Семья Хасэгава и искусство волнения

      И вот ради этого, скажите ему, пожалуйста, Ланга припхался к нему в восемь утра? В субботу. А он, между прочим, на тот момент только как три часа уснул. Рэки, скрестив ноги на кровати, сонно разглядывал хмурое лицо Ланги. Тот раз за разом продолжал открывать рот и закрывать обратно, хмурить тонкие брови, тяжело вздыхать и в конечном итоге так ничего и не говорить. Наверное, уже в шестой, а может и в седьмой раз — Рэки успел потерять счет. — Мне кажется у меня появилась мама, — на одном дыхании выпаливает Ланга, нарушая тишину и ошарашено смотрит на Рэки. Рэки замирает и просто отупело смотрит на него в ответ. Секунда. Две. Три, а потом фыркает и заливается неконтролируемым, хриплым хохотом. — Бля, чувак, это когда ты башкой приложился то? А, или может тебя лихорадит? — Рэки приподнимает ладонью голубую челку и невесомо касается лба губами. — Тоже не. — Не смешно, — Ланга поджимает губы в тонкую линию и отводя взгляд. — Я серьезно. — Так… поясни тогда, мистер серьезный свои серьезные слова. — Мне кажется у мамы кто-то есть, — Ланга делает глубокий вдох и медленный выдох. — Другой. Вернее, другая. Это, кажись еще и женщина? Но я не понимаю ничего, — он издает нервный смешок. — Мама, не рассказывает об этом, прям вообще нифига и мне не ясно почему. Кто это вообще? — Рэки может поклясться, Ланга аж побледнел. — Ах, а вдруг что еще хуже эта женщина посмеет ее обидеть! Неа, так не пойдет. После смерти папы, ох, а если вообще— — Стоп, стоп, стоп, — Рэки протягивает ладонь вперед, закрывая Ланге рот. Тот удивленно хлопает глазами. — Кхм, прости что перерываю твою тираду, но… не мог бы ты вернуться обратно на японский. Пожалуйста? Я честно пытался понять, но нихера не получилось. Ланга смущенно кивает. — Угу. Рэки вопросительно выгибает бровь. — Так, что за, как ты выразился женщина? — Я тоже не знаю, — он пожимает плечами. — Мм, просто заметил что мама дома реже. Часто переписывается с кем-то и улыбается. Но типо знаешь… по другому, — голос Ланги переходит на шепот, и бледные руки непроизвольно сжимают ткань джинс на коленях. — Как улыбалась только папе. А еще я видел сообщение от какой-то Кирико кажется? С пожеланием удачи своей любимой, и смайликом поцелуя. Оу. Ладно, может быть, теперь и Рэки в ахуе. ••• — …Я не знаю, как ему это сказать, — женщина в панике схватилась за голову, и Кирико могла поклясться, что та и вовсе побледнела. — Понимаешь, мой, мой мальчик, он так быстро вырос, и я всё никак не привыкну. Ему будто ещё вчера было пять, и он радостно бегал по двору, ждал Оливера, а недавно ему исполнилось восемнадцать! — Нанако всхлипнула, судорожно втянув воздух. — Понимаешь, целых восемнадцать лет! Мальчики так поздно взрослеют, он ещё такой ранимый, а смерть Оливера… — Тише-тише, — Кирико мягко усмехнулась и накрыла ладонью прохладные руки Нанако в тихом, подбадривающем жесте. Осторожно погладила большим пальцем тыльную сторону её ладони, и Нанако действительно замолчала, поджав губы и склонив голову к плечу женщины. — Не думаю, что для Ланги это будет такой уж проблемой. Нанако встрепенулась. — Но– Кирико медленно покачала головой. — Без но. Любимая, будет хуже, если ты не расскажешь об этом. — Ах, и правда, — Нанако расплылась в полуулыбке, снова мягко склонив голову ей на плечо. ••• — Ноу. Факин. Вэй, — первое, что слышит Рэки, как только Ланга проходит чуть дальше по коридору. Спотыкаясь в собственных ногах, Рэки с горем пополам всё-таки скидывает второй кроссовок и останавливается рядом с Лангой, почти врезаясь в него плечом. А. Ага. Прямо рядом с Нанако, расслабленно устроившись на диване, сидит неизвестная ни ему, ни Ланге женщина с тёмно-красными волосами и спокойно, как будто так и надо, держит Нанако за руку. Ланга переводит взгляд то на Нанако, то на женщину рядом с ней. Потом снова. И ещё раз. Оба молчат — слишком ошарашенные, чтобы выдавить хоть слово. Пока в конечном итоге, через пару секунд, та самая женщина не поднимается с дивана, быстро чмокает Нанако в макушку и уверенным шагом подходит к Рэки, добровольно-принудительно беря его за капюшон. — Пошли малой, — в какой там Рэки уже раз за сегодня ахуел? Трижды? Она насильно тащит его к двери, тихо посмеиваясь. — Им предстоит долгий разговор.