Will you paint me like one of your French girls?

Майк пересмотрел все видео на YouTube о том, как с нуля научиться играть на гитаре только ради того, чтобы нормально объяснять Уиллу основы игры (с тем же успехом он мог бы и рисованию по видео научиться, но это уже другое). Они договорились с Уиллом, что в субботу Майк придет к нему домой, и у них будет три часа на то, чтобы научить друг друга чему-то новому. Честно говоря, темноволосый был в глубочайшем шоке от того, как хорошо все складывалось, и что-то внутри него напрягалось от ощущения возможного затишья перед бурей.  Очевидно, буря была внутри него самого, когда суббота наконец наступила. Уилер шел в сторону дома Байерсов, мысленно коря себя за то, что вышел за полтора часа до назначенного времени, а идти было всего минут двадцать пять от силы. Гитара в чехле словно весила гораздо больше обычного, музыка в наушниках давила (особенно резко заигравшие «Southbound» Artemas и «makes me want you» Sombr), а тугой узел нервов завязался где-то глубоко в груди. Он уже сто раз подумал о том, не вернуться ли домой и написать Уиллу «прости, сегодня не получится, приболел»; и когда мысли почти стали реальностью, подходя ближе к дому Уилла, он увидел радостно идущую мимо него Макс.  - Эй, - окликнул Майк девушку, стягивая свои наушники. - Привет!  - Привет! - Макс подошла к темноволосому и приобняла его, как она всегда делала при приветствии. - Куда путь держишь, странник? Майк обнял ее в ответ и усмехнулся.  - Иду давать урок по гитаре. И, может, если повезет, научусь рисовать что-то похожее на голову.   - Так ты идешь к Уиллу, - загадочно улыбнулась Макс, окидывая Уилера оценивающим взглядом. - Лукас говорил, что с его активным проявлением в твоей жизни ты стал лучше одеваться, и это факт.  Че?!  - Да я не… - Майк осекся, осознав, что голос прозвучал куда громче, чем следовало. - Ладно. А ты куда?  - Я к Лукасу, буду показывать шедевры, нарисованные у Уилла, - рыжеволосая широко улыбнулась. - Вот, зацени! Я, конечно, что-то да делала на уроках искусства, но это - это уже совсем другой уровень. Макс порылась в рюкзаке, доставая оттуда что-то похожее на папку с кучей разноцветных листов, и выудила оттуда самый ровный лист бежевого цвета. На нем Уилер сразу узнал черты лица своего лучшего друга.   - Обалдеть, - протянул ошарашенный Майк, наблюдая за тем, как девушка крутила лист туда-сюда. - Это ты типа сама нарисовала?  - Это типа Уилл помог. У меня, точнее, у Лукаса был четкий запрос. А Байерс - реально хороший учитель, но больше пары раз я к нему не пойду.  - Почему?  - Потому что он вел себя так, будто у него вот-вот встреча с голливудской кинозвездой! Серьезно, я никогда не видела, чтобы парень так часто отвлекался на свое отражение в зеркале. Клянусь, Майк, он даже спросил меня перед уходом, хорошо ли он выглядит! - убрав рисунок обратно в рюкзак, Макс начала активно жестикулировать, изображая своего «преподавателя». - Честно тебе скажу, если после тебя он не дает урок какому-нибудь Брендону Ури, то стоит задуматься.  - О чем? - честно, Уилер не тупой, но сейчас он реально не догоняет.   Мэйфилд фыркнула, закидывая рюкзак обратно на плечо, и молча смотрела на темноволосого в течение секунд тридцати. Видимо, ожидала, что до него дойдет. До него все никак не доходило.   - О том, что ты ему симпатичен, как минимум. Слова Макс пролетели по телу, словно удар тока; сердце забилось быстрее обычного, а уши предательски покраснели. Все это заставило Майка выдохнуть достаточно громко, чтобы заставить девушку удовлетворенно хмыкнуть.     - Ладно, я почапала, удачи вам, не забывайте о… Ну, ты понял, - похлопав хлопающего глазами Майка по плечу, Макс пошла дольше по направлению к дому Лукаса.  Майку потребовалась минута, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце и пойти дальше. Несмотря на неожиданную встречу и диалог с Макс, у него оставалось больше получаса до назначенного времени, а идти к дому приходилось всего пять минут.  «По-любому он потом пойдет на свидание или будет давать занятие для своего краша», - пронеслось в голове, и Майк, стиснув зубы, отчаянно пытался откинуть эти мысли и не думать ни о чем.  Десять метров. Десять метров оставалось до поворота к двери дома Байерсов, и с каждым шагом Уилер все сильнее чувствовал биение своего сердца где-то в районе поджелудочной; он сильнее сжал ручку чехла от гитары, выдохнул, но даже не успел сделать новый шаг - дверь открылась.  Боже. Держите Майка, он же не умер и не попал в рай? Да какой ему рай, ему в аду-то котел не подготовлен, потому что за все грехи в его жизни путь только прямиком в бездну небытия.  Но Уилл Байерс в своей белой рубашке и светлых бежевых джинсах выглядит словно ангел, спустившийся с небес на землю, и Майк не может не пялиться на него с открытым ртом.   - Привет, - радостно воскликнул Уилл, махая рукой, будто темноволосый мог его не заметить. - Давай, заходи!  - Привет, - немного отойдя от шока, молвил Майк, пытаясь выдать более-менее ровную улыбку на лице.  Они зашли в дом. Майк в первую секунду споткнулся о порог, еле сдерживаясь, чтобы не заорать матом; Уилл лишь усмехнулся с этого, глядя на суетящегося в попытках быстро снять кеды парня.   - Было бы славно, если ты не убьешься у меня дома в первые десять минут нашей встречи, - похихикал Байерс, прикрывая рот ладонью, заставляя Уилера фыркнуть.   - Отлично, убьюсь на одиннадцатой минуте.  - Вот не надо тут, куда мне потом твое тело прятать?  В голове Майка что-то перемкнуло, стоило ему представить эту картину: он получает сердечный приступ от красоты Уилла и падает замертво, а Уилл вынужден трогать его тело, чтобы проверить, жив ли он. И вроде ради такого можно и умереть. Но если он умрет, то не узнает, что будет потом, верно?… Майк молча улыбается, оглядывая прихожую и сразу же прикидывая, где находится кухня, если ему срочно понадобится стакан воды, и уборная, если ситуация начнет выходить из-под контроля. Ну, если вы поняли.  - Может, хочешь чего-нибудь? Чай, кофе? - Уилл пошел в сторону, очевидно, его комнаты, и Майк пошел за ним. - Есть еще кола и спрайт.   - Можно колу, - Майк остолбенел, зайдя в комнату парня.   Он ожидал увидеть обычную комнату - кровать, стол, может, пару плакатов на стене. Что-нибудь нормальное, как у всех. Но то, что было перед ним, выглядело совсем иначе. Комната Уилла была как будто живая. Стены почти не было видно. Их закрывали десятки, может сотни листов бумаги - приколотых кнопками, приклеенных скотчем, зажатых в уголках рамок. Наброски, полноценные рисунки, странные цветные пятна, быстрые карандашные линии. Почти везде были аккуратные фигуры людей, а между ними висели распечатанные туториалы: схемы рук, пропорции тела, уроки по перспективе, заметки с пометками карандашом. Некоторые листы были новыми и белыми, другие пожелтели по краям. Где-то краска чуть стекла вниз, оставив тонкую засохшую дорожку.  - Ничего себе… — вырвалось у Майка почти шепотом. Уилл издал смешок, словно был готов к такой реакции.  Полки вдоль стены были забиты книгами так плотно, что некоторые лежали горизонтальными стопками сверху. На корешках читались слова про искусство, анатомию, композицию, историю живописи. Между книгами торчали тетради, блокноты, скетчбуки - пухлые, исписанные, с закладками из клочков бумаги. На столе стояли банки с водой, мутной от краски. В них торчали кисти - толстые, тонкие, распушившиеся. Рядом лежали тюбики акрила, коробка с карандашами, палитра с засохшими цветами.  Даже подоконник был занят: там лежали открытые альбомы, линеры, ножницы, куски бумаги. И среди всего этого - огромная кровать, почти единственное свободное место в комнате. Майк медленно повернулся вокруг себя, рассматривая все это так, будто оказался в чужой мастерской.  - Ты серьезно так сильно любишь рисовать? - наконец спросил он. Уилл стоял у стола, неловко перебирая кисти, будто не знал, куда деть руки.  - Ну… да. Я хочу поступить в университет, для этого нужно много заниматься. Майк снова окинул комнату взглядом.   - Настолько много? - он подошёл ближе к стене и аккуратно коснулся уголка одного рисунка. - Тут… - он оглянулся на остальные листы, - тут же сотни. Майк впервые за все время их знакомства выглядел и чувствовал себя по-настоящему растерянным.  - Блин, - тихо сказал он, проводя рукой по затылку. - Я не знал, что ты… настолько увлекаешься этим. Байерс пожал плечами, будто это было чем-то незначительным.  - Кто-то тратит время на игры и гулянки. Кто-то учит языки, чтобы уехать в другую страну или путешествовать по миру. Я же хочу транслировать свое видение вещей так, чтобы это не выглядело… - Уилл нервно перекладывал кисти так, чтобы они лежали по длине, - как мусор.   - То, что ты делаешь, выглядит очень круто, - чуть громче сказал Майк, чувствуя себя неловко из-за того, что Уилл, казалось, смутился из-за его реакции. - Я уважаю целеустремленных людей. По твоим работам видно, что ты не останавливаешься в своем развитии, хотя, казалось бы, куда еще лучше? Плечи Майка расслабленно опустились, когда он заметил, что тревога на лице шатена ушла. Он наконец скинул гитару с плеч, поставив ее у кровати, и тут его взгляд зацепился за набросок, висящий прямо над изголовьем.  Пришлось моргнуть. Несколько раз. Нет, ему не мерещится. На наброске был он сам с недавней публикации в инстаграме, сидящий с гитарой и придумывающий мелодию для нового трека. Под этой фотографией было много комментариев от девушек, но чтобы… Видеть ее нарисованной?  Уилл, видимо, заметил, что Майк слишком долго стоит неподвижно и пялится в одну точку и, подойдя к нему, сразу понял, в чем же дело и издал тихое «ох».  - Мне нужно как-то это комментировать? - Байерс медленно переводил взгляд с лица Уилера на рисунок и обратно.  У Майка в животе уже не просто порхают бабочки. У него настоящая армия этих крылатых существ, которые давят на ребра, лишая возможности адекватно вдохнуть воздух и что-то вымолвить кроме «я люблю тебя, пожалуйста, стань моим мужем».   - Я дышать не могу, - честно признался Майк, смотря на обеспокоенное лицо Уилла, отчего сердце забилось быстрее в миллион раз (если это вообще было возможно). - Это. Вау.   - Я уже говорил, что у тебя красивые публикации, - Уилл подошел к наброску и открепил его от стены. - Если хочешь, можешь забрать, ну, если тебе нравится.  - Хочу, - незамедлительно сказал Майк, забирая рисунок и внимательно вглядываясь в него. - Капец. Один в один.  Если бы Майк смотрел не на художество в его руках, а на лицо Уилла, он бы сразу все понял.  Потому что этот влюбленный взгляд невозможно с чем-то спутать.  Уилл прокашлялся.  - Ну что, приступим к занятиям? С чего начнем? 

*** 

Они устроились за столом у окна. Солнечный свет лился в комнату мягко и тепло, красиво подсвечивая все, что лежало на столе: два листа плотной бумаги, карандаши разной толщины, ластик, который уже успел стать серым от графита. Майк сидел чуть напряженно, сгорбившись над листом, будто боялся сделать что-то не так. Карандаш он держал осторожно, даже неловко. Уилл стоял рядом, склонившись над столом.  - Так, смотри, - сказал он спокойно. - Самая частая ошибка в портретах - люди начинают сразу рисовать глаза. Но лицо сначала строится из формы. Байерс взял карандаш и быстро, легко наметил на своем листе овал.  - Сначала вот это, просто форма головы. Потом делим её пополам - это будет линия глаз. Он провел горизонтальную линию. Майк повторил. Его овал вышел чуть кривым, но он упрямо продолжил.  - Неплохо, - сказал Уилл сразу, заметив, как тот нахмурился. - Никто не рисует идеальные овалы с первого раза. Да и не нужно.  Майк усмехнулся.  - Хорошо, потому что мой выглядит как побитая картошка.  - Картошка тоже форма, - невозмутимо ответил Уилл. Темноволосый тихо рассмеялся, и напряжение немного спало. Он снова наклонился к листу, стараясь повторять каждое движение: линия глаз, линия носа, подбородок. Карандаш начал двигаться увереннее. Но мысли Уилера все равно возвращались не к рисунку. Уилл стоял рядом слишком близко. Майк чувствовал тепло от его плеча, запах краски и вишневого шампуня, мягкий голос, который объяснял каждую мелочь. Когда Уилл наклонялся, чтобы показать что-то на листе, его волосы почти касались руки Майка. Майк точно уверен, что не уснет ближайшие несколько дней после этой встречи.   - Теперь попробуй наметить нос, - сказал Уилл. - Только не прорисовывай его сразу, сначала форма.  Майк кивнул и аккуратно провел линию. Уилл молча наблюдал пару секунд.  - Подожди. Послушно застыв, Майк обернулся, чтобы посмотреть на парня, и в этот момент Уилл осторожно взял его руку - чтобы чуть повернуть карандаш. И это было простое учительское движение.  Но Майку показалось, что в этот момент мир вот-вот взорвется к чертям собачим. Ладонь Уилла была теплой. Пальцы уверенно направили его руку.  - Вот так лучше, - тихо сказал он. Майк сглотнул, стараясь не выглядеть так, будто его только что ударило током.   - Ага, понял. Уилл отпустил его руку и снова сел рядом. Дав еще несколько советов и комментариев по поводу рисунка, Байерс наблюдал, как Уилер старательно выводил линии на листе бумаги, еле-еле касаясь карандашом.  Потом Уилл наклонился к его листу.  - Подожди… - сказал он. Майк напрягся.  - Что не так? Но Уилл вдруг тепло улыбнулся.  - Смотри. Он ткнул пальцем в рисунок.  - У тебя получается! Посмотрев на рисунок, немного отклонившись на стуле назад, Майк прищурился. Действительно, лицо на бумаге было реально похоже на лицо.   - Это… реально похоже на человека, - удивленно сказал он. Взглянув на Уилла, а потом еще раз на свой портрет, Майк вдруг обнаружил какое-то сходство. Может, не идеальное, но глаза и брови человека на рисунке явно были точно такие же, как у парня, сидящего рядом с ним.   - Он даже чем-то похож на меня, - ухмыльнулся Уилл, забирая лист Майка и быстро что-то чиркая на рисунке. - Теперь точно. Немного изменилась форма носа, губ и добавилась родинка. Теперь это реально был портрет Уилла, и Майк почувствовал расплывающуюся в груди гордость за свое творение, несмотря на то, что шатен за пару секунд внес свою лепту, улучшившую рисунок в несколько раз.   - Вау, - только и смог сказать Майк, почти невесомо проводя пальцами по нарисованному лицу, думая о том, не стрельнуть ли у Нэнси красную помаду и не зацеловать этот рисунок позже… Он определенно так и сделает.   - Меня еще никто никогда не рисовал, - немного грустная улыбка пролегла на лице Уилла, и Майк выпучил глаза в удивлении.  - Как?! В смысле, ты выглядишь… И… Почему? - Уилер запинался, боясь выдать что-то лишнее.   - Это я обычно всех рисую. Или учу рисовать портреты и помогаю людям нарисовать их близких. Друзей, родителей, возлюбленных, - на последнем слове уголок губ Уилла дрогнул, заставив сердце Майка сжаться. - Я не модель, не натурщик. У меня не рисовательное лицо, нет четких линий и чего-то выделяющегося. Я обычный. Я не пытаюсь принижаться, не выпрашиваю комплименты, просто говорю, как есть.   Майк глубоко вдохнул, отключил мозг от «я не буду говорить, это будет слишком» и выдал то, что выдал.  - Мне кажется, у тебя очень даже рисовательная внешность. Типа, я не художник, и рисую людей, может, второй раз в жизни, у меня нет опыта и я не знаю, какие скулы или носы бывают, но мне нравится то, что у меня получилось на бумаге. Не то, что бы у меня стояла цель нарисовать именно тебя, - Майк сглотнул, глядя на почти безэмоциональное напряженное лицо Уилла, - это получилось, скорее, неосознанно, потому что, ну… Потому что у меня в окружении больше нет таких красивых людей и, наверное, я бы хотел попробовать нарисовать тебя еще раз, но уже, наверное, более осознанно, да. Последнее предложение буквально вылетело из его рта, словно ракета, и Майк отвел взгляд, чувствуя, как его уши стремительно краснеют.  Молчание длилось несколько секунд, прежде чем Байерс шумно выдохнул.   - Никогда никому такое больше не говори, Майкл. Майк снова напрягся.    - Почему? Извини, если я…  - В тебя тут же влюбятся, - перебил Уилл, поднимаясь со стула, и начал суетливо копаться в ящике тумбочки.  Мозг Майка куда-то уплыл и заставил его улыбаться, как дурачка.   - Держи, заберешь свой шедевр в папочке, - совершенно спокойно сказал Уилл, протягивая Майку синюю папку, пока мозговая извилина второго пыталась понять, будет ли в данной ситуации уместна шутка про «папочку». Но ничего не кринжового он придумать не успел. - Может, перекусим?   - А сколько времени сейчас?   - Почти пять.   - Мы рисовали целых два часа?! - с ужасом спросил Майк, доставая телефон из кармана и глядя на время. 4:54. Реально почти пять.   Уилл утверждающе промычал в ответ.     - Если ты не торопишься, можем сделать перекус, чуть-чуть проветриться, а потом ты мне покажешь что-то на гитаре. Ну, если у тебя нет планов на вечер…   - Нет, - резко ответил Майк. - То есть, планов у меня нет.   - Отлично, - засиял Уилл, - что ты хочешь съесть? У нас есть запеченная картошка с курицей, яблочный пирог, сэндвичи, овощной салат и еще что-то, что мама утром приготовила.   Живот Майка предательски заурчал от голода. 

***

Уилл оказался очень способным учеником.  Как минимум, ему удалось сразу сообразить, как строится аккорд (к чему Майк шел два с половиной года), как правильно зажимать струну и как заставить Майка пускать слюни на уилловы руки, держащие гриф.  Майк, словно сумасшедший, резко осознал, что так сильно никогда ни в кого не был влюблен.  Уилла хотелось остановить, когда он неловко ударял по струнам, выбивая не самый чистый звук из-за съехавшего на струне пальца; хотелось схватить его в охапку и обнимать, целовать, пока не кончится воздух в легких, и трогать, пока каждый миллиметр тела не будет изучен. Майк реально сходит с ума и даже не пытается остановить это.   - Это сложнее, чем я думал, - неожиданно произнес Уилл, вырывая Майка из фантазий. - Но, в целом, можно научиться.  - У тебя хорошо получается, просто нужно привыкнуть и наработать руку.  - У меня довольно рабочие руки. И пальцы, - Байерс вскинул брови, а у Уилера итак уже ни одной приличной мысли в голове не было.  Теперь тем более не будет.   - Ты хотел бы выучить какую-то определеную песню на гитаре? Нам нужно разобрать разные бои и переборы, и это отличный способ выучить их, - Майк физически чувствовал, как произносит слова, но ощущал так, как будто за него говорит другой человек. Его мозг все еще застрял на «рабочих пальцах».   - Ммм, - протянул Уилл, опуская гитару на кровать. - Я подумаю и скажу тебе к следующему занятию, хорошо? К следующему занятию.   - К следующему занятию, - словно сквозь туман произнес Майк и резко сфокусировался на реальности, потому что понял, что штаны скоро не смогут ничего скрывать. - Да, конечно! Уилл улыбался, довольный тем, что добился нужной реакции на свою шутку. Майк думал, что тот улыбается просто из вежливости.   - А когда мы..?  - Можем собраться так же в субботу, - протянул Уилл, поднимаясь с табуретки и становясь прямо перед задержавшим дыхание Майком. - Или в четверг, если ты не занят.   - В четверг после занятий?  - Да, ты сможешь? Майк задумчиво прикусил губу.   - Да, думаю, смогу. Придется отказать Лукасу в просмотре очередного фильма про спортсменов.   - Майк, мы можем позаниматься в субботу…  - Пожалуйста, Уилл, - Майк почти что простонал. - Я уже не могу смотреть эту туфту, а Лукасу отказать не могу, потому что он дает мне списывать домашку! Рассмеявшись, Уилл заметно расслабился. Он все еще стоял достаточно близко перед Майком, чтобы у второго начала кружиться голова от такого положения дел, и ему казалось, что Уилл в любой момент может наклониться и поцеловать его. Майк хотел бы этого.  Но вместо поцелуя Уилл протянул руку, заставляя Майка тоже встать, и неожиданно притянул к себе в объятия.  Майк на секунду растерялся. Уилл обнял его крепко - не неловко, а так, будто это было чем-то важным. Будто он правда хотел держать его рядом. Возможно, влюбленный мозг Майка это все придумывает.  Майк сначала замер; руки зависли в воздухе на долю секунды, как будто он не был уверен, имеет ли право ответить так же. Но потом всё внутри будто щелкнуло - и он обнял в ответ, сильнее, чем собирался. Он почувствовал Уилла полностью - плечи, спину под пальцами, дыхание где-то рядом с шеей. Ткань рубашки теплая от тела, приятная на ощупь.  Это все ощущалось даже лучше, чем Уилер мог себе представить.  Он уткнулся лицом в плечо Уилла чуть сильнее, чем нужно, будто хотел убедиться, что это не исчезнет. Он мог бы стоять так целую вечность. Майк, конечно, любит плавать, но сейчас он буквально тонет в этих объятиях, параллельно утопая в своих чувствах.  Черт, они знакомы официально чуть больше недели, почему сейчас кажется, что Уилл тоже что-то к нему чувствует?   - Спасибо, - выдыхает Уилл куда-то в волосы Майка, медленно, словно нехотя отпуская его из своей хватки. - Мне понравилось наше сегодняшнее занятие.   - И мне, - Майк больше всего хочет расцеловать щеки Уилла, покрывшиеся румянцем, и ему приходится собрать всю силу воли, чтобы не сделать этого. - Эм… Увидимся в школе?  - Да, конечно, - замешкавшись, Уилл пару секунд молча наблюдал, как Майк складывает гитару в чехол, а затем прочистил горло. - И да, спасибо тебе за то, что ты сказал. После рисунка.  Майк смущенно улыбался, не зная, что ответить на это. Ему не казалось, что он сказал что-то новое - такие люди, как Уилл, должны слышать подобные монологи каждый день по несколько раз. И рисовать таких людей тоже должны часто. Он обязательно нарисует портрет Уилла, пусть это будет ему стоить немалых денег, сил и времени, чтобы научиться.   - Я просто сказал правду, - собравшись с мыслями, пожал плечами Майк, закидывая чехол с гитарой на плечо. - Не думаю, что эти слова стоят того, чтобы влюбиться. Уилл ничего не ответил, только хмыкнул, развернувшись и направившись к выходу, и Майк совершенно точно не видел, как тот одними губами прошептал «определенно стоит».