Кагуя хочет, чтобы ее повысили

Огромный банкетный зал был украшен шарами, гирляндами и прочей атрибутикой, призванной создавать новогоднее настроение у всех приглашенных на данное мероприятие.  Музыка, по мнению некоторых, играла слишком тихо, другие же жаловались, что проклятые колонки барабанят им по ушам.  В воздух поднимались и перемешивались нескончаемые ароматы закусок, заботливо предоставленные организаторами этого корпоратива.  Широгане, слегка опоздав, вошел в просторную залу и осмотрелся, ловя взором множество, целую кучу людей, в большинстве своем, не самых трезвых и с пренебрежением фыркнул.   Вдали от шумных компаний сидела довольно миниатюрная шатенка, с завидной скоростью ликвидирующая закуски.  По глазам, которые больше напоминали две карамельные конфетки, чем человеческие зрачки, он безошибочно угадал ее личность и решил завести со знакомой беседу.  — Добрый вечер, Иино  С легким испугом Мико повернулась, шпажка, которую она успела положить в рот, рассталась с нанизанной на ней начинкой, а малогабаритная обжора со скоростью пули все прожевала и официально выпалила.  — Здравствуйте, Широгане-сан!  — Ни к чему такие формальности… У нас же здесь, в конце концов, нерабочая обстановка. — сказал он и тоже потянулся за заманчивой закуской из хлеба, красной рыбы и огурца. — Хм, очень неплохо. — Согласна, в этом году еда намного лучше, чем в прошлом. Только и попить нечего. Столы ломятся от бутылок вина, виски и шампанского, а о чувствах непьющих никто и никогда не думает! —  она закончила свою пламенную тираду едва заметным стуком ладони о поверхность стола и взяла еще одно канапе в надежде заесть обиду.  — Да уж, и не угадаешь, от чего мы быстрее свихнемся: от жажды или общества перепивших коллег.  Ох, зря ты подумал об этом, Широгане… Тем временем, кое-кто тоже учился отдыхать…  — Вам нужно расслабиться. Вот - пейте — с поразительной легкомысленностью Хаясака протягивала начальнице бокал с вином, не подозревая о последствиях своего поступка. Кагуя задумчиво покрутила в руках стекляшку с налитой в нее кроваво-красной жидкостью и все же решилась сделать глоток.  «Мне тоже иногда стоит расслабиться» — заключила она и безжалостно расправилась с остатками налитого в ней вина.  Постепенно, шаг за шагом, промилле в ее крови повышались, а сама Кагуя после пары бокалов перестала заботиться о количестве выпитого.  Цвет ее лица менялся от белоснежного, слегка бледного до отчетливо розоватого, а мимика становилась расслабленней и ярче, создавая выраженный контраст с обычным состоянием холодной, почти безэмоциональной дочери семьи Шиномия.  Абсолютно каждый, кто хоть раз видел ее или слышал о ее довольно прилипчивой славе «ледяной принцессы» не мог бы представить Кагую, с глупой улыбкой попивающую шампанское.  — Я смотрю, госпожа начальница, за 20 минут моего отсутствия вы уже познали дзен в пьянстве. — Хаясака не без ухмылки глядела на кричащее о своем опьянении лицо Кагуи. — Что собираетесь делать?  — Хаясакааа… — она как могла тянула слова словно желе, придвигаясь к собеседнице почти вплотную. — Где этот… ик… этот идиот!? — Вон там, болтает с какой-то миловидной девочкой.  — Чегооо? Кто она??? — Иино, кажется. Помните, она приходила после того твиттерского скандала? С недовольным лицом разгребала последствия этой рекламы. — Да, вроде припоминаю… это та девчонка, которая выглядит как выпускница средней школы? — Кагуя оглушительно засмеялась с собственного описания этой миловидной особы. — И что он только нашел в ней? Я, разумеется, намного интереснее… Да, Хаясака?  — Конечно… с вами Широгане явно не соскучится… — иронично заметила она, наблюдая, как начальница направляется в сторону несчастного, чуть ли не спотыкаясь на каждом своем шагу.  Кагуя тем временем, глубоко оскорбленная выбором коллеги в компании и его нежеланием развлечься, решила самолично взять вожжи и заставить этого кретина расслабиться.  Хочет он этого или же нет.  Теперь ее действиями руководил не здравый смысл, логика и рационализм, а спирт, к которому у нее, как видно, нет никакой толерантности.  Никогда не пившая раньше Кагуя захмелела намного раньше и проще, чем более опытные пьяницы, а посему ее уже не остановить… — Эй, Миюкии… — пролепетала она в попытке обратить на себя его внимание. — Подружку себе нашел?  — Ши…Шиномия??? Ты пьяна?! — с ужасом смотрел на нее Широгане. В ее взгляде не было ничего того, что напоминало бы о прошлой Кагуе…  «И что это за обиженное выражение лица?» — Я, пожалуй, пойду — своевременно решила удалиться Мико, предчувствуя надвигающуюся бурю.  — Я совершенно… ик… трезвая… — Кагуя сделала шаг ближе и беззастенчиво вторглась в личное пространство Широгане. — Миюкии, пошли танцевать!  Своим маленьким телом она старательно пыталась сдвинуть его с места, обхватив его руку больше для баланса и личного удовлетворения, чем для попыток сдвинуть этот монолит.  — Ну пойдеееем! — замычала она в ответ на отсутствующую реакцию своей жертвы.  «Нельзя оставлять ее одну, она точно наворотит всякого… Черт. Мы никогда не отмоемся от этого позора…» — Пошли, идиотка... — почти ласково произнес Миюки. Наблюдая за положительным изменением ее лица, он еще сильнее смягчился и даже простил ей такую невероятную глупость, как танец.  Кагуя, вновь обхватила его правую руку, только теперь более крепкой хваткой, и побрела вслед за ним…  Кагуя выскочила на танцпол, волоча за собой растерянного и взволнованного Миюки, который только что вспомнил, что совсем не любит подобные мероприятия… Энергичные движения ее тела, которые мало напоминали танцевальные движения, полностью его пленили.  «Никогда не думал, что увижу Шиномию такой…»  Видеть ее такой беззаботной, жизнерадостной и счастливой было приятно. Какая-то часть его души искренне радовалась, что такая гордая и неприступная Кагуя наконец смогла хотя бы раз сбросить свою маску. Оставшаяся же часть продолжала ее ненавидеть за то, что вытянула его на этот танцпол… — Миюкии, не стой как бревно! Танцуй! — Кагуя схватила его руки и кокетливо подмигнула Широгане. — Но я совсем не умее… — Не успев договорить фразу он полетел вперед под действием беспощадной инерции. Кагуя делала шаг, и у Миюки не было выбора, кроме как следовать за ней. Страх задушить ее своим грузным телом или повторить недавний казус с падением ему совсем не хотелось, потому он отчаянно старался поспевать за своей энергичной коллегой, которая так опрометчиво перебрала с алкоголем этим вечером…  Это было неловко, глупо и абсолютно нелепо.  Но постепенно кислая рожа Широгане испарилась, а он понял, что отдыхает.  Не бесцельно лежит на диване. Не спит.  Его отдых сейчас не такой, как обычно… Заразительная беззаботность Кагуи постепенно завладевала им, с каждой секундой отодвигая границы его табу на танцы.  Пока оно не исчезло со всем…  — Видишь, это было не так уж сложно, Миюкии… — вновь протянула она и рассмеялась. Черты ее лица так и звенели от радости и счастья.  Быть может, пьяной она могла радоваться и получать удовольствие от того, чего бы не позволила себе трезвой…  «Миюки…? Какого…?» — прошлые два раза он совсем не обратил внимания на ее фамильярное обращение.  Но это звучало из ее губ так нежно…  Словно легкий, освежающий бриз на берегу летнего пляжа. В сравнении с холодным, формальным обращением по фамилии, он бы предпочел первый вариант.  «Это же неприлично! О чем я вообще думаю!» Но его щеки его предали, окрасившись в розовый.  «Хехе, он смущается» — в своем пьяном угаре она словно видела вещи яснее… И как обычно, возвышенную материю прервали плотские нужды.  — Шиномия, отпусти меня!  — Не отпущу… — Мне очень надо. Прошу тебя, скорее!  — Отпущу, если назовешь меня по имени… «Что это за требование такое!?» — Пожалуйста, пусти меня, Кагуя…. — тихо промямлил Миюки, поборов наплывающие смущение.  Кагуя с улыбкой отпустила его руку и наблюдала, как тот стремительно бежал в сторону уборной, в голове у себя повторяя тот миг, когда с его губ сорвалось ее имя.  Вырвавшись из фарфорового плена, он, тщательно вымыв руки с мылом, первым делом искал Кагую, которая за время его отсутствия могла перевернуть мир, не то что влипнуть в обыкновенные неприятности.  Благо, спустя минуту интенсивной поисковой операции Миюки нашел ее, активно сокращающей популяцию бутербродов на одном из подносов.  — О, ты вернулся? — с набитым ртом промычала она. — Попробуй это, такая вкуснятина…  В совершенно безобидной манере, как ей это тогда казалось, она поднесла к его губам бутерброд с красной рыбой с невысказанным требованием «Открой рот». Широгане слегка опешил, но решил не провоцировать ее и слегка подыгрывать ее нетрезвым выходкам…  Отбросив чувство собственного достоинства, он послушно открыл рот и позволил коллеге положить туда закуску.  Вкусно.  Даже слишком.  — Я же говорила… — довольно протянула Кагуя. Миюки почувствовал, как его телефон в кармане завибрировал.  «Мне нужно срочно уехать, прошу, позаботьтесь о Шиномии» — он бегло прочитал сообщение от Ай и чуть не завыл.  «И что мне с ней делать… Не оставлять же ее одну пьяной… Пусть у меня переночует, а потом видно будет…» — Ты не устала, Кагуя? — тихо поинтересовался Широгане, все еще привыкая к нежному и теплому обращению… — Я? Устала? Конечно… — протяжный зевок — Нет… — Тебе нужно поспать…  — Я хочу веселиться!!! — «с тобой» в данной фразе в данном контексте не произносится… С огромным усилием он смог уговорить ее поехать домой и не менее тяжким трудом смог посадить ее в такси, усевшись на соседнее сидение.  «Подозрительно тихо…» — подумал в моменте Широгане пока…  Его плеча не коснулось что-то…  Тут же послышалось тихое сопение. Не нужно быть Шерлоком, чтобы понять, от кого оно исходит… Миюки аккуратно обернул руку вокруг нее, дабы при следующем повороте она не впечаталась в дверь.  Так он себя оправдывал. — Ей очень повезло с мужем… — усмехнулся таксист, наблюдая за этой идиллической картиной, нарушал которую лишь покрасневший взгляд Миюки — Вы недавно женаты?  — Мы вообще не женаты! Она моя коллега, не могу же я ее бросить, когда она столько выпила и ничего не соображает. — тише обычного возражал Широгане, всеми силами стараясь не будить Кагую.  — Что ж, переформулирую. Ей очень повезет с мужем, если вы поженитесь.  — Ни за что!  — Как знаете.  Таксист, к великому счастью клиента, продолжил путь молча, все же иногда поглядывая на задние сидения.  Когда пункт назначения был достигнут, Широгане легонько приподнял со своего плеча ее голову и пару раз тряхнул ее хрупкое тело.  — Кагуя, просыпайся… мы приехали…  Ответа не последовало. Он силой вытащил ее из салона и понес на руках полуживое тело коллеги, подхватив ее под коленями и за шею, словно невесту.  Вспомнив неловкий диалог с таксистом, Миюки прочувствовал всю иронию.  Чуть ли не выронить свой драгоценный груз заставили ее руки, которые она бессознательно обернула вокруг его шеи.  Для одного - вопрос баланса.  Для другого - его крах.  Окончательно проснуться Кагуя смогла лишь тогда, когда в ее глаза попал не слабый свет уличных фонарей, а стойкий пучок фотонов из люстры в квартире Миюки.  — Спать?  — Угу… — Пошли…  Широгане проводил ее до собственной спальни и, посадив ее на кровать, отправился на кухню за стаканом и таблеткой обезболивающего.  Поставив их на тумбе рядом, он удалился из комнаты, позволив своей временной квартирантке снять верхнюю одежду и спокойно нырнуть под одеяло.  — Миюки!!! Иди сюда — раздался голос из-за закрытой двери. — Тебе что-то принести?  — Подойди ближе. Широгане подошел и, присев на корточки, устремил взгляд на ее расслабленное лицо, на котором красовалась глупая улыбка пьяного в дрова человека. Тем не менее, она была теплой и какой-то притягательной. Так и тянуло протянуть руку и погладить ее по щеке…  — Спокойной ночи, Миюки…  «Господи, как это мило! Что это за прелестная мордашка!» — Спокойной ночи, Кагуя  Миюки, чтобы преждевременно не закончить свою жизнь от милоты, вышел из комнаты и направился к футону на кухне.  Но глаз он не сомкнул еще долго…  Результат сегодняшней битвы: Поражение Широгане (от милоты)