Когда Ген оказывается сверху

Под ним Ген всегда был ласковым и отзывчивым. Он закидывал на ученого свои восхитительные стройные ноги и мокро целовал его губы, стонал от нежных движений и вскрикивал от более настойчивых, оставляя на спине своего мужчины ряды неглубоких царапин. Иными словами он полностью подчинялся Сенку и его желаниям. Но когда Ген оказывался сверху... Тело Ишигами вздрогнуло от предвкушения. С нажимом, чужие ладони начали подниматься от плеч к его волосам, зарываясь пальцами в густые, мокрые светлые пряди и распределяя шампунь по голове ученого. Сенку прикрыл глаза, пребывая в блаженном состоянии. О да, когда Ген был сверху, ему хотелось отдаваться. Блондин расслабленно упал на грудь позади себя и ухмыльнулся, предвещая возмущение партнёра. – Ну Сенку, милый, я же просил посидеть ровно, пока я мою тебе голову. – Даю 10 миллиардов процентов, что ты сможешь сделать это и в таком положении. Он пошире расставил ноги, приподняв колени над кромкой горячей воды и съехал по чужой груди ниже. И да, так намыливать его волосы было ещё более проблематично. И да, он нарывался. Ген был потрясающим партнёром, без шуток. Сенку просто обожал его за то, что тот намного чаще, чем сам ученый, организовывал совместный досуг, старался разнообразить их питание из сервисов доставки домашней едой, которую они вместе с горем пополам доводили до приемлемого вкуса, за то, что тот следил за их здоровьем и вытаскивал Ишигами из-за его компьютера на утренние пробежки и йогу, за то, как хорошо занятия йогой отразились на их сексуальной жизни. И конечно, он обожал, когда Асагири ублажал его в постели, горел тем, чтобы доставить удовольствие ученому, используя все свои навыки, начиная с длинного языка, и заканчивая профессиональной актёрской игрой в ролевых играх. Но порой Сенку чувствовал желание поменяться с ним ролями. Особенно остро оно возникало, если на работе менталиста случались завалы или различные форс-мажоры, не зависящие от воли самого Гена, но влияющие на его репутацию. О, Асагири терпеть такое не мог, но виду никогда не подавал, изливая душу лишь одному возлюбленному. Тогда ему надо было выпустить пар, и тогда Ишигами чувствовал, как сильно ему хочется стать объектом для этого. – А-аа, Сенку, ты же знаешь, что мыть так голову неудобно. – У-гууу. – Разве не ты сам попросил помочь тебе с волосами? – Правда? Такое было? Ген оторвал руки от его головы и положил ладони на края ванны, оперевшись на них и недовольно привстав: – Так, что происходит? – Не понимаю о чем ты. – СЕН-ах... Сенку-чан.., - менталист потёр двумя пальцами переносицу и вздохнул, - прости, я сегодня не в духе. Если ты хотел полежать в ванне, а не помыться и наконец пойти в кровать спать, то так бы сразу и сказал! – Я не хочу в кровати, хочу здесь. – Что ещё раз.., - устало выдохнул Ген, - я не понимаю тебя. – Трахни меня. Асагири прикрыл глаза ладонью и медленно опустил её вниз, оттянув кожу. В спину ученому уткнулся отозвавшийся на просьбу, привставший орган. – Повтори. – Я хочу чтобы ты нагнул меня, трахнул, сделал все, что в голову придёт. – Сенку-чан, я не настроен на нежности. – На то и расчёт, - ухмыльнулся ученый. Ишигами хотел немного больше, он был жадным до своего мужчины, и хотел присвоить его себе во всех проявлениях души и разума. В обратную сторону это, естественно, работало так же. – Ясно. Ген встал на колени позади него и выпрямил спину, глядя сверху вниз. – Развернись, - приказал менталист. И Сенку с радостью выполнил свое первое поручение, игриво вильнув бёдрами в конце. Тут же по его левой щеке прилетел шлепок. – Без самодеятельности. Встань на колени, опусти руки на дно и стой так. – Сдела- – Говорить будешь, когда я у тебя что-то спрошу. Ишигами опустился ниже, оказавшись на одном уровне со светлым, с матовой розовой головкой членом, окутанным темными волосками, и облизнулся: – Понял, агх! Второй шлепок был громче, оставив краснеющий след на второй щеке. – Стоять удобно? – Не особо. – Открывай рот. Сенку медленно раскрыл губы, высунув наружу язык и подняв взгляд наверх. Оттуда на него своими темными голодными глазами смотрело божество. У него были нервно поджатые губы, красные щеки и кончики ушей, длинные ресницы, что нежно трепетали, и гладкая грудь с едва проступающими мышцами. А ещё идеальная в своём весе головка, что так удобно уместилась на середине чужого языка и скользнула по нему внутрь рта. Он доказал существование сверхъестественных сил с помощью воспроизведения этого феномена. Они являлись ему каждый раз, когда всегда нежные и аккуратные в своих прикосновениях ладони Асагири вцеплялись в его волосы и дергали за них на себя, насаживая на длинный, чуть изогнутый вверх член. Когда этот орган, не задавая вопросов и не выдавая предупреждений, заполнял собой все пространство внутри, приказывая облизывать его бархатную головку и щелку на самом кончике, втягивать щеки, создавая вакуум вокруг, и сглатывать солоноватую слюну, после чего человек над ним жалобно вскрикивал и толкался ещё дальше, хотя, на первый взгляд, дальше уже было некуда. Когда-нибудь он скажет Гену, как сильно ему хочется запечатлеть этот, безусловно, важный для всего научного сообщества феномен на камеру, а потом пересматривать запись вдвоём. По всей ванне распространился звук очередной пощечины. – Не отвлекайся. Он молил о прощении. Асагири толкнулся глубоко внутрь, начав двигать бедрами вперёд и назад, удерживая светлую голову на месте. Мужчина вскрикнул когда глотка вокруг головки члена сжалась и завибрировала от чужого стона наслаждения. Ген опустил взгляд ниже, увидев под толщей воды руку, которая беспрерывно двигалась по стволу мужчины под ним. Его мольбы были неискренними. – С-сенку.... знаешь... милый. Иногда ты... тх-акая скотина. Асагири не выдержал и оттолкнул мужчину от себя, тут же прижав его голову к стене и начав трахать чужой рот, ударяясь концом члена в глотку. Сенку наслаждался звуками, доносящимися до него сверху, и старательно держал горло расслабленным, чувствуя, как с каждым толчком его любимый, горячий, тяжелый орган входит глубже. Хотелось, чтобы Гену было ещё лучше. Он подловил момент, когда практически полностью вышедший из его рта член направился обратно, головка проехалась по языку, оставляя за собой солоноватую дорожку, скользнула дальше, чтобы ученый немного отвлекся от нее обведя выступающие по стволу венки языком, и потом врезалась в заднюю стенку глотки. В этот момент Сенку и решил сделать глотательное движение, пропуская член глубже в горло, но не рассчитал момент, отвлёкся и закашлялся. У краёв глаз выступили слезы, а все лицо запылало. Ген тут же выскользнул из него и присел напротив, уложив ладони на обе щеки: – Боже, милый, ты как, все хорошо? – А-ага, можем кха-кхампф, продолжать. Асагири вздохнул, наклонившись ближе и начав сцеловывать льющиеся слезы: – Мой хороший, самый лучший, ну зачем ты так, без предупреждения. Да и к тому же опять нарушил мой приказ. Сенку широко ухмыльнулся, опустив брови: – Кха-ха, не удержался. – Ну и что мне с тобой делать.... – Очевидно же, - усмехнулся он, - наказать и трахать дальше. Глаза Гена потемнели еще больше, он мягко погладил губы мужчины напротив, а потом впился хищным взглядом в уж слишком уверенный, юркий язык, что успел пройтись по подушечке его большого пальца. – Любимый. – М? – Ты точно хочешь продолжать? – На все 10 миллиардов процентов уверен в этом, отдай мне всего себя. Асагири зажмурился, тихо пискнул, расплывшись в счастливой улыбке, а потом выдохнул, глядя на возлюбленного: – Ну тогда дыши через нос. Менталист прижался к нему в мокром поцелуе, сразу лишив места для маневра, и начав слизывать с чужого языка собственный вкус. Обезумевший от радостных эмоций, Ген утонул в покусываниях сладких пухлых губ и причмокивающих звуках. Как ему и было приказано, Сенку дышал через нос, и тогда через пару минут Асагири оторвался от него, вскочив со своего места и вылезая из ванны. – А.. – Повернись ко мне спиной и свесь голову с бортика, да, вот так, умница, еще немного приподнимись на коленях. Сегодня он взглянул на своего партнёра под совершенно другим углом. – А теперь чётко следуй моим инструкциям. Ишигами кивнул головой, игры кончились. – Высунь язык. Алые глаза безотрывно следили за покачивающимся перед лицом, гордо стоящим органом. Поскорее бы его согреть. – Когда я дойду до конца может сработать рвотный рефлекс, постарайся расслабить горло и дышать через нос. Сенку уже успел заскучать по его члену. Он сам был в шоке от этой мысли, ещё пару лет назад он бы даже не посмотрел в чью-то сторону, а потом появился Ген и перевернул весь его мир с ног на голову, примерно как сейчас. Медленно член начал входить внутрь. Сенку обхватил его губами и горячие стенки рта обняли ствол со всех сторон, и чем дальше проходила головка, тем жарче и туже становились эти объятия. – Сделай глубокий вдох-аах. Вот Асагири уже в глотке, но не останавливается на этом, а продвигается дальше, к задней части горла. Губ коснулись жёсткие чёрные волоски и тогда, после ещё одного небольшого толчка, член вошёл в него полностью, беспощадно сжатый в тиски чужим горлом. – Дыш-ши через нос и... хах, расслабь горло. В голову ударил сладкий запах цветочного интимного мыла Гена, и тогда Сенку почувствовал, как наконец напряжение спадает с его плеч и остального тела. – Какой же ты молодец-с, Сенку-чан, просто настоя-ящ-щий талант, - прошептал Асагири. Его голос дрожал и был на пару октав выше обычного. Чёртова поза не давала в полной мере насладиться лицом его любимого. Едва касаясь, длинные пальчики пробежались по растянутому горлу вниз, погладив плечи и грудь. – Просто п-превосходно, ох Сенку, я о таком и не мечтал... ха-аааах, ещё... пару секунд. Член начал аккуратно выходить из его рта, блестящий от его слюны и капель предэякулята. – Ну как? Справляешься? – Да. – Хорошо, когда начну двигаться - механизм будет тот же. Ген приставил головку к высунутуму языку и сразу достиг расслабленного горла, сладко простонав и толкнувшись вперёд, до конца, но больше не задерживаясь надолго на одном месте. Постепенно мужчина ускорился, жмурясь и надрывно вдыхая, когда орган раздвигал стенки чужого горла. Сенку же в это время, мыча и громко дыша в чужую мощенку, неуверенно поднял из успевшей остыть ванны свои руки. Уложив ладони на напряжённые ягодицы и сжав их, впившись ногтями в упругие мышцы, он подтолкнул Гена в свою сторону. Получив одобрение, Асагири с размаху вошёл в чужое горло на всю длину и продолжил двигаться в этом темпе, закатив глаза, из которых потекли слезы удовольствия. – Охренеть... Ген неверяще вдохнул и на пробу вошёл внутрь ещё жесче, задрожав, после чего капли с его щёк упали на бронзовую грудь, что двигалась ровно, в попытках сохранить ритм дыхания. – Зна-ал бы ты, как это вос-хити... тельно, ах, дааа, сожми меня б-больше, милый. Сенку ещё никогда не чувствовал пульсацию чужого члена настолько отчетливо, и когда вместо стонов и вздохов человек над ним стал издавать лишь крики, он почувствовал, как уперевшаяся в горло головка извергла из себя чужое семя. В таком положении было невозможно насладиться её вкусом, но зато он точно знал, что не потеряет ни одной жемчужной капли. Сперма медленно потекла по стенке вниз, а сам ученый блаженно прикрыл покрасневшие глаза. О себе ему думать даже не пришлось. Гена потряхивало, он медленно хлопал ресницами, наслаждаясь непрекращающимся жаром. Вдруг стенки горла вокруг сжались ещё больше, двинувшись вокруг ствола вверх и вниз в глотательном движении, вытаскивая из члена остатки угощения. Все тело Асагири будто током прошибло, он закатил глаза и, выскользнув изо рта партнёра, упав перед ванной на трясущиеся ноги. Такими же руками он обнял горячее тело перед собой. Менталист открыл рот, чтобы что-то сказать, но сил на это совершенно не осталось, и тогда он просто повернул к себе красное лицо Сенку, целомудренно поцеловав его в губы. Ученый тепло улыбнулся. – Хах... вау... Ишигами тоже усмехнулся, окончательно перевернувшись и расположив голову на своих руках. – Ты... я....... эт-то.... хах Лицо Сенку снова приняло самодовольное выражение, и тогда он протянул свою ладонь в сторону Гена, медленно заправляя пряди его черно-белых волос за уши. Постепенно их тяжело дыхание синхронизировалось друг с другом, и Ген тихо посмеялся. – Ты... до сих пор хах, с шампунем на, хах, голове. – Правда? - ответили ему хриплым голосом. – У-ууу, я понял, тебя, ха, надо срочно отсюда вытаскивать. Ишигами не знал, скольких усилий стоило его партнёру сейчас подняться, нежными, но торопливыми движениями смыть с его волос пену, потом помочь встать, при этом удержав от подскальзывания в ванне, а потом и вовсе бросить это дело, и схватив его под ягодицами и унеся в спальню. Наверняка очень многих. Разгоряченное тело Гена упало рядом с ним. Со светлой улыбкой на лице, что была ярче самого Сириуса, он снова показался Сенку чем-то невозможным, ненаучным, что могло достаться ему лишь по какой-то ошибке или из-за какого-то действия, которое обязательно должно было привести к юридическим последствиям. Но нет, он его не крал, менталист сам прыгнул к нему в руки, а теперь уютно пригрелся под боком и влюбленно смотрел. Сенку повернулся к нему, обнимая и целуя в лоб. – Не заключай меня в свои цепкие объятия, мне ещё за водой сходить надо. – Точно... Асагири уткнулся носом ему в грудь и наспех промычал: – Я люблю тебя. Ты самое лучшее, что случалось в моей жизни, спасибо тебе за то, что выбрал меня.., - под конец он шмыгнул носом. – Знаю, знаю, разоткровенничался он. – Ничего ты не знаешь! Вот в следующий раз я тебе глубокий минет делать буду, вот тогда и узнаешь! – Как скажешь, - довольно промычал он в черно-белую макушку, а потом задумался и добавил: – Я тебя тоже люблю, намного больше, чем на 10 миллиардов процентов... спасибо, Ген. – Не за что, Сенку.