Отношения в тени

Лондон встретил их серым, бессолнечным утром, которое идеально гармонировало с состоянием Джорджа. Оскар исчез. Он не отвечал на звонки, отключил геолокацию. Ландо метался по городу, проверяя их обычные места. Алекс, пытаясь сохранять спокойствие, дежурил в штабе, анализируя все входящие данные с Мией. Шарль, всё ещё бледный после травмы, присоединился к ним, чувство вины гнало его вперёд. Сообщение Эмиля висело в воздухе, как ядовитый туман. Он не угрожал, не требовал. Он предлагал. Становился «понимающим другом» для того, кого, как он считал, жестоко предали. Это была самая изощрённая ловушка — ловушка для души. «Мы должны найти его раньше, чем Эмиль завербует окончательно, — говорила Миа, её пальцы летали по клавиатуре, создавая цифровую карту возможных перемещений Оскара. — Эмиль — харизматичный психопат. Он умеет говорить то, что хотят услышать. Для Оскара сейчас главная боль — чувство, что его использовал тот, кому он доверял. Эмиль будет играть на этом». «Мы не можем просто ждать, — сказал Джордж, глядя на застывшее изображение стажёра FIA. — У нас есть ниточка. Этот парень. Он ключ к Нику, а Ник — к Эмилю. Найдём одного, найдём и другого». План был рискованным. Стажёра звали Лео. Они не могли напрямую атаковать его, не спровоцировав скандал в самой FIA. Нужно было заставить его совершить ошибку. Миа предложила гениальный в своей простоте ход: создать фальшивое служебное письмо от его «куратора» в FIA с благодарностью за «оперативную помощь в расследовании инцидента с кибератаками» и предложением о личной встрече для вручения премии. Письмо должно было прийти на его служебную почту, но с мельчайшими цифровыми маркерами, указывающими на «взлом» извне. Если Лео на что-то надеялся от Ника, он мог побежать к нему за объяснениями или советом. А они будут следить. Письмо отправили. Лео клюнул почти сразу. Через час после получения он, явно нервничая, вышел из офиса FIA и сел в такси, а не на метро, как обычно. Такси поехало не в сторону его дома, а в район старых доков Ист-Энда. «Он ведёт нас к Нику, — шептала Миа, отслеживая движение через камеры городского наблюдения и сигнал телефона Лео, который она взломала. — Или к Эмилю». Машина остановилась у неприметного склада, переделанного под лофт. Лео вышел, огляделся и постучал в узкую чёрную дверь. Джордж, Ландо и двое охранников ждали в фургоне в двух кварталах. У них не было ордера, не было полномочий. Всё, что они могли — наблюдать и ждать. Ждать пришлось недолго. Через двадцать минут дверь распахнулась, и вышел не Лео. Вышел Ник де Врис. Он нёс в руках небольшой жёсткий диск. Его лицо, освещённое уличным фонарём, было напряжённым. Он сел в чёрный внедорожник и уехал. Лео так и не появился. «Чёрт, — выругался Ландо. — Куда он?» «Возможно, Ник оставил его внутри. Или… хуже, — мрачно предположил Джордж. — Мы идём внутрь. Теперь или никогда». Они подошли к двери. Она была не заперта. Внутри царил порядок, почти стерильная чистота. На столе стояли два ноутбука, на стене висела карта мира с отметками гоночных трасс. Но Лео нигде не было видно. В дальнем углу была ещё одна дверь, приоткрытая. За ней — узкая лестница наверх, в жилую зону. И там они нашли его. Лео сидел на стуле перед монитором, на котором ярко горели строки кода. Он был жив, но взгляд его был пустым, остекленевшим. На столе рядом валялся шприц. «Он его… «успокоил», — тихо сказал Ландо. — Чтобы не болтал». Миа, войдя за ними, сразу бросилась к компьютерам. «Ник слил данные и очистил систему. Но он торопился. Остались логи… О, чёрт.» «Что?» «Он не просто ушёл. Он активировал протокол «Затмение». Это значит, они сворачивают операцию здесь. Но не останавливают. Они переводят её в финальную фазу. Смотрите». На одном из мониторов, в свёрнутом окне, была открыта переписка. Последнее сообщение от Ника, отправленное десять минут назад: Ник: «Точка А скомпрометирована. Перехожу на план «Феникс». Материалы для этапа «Развязка» переданы Эмилю. Он ждёт зелёного света. Твой выход, Макс, решающий. После этого мы уходим в тень навсегда. Лео обработан, беспокоиться не о чем.» Макс (время получения — 5 мин. назад): «Жду финального подтверждения. Хочу видеть его глаза.» «Что за «Развязка»? — с ужасом спросил Джордж. — Что они передали Эмилю?» Миа лихорадочно копалась в оставшихся файлах. «Не могу расшифровать. Нужен ключ. Но тут есть пометка… «Кристалл». И координаты. Не места. Время. Это… это время следующей гонки. В Будапеште. И пометка: «Исходная точка — личный гараж Рассела»». Ледяная рука сжала сердце Джорджа. Его личный гараж, где он хранил памятные вещи, старые шлемы, подарки от фанатов. Место, куда не имели доступа даже все члены команды. «Нам нужно туда. Сейчас же». Пока они мчались по ночному Лондону к частному ангару Джорджа на окраине, Миа пыталась докопаться до сути «Кристалла». И тут её осенило. «Кристалл… не предмет. Это код. Кристаллизация информации. Они собрали всё: наши фальшивки, наши ответные действия, слежку, историю с Лео, всё, что мы делали в ответ на их атаки. Они это всё задокументировали, причём так, чтобы выглядели жертвами. Макс — жертвой нашего преследования и клеветы. Они готовят масштабную информационную бомбу, чтобы обвинить тебя, Джордж, в шантаже, кибератаках и попытке уничтожить карьеру чемпиона из зависти. А «исходная точка» в твоём гараже… это, наверное, «улика», которую они туда подбросили. Физическое доказательство твоей «вины»». Это был полный переворот. Из охотников они в одночасье должны были стать главными подозреваемыми. И самое ужасное — у них почти не было чистых доказательств против Ника и Эмиля. Зато против них — целая горсть, мастерски сфабрикованная. В гараже царил порядок. Ничего не было тронуто. Но Миа, вооружившись портативным сканером, сразу же нашла аномалию. За старым шлемом, на внутренней стенке стеллажа, был прикреплён крошечный, не больше ногтя, передатчик с флеш-накопителем. «Это передатчик с удалённым доступом, — сказала она, осторожно извлекая его. — Он уже передал данные. Но на нём должно остаться что-то…» Она подключила его к защищённому ноутбуку. На экране появилась папка с одним файлом. Видео. Они нажали «play». На экране был Макс. Но не публичный, не гоночный. Он сидел в полумраке, лицо было в тенях, голос тихий, сломанный. «…не знаю, сколько ещё могу это выносить. Эта слежка, эти атаки… Они хотят не просто победить меня на трассе. Они хотят сломать. И хуже всего… хуже всего, что я знаю, кто стоит за этим. Я не хочу верить. Мы были… почти друзьями. Но теперь… теперь я боюсь. Он перешёл все границы. Если со мной что-то случится… вините Джорджа Рассела. Он этого хотел». Ролик был снят так, чтобы вызвать максимальное сочувствие. Макс выглядел не тираном, а измученной жертвой. Это было кульминацией всего плана «Кристалл» — эмоциональный финальный аккорд перед тем, как обрушить на Джоржда всю мощь общественного возмущения. «Они собираются выложить это, — прошептал Ландо. — После Будапешта. Когда внимание всего мира будет приковано к гонке. И вместе с этим — всю их «документацию» на нас». «И Оскар… — добавил Джоржд, с ужасом понимая всю картину. — Они используют его как живого свидетеля. «Жертву» моего предательства. Если он к тому времени уже будет на их стороне…» Телефон Джорджа завибрил. Неизвестный номер. Он поднёс трубку к уху. «Привет, Джордж, — раздался молодой, почти весёлый голос Эмиля. — Нашёл мой подарок? Хорошая работа, кстати, с Лео. Жаль парня, но… расходный материал. Слушай, я звоню не чтобы поболтать. У меня тут гость. Немного… расстроенный. Думает, ты его предал. Хочет поговорить. Держи». В трубке послышалось шуршание, а затем — сдавленный, полный слёз голос Оскара: «Джордж… это правда? Всё, что на видео? Ты… ты хотел, чтобы я разбился? Чтобы отвлечь Макса?» «Оскар, нет! Это ложь! Всё, что ты видел и слышал — ложь! Они манипулируют тобой! Где ты?» «Правда у каждого своя, Джордж, — снова вмешался Эмиль. — И его правда сейчас здесь, со мной. Он в безопасности. Пока. Мы в Будапеште. Ждём большой развязки. Советую и тебе приехать. Будет… зрелищно. И помни: если попробуешь пойти в полицию или FIA, этот ролик с несчастным, затравленным Максом увидят все через пять минут. А Оскар получит… новые доказательства твоей «любви». До скорого». Связь прервалась. Джордж опустился на ящик с инструментами. Они оказались в шаге от пропасти. Враг заманил их в идеальную ловушку, где каждое их действие по защите лишь усугубляло вину. У них было три дня до Будапешта. Три дня, чтобы найти Оскара, разоблачить фальшивку и не дать Нику и Эмилю запустить «Кристалл». Но как бороться с врагом, который уже предсказал каждый их шаг и превратил их собственную борьбу в оружие против них? Миа посмотрела на Джорджа, и в её глазах, впервые за всё время, мелькнуло нечто, похожее на отчаяние. «Они думают на десять шагов вперёд. У них есть план на каждый наш ход. Единственный способ победить…» «…это сделать то, чего они от нас не ждут, — закончил за неё Джордж. — Они ждут, что мы будем защищаться. Отрицать. Искать Оскара. Что, если мы этого не сделаем?» «Что?» — не понял Ландо. «Что, если мы пойдём в атаку? Не на Ника или Эмиля. На самого Макса. Не в цифровом поле. Не в тени. В лицо. При всех. Заставим его показать, кто он на самом деле. Но для этого… для этого нам нужен Шарль. И то, что он знает. Всю правду. Без прикрас. Даже самую уродливую». Это был отчаянный шаг. Ставка ва-банк. Они собирались вытащить скелеты из всех шкафов и устроить последнее противостояние не в тёмных переулках, а под ослепительным светом гоночного уик-энда в Будапеште. Где ставкой будет не просто карьера, а свобода и рассудок всех участников.