Шëпот Арены

- И что будешь делать? – перекрикивая звук работающих механизмов, поинтересовался Тёма. Алексей пожал плечами. Он рассказал товарищу, о хоккейном матче сына в ближайшую субботу. Не знал зачем. Просто. Ведь он не ждал ни совета, ни сочувствия. Артём знал о событиях, проблемных для коллеги, так как был братом одно из членов команды, в которой играл Алексей. - Ну ладно. Разберёшься, - подбадривающе стукнул Тёма Алексея по плечу. Последний молча кивнул. Казалось, что до самого матча времени ещё много – неделя. Но пролетела она незаметно. Дни сурка, в которых Алексей жил последние года, также продолжались. Лишь ночные кошмары разбавляли рутину. Ему снился один и тот же сон. Как его друг сгибается от удара и падает на лёд, Алексей мчит к нему, но товарищ всё дальше и дальше, а его самого кто-от зовёт. Алексей оглядывает и видит ослепляющий свет фар, слышит визг шин, удар, и просыпается. Пот струйками скатывается по телу. Страх окутывает конечности и нужно некоторое время, чтобы прийти в себя, восстановить дыхание и подняться. Алексей знает, что этой ночью уже больше не уснёт. Наливает себе чашку кофе и смотрит на всё тот же вид за окном, но в тёмных оттенках неспокойного сна. Холод сварливо просачивается сквозь оконные рамы, как старость, который незаметно и постепенно охлаждает тело до конца. Сын не писал больше. Не много, но он знал о событиях произошедшего. Что матч закончился досрочно из-за гибели товарища отца, а отец потом попал в аварию, когда возвращался домой, и в хоккей больше не вернулся. Чего он не знал, так это то, что отец подозревал толкнувшего друга Алексея в намеренном причинении вреда здоровью, повлекшую смерть. Что отец потом напал на им обвиняемого. Что обвинения не последовало, так как не было найдено умысла, а причина смерти числилась от естественных причин. Что отец не верил в это и пытался копать. А ночью он попал в аварию, ослеплённый светом встречного авто. После аварии ему запретили возвращаться в спорт и наказали радоваться, что он вообще выжил. Но отец верил, что всё не случайно. Что его пытались убить, но просто не вышло, ведь он пытался найти доказательства, что соперники специально всё сделали, чтобы сорвать матч, ведь в тот день играли без самого сильного своего игрока и проигрывали. Что его отец буквально свихнулся на этом и всё повторял, что должен найти виновного в смерти друга и своей аварии. Тех же, кто пытался ему доказать, что всё лишь страшная случайность, он выгонял с бранью. А мать... На восьмом месяце беременности она осталась с ещё не мужем, который с трудом мог ходит и сам себя обеспечивать, но всё время только и говорил, что о заказных убийствах, мести. Боялся, что за ним вернутся и докончат, поэтому спал с ножом и не разрешал никуда выходить своей девушке. Можно безумно любить человека и настолько же безумно бояться. Девушка сбежала. Через некоторое время родила сына. И сколько не уговаривали её родственники, она всё равно сообщила отцу ребёнка эту новость, но попросив не приближаться, пока он не залечит свои раны. И речь шла далеко не о физических. Алексей на её удивление всё понял. Но не мог исполнить требуемое. Поэтому участвовал в жизни сына как мог: отправлял деньги, приходил на праздники, разговаривал по телефону. Не смотря на редкие встречи, мальчик привязался к отцу. И, когда ему подарили первый телефон, часто продолжил с ним общаться и присылал фотографии. Холодное сердце мужчины таяло в моменты общения с сыном. Но жуткий удар однажды потряс его, когда сын прислал фотографию с первого занятия хоккеем. Был жуткий скандал. Алексей орал на мать сына, напоминая о прошлом, та же холодно отвечала, что их сын сам выбрал этот спорт, она его поддержит в любом выборе, а Алексей может думать, что хочет – его негативный опыт не должен влиять на жизнь их сына. Алексей пил. Много, долго. И только дружеские отношения с начальником помогли ему не потерять работу. Но в итоге он принял происходящее. Но не собирался приходить на матчи. Принять факт в голове – это одно, а приходить смотреть и вживую окунаться в это – совсем другое. Сын всё равно звал его на каждый матч на «Малой арене», но Алексей вежливо отказывался. Но его сын добивался хороших успехов, и его пригласили принять участие в отборе в сборную на лучшей арене, но той самой арене. Здраво было бы не пойти. Но что-то звало Алексея, манило. Детектив внутри него вещал, что даже спустя столько лет может быть можно найти зацепки, раскрутить этот клубок лжи и понять, кто всё подстроил. Боль и тоска умоляла не возвращаться, понимая лавину боли, которую это принесёт. Отцовство твердило, что нужно поддержать сына. А Алексей стоял на маленькой кухня, глядя в окно и не всматриваясь во что-то конкретное. День настал. На арену потянулись люди. Ручейками стекая с улиц, сходясь в эпицентре веселья и ожесточëнной борьбы. Командная работа и при этом игра на личный результат, всë или ничего. Вечер празднества и гнева, побед и разочарований. Алексей стоял поодаль от гудящей, трещащей толпы. Они были напряжены от восторга, а он просто от напряжения. Он не ступал сюда с тех самых пор. Трудно решиться сделать это. Боль проехала каждую клеточку, грозясь разорвать всë его естество. Не смог, не спас… Ни других, ни себя. Сколько бы он не пытался не мог ни забыть, ни притвориться, чтот ничего не было, ни переступить через себя, вернувшись во власть холода, скорости, драйва, но и опасности. Но страшнее было представить, что сын окажется во всëм этом без него. Он не мог поддержать его физически в буквальном смысле, но не мог оставить без поддержки моральной. На неслушающихся ногах, с трудом перенëс одну ногу на пару сантиметров, потом, чрез время, другую. Шаг, ещё неуверенный шаг. С каждым росло расстояние и скорость. И вот он уже перед воротами. Мгновенно паника захватывает Алексея, инстинкты требуют бежать, но глубоко вдохнув, он вступает под свод стадиона, не давая ужасу полностью охватить себя. Арена дышала. Он ощутил это моментально. Наполняясь энергией болельщиков, она вибрировала в такт топоту, хлопкам, скандированию болельщиками кричалок и имëн. Она совсем не постарела за 10 лет. Столько же энергии, столь же пожирательный взгляд под светом десятков софитов. Сегодня ей приносят в жертву мечты и стремления. Она довольна. Болельщики не замечали всего этого. Они проходили мимо застывшего в проходе Алексея. Каждый был в своëм собственном предвкушении от сегодняшнего матча. Кто-то болел за родных или друзей, кто-то прошёл просто провести хорошо время. Наверняка, можно предположить, что и те, кто когда-то играл, тоже пришли сегодня посмотреть на новую молодую смену. Алексей не задумывался до этого хочет ли встретить старых знакомых или напарников по команде. А сейчас, когда этот вопрос посетил голову, он не знал что ответить самому себе. Болельщики шли и бежали занимать места, Алексей взглянул на пустующие коридоры. Что-то звало его пройтись по старым знакомым местам… Пока шептал тихо, но уверенно. Алексей решил, что сначала всë-таки логичнее занять место хорошее, чтобы посмотреть игру с хорошо обозрением. А прогуляется он позже. В перерыв или после матча. Когда Алексей стал входить в само помещение матча. Дух захватило. Тепло прилило к сердцу. Треск льда радостно встречал бывшего товарища. Такой знакомый звук, едва слышимый человеческому уху, но прекрасно разбираемый сердцем: его ждали...