Дитя Арахабаки

***

Найти нового человека на место Чуи заняло около трёх недель. Именно столько Мори уговаривал Дазая вернуться в Портовую Мафию на пост Исполнителя. Осаму согласился, но с огромным списком условий. У Мори выбора не было, ведь нужно было срочно пополнить недостающий кадр, и согласился на все условия Осаму. Коё предлагала взять Кёку, а Верлен Гин на место Чуи, но Мори уже давно сделал свой выбор. У Дазая уже есть опыт в роли Исполнителя, значит он и займёт его во второй раз. Ни Портовая Мафия, ни Детективное Агенство каких-либо изменений после смерти Чуи не испытали. Да, возможно, стало теперь сложнее выполнять миссии, но в основном они хорошо справлялись. Хотя детективы считали, что Чую вполне мог заменить Верлен, у него такая же способность и он более опытный боец, чем Накахара. Но Мори пока не желал отправлять Поля на задания. Пусть остаётся в здании и тренирует Гин и Тачикахару. Теперь, когда «Паучья Лилия» была устранена, Достоевский снова стал главной угрозой, с которой справиться было уже намного сложнее. Достоевский был бессмертный, в отличие от «Паучей Лилии», а также слишком хитрый и расчётливый. С ним в плане интеллекта мог соперничать только Дазай, что было не для кого не секрет. Вот только Дазаю было тяжело и даже невыносимо работать с кем-то в паре, привыкший к одиночному ведению боя. Но Мори не желал отпускать своего преемника одного на такие опасные задания, поэтому всегда отправлял с ним около двадцати опытных мафиози. И Фукудзава тоже не жалел своих детективов, для Осаму было не жалко отправлять большое количество людей. Коё стала чаще видеться с Изуми, благодаря тому, что Дазай теперь работает с ним тоже. Озаки хотела вновь обучать девочку, поэтому стала не очень навязчиво с ней разговаривать о том, как они вместе обучались. Кёка уважала свою наставницу, которая буквально заменила ей мать, но она всё же с опаской к ней относилась. — Милая моя девочка, твои умения и твой опыт не должен пропадать. Только вспомни наши тренировки. Ты была такой талантливой ученицей. Для меня было честью воспитывать тебя, — улыбнулась Коё, подливая Кёке чай. — Коё-сан, я уважаю вас и ценю все те уроки, что вы мне дали, но… я не вернусь в Мафию. Мой дом в Агентстве, — заявила Изуми. Озаки не показала, что её расстроил ответ любимой ученицы, продолжая улыбаться ей. — Ты вправе сама решать, по какому пути ты пойдёшь, Изуми-чан. Я хочу тебе напомнить, что ты всегда можешь обратиться ко мне и знать, что двери Портовой Мафии для тебя открыты, — ответила обладательница Золотого Демона, кивая. Кёка взглянула на стену позади наставницы, замечая свою фотографию. Коё и правда скучает по ней и хочет вернуть. Но Изуми не может вернуться, она уже принадлежит Детективному Агентству. — Простите, Коё-сан, мне нужно идти. Рада была с вами повидаться, — Кёка поставила на стол пустую чашку и встала со своего места. Коё встала за ней. — Да, конечно, моя девочка. Пойдём, я провожу тебя, — Озаки положила свою нежную на первый взгляд ладонь на плечо девочки и вместе с ней направилась к выходу из своего кабинета. — Скоро у Чуи-сана будет сорок дней. Вы сходите к нему? А то… на его похороны никто не пришёл и на девять дней тоже… Не красиво получилось, — спросила Кёка. — В последнее время навалилось много работы, ни минуты свободы. Но я, конечно, постараюсь вырваться. Думаю, Босс войдёт в положение, — пообещала Коё. Кёка понимающе кивнула. В Агентстве тоже прибавилось работы после перехода Дазая обратно в Мафию. И все его обязанности перешли остальным, в том числе и ей. — Тогда до встречи. Надеюсь… что до скорой, — с этими словами Изуми вышла из здания Портовой Мафии и вскоре скрылась за поворотом. Коё тихо вздохнула и вернулась в свой кабинет. Она не врала, когда говорила о своей загруженности. Наличие Дазая пока никак не облегчает работу. *** Все силы Портовой Мафии и ВДА уходили только на Достоевского, считая, что ещё немного и он проиграет. Но Фёдор всегда был на шаг впереди, словно действительно был бессмертным. Но у него должно быть слабое место. Обязательно должно быть. И Дазай поможет найти его. Как только перестанет пропускать работу, бездельничать и скидывать свою работу на других. — Мы не знаем, как работает способность Достоевского. Одно известно точно: она опасна. Её аннулировать может только Дазай, — на одном из собраний произнёс Мори. — И Тигрёнок. Его способность не только улучшает его физически, но и способна разрушать действие чужой способности, — дополнил Осаму. — Тигр неопытный и ничего не сделает против Достоевского. Если я пойду с вами, Дазай-сан… — начал Акутагава, но его перебил сам Осаму. — Ты ещё более никудышный боец, а у Тигра хотя бы есть способности к ведению боя. На него точно стоит рассчитывать, — заявил Дазай. — Но Накахара-сан говорил, что… — Рюноскэ ещё раз перебили, но только уже Мори. — Чуя мёртв, не забывай об этом. Что говорил он, уже неважно, потому что свои слова он никогда не сможет повторить, — жёстко осадил юношу Огай. Сейчас слова Чуи веса не имели, особенно в теме кто как себя показывал на тренировках. Был бы Чуя сильным, он бы не умер так просто. Рюноскэ не стал спорить, но над словами Босса задумался. Действительно, почему он продолжает размышлять над словами Чуи и ставить их в приоритет. Будь Накахара силён и имел бы он вес в своих словах, он бы продолжал ходить по земле и жить. Но его нет, значит и слов его больше нет. — Продолжим. Мы выяснили местоположение Достоевского и его подчинённых. Завтра-послезавтра мы отправим наших сильнейших бойцов, вместе с Дазаем. Возможно нам ещё понадобятся люди из Детективного Агентства. Дазай, договоришься с ними, — уже спокойнее проговорил Мори. — Как время свободное будет, поговорю, — безразлично произнёс Осаму. Хотелось вернуться домой, а не разбираться со всем этим. В последний раз они с Достоевским… не на самой приятной ноте расстались, скажем так. На лёгкую победу над Фёдором рассчитывать никому не стоит. — Коё-сан, сегодня же предоставьте мне отчёт о самых сильных бойцах. Нельзя терять время, — заявил Мори. Озаки кивнула, показывая, что поняла указание Босса. — Верлен-сан, ты точно идёшь. Твоя способность пригодится, — обратился Огай к Полю. Верлен никак не отреагировал, но Мори точно знал, что тот всё понял. Просто характер у него такой. Если бы не способность и не хладнокровие Верлена, Огай бы давно научил его как правильно с ним общаться. Но есть вероятность, что Поль сам его перевоспитает, если не убьёт. Значит, придётся терпеть его. — Свяжитесь кто-нибудь с Хироцу, чтобы подготовил Ящериц. Возможно, понадобятся и они тоже. Можете быть свободны, — отпустил всех Мори. Из кабинета вышли все, кроме Верлена и Дазая. — Какие-то вопросы? — спросил Огай. — Мне нужны ключи от квартиры Чуи, — заявил Поль. — Как дерзко. Мне тоже нужны ключи. Прямо сейчас, — заявил Осаму и протянул руку, словно ему уже дают желанные ключи от нужной квартиры. — Зачем вам это? — спросил Огай, не готовясь пока отдавать ключи. После смерти Чуи квартиру опечатали и в ней пока никто не живёт. — Нужно немного покопаться в его вещах. Может быть, он что-нибудь оставил. Или завещание написал, где мне что-нибудь перепадёт, — пожал плечами Дазай. — Хочу забрать вещи Чуи. Он мой брат. К тому же, он мог оставить информацию о том, как можно избавиться от Достоевского и его шайки, — рассказал о своих намерениях Верлен. Мори вздохнул, скрестив руки на груди. Он тоже задумывался о том, что Чуя мог что-нибудь оставить и даже посылал шестёрок проверить его квартиру. Всё самое важное, по мнению самого Огая, они вынесли. Личные вещи Чуи никто даже во внимание не взял. — Квартиру готовят к новому жильцу. Все вещи, которые забрали из неё, можете поискать в камере хранения. И нет, Дазай, завещания не было, — ответил Мори. — Все вещи забрали? И одежду, и тетради, и другие личные вещи? — спросил Верлен. — Камера хранения не безграничная. Взяли только самое важное, мусор отправили в помойку в тот же день, когда умер Чуя. Сейчас квартира абсолютно пустая, там делают ремонт. Так что, можете не пытаться там что-нибудь найти, — отрезал Босс Портовой Мафии. — Жаль. Тогда покопаюсь в том, что забрали, — Дазай встал со своего места и впрерыжку покинул кабинет Мори. — Ты тоже идти, Верлен-сан. Готовься, скорее всего, завтра вы все отправитесь в логово «Крыс Мёртвого Дома». Поль ничего не сказал и вышел из кабинета, после чего отправил и к выходу из самого здания. Прошло два месяца со смерти Чуи, а он даже на сорок дней к нему не пришёл, что уж говорить про сами похороны. Нехорошо получилось, нужно хотя бы сейчас к нему прийти, навестить его. Верлен не верит в загробный мир, но он надеется на то, что Чуя не него не обижается. *** Направляясь в логово Фёдора, никто не был уверен в абсолютном успехе. Победить Достоевского было сложно, даже невозможно. Значит сегодня должно быть много жертв. Мафия и ВДА были к этому готовы, поэтому почти без страха к Фёдору. Все знали, что не все вернуться живыми, но если это значит, что они устранят Достоевского, они готовы пойти на это. Оказавшись в нужном месте, мафиози, детективы и Дазай не могли поверить своим глазам. Логово Достоевского сгорело полностью: стены разрушены, окна выбиты, трава вокруг здания тоже сгорела. Огонь давно потух, но стены всё ещё помнили жар. Мафиози и детективы осторожно прошли в здание, выставляя оружие перед собой на случай, если на них кто-то нападёт. Дазай идти не спешил, но когда вошли все, наконец сдвинулся с места. В воздухе витал немой вопрос: «Что здесь произошло?» На земле лежали сгоревшие тела людей Достоевского. Даже для опытных мафиози и детективов это было тяжело видеть. Сгореть заживо — одна из самых болезненных и долгих смертей. Такое никому не пожелаешь. Дазай смотрел на всё это и ничего не чувствовал. В голове было только одно: «Что с Достоевским?» На месте бывшего кабинета Достоевского нашли другое тело: длинное, худощавое. Никто сразу и не понял, кто это. Лишь цвет волос выдал из мёртвого обладателя. Это был Фёдор Достоевский. Дазай был в этом уверен, он всегда узнает обладателя способности Преступление и Наказание. Бывшего обладателя этой способности. — Этого не может быть. Он не мог умереть, — отказывался верить Осаму. Достоевский не тот, кто способен умереть, ещё и так. Скорее всего это просто муляж, галлюцинации. Настоящий Достоевский где-то прячется и ждёт, когда можно нанести мощный удар по Мафии и ВДА. — Забирать тела? — спросил кто-то из мафиози. Дазай махнул рукой. — Только это заберите. И проверьте тут всё. Вдруг тут что-то есть, — дал указания тот. Если это действительно Достоевский и он умер, то что же здесь должно было произойти, чтобы был такой исход? *** Тело увезли и экспертиза показала, что это действительно был Фёдор Достоевский. Шанс того, что он выжил присутствовал, прекрасно помня про его способность, поэтому Мори решил запереть тело в ящик, закопать и залить бетоном, чтобы Достоевский точно не выбрался. После проверки бывшего логова Достоевского мафиози и детективы предоставили отчёты о пожаре. Это не был несчастный случай или поджог, никаких следов бензина или других возгорающих средств. Просто из ниоткуда появился огонь и всё сгорело. А как это произошло уже никто сказать не мог. — Даже не верится, что всё закончилось, — признался Ацуши, читая отчёт о смерти Достоевского. — Всё не могло быть так просто. Это затишье перед страшной бурей, — заявил Куникида. — Куникида, прекрати нагнетать. Достоевский умер, а значит можно наконец выдохнуть! — фыркнула Йосано. Обязательно ведь нужно было испортить радость от смерти врага, с которым все долгое время боролись. — Если умирает один враг, на его место приходит другой. Более опасный и сильный, — настаивал на своём Доппо. — Куникида-кун прав. Смерть Достоевского не означает, что мы должны расслабляться, — согласился с Куникидой Фукудзава. Йосано закатила на это глаза. Кто может быть страшнее Достоевского и «Крыс Мёртвого Дома»? — Странно это. Огонь был. А причин для огня не было, — произнесла Кёка, но никто не обратил внимания на её слова.