Сквозь детерминизм

Я решил не доставать девушку вопросами, как минимум до того момента, пока она не доест. В туннелях на удивление тихо. Как будто все, кто были здесь, давно вымерли. —Сейчас ты считаешься пропавшей без вести. Я видел тебя на одном из флаеров, так что лучшим вариантом будет сначала сходить в полицейский участок, а там позвонят твоим родителям и тебя заберут. Небось родные расплачутся от счастья. —...–Десс молчала, дожёвывая сэндвич. Я услышал характерный звук глотания. —Не хочу идти в участок,–с грустью ответила девушка. —Тогда можешь пойти сразу домой к родителям. —Если честно, я не очень хочу возвращаться. Да, я люблю их, но мне не в кайф жить так, как они,–с той же ноткой уныния проговорила олениха. —Может, я смогу на какое-то время остаться у тебя?–воодушевлённо посмотрела на меня девушка. Так я до этого ещё никого не обламывал. —Не-не-не, даже не думай. Меня можно считать бомжом, так что этот вариант отпадает в принципе. К тому же тебе как минимум важно сообщить близким, что ты не мертва. —Я понимаю, но... если ты такой БОООМЖ, то не боись!–толкнула рыцарь меня по плечу, —Меня такое не смущает, но, по-чесноку, не самый лучший расклад. Всё-таки лучше сама к ним схожу. ...Эй, может, ещё и тебя прихватить, раз ты у нас без определённого места жительства? Данные подколы мне определённо не доставляли положительных эмоций. —Да хватит. Тебе лучше пойти одной. Если с тобой буду, у меня могут возникнуть проблемы. Например, что я тебя сначала похитил, а теперь якобы нашёл, тем более если сначала не пошёл в полицию. Олениха закинула руки за голову и сделала тяжёлый выдох. Я достал ещё один сэндвич. Про себя тоже забывать не стоит, проголодался до ужаса. —Так всё это время у тебя был ещё один?–удивилась собеседница неожиданному лакомству. —Как они у тебя вообще в твою маленькую сумку помещаются? Она у тебя бездонная, что ли? —Не исключаю. Впереди нас ждало две развилки. Десс направилась в левый проход. Естественно, ноги пошли за ней. Через десятки метров мои глаза увидели большие двери в конце станции. Думал, дорога займёт больше времени. Но мои размышления прерывал процесс поедания сочного сэндвича. Девушка смотрела на еду в моей руке с завистью и желанием проглотить ещё такой же. У тебя родители есть, сможешь купить или в ящиках поискать. Рыцарь повернулась к дверям, чтобы резко толкнуть их руками от себя. Через них ничего не было видно. —Выход, пошли,–коротко сказала девушка, схватив меня за руку. Моя вторая рука крепко держала сэндвич. Свет. Мы вышли из бункера. На улице наступило утро. Похоже, я долго мотался по железнодорожным путям. Олениха смотрела на меня глазами, молящими о божественном сэндвиче. О боже мой. Или в данном случае «о Гастер мой»? Неважно. —У меня есть просьба. Тогда оставлю половинку сэндвича. —Надеюсь, не какая-то стрёмная? —Нисколько. Я знаю, что твоя мама — мэр, и она точно сможет это сделать. Можешь попросить её оформить меня в школу, чтобы я мог учиться? —Э-эм, я же сказала — не стрёмная просьба. Тебе не поздновато учиться? Тебе бы или на работу, или в колледж уже идти,–с ещё большим подозрением ответила девушка. Чёрт. Блять. Я официально проебался. Я же не знал, какой возраст у моего сосуда, а по её ответу уже лоб здоровый! — Забудь, что сказал, держи. Я отломил половину сэндвича и передал собеседнице. —Да ничего, хотя это странно, конечно. Пасиб за этот деликатес, где ты его достал? —В ящиках бункера нашёл. —!! Как?–с максимальным удивлением спросила олениха, параллельно жуя съедобное произведение искусства, —Они же должны были пропасть, раз находятся в тёмном мире! —Похоже, их принесли сюда из светлого мира, поэтому они и сохранились. Под аккомпанемент таких разговоров мы постепенно выходили из леса. Солнце только поднималось на небосвод. Щебетали птицы. Лёгкий ветерок дул в лицо, ощущалось какое-то умиротворение. Пока мы шли, мне удалось как следует рассмотреть собеседницу: средний рост, фигура «песочные часы», подранные в области коленок голубые джинсы, короткие тёмно-каштановые волосы до ключиц, синие кроссовки, белый топ, поверх которого небрежно накинута красная рубашка в клетку с закатанными рукавами, а также чёрные перчатки без пальцев. На шее висел крестик с чёрным ошейником. Выделялась чёлка с правой стороны лица. На щеках — веснушки. Голубые глаза с растушёванными ресницами подчёркивали образ. Завершали его рожки того же цвета, которые чем-то напоминали вилки с немного разогнутыми концами. Пока я разглядывал олениху, понял, что увлёкся. —Чего пялишься, понравилась?–с ехидством спросила Десс. —Да так, задумался. Точно! Важный момент, касающийся магии, который могу спросить в такой удобный момент. —Слушай, мне интересно узнать у тебя кое-что... —М? Что именно? —Как вы, монстры, используете магию? Мне всегда было интересно это узнать. Девушка ненадолго замолчала, но затем начала лениво говорить: —Вот это вопрос ты задал с утра. Десс закатила глаза, начиная свой рассказ: —У нас, в отличие от людей, есть мана, позволяющая колдовать. Магия каждого монстра своя, потому что связана с душой. Поэтому пытаться создать другую или скопировать чужую будет очень сложно. Тут два расклада: вообще не получится или результат будет, но гораздо слабее оригинального. Так что и париться особо смысла нет. Но есть некоторые типы магии, которые может освоить каждый, даже самую малость, к примеру лечилка, я её так кличу. —О чём ты думаешь во время колдовства? Моё любопытство и заинтересованность было не остановить. Собеседница же ненадолго замолчала, но потом сказала: —Я просто представляю, какую форму хотела бы придать своей магии. —Ага, даже так. Спасибо за ответ. —А ты что так заинтересовался этой темкой? Колдовать собрался? —Да так, думаю теперь проект на эту тему сделать, интересно же. —И как же он будет называться?–с ухмылкой спросила олениха. —Основы использования магии монстрами. После этих слов на моём лице проступила встречная ухмылка. Но неожиданно я вспомнил про забытые запасы: —О, давай ненадолго заглянем на кладбище? Я там пару яблок оставил, мне они очень пригодятся. Десс посмотрела на меня и закатила глаза: —Только ради яблок. *** Хватило пяти минут, чтобы добраться до небольшой территории с могилами. Похоже, из всех фруктов остался один. —О! Последнее яблочко — моё!–радостно вскрикнула Десс, хватая фрукт с лавочки и закидывая его в карман рубашки. —Оу...–с какой-то грустью проговорила олениха. —Что случилось? —Я... я уже и забыла... На глазах Десс формировались слёзы. Моё тело отреагировало мгновенно. Через секунду девушка оказалась в моих объятиях. Я не знаю, как по-другому мог бы ей помочь. Но, обнимая олениху, я заметил причину такой реакции — могила с инициалами «Герсон Бум». Может, какой-то наставник или что-то в этом роде? Неважно, позже спросить вряд ли кто-то запретит. —Ты хочешь отсюда уйти? —Да, но хочу побыть ещё немного, не хочу забыть. Я отпустил её из объятий, отойдя немного в сторону. Но отходил недолго: знакомая скамейка манила присесть. Десс можно понять. С ней объективно произошло что-то странное и малообъяснимое. И в какой-то момент её наконец-то вывели к свету. А с этим светом постепенно возвращаются привычные заботы и проблемы. Мой внутренний монолог прервала олениха, коснувшись пальцем моей щеки. —Пойдём, тут немного ковылять осталось. Я молча встал и немного отряхнулся. —И как на ощупь моя щека?–захотелось мне поинтересоваться с ухмылкой. —...Мягкая,–коротко ответила собеседница и, как мне показалось, с каким-то смущением. *** Последний этап прогулки прошёл в неловкой атмосфере. Мы оба молчали, так что я снова обратил внимание на утро неизвестного мне дня недели. По природным часам сейчас неприлично рано, ведь на улицах ни души. Мимо пролетала газета, а на небо лениво восходило солнце. Выходит, я впервые вижу рассвет, да ещё и не один. Мысли полностью поглотили меня: встречусь ли я снова с этой девушкой-оленем? Какая магия будет исходить из моей души? Что делать с документами? Как пробраться в школу? Как выглядит моё лицо?! Я искал ответы на эти вопросы. Мысленно рвал и метал. Мозг работал, словно суперкомпьютер, выискивая любую доступную ему сейчас информацию. Но ответы не давались. Они убегали. Когда казалось, что ты их наконец-то поймал, они выскальзывали из рук. Я не знаю, сколько прошло времени в этом мозговом штурме, но, когда я очнулся, мы дошли до развилки в пятнадцати метрах от ворот её дома. Неожиданно вовремя. Мы остановились. По лицу оленихи легко понять, что она не хотела идти одна. —Тут недалеко от твоего дома. —Перед тем как уйти, мне хотелось бы узнать твоё имя,–неожиданное желание прозвучало от девушки. Мои губы тронула лёгкая улыбка: —Меня зовут Освальд. Олениха тоже как-то смущённо улыбнулась: —...Освальд... я запомню это имя. Давай встретимся в следующий раз? —Почему бы и нет. Что насчёт пересечься через день у закусочной QC где-то в пять часов вечера? —Хорошо. Тогда ты угощаешь,–ухмыльнулась Десс. — У меня хороший аппетит. —Только учти, что я как бы бомж, так что, возможно, придётся ограничиться просто встречей у закусочной. Олениха легонько толкнула меня по плечу: —Да ладно, я стебусь. Если без шуток, сама с едой приду из дома и тебе прихвачу, если захочешь. —Какая добрая. Из меня вырвался смешок. —И не говори,–поддержала Десс. —Тогда до встречи. —До встречи. ...И... спасибо тебе ещё раз, что забрал меня из этого ужасного места,–с какой-то грустью и благодарностью ответила собеседница. Я не удивлюсь, если где-то в небе какой-нибудь прозрачный Гастер машет мне двумя белыми флажками со словами «*КРИТИЧЕСКАЯ ПОБЕДА!». Каждый из нас развернулся в свою сторону. Она — к воротам, а я — в сторону небольшого пруда. Пока я уходил, слышался громкий звонок в ворота, потом ещё один. Я решил обернуться: краем глаза я увидел сцену воссоединения матери и потерянной старшей дочери. Кажется, дальше будет только больше. А в остальном, меня ждёт не менее удивительный план по выживанию в этом мире и отхождению от пророчества.