Лёд знает имена

Дорога до школы, в которой учился Кои, каждое утро тонула в пробке. Из машин выскакивали ученики, спешившие в школу, и бежали до самых ворот. Кои, привыкший ездить на велосипеде, лавировал между ожидающими машинами, выжидая зелёный свет. Подростки, которых он встречал, разговаривали на разные темы: про фильмы, книги, учебу и про то, где будут отдыхать на выходных. Он припарковал свой старенький велосипед в специально отведённом углу, старался быть как можно незаметным и проскользнул к своему шкафчику. В школе он играл роль невидимки: его никто не замечал, и он не особо выделялся. Забрав из шкафчика книги, Кои услышал нарастающий гул в коридоре — началась суматоха. По коридору шли шестеро игроков хоккейной команды. Каждый, кто находился на коридоре, поворачивал головы в их сторону: они приковывали к себе всеобщее внимание. Они были выше сверстников, с широкими плечами и уверенной походкой. У каждого была привлекательная внешность. Даже сам Кои, невидимка, не мог отвести взгляд. Но среди всех выделялся Эшли Доминик Миллер. Он шел в центре своей свиты, улыбался друзьям и оживленно общался с ними. «Когда он улыбается, он ещё красивее», — промелькнула мысль в голове Кои, и он почувствовал, как ускорился пульс. Он тряхнул головой, чтобы прийти в себя. Кои замер, наблюдая за ним. В этой школе не было человека, не знавшего его имени. У него даже было прозвище: «Принц на льду». — Тьфу… — скривился Кои. Прозвище было пафосным, но отрицать, что оно ему подходит, смысла не было. Эшли был ослепительно красив. Его серебристо-белокурые волосы переливались в лучах солнца. Глаза были сине-серыми, брови слегка сведены к переносице. Полные, четко очерченные губы, прямой нос и волевая линия подбородка делали лицо выразительным. Тело Эшли было высоким — под метр девяносто. Даже в простой футболке и джинсах он выглядел так, будто сошел с обложки журнала. Он был капитаном хоккейной команды «Буффало Хай Скул». Когда Эшли со своими друзьями обсуждал, что Эл ищет человека для команды поддержки, Кои направился в класс. После этого Кои и Эшли оказались в одной команде для выполнения заданий. Эшли заболел и не очень хотел делать задания, поэтому Кои сам всё сделал и сдал роботу. После этого Кои присоединился к группе поддержки, чтобы получить дополнительные баллы, а Эшли, как капитан хоккейной команды, тренировался со своей командой. Так они почти каждый день встречались на льду. Между ними начало возникать какое-то чувство, но пока ещё неясное. Оба они были бетами. Но в один из дней Эшли стал доминантным альфой. Никто, кроме него самого, в школе не знал об этом. И причиной всему был Кои. Когда Эшли болел, Кои помогал ему: варил суп или приносил лекарства. До одного дня он не чувствовал ни запаха, ни вкуса, пока не произошло одно событие…

***

Кои, который спал у себя на месте в грузовом фургоне, проснулся почти в четыре часа утра. Он только недавно сделал уроки на сегодня и заснул, но проснулся от жара. Его тело пылало, сердце билось быстрее обычного, кровь в теле начала пульсировать, пот выступал с лба и скатывался, очерчивая его лицо. Между ног у него было влажно, мокро и холодно. Даже под тремя одеялами он то чувствовал жар, то холод. Но было странно: он почувствовал какой-то запах. С самого рождения он не ощущал ни вкуса еды, ни запаха. Его отца не было дома. Он был омегой и, скорее всего, как всегда, проводил время в баре с другими альфами. Отец Кои был рецессивной омегой, а другой альфа — доминантный. Но где был его второй отец, он не знал. Скорее всего, омега была связан с альфой, и да — сам он не знал, от кого и когда. Кои был бетой и думал, что останется им на всю жизнь. Но, как оказалось, судьба решила иначе. Запах, который он чувствовал, как он понял, исходил от него самого: пахло персиковым деревом. Всё его тело было тяжёлым и ватным. Он не понимал, что с ним происходит. Хотя он изучал физиологию бет, омег и альф, не думал, что проявится как омега. Кои попытался встать с кровати, но упал: ноги дрожали, он испытывал слабость. При падении он ударился головой о край кровати и потерял сознание. Сколько он лежал без сознания, он не знал, но когда пришёл в себя, жар прошёл. Только тяжесть в теле оставалась. Он притянул руки к месту, которое болело, и убедился, что крови нет. Только теперь Кои осознал, что это было. Течка Он проявился как омега. Он встал с места и понюхал — больше запаха персика не было. Это было странно: он не ощущал феромоны, но до потери сознания чувствовал запах. Кои начал искать мыло, шампунь, еду, но запаха, как и вкуса, он не чувствовал. Но он точно помнил, что ощущал запах персиков — и исходил он от него самого. Кои встал с кровати и пошёл в душ. Время было уже десять часов дня — в школу он опоздал. Отец так и не пришёл. Когда он подходил к кровати, он услышал шум за дверью и хотел лечь на кровать и притвориться спящим, так как отец вернулся и, скорее всего, был пьян по звукам с улицы: слышались ругательства и звук чего-то спотыкающегося. Но он инстинктивно спрятался под своей кроватью. Там было много обрезанных тряпок и одежды, так что ему не было холодно. С его места было видно всё, что происходит внутри грузового фургона, но самого его не было видно. Если бы отец пришёл и увидел, что Кои дома, он бы начал его избивать. Когда дверь фургона открылась, появился запах феромонов, но Кои его не чувствовал. Возможно, если бы он мог ощущать запахи, то понял бы, что здесь происходит. В фургоне появилась одна пара ног, затем ещё одна. Омега — отец Кои — и альфа, которого он привёл. — Ах, что за чёрт… — послышалась ругань незнакомого голоса: вторая пара ног споткнулась обо что-то в фургоне. Услышав незнакомый голос, Кои понял, что отец пришёл не один. Но он даже не догадывался, с кем и зачем тот явился. — Тише, осторожнее, иди к кровати, — Кои услышал голос отца. Он не понимал, о чём они говорят и с кем именно тот пришёл. Отец привёл другого мужчину к кровати, забрался на неё сам и потянул альфу к себе, целуя его. Кои, наблюдая за происходящим под кроватью, был ошеломлён. Он не мог двигаться — инстинктивно замер на месте и смотрел на происходящее. Его не было видно, но он видел всё. Омега, сидя на кровати, повернулся спиной к альфе. Кои инстинктивно понял, что это альфа, хотя его феромоны он не чувствовал. Почему-то слова, которые они говорили, он не разбирал — слышал лишь звуки их голосов, но не понимал смысла. — ……................. Альфа толкнул омегу в спину, и руки отца Кои вцепились в край кровати — он прогнул спину. Альфа потянул футболку омеги наверх, открывая живот: плоский, с видимыми следами укусов и засосов. Альфа дёрнул за джинсы омеги и спустил их до бёдер вместе с нижним бельём. Омега стоял полурасдетый на кровати, в коленно-локтевой позе. Сам альфа стянул верхнюю одежду через голову и лишь немного приспустил джинсы, освобождая член. Почему-то Кои почувствовал страх от этой сцены, но пошевелиться не мог. Альфа одной рукой взял омегу за бедро и притянул к себе, другой направил свой член и толкнулся. Омега застонал. Альфа сжал его за приоткрытую грудь, вторая рука лежала на бедре омеги, и он начал двигаться бёдрами. Кои видел, как член альфы входил и выходил из его отца-омеги, как тот стонал и просил большего. Шум в ушах не давал Кои прийти в себя, и он так и оставался под кроватью до самого конца. Шлёп, шлёп, шлёп — он слышал звуки их тел и видел, как из омеги вытекала смазка и стекала по бёдрам. Он видел, как альфа тянул омегу за волосы, ускоряясь, а отец Кои, казалось, только ждал этого. Он также видел, как альфа стянул его отца с кровати и посадил на колени, как тот открывал рот и принимал член незнакомого альфы. Так продолжалось до самого вечера. Если бы Кои мог чувствовать феромоны, он бы понял, что у них началась течка и гон. Но увы — он не чувствовал запахи. После этого Кои узнал, что он доминантный омега и что может контролировать свои феромоны. Он начал их скрывать, потому что картина того дня навсегда осталась перед его глазами — отвратительная и пугающая. Он не хотел оказаться на месте своего отца и не хотел, чтобы с ним так обращался неизвестный альфа. В тот день Кои не пришёл в школу. И на следующий тоже. Только Эш волновался и писал, спрашивая, почему тот не пришёл, но Кои не отвечал. Сам он появился в школе лишь через три дня. Мысль о том, что было бы, если бы инстинкт не подсказал ему спрятаться под кроватью, пугала его до дрожи. Но он успокаивал себя тем, что завтра пойдёт в школу и будет вместе с Эшем на льду.