Перетруд

Пятничный вечер прошёл. Клиенты, запара на кухне и гонка были позади. Уже как несколько часов суббота. Коджиро смотрел на уснувшего у стойки в его ресторане Каору и едва сдерживал тяжёлый вздох. — Вот балда... — мягкий плед оказался на плечах его друга. Это был почти невесомый жест, смысл которого он вряд ли признал бы вслух. Каору не впервые вырубался в его ресторане после гонки, но кое-что всё же было не так... Тёмные круги под глазами явно не за один день образовались. Вывод напрашивался сам собой. Этот трудоголик взвалил на себя слишком много. Сколько заказов он вообще выполнял в день? Или, вернее сказать, в ночь? Было до странного дискомфортно смотреть, как он вот так зарабатывается. Вон, даже Карла разбудить своим «важным» объявлением о входящем сообщении не может... А, вообще, разве эта навороченная доска не должна напоминать своему непутёвому владельцу о важности отдыха? Что ж, если кусок пластика с искусственными мозгами справиться не может, придётся действовать самому.

***

Проснулся Каору уже в своей квартире, в собственной кровати, куда его благодушно доставил Нанджо вместо того, чтобы разбудить в ресторане и отправить домой. Вообще-то он давал ему дубликат ключей на экстренный случай, а не для такого... Сонная голова обрабатывала информацию несколько минут, давая себе время на осознание действительности. Этого хватило, чтобы понять глубинное нежелание вставать с кровати. Ему хотелось подольше поваляться в постели, однако сегодня была назначена рабочая встреча в 11 утра. «Странно...» - подумалось вдруг Каору. У него присутствовало интуитивное ощущение, что «что-то не так». Брови сдвинулись к переносице. Он точно помнил, как вчера просил Карлу поставить будильник на 8 утра. Неужели проснулся раньше сигнала? Тут запищали электронные часы на прикроватной тумбе. Звук приковал его внимание к циферблату.

«12:00»

— Какого...?! Сердце ушло в пятки. Каору не мог поверить глазам, но времени на раздумья не было. Он вскочил с кровати. Нога метнулась на пол и с глухим стуком приземлилась. Каору запоздало понял, что ступня коснулась чего-то, что не являлось полом, но сонное тело не успевало за разумом, так что вторая нога уже последовала за первой. С жалобным скрипом пружин он грохнулся обратно на кровать. Прилив адреналина тут же ушёл, и теперь он спокойно лежал на спине. Каору недоумевающе пялился в потолок, пока пытался обдумать, что произошло. Громкий шум от врезавшегося в шкаф скейта привлёк внимание другого человека в квартире Сакураяшики. Запоздало он всё-таки уловил запах чего-то вкусного с кухни. Затем услышал шаги и, приподнимаясь на локтях, посмотрел на наглую гориллью рожу в дверном проёме. — Коджиро... — прошипел он, явно недовольный выходкой со скейтом. — Доброе утро, принцесска. Яркая улыбка не была стёрта даже подушкой, прилетевшей прямо в цель – ухмыляющуюся морду. В следующую минуту комнату озарил смех. — Где Карла? — недовольная физиономия Сакураяшики забавляла Нанджо, от чего Каору ещё сильнее выходил из себя. — Где-то, где она не может побеспокоить твой драгоценный сон. — Если я не увижу свой дорогой скейт сегодня... Пеняй на себя. — Каору кинул эту угрозу ему в лицо, хотя был сосредоточен совершенно на другом. Сейчас в приоритете было связаться с клиентом, с которым сорвалась встреча. Уже схватив телефон с тумбы, он начал искать контакт. — Не утруждайся, девица в курсе, что не видать ей сегодня твоей мордашки. Слова доходили до сконцентрированного Каору с опозданием. Он остановился и перевёл взгляд с кнопки звонка на сияющее лицо. Коджиро всё ещё стоял, лениво прислонившись к дверному косяку. — Кто разрешал тебе лезть в мой телефон? — с секунду помолчав и решив, что одним вопросом раздражение не выразить, он продолжил, вставая с кровати. — Что ты делаешь в моей квартире? Какого чёрта ты оставил Карлу не пойми где? — расстояние между ними стремительно сокращалось. — И что это всё значит? — Каору уже стоял напротив Коджиро, тыча его в грудь с каждой фразой, пока сыпал обвинительными вопросами. Нанджо же стоял как каменное изваяние. Непоколебим и спокоен как удав. Это ещё больше выбесило Сакураяшики. Коджиро же его вопросы и раздражённый тон пропускал мимо ушей, как будто это не имело ни малейшего значения. На самом деле, и вправду не имело. Кажется, впервые за последний месяц у Каору не было следов недосыпа на лице. Недосыпа, такого коварного зверя, способного медленно убить кого угодно... И Нанджо точно не хотелось, чтобы его друг стал очередной жертвой. Так что раздражение Сакураяшики - небольшая цена за спасение. Объясняться, однако, никто не собирался. И Каору это понимал. Он знал, что проницательности этой горилле не занимать, так что его собственная усталость, вероятно, не осталась незамеченной. Знал также, что если Коджиро чего надумал - то до последнего будет на этом настаивать. А Сакураяшики, если честно, оспаривать перспективу отдохнуть не хотел... Будто в доказательство, его живот слабо проурчал в ответ на запах из кухни. — Пошли есть. Я приготовил завтрак. Ворча и причитая, Каору всё-таки смирился с выпавшим из напряжённого расписания днём. Всё равно Коджиро не даст ему сегодня поработать. И лучше бы он расписал его клиентке адекватную причину, а не какое-нибудь "извините, кот рожает, сегодня никак.". Впрочем, об этом Каору позаботится потом. А сейчас, долгожданный выходной. Ни один из них не признает, что заботится о другом больше, чем надо бы. Они оба слишком упрямы. Но их действия говорят куда громче слов.