Воронеж не догонишь

Трель будильника. Пожалуйста, пусть это прекратится. Я закрываю уши подушкой, чтобы не слышать оглушающей мелодии соловьёв. Почему это не может закончиться само по себе? Приходиться пересиливать свои хотелки и выключить эту хрень, всё-таки надо будет поменять рингтон на что-то более мотивирующее. После относительно долгого сна проясняются подробности предыдущего дня... Собеседование, вопросы, взгляды, ещё вопросы, тревога, потные ладони, снова вопросы, ВЕРЕНИЦА ВОПРОСОВ... Ох... Меня вчера приняли на собеседование и в конце сказали, что завтра я могу выходить на работу. Мне казалось, этот процесс занимает дольше времени: после собеседования должно пройти дня три-четыре и больше. Я даже не придал этому значения, вроде приняли на работу, контракт подписали, жизнь удалась: ходи, выполняй поручения, получай зарплату, заводи кентов. На часах время 6:04. Ну, не опаздываю — можно и не торопиться. Нехотя встаю, потягиваюсь и иду в сторону ванны. В зеркале мой вид не очень впечатляющий. Синяки под глазами такие, что можно подумать меня вчера отпиздили. Отросший причесон, который топорщится во все стороны, помятая тельняшка, боже какой ужас. Приведу всё это в порядок чуть позже, сейчас главное пожрать. На кухне нахожу завалявшуюся пачку говяжьего доширака: то, что нужно. Чайник, вода, лапша, приправа, пять минут и всё готово. Майонезика туда и кулинарный шедевр готов. Нет времени ждать пока всё остынет, через два часа нужно уже быть на рабочем месте. Быстренько уплетаю горячие макаронины, запиваю бульончиком. Язык жжёт как тварь, но я мужик стойкий, терплю. Настало время ванной комнаты. Воняет от меня как от помойной псины, поэтому холодный душ мне поможет по-любому. Моюсь, мылюсь, бреюсь, причесываюсь, чищу зубы. Для первого этапа очищения вполне достаточно, настало время второго. Надо подобрать нормальную одежду и дай бог отыскать одеколон. В шкафу творится полный кавардак: откуда у меня столько блядских свитеров, я что во время запоев провожу контрольную закупку по рынкам? Господи, спаси и сохрани. Около десяти свитеров оказываются на полу, прежде чем я нахожу легендарный батин костюм, оставшийся мне в наследство. Предок умер давно, лет 20 назад, хз не читал, но во мне воспитал хороший дух, даже отличный. Как я помню, мужик был суровый и справедливый. Переодеваюсь из лохмотьев в аристократическую моду. Смотрюсь в зеркало: белоснежная рубаха, синий галстук, чёрные штаны и пиджак. Ну красавчик, просто песня. Пытаюсь закосплеить Тайлера позируя, но до него мне как до Китая пешком, если начинать путь с Воронежа, конечно. Смотрю на настенные часы: 6:42. Душа с плеч или камень с горы, тьфу, забыл. Одеколон я так и не нашёл, ну и ладно, буду пахнуть настоящим мужиком, нечего тут свои тестостероны перебивать. Машина у меня не в ходу, старая девятка пережила столько дерьма, что теперь просто отказывается заводиться. Бедняга, ну, может скоро появятся психологи для машин, можно было бы проработать её детские травмы. По-хорошему проработать бы мои детские травмы сначала. А пока у меня выбора нет, автобус — лучший вариант, даже остановка неподалеку. На дворе середина ноября, поэтому накидываю дублёнку и шапку-ушанку на уши. Не забываю про утеплённые мокасины. Да, соглашусь, выглядит странно, но что поделать, если ничего другого нет? Беру с собой всё необходимое, выхожу в подъезд, закрываю дверь. Фух, с богом. Забыл на дорожку присесть, да уже плевать. Оборачиваюсь, на меня смотрят обшарпанные блевотно-зеленые стены, на ступеньках кто-то и правда наблевал... Что ж, к счастью, я не голоден, так бы, может, и доел. Лифт не работает, наверно, с момента его создания, я не удивлён. Спускаюсь с четвёртого этажа и поражаюсь серости этого утра. Небо в тучах, листва опала, солнце ещё даже не взошло. Мне такое нравится, ведь не только во мне всё серое, но и вокруг. Чувствую себя, как бы это сказать, менее одиноким. Шаг за шагом, год за годом, и я уже на остановке, дай Бог чтобы нужный автобус подъехал побыстрее. Девяностый не тот, 1кс мимо, 371 извини, бро, не сегодня. О, десятка едет, домой. Вытягиваю руку, чтобы водитель распознал моё присутствие. Благополучно оплачиваю проезд, и карета трогается. Без понятия сколько мне ехать, но я точно знаю, что выходить надо на доме архитектора, звучит воодушевляюще. На заднем фоне слышатся разговоры счастливых людей, кажется, они говорят без умолку и на их спокойных лицах во всю играет улыбка. Мне бы так. Не помню, чтобы я улыбался по-настоящему в последние годы. На меня свалилось столько дерьма и, разгребая его, я нехило потерял весь свой оптимизм. Вот бы сейчас оказаться на кухне, где мама весело напевает мелодию из какого-нибудь советского фильма. Я бы рассказал ей, как прошёл день в садике, а она улыбнётся и поставит передо мной ароматную тарелку блинчиков. Воспоминания одновременно душат и возрождают, порой хочется забыть всё и не забывать ни одной детали. За окном проплывают городские пейзажи, деревья сменяют друг друга, по соседней полосе проплывают машины, некоторые обгоняют старый автобус. Мне нравится смотреть, как меняется всё вокруг, но одно остаётся неизменным: Я. От размышлений тянет в сон, и я поддаюсь этому порыву. В данный момент плевать на новую работу, просто хочется поспать... — Остановка Дом Архитектора, следующая остановка Луч, — неестественным голосом произносит диктор. Блядство! Выскакиваю со своего места, чтобы успеть в закрывающиеся двери. Твою мать, чуть не проворонил. Выбежав из автобуса, начинаю осматриваться. Так, ну всё верно: дом есть, архитектора не вижу. Перехожу дорогу и иду в нужном направлении. По навигатору идти надо метров двести. Преодолев маршрут, перед моим взором встаёт стометровое здание: "Бизнес-центр Галереи Чижова". Да, это станет моим вторым домом. Захожу в двери, и ко мне тут же подскакивает аккуратная девушка. Видимо, ей поручили поймать меня и всё показать, да рассказать. Что ж, я не против, наоборот, только за. Выглядит здесь всё вполне солидно. Есть ощущение, что в таком порядке не может находиться плохая организация. Отдаю в гардероб свои вещи, в обмен получаю брелок с номером. — Здравствуйте, я здесь чтобы помочь вам сориентироваться. Пройдёмте наверх, там будет ваше рабочее место, — каблучки застучали по кафелю, и я пошёл вслед за ними. Не хотелось бы потеряться в первый рабочий день. Да, наверно стоит упомянуть, что меня приняли сюда как... Бухгалтера. Да, самого обычного счетовода. Учился я на него в ВГУ, даже немного поработал в маленькой компании, получив хоть какой-то опыт работы. А потом меня уволили за слишком частые опоздания и явки на работу в нетрезвом виде. После этого мне как-то перехотелось пить что-то кроме воды и чая. Девушка вызывает лифт и нажимает на кнопку 18 этажа. А всего их здесь 25. Кошерно. Дверцы открываются и мне предстаёт вид обычного офиса. Вот представьте совершенно обычный стереотипный офис, где в рядочек стоят рабочие столы, компьютеры, а рядом стулья на колёсиках. Ну вот примерно то же самое я и увидел здесь. Напоминает маленький муравейник, где у каждого работяги своя задача. В этот муравейник мне и предстоит влиться. – Сейчас я покажу вам ваше место работы, пойдёмте за мной, — быстро проговорила девушка. Повторенье — мать учения или как? Покорно бреду за ней. На меня любопытно косятся работники. Чёрт, нет, не смотрите, здесь ничего интересного, просто занимайтесь, чем занимались до меня. Ненавижу, когда на меня смотрят, сейчас я стану очередным посмешищем. Входим в небольшой кабинет. Посередине стоит рабочий стол. Спереди от него пара обычных стульев, а сзади, видимо, мой конь на колёсиках. Кайф. Девушка всё подробно разъясняет: где, что, как находится. Ты бы ещё дала подробную характеристику всех в этом офисе, пфф. Сажусь за своё кресло и внимаю её рассказу. Башка уже начинает побаливать, но я держусь изо всех сил. —...ты будешь в подчинении у главного бухгалтера. Он парень строгий, но справедливый, — как мой отец, ха-ха. — Он скоро придёт и введёт в курс дела. Вроде я рассказала всё, что требовалось, до свидания. Хорошего дня. — Спасибо, до свидания. На пару секунд воцарилась тишина. Хорошо, что я вдали от этой суеты. Но как только я смог расслабиться, в дверь назойливо постучали. Никакого спокойствия в этом доме, тьфу, офисе. — Входите! — небрежно выпаливаю я. Дверь открывается, а за ней... Главный бухгалтер, но не просто он, а Соединенные Штаты. Ой блять, ну почему он?! Этот бро настолько популярен, что о нем иногда пишут в интернете, газетах и новостях. Не знаю зачем так что-то афишировать, но большая часть города знает, что тут обитает самый гейский гей. А я их, между прочим, ненавижу. Но одет он с иголочки. Выглаженные чёрные брюки, а вместе с ними и гладенький пиджак. Слегка выглядывает рубашка и синий галстук. А на лице... Че у него там? Солнцезащитные очки? Братан, ты щас не шутишь? Почти зима на дворе, какие очки? На левой руке какие-то дорогие часы, типа Rolex, а на правой браслет ЛГБТ. Ёбаный насос, это позор. — Добрый день, — по-дружелюбному здоровается Америка. — Пожалуй, перейдём сразу к делу. Он обходит стол и останавливается позади меня. Включает компьютер, а я беру мышку в правую руку. Геюга наклоняется и.. чё нахуй? Берет мою руку сверху и начинает водить мышкой. Батя мне вкрутил бы таких пиздюлей за то, что с такими контактирую. — Это чё за дела!? — Я как ошпаренный дёргаюсь от этого жеста. Не хватало чтоб к моей персоне всякие притрагивались, особенно такие, как он. — Ну, я подумал, вдруг мальчику из захолустья понадобится помощь в работе с компьютером. Не кипятись, бро, мы же коллеги. — Смотрю на него, как на врага народа. Нет, я не смогу привыкнуть быть у него на подчинении. — Не хочешь по-плохому, будет по-хорошему. В общем слушай, что от тебя требуется. Весь свой увлекательный рассказ Америка стоял по левую сторону от меня и тыкал в монитор, разъясняя особенности работы в их компании. Ощущение такого мерзостного существа возле себя неимоверно раздражает. Ещё и тошнить начинает, Боже, ну почему он вообще существует. Не зря моя родня считала, что таких нельзя лечить, только сжигать заживо, чтоб неповадно было. Надеюсь, я смогу более-менее выполнять поручения дистанционно и мне не придётся каждый раз видеть его рожу. И вот он наконец-то сменил позу: встал во весь рост и скрестил руки на груди, а-ля, смотри насколько я выше тебя и физически и по статусу. Просто прекрати выёбываться и свали в свой вонючий кабинет, мне ещё нужно проветрить всё после тебя. —... ты меня понял? — Киваю. — Вопросы есть? — Отрицательно мотаю головой. — Какой мне попался понятливый и молчаливый мальчик, будь паинькой. — И он уходит, даже не закрыв за собой дверь, говнюк. Ладно, мне несложно сделать это самостоятельно, но бесит ужасно. Я неторопливо встаю и иду к двери, решаю заглянуть за неё, осмотреть обстановку так сказать, а там... Боже, Америка только что вышел, но уже во всю сосётся. ээм... Видимо со своей пассией. Вцепился в парня будто сожрать его хочет, отвратительно. — Может вы ещё у меня под дверью поебётесь?! — Не дожидаясь ответа, сразу закрываю дверь, громко рыча. Блять, как же бесит, я готов прямо сейчас уволиться к хренам! Даром не нужна мне работа с пидорасами. Вдох-выдох... и мы опять играем в любимых. Надо выпустить пар. Может у меня есть телефончик секретарши? Я бы не отказался от чашечки кофе. Осматриваю стол в попытках найти хоть что-то похожее на телефонный аппарат. Какая судьба, всё-таки он есть, даже есть повод предполагать, что он подключён. На телефоне написан неизвестный мне номер, ну что ж, выбора у меня нет. Тыкаю по кнопкам в нужном порядке, беру трубку и слышу гудки. — Здравствуйте, чем могу быть полезна? — Звонкий голос бодро затараторил в трубке. — Эм, простите, вы секретарша? Я набрал номер, но не знаю, кому звоню. — Да, всё верно, Меня зовут Беларусь, я секретарша вашего отдела. И всё же, чем могу помочь? — Может это банально, но... Принесите мне кофе? Думаю, вы знаете где мой кабинет. — Да, конечно, подождите пару минут. Хах, неплохо. Эти клише из фильмов и сериалов могут быть полезны. Пока ожидаю, возьмусь за отчёты.

***

Раздаётся робкий стук в дверь. — Войдите, — уже второй раз за день говорю я. В кабинет входит аккуратненькая особа с чашкой горячего кофе и какими-то кексиками на тарелке. — Добрый день, помимо кофе я принесла свои маффины, — когда Беларусь это говорит на её лице невольно поступает лёгкий румянец, кажется, я ей понравился, — просто подумала произвести хорошее впечатление. Да и голый кофе может навредить организму. — Спасибо большое, я обязательно их попробую. Они такие аккуратные и ароматные, вы сами их пекли? — Девушка кивает и угукает. — Лучше и быть не может, спасибо ещё раз. — Отхлёбываю обжигающий кофе, стоило бы хоть чуть-чуть подождать. Беларусь не спешит уходить, а только заинтересованно меня разглядывает. — Мы не встречались раньше? — Внезапно раздаётся с её стороны. Я на секунду задумываюсь. Хм, а она мне кажется смутно знакомой, но воспоминания будто ускользают от моего взора. Смотря на Беларусь и, правда просыпается что-то знакомое, не могу знать наверняка. — Не знаю, наверное, нет. — Вот как, ну ладно. Если понадоблюсь, звоните ещё. — Да, конечно, хорошо. И она уходит, оставив после себя дымку чего-то забытого. Думаю, я всё вспомню сам, если дать время, а если нет, то спрошу в лоб. Всё, сейчас не время думать о прошлом, надо заниматься настоящим.

***

День тянется дольше обычного, уверен, это связано с тем, что я наконец не лежу втыкаю в потолок по пять часов, а занимаюсь полезным делом. Америка больше не приходил, повертелся один раз жопой и хватит, ну Бог с ним. В течение дня я пару раз выходил, даже завёл пару разговоров, а это, между прочим, огромное дело. Личности здесь приятные, не отталкивают внешним видом или поведением. Как я заметил, все только рады новому сотруднику. Никто особо и не знает почему уволили (или он сам уволился) бухгалтера, но ходит слушок, что это всё из-за США, мол, он запугал бедного мальчика и тот, как ошпаренный вылетел. А так нормальный паренёк был, ответственный. Если так подумать, я теперь на его месте и Америка тоже может со мной что-то сделать, но я, в отличие от некоторых, не хлюпик и постоять за себя смогу. Мне будет всё равно, кто он там по должности, если будет повод, то врежу прямо пропорционально его косяку и носом не поведу. Осталось ещё пару дел, и я могу быть свободен. На удивление, работать тут совсем не тяжело, никто не давит, не орёт. Просто сидишь сам по себе, со своими мыслями, что-то напеваешь под нос и выполненные дела летят одно за другим. Атмосфера тут, конечно, очень располагающая: нет привычного сухого минимализма, просто обычный офис с капелькой уюта. Всегда мечтал о таком месте. Пока я работал и подсознательно думал, как тут хорошо, уже незаметно сделал всё. На часах 17:34. Работаю я восемь часов в сутки. С 9:30 до 17:30. Этот график меня вполне устраивает. Потихоньку собираю свои вещи и расставляю всё по своим местам. Интересно, этот мистер Главный Бухгалтер ещё на месте? Выхожу из кабинета и ищу нужный. Так, вроде это он, стучусь. Тишина. Открываю дверь. Моему взгляду предстаёт почти такой же интерьер, без намёка на разумную жизнь. Ладно, наверно я пойду домой, не хватало ещё по всему бизнес-центру искать этого урода. Разворачиваюсь и иду по направлению к лифтам. Прохожу всего пару метров как из-за угла выскакивает США. Пиздец, напугал! Знал же, гадёныш, что я иду. — А можно так не делать в следующий раз?! В моих планах не было слечь с инфарктом в первый рабочий день! — Ну тише-тише, не кипятись, бро. Ну напугал разочек, ты ж вроде крепкий орешек, а визжишь как девчонка. Стоим напротив друг друга. Я — разъярённый, рычащий и наэлектризованный, только коснись и я взорвусь током. А он — напыщенный, самодовольный павлин. Я пытаюсь пройти мимо него, делаю шаг вправо, и он отзеркаливает моё движение, снова преграждая путь. два шага налево - то же самое. — Может, дашь мне пройти? В чём проблема? — Куда ты так спешишь? Я с тобой подружиться хочу, а ты убегаешь. Побудь со мной чуточек. — Мне не нужны такие друзья, как ты, извини. И может освободишь уже дорогу? — Ну давай поболтаем, ну пожалуйста, — смотрит на меня щенячьими глазками немного снизу-вверх. Я чутка выше него, ну, на сантиметров десять. — Смотри какой здесь мягкий диван, он ведь так и манит тебя присесть. — Смотрю на него, как на идиота, хотя США таковым и является. Он садится на край дивана, кладёт одну руку на подлокотник, а другой похлопывает по месту рядом с собой, как бы зазывая меня присесть. Видимо, от моей персоны сегодня не отстанут. Подхожу и сажусь от него подальше, чем он хотел. Видочек-то неплохой, парень явно держит себя в форме, вот бы мне... Так, стоп, какого хуя я так думаю? Он гей и мне бы следовало держаться от этого отродья подальше. Стала мерзко от самого себя. Мы сидим молча минуты три или больше. Я не выдерживаю: — Ну ты, может, хоть слово скажешь? Чё в стену пялишь, как отсталый? — Ждал, когда ты устанешь от тишины, — подмигивает. Еблан, просто гори в аду, раздражаешь неимоверно, ужасно. — После того случая в коридоре я не стал лишний раз к тебе лезть. Морда у тебя была — мама не горюй, вдаришь так, что нос вомнётся. В общем, не лез я к тебе целый день, ждал, может ты сам ко мне подойдёшь. Вот, так и не дождался, — вздох. — Ты явный гомофоб, а я явный сторонник ЛГБТ, но нам надо будет работать вместе, понимаешь? Я просто прошу унять свою агрессию, чтобы всё было чинно, мирно, благородно. — А может кое-кому не стоит так яростно жрать парней под дверью МОЕГО кабинета? Кажется, у тебя есть свой, где вы можете легко скрыться от чужих глаз. Я всё это видеть абсолютно не желаю. — Хорошо, я тебя понял, — пара секунд молчания, взвешивает все "за" и "против". — Тогда предлагаю компромисс. Ты относишься ко мне нормально, без неприязни и контактируешь, а я, в свою очередь, держу рамки приличия и лицо настоящей гетеро-персоны. Как тебе? Теперь вздыхаю я, прошла пара минут, мне уже это всё надоело. Соглашусь на что угодно, лишь поскорее махнуть отсюдова. — Делай, что хочешь, я согласен. Мне бы домой уйти уже наконец, трындение мне вообще никакого удовольствия не доставляет, знаешь ли. — Я тебя отпускаю, но прошу: относись ко мне, как к нормальному человеку. Встаю со своего места, и Америка делает то же самое. Протягивает мне руку, нахуя? Не пойму, что он хочет, но протягиваю свою в лёгком недоумении. Ладони сжимаются, и парень трясёт свою. А-а, это просто рукопожатие, чел? Зачем такие формальности, ты же только что со мной как с родным братом трындел. Я вырываю свою руку первым и бросаю тихое, едва уловимое слуху "Пока, надеюсь, не увидимся". Не знаю, ответил ли он что-то, но мне плевать. На улице уже темно и наверняка шпарит холод. Нажимаю кнопку лифта и спустя несколько минут оказываюсь на первом этаже. Отдаю номерок гардеробщице и, одевшись, с более-менее спокойной душой бреду на остановку. Делая мысленные итоги дня, прихожу к хорошим результатам. За долгий промежуток времени я наконец-то получил больше хороших эмоций, чем плохих и это безумно радует. И работу свою я сделал хорошо и пару знакомых завёл. Ещё появилась маленькая загадка: кто такая Беларусь и почему мы друг другу смутно знакомы? Пожалуй, отложу этот вопрос на завтра, сил строить теории уже нет. Прихожу на остановку и не проходит пяти минут как уже едет нужный мне автобус: какая радость! Быстренько прыгаю на свободное место. Хоть бы сейчас не уснуть.

***

Выйдя из автобуса, меня встречает привычный пейзаж: старая хрущёвка, полумёртвые деревья и еле светящиеся фонари. Щас бы в таком-то переулочке подцепить маньяка, класс. Сжимаю покрепче икону в кармане и размеренно шагаю: не хочу, чтобы бандиты думали, что я их боюсь. Прохожу по выученному маршруту и оказываюсь около своего подъезда. Богоматерь всегда меня оберегает, вот ей спасибо и респект. Домофон, дверь, лифт, ожидание, ожидание, собственные шаги, знакомая дверь. Вот я и пришёл, мой дом: спасение и горе одновременно. Ключи пару раз поворачивается в замке и дверь поддаётся, ещё бы она не открылась. В моей квартире пахнет пылью, потом и затхлостью. Сколько бы я ни проветривал, эти запахи никуда не уходят. Такое чувство, что они уже въелись в мозг и как только я вижу эту квартиру, они оживают и будоражат нейроны. Жесть. Как только мокасины оказались за пределами ступней, я понимаю, насколько устал. Вроде бы ничего физически не делал, но замотался как псина. Дальше, как в тумане переодеваюсь, ужинаю, чищу зубы, мою посуду и всё в таком духе. На большее меня не хватит. Встаю напротив кровати и плашмя падаю на неё, нет сил даже одеялом накрыться. Пофиг, мне и так тепло.