, и я бы хотел, чтобы так и осталось. Здесь тихо, и никто не мешает… А ты? Почему ты приходишь сюда так часто? ‎ ‎       Посейдон посмотрел на Ин Чжэня с любопытством. Тот ответил, слегка улыбнувшись: ‎ ‎— Здесь очень красиво. И людей нет — никто не увидит. Выходит, мы оба приходим сюда по одной и той же причине, — он тихо хмыкнул. ‎ ‎       Оба рассмеялись — искренне, громко, словно впервые нашли того, кто понимает их лучше остальных. ‎ ‎— Знаешь, мы с тобой действительно похожи, — сказал Посейдон и вдруг резко поднялся. — Ты бы понравился моему брату… Точно! Брат! Он, наверное, уже ищет меня. Мне пора. Прощай, Ин Чжэнь! Увидимся здесь снова! ‎ ‎       Он развернулся, готовясь бежать, и на миг задержал взгляд на чёрноволосом мальчике. Сам не понимал, почему вообще подошёл к нему. Обычно он недоверчиво относился к людям. Но в Ин Чжэне было что-то особенное — отражение самого себя.Посейдон уже почти скрылся между деревьев, когда Чжэнь тихо окликнул его: ‎ ‎— Эй… ты ведь вернёшься? — Блондин замер. Ветер шевельнул золотые пряди на его висках, а в голубых глазах на миг мелькнуло что-то тёплое, но упрямое — словно он боролся с собственным желанием ответить «да». Наконец он кивнул, едва заметно: ‎ ‎— Вернусь. Обещаю. ‎ ‎И исчез в зелёной глубине леса. ‎Ин Чжэнь ещё долго сидел у воды, разглядывая отражение мелькающих облаков. Он думал о странном мальчике с северным лицом, имя которого звучало как шёпот легенды. «Посейдон»… Он никогда не слышал такого имени среди народа Чжао. Даже среди странников и купцов не встречал похожего. Кто же он? И почему носит одежду, больше подходящую древним героям в сказаниях? ‎ ‎С тех пор прошло несколько дней. ‎Каждый вечер Ин Чжэнь возвращался к озеру, хотя внутри — как он ни пытался убедить себя — теплилось нехорошее беспокойство: что, если тот мальчик не придёт? Что, если он был всего лишь странным сном наяву, отражением солнца на воде? ‎ ‎ ‎ . . . ‎ ‎ ‎Дни шли, и каждый вечер Ин Чжэнь снова приходил к озеру, надеясь увидеть золотистые волосы и яркие глаза Посейдона. Но на этот раз лес был странно тих — слишком тих. ‎Он заметил движение в тени деревьев и сразу напрягся. Из-за ветки показался высокий силуэт: белые волосы, пронзительный взгляд, ледяной и безжалостный. ‎ ‎— Ин Чжэнь. — Голос был ровный, холодный, с лёгким оттенком угрозы. — Мой брат говорил о тебе. Он сказал, что ты часто приходишь сюда. ‎Мальчик замер. Сердце билось быстрее, и сразу же отозвалась его болезнь (имеется ввиду зеркальноя синестезия): холодный взгляд Аида, скрытая презрительная тень в интонации — и фантомная боль пробежала по плечам и спине. Он сжал кулаки, пытаясь удержаться на ногах, но боль была резкой, как будто кто-то ударил его невидимым молотом. ‎ ‎— Кто… вы? — спросил он дрожащим голосом, пытаясь говорить ровно. ‎— Аид, старший брат Посейдона, — ответил юноша, делая шаг к воде. — Я пришёл проверить, почему мой брат проводит с тобой время. ‎ ‎Ин Чжэнь попытался отступить, но ноги будто прилипли к земле. Каждое движение отдавалось новой болезнью — от чужой подозрительности и тихого интереса Аида. ‎ ‎— Я… я просто сижу у озера, — сказал он тихо, с трудом сдерживая фантомные рубцы, которые уже покрывали плечо. — Никому не причиняю вреда. ‎ ‎Аид скрестил руки на груди и наклонил голову, изучая мальчика. Его взгляд был холоден, как лёд, и Ин Чжэнь почувствовал, как фантомная боль усиливается. Каждая эмоция старшего брата отзывалась в нём, как реальная рана. ‎ ‎— Посейдон доверяет тебе. — Он сделал шаг ближе, и вода под ногами слегка дрожала от его присутствия. — Но я хочу убедиться, что это доверие оправдано. ‎ ‎Ин Чжэнь сжал зубы. Ему хотелось закричать, но фантомная боль усиливалась с каждым мгновением страха и напряжения. Он вдохнул, пытаясь собраться. ‎ ‎— Я… я не причиню вашему брату вреда, — сказал он, стараясь держать голос твёрдым, хотя тело горело фантомными ранами. — Я дружу с Посейдоном. ‎Аид замер, а затем, почти усмехнувшись, шагнул назад. ‎— Интересно, — сказал он тихо. — Посейдон любит непредсказуемость. Но знай: если хоть раз обидишь его, я узнаю. ‎ ‎И так же внезапно, как появился, Аид исчез в тени леса, оставив Ин Чжэня тяжело дышащим у воды. Раны фантомные постепенно затихли, но мальчик ощутил, что мир вокруг него стал ещё более опасным. ‎Он сжал кулаки, а в глазах промелькнула решимость: если Посейдон вернётся, он должен быть рядом… несмотря ни на что. ‎ ‎ ‎ . . . ‎ ‎ ‎Ин Чжэнь остался сидеть у воды, стараясь отдышаться. Сердце всё ещё стучало бешено, а фантомные раны, словно тонкие шрамы на теле, постепенно утихали. Он сжал кулаки, чувствуя, как лёгкая дрожь пробегает по плечам. Каждый взгляд Аида отзывался в нём, и мальчик понимал: эта встреча была предупреждением, а не дружелюбной проверкой. ‎Ветер шевельнул листья, и из тени деревьев послышался знакомый лёгкий звук шагов. ‎ ‎— Ин Чжэнь… — раздался мягкий голос, знакомый, тёплый, будто солнечный луч сквозь дождь. ‎ ‎Мальчик резко повернул голову и увидел Посейдона. Тот стоял на краю лесной тропинки, золотистые волосы чуть светились в последних лучах солнца. Голубые глаза искрились любопытством и тревогой одновременно. ‎ ‎— Посейдон… — выдохнул Ин Чжэнь. Его голос был дрожащим, не столько от страха, сколько от облегчения. ‎— Всё в порядке? — спросил блондин, медленно приближаясь. Он заметил, что мальчик стиснул кулаки, плечи напряжены, взгляд настороженный. — Ты выглядишь… испуганным. ‎Ин Чжэнь опустил взгляд на свои руки. Фантомные рубцы ещё слегка ощущались, словно тень от угрозы, которую только что видел — от Аида. Он поднял глаза, пытаясь улыбнуться. ‎— Я… я просто немного устал, — пробормотал он. — У меня всё хорошо. ‎Посейдон склонил голову, изучая его. В глазах мелькнуло понимание, будто он угадывал скрытую боль. ‎— Ты не врёшь? — спросил он осторожно. — Иногда я вижу тебя, и мне кажется, что тебе больно… ‎Ин Чжэнь почувствовал, как в груди застряла комок. Обычно он скрывал свои чувства, но рядом с Посейдоном было иначе. Он не хотел, чтобы тот видел его слабым, но одновременно хотел довериться. ‎— Я могу выдержать, — тихо сказал он. — Это… просто немного больно. ‎Посейдон присел рядом на корточки, оставив между ними небольшое расстояние, уважая пространство. Он посмотрел на гладь озера, а затем снова на мальчика. ‎— Я понимаю, — сказал он тихо. — Иногда я тоже боюсь… но мы можем быть сильнее, если будем вместе. ‎Ин Чжэнь посмотрел на него и впервые почувствовал тепло, не связанное с угрозой или страхом. Болезнь, фантомная боль от чужой злости и подозрений, ещё была с ним, но рядом был кто-то, кто не отвернется. Кто не видит в нём проклятие, а просто… друга. ‎— Ты… обещаешь вернуться? — тихо спросил он. ‎Посейдон улыбнулся, лёгко кивнув: ‎— Обещаю. ‎ ‎Ин Чжэнь глубоко вдохнул. И впервые за много дней позволил себе немного расслабиться, хотя где-то глубоко в груди знал: опасность ещё рядом. Старший брат Посейдона видел его, Аид наблюдал, и каждый взгляд мог причинять боль. ‎ ‎Но сейчас, в этот миг, рядом был хотя бы один человек, с которым он мог быть немного свободнее. И это давало надежду. Ин Чжэнь впервые узнал, что такое дружба.