Под защитой тишины

Бой вспыхнул и погас так же стремительно, как и начался, оставив после себя лишь эхо жестокости. Хён У двигался с механической точностью, каждый его удар был выверен и сокрушителен. Прижавшись к стене, Джи Су с ужасом наблюдала за этой метаморфозой. Нежный Хён У, которого она знала, исчез. На его месте стоял тот самый «король района», чей взгляд обещал лишь боль. Его глаза, обычно полные теплоты и заботы, теперь горели холодным огнём, отражая лишь жажду победы. Каждый мускул его тела был натянут, как струна, готовая в любой момент выпустить смертоносный заряд. Джи Су чувствовала, как по спине пробегает дрожь, не от страха за себя, а от осознания того, насколько глубоко она заблуждалась в своём представлении о нём. Этот человек, стоящий перед ней, был чужим, воплощением силы и безжалостности. Его движения были отточены до совершенства, каждый шаг, каждый поворот корпуса — всё говорило о многолетней практике и абсолютном контроле. Он не просто дрался, он танцевал смертельный танец, где каждое движение было просчитано, а каждый противник — лишь ступенька на пути к вершине. Джи Су видела, как его противники, ещё недавно полные уверенности, теперь корчились на земле, сломленные и поверженные. Это было зрелище, от которого перехватывало дыхание, зрелище, которое заставляло её сомневаться в реальности происходящего. Последний из нападавших рухнул на асфальт. Хён У замер, тяжело дыша, чувствуя, как пульсирует боль в окровавленных костяшках и наливается синяк на скуле. Он медленно обернулся к Джи Су, и на мгновение в его глазах мелькнул страх — страх увидеть в её взгляде отвращение. Но Джи Су не отвернулась. Она подошла, её руки дрожали, но голос звучал на удивление твёрдо: — Уходим. Немедленно. Им удалось скрыться до приезда полиции, но драка не осталась незамеченной. Кто-то снял всё на видео. На следующее утро ролик уже гулял по сети, и имя наследника L-Group вновь оказалось в эпицентре скандала. В школе повисла гнетущая тишина. Хён У вызвали в кабинет совета, где его ждало не только исключение, но и угроза уголовного преследования. Пострадавшие оказались сыновьями влиятельных людей, решивших использовать этот инцидент, чтобы потопить конкурента в лице его отца.