А детектив, оказывается, не такой уж и холодный)

***

Всё началось с малого. С того, как Джон заметил, что даже после оргазма Шерлок не расслабляется полностью - мышцы остаются чуть напряжёнными, дыхание выравнивается слишком быстро, взгляд снова становится острым и отстранённым. Год совместной жизни, год регулярного, отличного секса - и всё равно эта тонкая, почти неуловимая стена. Джон не злился. Он просто устал притворяться, что его это устраивает. В тот вечер Шерлок вернулся уставший, но довольный - щёки слегка розовые от холода, пальто ещё пахло улицей. Он привычно потянулся к вешалке, но Джон перехватил его руку, мягко, но твёрдо развернул к себе. - Подожди, - тихо сказал Джон, глядя в глаза. - Сегодня без спешки. Шерлок приподнял бровь - привычная насмешливая арка. Но не отстранился. Джон шагнул ближе, обхватил его за талию, прижался грудью к груди и медленно провёл носом по линии шеи, вдыхая знакомый запах - кожа, лёгкий мыльный аромат, едва уловимый след табака от старого пальто Майкрофта. - Я хочу тебя сегодня не так, как обычно, - прошептал Джон, касаясь губами мочки уха. - Не аккуратно. Не под контролем. Я хочу, чтобы ты перестал думать. Хотя бы на час. Шерлок тихо выдохнул - почти смешок, но дыхание уже стало глубже. - Амбициозно, - отозвался он, но голос предательски дрогнул на последнем слоге. Джон улыбнулся в его шею и медленно повёл ладонью вверх по спине - от поясницы к затылку, запуская пальцы в кудри. Лёгкое давление, почти массаж - и Шерлок невольно наклонил голову, подставляя шею. Первый поцелуй был неспешным. Губы к губам, без спешки, без напора - просто долго, глубоко, позволяя Шерлоку привыкнуть к ощущению, что сегодня никто никуда не торопится. Только когда Шерлок сам потянулся за вторым поцелуем, чуть более жадным, Джон позволил себе усилить хватку. Он развернул Шерлока и мягко, но уверенно прижал его спиной к стене прихожей. Пальто соскользнуло с плеч, упало на пол - никто не стал его поднимать. - На колени, - произнёс Джон тихо, без приказа в голосе. Скорее просьба. Скорее приглашение. Шерлок смотрел на него несколько долгих секунд - глаза тёмные, зрачки расширены. Потом медленно опустился. Не резко. Не демонстративно. Просто опустился, сохраняя зрительный контакт. Джон расстегнул брюки неспешно, вытащил член - уже твёрдый, уже влажный - и провёл головкой по приоткрытым губам Шерлока, оставляя блестящую дорожку. - Открой рот, - прошептал он. - Медленно. Шерлок послушался. Губы раскрылись мягко, язык коснулся головки первым - пробный, осторожный. Джон тихо застонал, запустив пальцы в волосы, но не направлял - просто держал. Постепенно движения становились глубже. Шерлок сам начал брать больше, сам ускорял темп - пока Джон не остановил его лёгким движением бедра. - Не торопись, - сказал он хрипло. - Я хочу чувствовать каждый миллиметр. Шерлок издал низкий, почти недовольный звук - но послушался. И вот тогда Джон начал говорить. Тихо. Медленно. Каждое слово падало как капля горячего воска. - Знаешь… каждый раз, когда ты кончаешь и тут же начинаешь анализировать собственные ощущения… я думаю о том, как сильно ты, наверное, хочешь забыть, кто ты такой. Хочешь, чтобы тебя взяли так жёстко, так глубоко, чтобы осталось только тело. Только удовольствие. Только я. Шерлок дёрнулся - едва заметно. Слюна потекла по подбородку. Глаза блестели. Джон вытащил член, наклонился и поцеловал его - прямо в мокрые, распухшие губы, пробуя собственный вкус на языке Шерлока. - Скажи мне, - прошептал он, касаясь лбом его лба. - Скажи, чего ты хочешь. Прямо сейчас. Шерлок тяжело дышал, щёки горели. - Тебя… - голос сел, стал ниже, хриплым. - Внутри. Глубоко. Без… всего этого контроля. Джон улыбнулся - медленно, почти нежно - и помог ему подняться. Они дошли до спальни не спеша - целуясь по пути, срывая одежду слой за слоем. Когда Шерлок упал на кровать на спину, Джон навис сверху, раздвинул ему бёдра коленями и замер, любуясь. - Ты прекрасен, - сказал он тихо. - Особенно когда перестаёшь притворяться. Он подготовил его неспешно - пальцы, лубрикант, медленные круговые движения, пока Шерлок не начал тихо постанывать и выгибаться навстречу. - Ещё… - выдохнул Шерлок, когда Джон добавил третий палец. - Просишь уже? - Джон наклонился, поцеловал его в висок. - Хорошо. Он вошёл медленно. Очень медленно. Давая почувствовать каждый сантиметр, каждое растяжение, каждое биение. Шерлок выгнулся, вцепился пальцами в плечи Джона, тихо застонал - уже без попытки сдерживаться. Джон начал двигаться - сначала плавно, глубоко, потом чуть быстрее, чуть жёстче - постепенно наращивая темп, наблюдая, как маска Шерлока тает слой за слоем. Когда Шерлок впервые закричал - коротко, надрывно, - Джон прижался губами к его уху: - Вот так… громче… пусть слышат, как сильно тебе хорошо. Шерлок кончил неожиданно - с долгим, дрожащим стоном, сжимаясь вокруг Джона так сильно, что тот едва удержался. Джон последовал за ним почти сразу - глубоко, заполняя до предела, чувствуя, как Шерлок дрожит под ним всем телом. Но он не вышел. Он остался внутри, медленно двигаясь, целуя мокрые уголки глаз, щёки, губы. - Ты мой, — тихо сказал он. - Со всем этим мозгом. Со всей этой холодностью, которая была просто бронёй. Мой. Шерлок обхватил его за шею, притянул ближе и прошептал - уже совсем другим голосом, мягким, чуть смущённым: - Докажи ещё раз… Только теперь… не спеша. Пусть это длится долго. Джон улыбнулся, уткнувшись носом в его шею. - Как прикажете, мистер Холмс. И они продолжили - медленно, глубоко, без спешки и без масок. Просто двое людей, которые наконец-то позволили себе быть настоящими. До конца.

***

Утро после Солнечный свет пробивался сквозь неплотно зашторенные занавески Бейкер-стрит 221B, рисуя золотистые полосы на смятых простынях. В комнате пахло кофе, потом, лубрикантом и чем-то неуловимо сладким - остатками вчерашнего безумия. Шерлок лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и выглядел одновременно величественно и жалобно. Волосы торчали во все стороны, на шее виднелся свежий засос, а на спине - несколько красных следов от ногтей Джона. Он не шевелился. Совсем. Джон, уже в футболке и спортивных штанах, поставил две кружки кофе на прикроватный столик и присел на край кровати. Он осторожно провёл ладонью по пояснице Шерлока - тот немедленно издал протяжный, страдальческий стон. - Доброе утро, солнышко, - Джон не смог сдержать улыбки. - Как спалось? Шерлок повернул голову ровно настолько, чтобы Джон увидел один серый глаз, полный трагического упрёка. - Ужасно, - произнёс он с таким выражением, будто ему только что сообщили о смерти всех скрипок мира разом. - У меня болит всё. Всё, Джон. Абсолютно всё. Джон хмыкнул и мягко погладил его по спине. - Конкретнее, пожалуйста. Где именно? Шерлок издал звук, который можно было бы описать как «страдальческое фырканье». - Поясница. Задница. Бёдра. Внутренняя поверхность бёдер. Мышцы пресса. Даже шея, чёрт возьми. - Он сделал паузу, а потом добавил тише, почти обиженно: - И горло. Я вчера… кричал. Джон наклонился и поцеловал его в висок. - Знаю. Это было прекрасно. - Это было чрезмерно, - буркнул Шерлок, но в голосе уже не было настоящей злости. Скорее - ленивое недовольство. - Я не привык… к такому количеству… физической активности. Джон рассмеялся тихо, почти беззвучно. - Ты имеешь в виду, что не привык к тому, чтобы тебя трахали в стену, на полу, на столе и потом ещё два раза в кровати? Да, это, наверное, ново для твоего организма. Шерлок уткнулся лицом в подушку, но Джон всё равно увидел, как у него краснеют кончики ушей. - Ты невыносим, - пробормотал он в ткань. - И я больше никогда не буду просить «ещё раз». Никогда. - Ага, - Джон подвинулся ближе, лёг рядом и обнял его сзади, осторожно, чтобы не давить на больные места. - Именно поэтому ты вчера в три часа ночи шептал мне на ухо «ещё, Джон, пожалуйста, глубже». Шерлок повернулся к нему лицом - медленно, с явным усилием - и посмотрел так, будто собирался убить взглядом. Но глаза были сонные, мягкие, и ресницы всё ещё слиплись от вчерашних слёз удовольствия. - Это был временный приступ безумия, - заявил он с достоинством. - Вызванный твоими… манипуляциями. - Конечно, - Джон поцеловал его в кончик носа. - Всё из-за меня. Я плохой. Я заставил тебя кончить четыре раза без единого прикосновения к твоему члену. Какой ужас. Шерлок фыркнул, но уголки губ дрогнули. - Пять, - поправил он тихо. - Пять раз. Джон приподнял бровь. - Ого. Рекорд. - Заткнись, - Шерлок уткнулся лбом ему в плечо и пробормотал уже совсем другим, почти жалобным тоном: - Мне правда больно. Поясница ноет так, будто я всю ночь таскал рояль. А задница… - он сделал паузу, а потом добавил почти шёпотом: - …чувствует каждый твой толчок. Даже сейчас. Джон сразу посерьёзнел. Он мягко перевернул Шерлока на бок, лицом к себе, и начал медленно массировать поясницу - круговыми движениями, без давления, просто разминая затёкшие мышцы. - Прости, любовь моя, - сказал он тихо. - Я вчера немного… увлёкся. Шерлок тихо вздохнул от удовольствия, когда Джон нашёл особенно болезненную точку. - Немного? - переспросил он саркастично. - Ты вчера решил проверить, сколько раз можно меня трахнуть, прежде чем я потеряю сознание. - И мы почти дошли до этого, - Джон улыбнулся, целуя его в висок. - Но ты был великолепен. Самый красивый, самый громкий, самый… мой. Шерлок молчал несколько секунд, а потом вдруг прижался ближе, зарываясь носом в шею Джона. - Я… не против, - прошептал он. - Просто… в следующий раз предупреждай. Чтобы я хотя бы растяжку сделал. Джон рассмеялся - тепло, счастливо - и обнял его крепче. - Договорились. Растяжка, тёплая ванна и, возможно, подушка под бёдра. - И кофе, - добавил Шерлок, уже почти сонно. - И чтобы ты меня не отпускал хотя бы до обеда. Джон поцеловал его в макушку. - Никуда я тебя не отпущу. Ни сегодня. Ни завтра. Ни послезавтра. Шерлок тихо хмыкнул - довольный, расслабленный, наконец-то полностью без масок. - Хорошо, - прошептал он. - Тогда неси кофе сюда. И ложись обратно. Мне ещё больно… но с тобой - уже не так сильно. Джон улыбнулся и потянулся за кружкой. Утро обещало быть долгим, ленивым и очень, очень нежным.

***