🌹🌺
15 января 2026 г., 23:37
цветы растут из разбитых лёгких
кто-то когда-то назвал её красивой, и это проклятие прижилось. ханахаки. болезнь, заставляющая эмоции прорастать сквозь плоть. сначала — ком в горле, щекочущий кашель. потом — лепесток на ладони, влажный и нежный, как чужая слеза. а в конце — целый букет, вырывающийся из глотки в кроваво-розовых клубках, выворачивающий внутренности наизнанку. выжившие говорят, будто кашляли целыми сакурами. но те, кто выжил, уже ничего не чувствуют. эмоции, посеявшие цветы, ушли навсегда. токио пахнет страхом и стерильной маской. на стенах — свежие плакаты с кричащими иероглифами: «держи дистанцию». «избегай скоплений». особенно тех, где кто-то горбится, давясь тихим кашлем в сгиб локтя. власти шепчут о «странных кустах» в парках — тех, что цветут неестественно ярко и тянут лепестки к прохожим. но главное предупреждение — обходить стороной пятна. алые, с винным отливом, часто усыпанные мелкими бутонами. они появляются на асфальте перекрестков, у порогов домов. будто сама земля заболела и теперь истекает цветами. о ней знали. столетия назад это была сказка для устрашения детей — история о влюбленных, задохнувшихся розами. потом — редкие медицинские курьезы в глухих деревнях. мир удобно забыл. но три года назад в осаке зацвел целый переулок. а в киото один старый храм оказался оплетен глицинией, проросшей прямо из каменных плит пола — под ними нашли тело монаха. с тех пор ханахаки не шёпот, а рёв. она в каждом новостном выпуске, в каждом избеганном взгляде, в каждом безликом выжившем, бредущем по улице с пустыми, как выжженные поля, глазами.☆ ★ ✮ ★ ☆
долгожданный отпуск наконец-то настал. ребята выдохнули и с чемоданами наперевес двинулись в сторону японии. токио встретил их смесью знакомых иероглифов и давящей тишины, прерываемой лишь объявлениями на знакомом языке. уже в аэропорту им вручили маски, указывая на плакаты с предостерегающими лозунгами. банчан сразу почувствовал неладное. он схватил джисона за руку и оттащил в сторону, подальше от толпы. к ним тут же подошёл феликс, обеспокоенно глядя на друга. — я надеюсь, ты понимаешь, что это за болезнь? — серьёзно спросил чан, глядя тому в глаза. сон сглотнул, чувствуя, как пересыхает во рту. он кивнул, понимая всю опасность ситуации. ликс положил руку ему на плечо, слегка сжимая в знак поддержки. — если и дальше будешь молчать, то, пожалуйста, держись от всего этого подальше, — мягко произнёс младший, зная о чувствах хана и о том, что ханахаки для него почти смертный приговор. джисон вздохнул, понимая, что заболеть ханахаки в его положении равносильно катастрофе. операция – не вариант, он никогда на неё не согласится. поэтому он натянул маску на лицо, скрывая свою тревогу, и постарался улыбнуться друзьям. — я буду осторожен, — заверил он, хотя в глубине души знал, что обещание это выполнить будет непросто. остальные ребята, заметив отсутствие троицы, забеспокоились. минхо оглянулся, ища взглядом пропавших, а следом за ним и остальные мемберы начали осматриваться в зале ожидания аэропорта. хенджин, первым заметивший их, радостно махнул рукой, показывая остальным направление. троица, заметив приближающихся друзей, поспешила к остальной части группы. — все в порядке? — с тревогой спросил хван, внимательно разглядывая лица друзей. феликс кивнул, стараясь выглядеть убедительно. — да. просто хану немного плохо стало. наверное, перенервничал перед поездкой. — джисон, в подтверждение слов кивнул, натягивая улыбку, которая, однако, не достигла его глаз. минхо, всегда чуткий к состоянию хана, нахмурился, но ничего не сказал, зная, что тот не любит излишнее внимание. в автобусе, направляющемся к отелю, джисон устроился между феликсом и минхо. уставший от перелета, он обнял руку ликса, прильнув щекой к его плечу. взгляд его был рассеянным и пустым, словно он смотрел сквозь пейзаж за окном, не видя ничего. минхо, обеспокоенный состоянием друга, украдкой поглядывал на него, беспокойно барабаня пальцами по колену. время от времени он слегка поглаживал его ногу, пытаясь передать хоть немного тепла и поддержки. атмосфера в автобусе была напряженной, все чувствовали нависшую угрозу болезни, ощущали холод ее дыхания в воздухе токио. джисон же старался не думать о самом худшем, надеясь, что ему удастся избежать проклятия ханахаки. прибыв в отель, ребята тут же расселились по номерам. было решено взять два номера и распределить их между собой. банчан, чанбин, минхо и хан заселились в одном номере. остальные – в другом. так же было решено передохнуть после перелёта и хорошенько отоспаться от бессонных ночей из-за концертов. джисон, зайдя в номер, почувствовал усталость от эмоционального переживания. он направился в ванную, чтобы умыться. чанбин, наблюдавший за ним, не мог не заметить его подавленности. — чего это с ним? — тихо спросил он, бросив взгляд на чана. тот вздохнул, зная причину. — бессонные ночи. в самолёте уснуть не мог. вот ему и плохо стало. пойду, побуду с ним рядом, — ответил он и направился за соном. хо проследил за старшим взглядом, а после, вздохнув, решил разложить свои вещи и джисона. аккуратно сложив рубашки и брюки в шкаф, он пытался отогнать навязчивые мысли тревоги за младшего. банчан, заглянув в ванную, увидел того, склонившегося над раковиной. — ликса позвать? — предложил он, зная как феликс умеет поддержать. джисон, умывшись, поднял голову и покачал головой. — не стоит.. — тихо произнёс он. он повернулся к нему, и тот увидел в его глазах усталость и неприкрытый страх. — попробую поспать. может, легче станет, — добавил хан, надеясь, что сон хоть немного развеет его тревогу. банчан прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. — переживаешь из-за болезни? — прямо спросил он. тот опустил взгляд, не в силах скрыть правду. — есть такое.. — прошептал он. страх перед ханахаки давил на него с каждой минутой всё сильнее. из ванной они вышли вместе. джисон, немного успокоившись, тут же обратился к чанбину, взглядом ища поддержки. — чанбин.. ты не против, если я посплю пока с чаном..? — спросил он тихо, с надеждой глядя на старшего. бин тепло улыбнулся ему, понимая, насколько сейчас ему необходимо побыть рядом с лидером. — не против, — ответил он мягко, давая понять, что такое решение – лучшее в сложившейся ситуации. джисон искренне улыбнулся в ответ, чувствуя благодарность за понимание и направился в комнату. банчан, в свою очередь, нежно улыбнулся своему парню, поцеловав его в висок, приобнимая за плечи. этот жест был коротким, но полным тепла и заботы, которые они испытывали друг к другу. вскоре чан присоединился к джисону, ложась рядом с ним на кровать. пока лидер старался успокоить младшего, обнимая и поглаживая по волосам, чанбин направился к минхо. зайдя в комнату, он увидел его, задумчиво смотревшего в окно. тот обернулся на звук открывающейся двери. — ты чего здесь? — удивлённо спросил хо, в его голосе прозвучало легкое беспокойство. — джисон попросился с чаном сегодня поспать. да и правильно, а то он совсем плохо выглядит. так для него лучше будет, — пояснил со, ложась рядом с другом на кровать. минхо кивнул, соглашаясь со словами, но где-то в глубине души что-то кольнуло. но он решил все это спихнуть на простое переживание, стараясь не копаться в своих чувствах слишком глубоко. джисон пытался успокоиться в объятиях старшего, но слезы предательски начали появляться на глазах. он шёпотом произнёс. — он ведь и вправду ко мне ничего не испытывает.. — банчан только сильнее прижал его к себе, стараясь хоть как-то облегчить боль. — ты не думал с ним поговорить? — осторожно спросил чан, зная, насколько тот чувствителен к этой теме. джисон всхлипнул, сильнее зарываясь лицом в его плечо. — я не слепой.. прекрасно вижу, что все его действия.. это как забота о младшем брате.. — в голосе сона звучала горечь и смирение. старший вздохнул, понимая его правоту. он чувствовал его боль, его разочарование. — тогда поспи.. тебе и вправду нужно отдохнуть, — проговорил чан, поглаживая его по спине. джисон кивнул, уткнувшись в плечо друга, вдыхая знакомый запах, пытаясь найти в нём утешение. вскоре младший все таки заснул, обессиленный переживаниями и страхом. банчан, прислушиваясь к его ровному дыханию, и сам постепенно погрузился в сон. в соседней комнате минхо и чанбин тоже уже спали, каждый в своих мыслях. хо, несмотря на усталость, долго не мог сомкнуть глаз, беспокойство за джисона не отпускало его. в соседнем номере ребята тоже уже спали, набираясь сил перед завтрашним днем. в тишине отельного номера токио, омрачённого тенью ханахаки, сон казался единственным спасением от грядущей беды. никто из них не подозревал, что эта ночь принесёт с собой не только отдых, но и начало кошмара для одного из участников группы. никто, кроме самой болезни, готовой расцвести в самый неподходящий момент.☆ ★ ✮ ★ ☆
прошло достаточно времени. за окнами уже была глубокая ночь. джисон проснулся, убитый, сонный. но заснуть он больше не мог. он лежал, не шевелясь, прислушиваясь к мерному дыханию банчана рядом. выбравшись из его объятий он тихонько встал, стараясь не разбудить. комната тонула в полумраке, лишь редкие отблески ночных огней токио пробивались сквозь неплотно задернутые шторы. парень вышел на кухню. налил себе воды из стоявшего на столе графина. прохладная жидкость немного освежила, но тревога не отпускала. в голове гудело лишь одно. надо прогуляться. но страх оставлял его на месте. он всегда в такие моменты прогуливался ночью, чтоб проветрить голову. но здесь, для него было опасно одному выходить. все же, решившись, он принял решение прогуляться, обдумывая, что далеко ходить не будет. тихо выйдя из номера, он направился на улицу, предварительно надев маску. улица встретила его лёгким весенним ветром, который придавал ясность уму. улицы были пусты и от этого было спокойней. джисон огляделся, убедившись, что никого нет рядом, и снял маску, выдыхая свежий воздух. ему показалось, что так стало легче дышать. он не подозревал о том, какую ошибку он сделал. сон отошёл буквально на пару метров от отеля и его взгляд зацепился за изящный куст роз, усыпанный бутонами. они были такими яркими, манящими, что невозможно было отвести взгляд. очередной порыв ветра шелохнул куст в его сторону, и тот вдруг почувствовал сладковатый привкус на языке, словно цветочную пыльцу. он не придал этому значения, наслаждаясь моментом тишины и спокойствия. пройдя ещё чуть дальше от куста, его вдруг осенило. сейчас апрель. розы не могли так распуститься в это время года. в груди разлился леденящий ужас. паника захлестнула его, словно волной, и он ринулся в обратном направлении к отелю, задыхаясь от страха. в голове лихорадочно билась одна мысль: "главное, чтобы не ханахаки.." он бежал, как будто за ним гнался сам дьявол, пытаясь убежать от неминуемой участи. ворвавшись в номер, он тяжело дышал, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. не обращая внимания на боль в груди, он тут же направился в ванную умываться. холодная вода обжигала лицо, но не могла смыть липкий страх. он смотрел в зеркало, вглядываясь в своё отражение, пытаясь хоть что-то почувствовать – малейший признак кашля. но ничего не было. он облегчённо выдохнул, надеясь, что ему всё-таки удалось избежать этой страшной участи. выйдя из ванной, джисон чуть не подпрыгнул от неожиданности. в дверях стоял чанбин, сонный и взъерошенный. — ты чего не спишь? — пробурчал он, протирая глаза. сон дёрнулся, но тут же постарался взять себя в руки, увидев сонного друга. — воду пил и решил немного умыться, — небрежно ответил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более естественно. бин кивнул ему и уже собирался было вернуться в комнату к минхо, но его остановили. — чанбин.. — тихо позвал он. тот обернулся, вопросительно вскинув бровь. — ты можешь пойти лечь с чаном. я себя уже лучше чувствую, — хан постарался придать голосу уверенность. — уверен? — переспросил чанбин, внимательно всматриваясь в его лицо. джисон кивнул и слегка улыбнулся, пытаясь скрыть волнение. со, немного посомневавшись, кивнул в ответ и направился в комнату к банчану. а джисон остался на кухне, собираясь с мыслями и уговаривая себя пойти и лечь рядом с минхо. зайдя в полумрак комнаты, он увидел, что тот лежит, повернувшись к нему спиной. "спит," – подумал джисон, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. пытаясь успокоить неугомонное сердце, которое словно хотело вырваться наружу и прокричать о своих чувствах, он не решился лечь рядом с ним. вместо этого он тихо опустился на пол рядом с кроватью и начал молча наблюдать за хо, вдыхая еле слышный, знакомый запах. внезапно старший повернулся, открывая глаза. сонное зрение силилось различить силуэт в полумраке. — чанбин..? — пробормотал он заплетающимся языком. хан резко дёрнулся, но тут же постарался успокоиться. — он пошёл спать к чану, — ответил он как можно спокойнее. ли потёр глаза и уже отчётливо увидел джисона, сидящего на полу. — ты чего там сидишь? — минхо смотрел на него сонными глазами, не до конца понимая, что происходит. — не спится.. — младший постарался не выдать дрожь в голосе. хо вздохнул. он слегка похлопал по кровати рядом с собой, зевая. — давай ложись. у нас завтра долгий день. у ребят слишком много планов. тот поднялся и неуверенно улегся рядом, отвернувшись к нему спиной. сердце колотилось так сильно, что, казалось, минхо должен был слышать этот бешеный ритм. ли обнял его, притянув ближе и почти сразу же начал вновь засыпать. а вот джисон теперь вообще уснуть не мог. этот жест был привычным, дружеским, но сейчас сердце сжималось от боли и безысходности. сейчас этот обычный жест ощущался как предательство собственной души. хан лежал, прислушиваясь к ровному дыханию друга, чувствуя его тепло у себя за спиной. он пытался понять, что происходит, почему именно сейчас, после стольких лет, его чувства вдруг стали настолько невыносимыми. разве он не привык к этой дружеской близости, к этим случайным прикосновениям, к этим нежным взглядам, в которых он всегда видел лишь.. дружбу? но, несмотря на все муки и сомнения, усталость все же взяла своё. джисон уснул, убаюканный теплом минхо, в странном и болезненном мире между надеждой и отчаянием. сон не принес облегчения, а лишь усугубил смятение, позволив кошмарам ханахаки проникнуть в его сознание.☆ ★ ✮ ★ ☆
настало утро. ребята, наконец-то выспались за долгое время. только джисон не был рад пробуждению. в груди что-то происходило, горло слегка першило. "наверное, просто простудился," – подумал он, пытаясь себя убедить. после завтрака все отправились гулять по токио. хан прятал взгляд под кепкой и прядями волос. в его глазах читалась пустота, смешанная с болью. ему становилось все хуже. он смотрел на счастливых ребят, чувствуя себя белой вороной. эта поездка, которую он так ждал, теперь казалась кошмаром. ему хотелось домой, но не в общую квартиру с минхо, а в свое личное пространство, где можно было бы пережить эту боль в одиночестве. лишь бы страдания закончились. во время прогулки в его голове все чаще мелькали мысли об уходе из группы. навсегда. лишь бы не видеть минхо, не чувствовать его дружескую близость, которая причиняла столько страданий. забыть его, конечно, невозможно. хан слишком сильно любил его, слишком сильно его тянуло к нему. и это убивало. он даже не подозревал, что это его убивает не только морально, но и медленно разрушает физически. они шли по залитым солнцем улицам токио, смеялись, фотографировались. джисон старался держаться рядом с феликсом, ища в его присутствии хоть какое-то утешение. ликс понимающе поглядывал на него, чувствуя, как другу плохо. чанбин бросал на джисона настороженные взгляды, пытаясь разгадать его состояние. минхо шел рядом, о чем-то увлеченно рассказывая феликсу, не замечая мучений джисона. и это было самым болезненным. день и вправду был долгим. хан уже был вымотан к концу прогулки, ноги гудели от бесконечных шагов по оживленным улицам токио, а в груди нарастала тянущая боль, которую он списывал на усталость. сердце кололо, словно иголками, и начал появляться кашель — сухой, раздражающий, но без крови, что заставляло его цепляться за надежду. "это просто простуда от ветра ночью," — повторял он про себя, стараясь не паниковать. завтра ещё один такой же долгий день, полный планов и смеха, а после — возвращение домой в корею. но он уже хотел домой, в знакомые стены, где можно спрятаться от этих мук, от минхо, чья близость жгла душу. от ужина со всеми он отказался, сославшись на усталость. — иди, отдохни, — сказал феликс, сжимая его плечо с теплотой, полной понимания, — мы потом заглянем. — минхо лишь кивнул, бросив быстрый взгляд, полный дружеской заботы, которая кольнула джисона острее ножа. он направился в номер, пропитанным запахом города. дверь закрылась за ним с тихим щелчком, и сон сразу прошел в ванную, умылся прохладной водой, чувствуя, как капли стекают по лицу, смывая пыль дня. он взял себя в руки, глядя в зеркало на своё отражение — бледное, с тенями под глазами. "хватит," — подумал он твердо. он сейчас вернется к ребятам, поужинает с ними, как ни в чем не бывало. завтра они проведут ещё один день в японии — музеи, кафе, фото — и домой. главное — никому не портить настроение, вести себя как обычно, делая вид, что все хорошо и ничего не случилось. кашель мог подождать. он вытер лицо полотенцем и вышел из ванной, стараясь расправить плечи. в номере было тихо — банчан и чанбин, наверное, уже спустились вниз, а минхо.. минхо сидел на краю кровати, просматривая телефон. — ты в порядке? — спросил он, поднимая глаза, и в его голосе скользнула нотка беспокойства. парень кивнул, заставив губы растянуться в улыбке. — да, просто освежился. пойдем ужинать? — хо встал, хлопнув его по плечу — жест, от которого сердце джисона сжалось. — пошли, все ждут. они спустились в ресторан отеля, где остальные уже расселись за столом — хенджин с феликсом шептались, сынмин и чонин делились селфи, банчан и чанбин обменивались взглядами. джисон сел рядом с ликсом, который тут же подвинул ему меню. — ешь, а то совсем осунешься, — прошептал он, и джисон благодарно кивнул, игнорируя очередной приступ кашля, который он подавил, отпивая воду. хо напротив рассказывал анекдот, и все засмеялись — даже хан выдавил смешок, пряча боль за маской нормальности. вечер тянулся, полный тепла группы, но внутри него все ныло, напоминая о ночи и кусте роз. следующий день в токио выдался таким же насыщенным и долгим, как и предыдущий. они бродили по музеям, заглядывали в уютные кафе, где феликс и хенджин то и дело обменивались нежными взглядами, а банчан с чанбином перешептывались, скрывая улыбки. хан старался держаться бодро, подавляя кашель, который теперь накатывал чаще, и выдавливая из себя смех над шутками. — эй, джисон, ты в порядке? не отставай! — крикнул минхо, оборачиваясь с широкой улыбкой, и тот кивнул, бормоча. — всё круто, просто задумался. — феликс бросил на него обеспокоенный взгляд, но хан только пожал плечами, убеждая себя, что это всего лишь простуда от ночного ветра. к вечеру ноги вновь гудели, в груди кололо, но он не сдавался, маскируя усталость под обычную сонливость. ужин прошёл в тепле группы, с анекдотами сынмина и чонина, и джисон даже заставил себя поесть, игнорируя боль.☆ ★ ✮ ★ ☆
настал день отъезда. в аэропорту народа было полно, и ребята суетились у гейта, проверяя билеты и багаж. джисон держался то рядом с феликсом, который тихо спросил. — ты уверен, что не хочешь к врачу? кашель не проходит, — но сон отмахнулся. — да ладно, это простуда, день-два пройдёт. — потом он переместился к банчану, который уже знал о странном самочувствии. — если станет хуже, скажи сразу, ладно? — прошептал чан, сжимая его плечо. джисон кивнул, кашель уже был невыносимым, раздирая горло, но он упрямо убеждал себя: "просто простуда, ничего страшного". минхо болтал с хенджином неподалёку, не замечая ничего, а чанбин бросал настороженные взгляды, подозревая неладное. в самолёте хан сел рядом с банчаном, чувствуя, как усталость наваливается свинцом. как только они взлетели, гул двигателей убаюкал его, и он, не удержавшись, привалился головой к плечу лидера, мгновенно уснув. чан не шелохнулся, только тихо вздохнул, погладив его по волосам. феликс через проход кивнул банчану, мол, присмотри, а минхо, сидевший сзади, просто улыбнулся, думая, что друг просто вымотался. никто даже не подозревал, что случится в корее. даже джисон, дремлющий в забытьи, не знал, что по возвращении домой эта "простуда" раскроется во всей красе, изменив его жизнь навсегда. ханахаки уже пустила корни, незаметно, но верно. вот они уже в корее. усталость навалилась на джисона целым грузом. все начали разъезжаться по общежитиям. он с трудом волочил ноги, стараясь скрыть слабость. он сел в машину, следом за ним плюхнулся минхо, оживлённо рассказывая о планах на вечер. хан молча кивал, стараясь не закашляться. город мелькал за окном, но он почти не замечал пейзаж. в голове билась только одна мысль – добраться до дома. как только они переступили порог дома, младший вымученно улыбнулся. — я сразу в душ, ладно? устал жутко. — взяв приготовленную заранее одежду, он быстро скрылся в ванной. включил воду на сильный напор, чтобы заглушить свои стоны. горячие струи обжигали кожу, смешиваясь со слезами, которые текли не останавливаясь. он начал кашлять, сильно, надрывно. почувствовав на руке что-то мокрое, джисона передернуло. в ладони была кровь, алых капель становилось всё больше. его охватила паника. теперь он понял, что это далеко не простуда. он всё-таки заболел ханахаки. смыв кровь, он тут же взял телефон и набрал банчана. слёзы текли не останавливаясь. чан ответил и сразу же услышал всхлипы. он начал переживать. — что случилось? — с тревогой спросил он. джисон сквозь слёзы и кашель выдавил. — кровь.. — старший не понял сразу. — чего.. — переспросил он. джисон с трудом произнёс. — я заболел.. ханахаки.. — и тот всё понял. — джисон, спокойно, где ты сейчас? — спросил чан, стараясь сохранять хладнокровие. младший ответил, задыхаясь от рыданий. — я.. я дома.. — банчан задумался на секунду. — хорошо, слушай меня внимательно. ни слова минхо. вообще никому, кроме меня и феликса. ты понял? — джисон всхлипнул в знак согласия. — я сейчас приеду с феликсом. жди нас и постарайся успокоиться. всё будет хорошо, слышишь? сон прошептал тихое "да" в трубку, и банчан отключился. он медленно опустил телефон, чувствуя, как холодный пот проступает на лбу. "ханахаки.. с минхо под одной крышей.." пронеслось у него в голове. он посмотрел на своё отражение в зеркале - бледное, испуганное. — всё будет хорошо, джисон. просто держись. — прошептал он самому себе, стараясь унять дрожь в руках. чан, как и обещал, примчался вместе с феликсом. настойчивый звонок разнесся по маленькой квартире. минхо открыл дверь, нахмурив брови, не понимая, почему друзья здесь, и почему их лица такие встревоженные. — вы чего..? — начал было хо, но банчан перебил его, резко бросив. — где хан!? линоу забеспокоился. — в ванной.. а что случилось..? — старший тут же рванул в сторону ванной, стуча в дверь и требуя, чтобы джисон открыл. ликс, схватив минхо за плечи, отвел его в комнату, стараясь говорить спокойно и убедительно. — просто хану стало хуже.. вот мы за ним и приехали. минхо попытался вырваться и проскользнуть к ванной, но феликс преградил ему путь. — не стоит, вдруг сам заболеешь. — он пытался убедить его, что у джисона просто обострилась простуда, подхваченная еще в японии. хо метался взглядом между феликсом и ванной, откуда не доносилось ни звука. вскоре дверь ванной открылась, и банчан, с непроницаемым лицом, скрылся за ней. младший попытался переключить внимание минхо на другое. — не переживай, мы отвезем его в больницу. а ты пока можешь поехать к сынмину, а то я его там одного резко оставил. да и чонин должен скоро к нему приехать. — феликс явно импровизировал, лишь бы убрать минхо отсюда. банчан ворвался в ванную, сразу же заключив джисона в крепкие объятия, пытаясь передать хоть немного спокойствия. — тише.. мы что-нибудь придумаем.. — прошептал он, чувствуя, как тот дрожит всем телом. но чан, как и хан, не представлял, что делать дальше. новую волну кашля остановить не удалось – джисон отвернулся, судорожно ловя воздух, и банчан увидел кровь. мгновенно схватив полотенце, он прижал его к лицу друга, одновременно смывая кровь с его дрожащей руки. — поехали ко мне, чонин у сынмина, минхо тоже там будет, — быстро проговорил чан, стараясь не выдать панику в голосе. джисон, продолжая кашлять в полотенце, слабо кивнул. — для минхо ты едешь в больницу, — добавил старший, и в ответ снова получил кивок. осторожно подхватив того на руки, он вышел из ванной комнаты. банчан посмотрел на феликса и минхо, их лица отражали смесь беспокойства и непонимания. — феликс, поехали в больницу, — сказал лидер, стараясь казаться максимально убедительным. хо тут же встрепенулся. — я поеду с вами! — воскликнул он, готовый сорваться с места. — не стоит, мы, если что, тебе позвоним. поезжай к ребятам. не переживай, — феликс выдавил из себя слабую улыбку, пытаясь убедить. минхо, хоть и с сомнениями, но всё же согласился. ликс, банчан и джисон покинули квартиру, оставляя того одного. тяжело вздохнув, он начал собираться к сынмину и чонину, стараясь не думать о том, что скрывают от него друзья. ребята уже ехали на квартиру чана. ли и хан сидели на заднем сиденье. младший крепко прижимал его к себе, словно пытаясь впитать в себя его боль, пока тот не переставал кашлять, прикрывая рот полотенцем, которое уже успело пропитаться кровью. по салону автомобиля повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь хриплыми вздохами джисона. вдруг сон заговорил, слезы продолжали течь по его щекам, оставляя мокрые дорожки. — хен.. прости.. — прошептал он осипшим голосом. банчан, сосредоточенный на дороге, не сразу понял, о чем тот говорит. — если бы я.. не вышел.. — вновь прокашлявшись, но превозмогая боль, он продолжил. — ..не вышел на улицу.. той ночью.. и.. не снял маску.. — очередной приступ кашля сотряс его тело, но он упорно продолжал, чувствуя вину, разъедающую изнутри. — этого бы не было.. прости меня.. феликс с тяжестью и сочувствием смотрел на джисона, понимая, что тот винит себя за то, что заболел. а банчан тяжело вздохнул, чувствуя безысходность ситуации. — джисон, твою ж.. — он помотал головой, стараясь отогнать дурные мысли и сказал, пытаясь приободрить друга. — ладно, что сделано, то сделано.. — он продолжил вести машину, вглядываясь в ночные огни сеула и закончил, стараясь убедить не только хана, но и самого себя. — этого все равно было не избежать.. тишина в машине стала еще более давящей. ликс сильнее прижал его к себе, шепча слова утешения. джисон молчал, опустив голову, а в голове крутились обрывки воспоминаний о той злополучной ночи. банчан припарковал машину, быстро обежал капот и открыл заднюю дверь. осторожно подхватив хана на руки, он прижал его к груди, чувствуя, как тот дрожит всем телом от страха. джисон уткнулся лицом в плечо, пытаясь унять новый приступ кашля. феликс шел следом, неся сумку с вещами, и оглядывался, проверяя, не следит ли кто за ними. квартира встретила их тишиной — чонина не было, он был у сынмина, и это было к лучшему. ребята спокойно зашли внутрь, не привлекая лишнего внимания, и прошли прямо в комнату банчана. младший тут же сорвал одеяло с кровати, бросил его в угол и разложил несколько слоев полотенец на одной стороне матраса, чтобы впитывали кровь. рядом он положил чистое полотенце на всякий случай, а потом кивнул чану. — иди, помоги ему, я пока все подготовлю, — тихо сказал феликс, стараясь звучать уверенно. банчан зашел с джисоном в ванную, аккуратно опустив его на край ванны. — давай, хан, умоемся, переоденемся, и все будет проще, — прошептал он, включая теплую воду. сон слабо кивнул, его глаза были красными от слез. чан помог ему смыть следы крови с лица и рук, стер пот со лба, а потом осторожно снял пропитанную одежду. старое полотенце он закинул в стирку, включив машину на быстрый цикл, и надел на джисона свежую пижаму — простую, мягкую, чтобы не раздражала кожу. — держись, малыш, мы рядом, — добавил он, поддерживая его под локоть, и помог дойти до кровати, где джисон наконец лег, свернувшись в комок. как только голова хана коснулась подушки, его снова скрутил кашель — надрывный, рвущий грудь. кровь брызнула на полотенца, алые капли расползались пятнами. джисон зажал рот рукой, но это не помогло, и он тяжело задышал, чувствуя, как грудная клетка взрывается болью. внутри словно что-то острое впивалось в сердце и легкие, не давая вдохнуть полной грудью. — больно.. хен, так больно, — прохрипел он, слёзы снова покатились по щекам. ликс мгновенно подал ему свежее полотенце, прижав к губам. — вытирай, дыши медленно, я здесь, — мягко сказал он, садясь рядом на край кровати и начиная поглаживать спину джисона круговыми движениями, чтобы хоть немного успокоить. банчан опустился на пол у кровати, доставая телефон и начиная лихорадочно искать информацию о ханахаки в интернете. чан скроллил страницы в интернете, судорожно пытаясь найти хоть какую-то информацию о скорости прогрессирования ханахаки. его пальцы дрожали, когда он просматривал медицинские форумы и статьи, отчаянно надеясь найти способ замедлить болезнь. вдруг он замер, уставившись в экран телефона, и начал вслух читать. — если любовь к человеку слабая, но она есть и безответная - то ханахаки будет прогрессировать медленно.. у человека останется ещё несколько месяцев жизни от 2 до 6 месяцев, если он не обратится к врачу.. феликс, сидевший рядом с джисоном на кровати, посмотрел на банчана расширенными от ужаса глазами. — а если сильная любовь..? — прошептал он, боясь услышать ответ. старший глубоко вздохнул, не желая озвучивать страшную правду, но понимая, что они должны знать, с чем столкнулись. — если любовь сильная и человек очень долго страдает, то болезнь прогрессирует ещё быстрее.. у человека минимум неделя - две.. если он не обратиться к врачу.. ли тревожно повернулся к хану, его глаза наполнились слезами. он крепче обнял друга, словно пытаясь защитить его от надвигающейся беды. банчан дочитал статью, его голос дрожал. — если заболевший попытается открыться человеку, которого любил и тот не ответит взаимностью.. то не важно на какой стадии находиться больной и не важно как быстро прогрессирует болезнь.. больной сразу же умрёт.. — тишина в комнате стала оглушающей, прерываемой лишь тихими всхлипами джисона. сон вновь начал задыхаться от кашля. он был сильнее, чем до этого. он не мог нормально вдохнуть, что-то мешало в горле. феликс тут же встрепенулся, не зная, что делать. чан вскочил с пола и сел рядом с ними, положа руку на бедро, пытаясь успокоить. и вдруг джисон выплюнул на полотенце два лепестка. один был нежно-розовым, от розы, а второй напоминал лилию, но, увидев, что этот лепесток красный не от крови, а потому что это его естественный цвет, джисон дёрнулся от ужаса. все ещё хуже, чем они думали. второй лепесток был от ликориса. банчан и феликс замерли, тоже понимая, что это означает. тишина в комнате стала почти осязаемой, словно воздух загустел. роза не была редкостью в этой болезни. она встречалась часто. ведь именно её стебли опутывали сердце и лёгкие, прорезая их и нежную кожу. а вот ликорис - это была большая редкость, ведь он сразу давал понять, что смерть неизбежна. и поможет только чудо. в тишине раздался только всхлип хана. но а вместе эти два цветка обладали глубоким смыслом, и, если победит ликорис, джисона уже нельзя будет спасти. банчан сжал руку сона, стараясь передать хоть немного силы. — джисон, дыши.. просто дыши, хорошо? — ликс продолжал гладить его по спине, шепча слова утешения, но в глубине души чувствовал, как надежда тает с каждой секундой. джисон судорожно хватал воздух, но лепестки роз и ликориса, вязкие от крови, перекрывали дыхательные пути. он дергался, пытаясь выплюнуть их, но с каждым новым приступом кашля из горла вырывались лишь новые порции алой жидкости и нежных лепестков. полотенца вокруг него уже превратились в багряное месиво, пропитанное кровью и цветами. тело парня сотрясалось, он тяжело и хрипло дышал, словно рыба, выброшенная на берег, борясь за каждый глоток воздуха. вдруг зазвонил телефон банчана. это был минхо. тот, приглушив кашель джисона подушкой, отошел в другой конец комнаты. — как джисон? — голос хо звучал обеспокоенно. чан запнулся, не зная, что сказать. — пока ничего не понятно. сказали лечиться и как можно меньше контактировать с другими. мы с ликсом за ним приглядим. если будет хуже, то я тебе тут же наберу. — линоу тяжело вздохнул. — хорошо. не оставляйте его одного. — хорошо. на связи.. — чан сбросил вызов, чувствуя, как на него наваливается неподъемный груз. не успел он вернуться к джисону, как телефон зазвонил снова. это был чанбин. он оттянул волосы назад, простонав. — как же это все тяжело.. — феликс тревожно переводил взгляд с барахтающегося в бреду джисона на банчана. тот все же ответил. — хенджин до феликса не может дозвониться. а сынмин сказал, что вы повезли джисона в больницу. чан, что происходит? тишина повисла в комнате. феликс все еще держал джисона, а банчан не знал, что ответить. он выдохнул, не зная даже, что сказать. передал телефон ликсу и прошептал. — попытайся им объяснить.. а я сменю полотенца.. — у младшего слезы наворачивались на глаза, но он кивнул, взял телефон и поставил на громкую связь, положив его рядом с собой на кровать. примостившись поудобнее, он положил подушку себе на колени и бережно уложил на неё джисона, чтобы тому было хоть немного легче дышать. взял новое, чистое полотенце и подложил его к губам хана, готовый в любой момент помочь ему выкашлять все, что мешало дышать. банчан, тем временем, принялся за уборку, стараясь действовать быстро и бесшумно. каждое движение отдавалось болью в его сердце. алые пятна крови густо пропитали полотенца, смешиваясь с нежными лепестками роз и ликориса. он собирал их, стараясь не смотреть на это жуткое месиво, и складывал в большой пакет для стирки, стараясь не запачкать остальную часть комнаты. чанбин и хенджин, на другом конце провода, отчетливо слышали хриплый кашель джисона. — ликс, что у вас происходит? — взволнованно спросил хван. феликс, не отрывая взгляда от страдающего, гладил его по волосам, пытаясь успокоить не только его, но и себя. — я не знаю, как вам это объяснить.. это все очень тяжело.. — прошептал он, сдерживая рыдания. чанбин, собравшись с духом, задал прямой вопрос. — на сколько все плохо с джисоном? — феликс и банчан переглянулись, услышав этот вопрос. они не ожидали, что кто-то догадается. — ты знал..? — тихо спросил ликс. — мы с хенджином догадывались.. — ответил со. хенджин перебил его. — начали предполагать еще тогда, когда минхо сказал, что вы его якобы в больницу повезли.. а чонина отправили к сынмину. так же, как и минхо.. — в его голосе чувствовалась тревога и беспокойство. джини и бин не могли поверить в то, что их друг болен. они не знали, как долго ему осталось, но понимали, что ситуация критическая. тишина снова наступила в комнате, прерываемая лишь тяжелым дыханием джисона и тихими всхлипами феликса. банчан, закончив с уборкой, опустился на пол рядом с кроватью, чувствуя, как силы покидают его. он понимал, что им нужно срочно что-то делать, но что? как спасти джисона, когда время утекает сквозь пальцы? хенджин решился на ещё один вопрос, его голос дрожал от страха за джисона. — это минхо..? — прошептал он, словно боясь подтвердить самые худшие опасения. чан тяжело выдохнул, прикрыв глаза на мгновение. в комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь хрипами джисона, от которых сердце разрывалось на части. — да.. — тихо ответил старший, опуская взгляд на пол. чанбин, услышав подтверждение, начал осознавать всю трагичность ситуации. он понимал, что времени остается совсем немного. — черт.. ему нужна операция. так он хотя бы жить будет.. — пробормотал со, отчаянно пытаясь найти выход. феликс не выдержал, его голос сорвался на рыдания. — чанбин, у него ликорисы! ты понимаешь? там даже на операции шансы маленькие! — сквозь слезы прокричал ликс, крепче прижимая друга к себе. и тут повисла тишина. все прекрасно понимали, что ликорисы — это зловещий предвестник, прямая дорога к смерти. они символизировали отказ, отчаяние и неизбежность. хенджин, всё ещё не веря в происходящее, задал следующий вопрос, пытаясь зацепиться за соломинку надежды. — и когда вы собираетесь сказать об этом минхо? — банчан посмотрел на джисона, который вновь начал задыхаться от кашля, его лицо исказилось от боли. — не знаю.. но у него ханахаки быстро прогрессирует.. — ответил он, его голос звучал отчаянно. чанбин начал обдумывать все варианты, взвешивая каждый риск. — может им все же нужно поговорить..? — тихо произнес бин, словно боясь спугнуть надежду. ли, с осторожностью наклонив джисона над чистыми полотенцами, прошептал. — если минхо ему откажет.. или.. не будет искренен, то.. — банчан видел, как тому тяжело говорить об этом, и закончил за него. — то джисон.. умрёт.. моментально.. — вся ответственность за жизнь хана легла на их плечи, выбор, от которого зависело всё. хван, почувствовав всю тяжесть ситуации, засомневался. — а минхо.. никогда не говорил, что.. что что-то чувствует к джисону.. — его голос затих. минхо всегда был сдержанным и скрытным в проявлении своих чувств, и теперь эта отстраненность могла стоить джисону жизни. хан наконец немного успокоился, но его взгляд был пустым. он уже прекрасно понимал, что его конец близок. кровь продолжала сочится из уголков губ, смешиваясь со слезами, бесшумно текущими по щекам. феликс аккуратно вытер его лицо мягким краем полотенца и тихо спросил, стараясь не нарушить хрупкое затишье. — немного легче стало..? — джисон едва заметно кивнул, прикрывая глаза и прижимаясь спиной к нему, словно ища в нем утешение. слабой рукой он обнял друга за запястье. его голос, хриплый и едва слышный, прозвучал как надломленный шепот. — спасибо.. в этот момент из динамика телефона раздался голос хенджина. он старался держать тон ровным, но тревога прорывалась в каждом слоге. — надо хотя бы сынмину и чонину сказать… нельзя их дальше обманывать. они ведь заметят, что что‑то не так. банчан медленно опустил веки, чувствуя, как слёзы прокатываются по щекам. он сглотнул, собрал волю в кулак и ответил. — да.. сможете им объяснить..? — чанбин тут же отозвался. — да. мы с хенджином всё расскажем. не волнуйся. —банчан кивнул самому себе. голос звучал глухо, но чётко. — тогда говорите правду… но минхо пока не трогайте. не хочу, чтобы он узнал раньше времени. тишина опустилась на комнату. только прерывистое дыхание джисона и тихие всхлипы феликса нарушали её. чан поднялся, стараясь не делать резких движений. подошёл к мини‑бару, достал три бутылки воды. вернулся к кровати, одну протянул ликсу, вторую поставил на тумбочку. третью начал открывать, говоря негромко. — я посижу с ним. когда совсем успокоится — отведём в ванну. младший молча кивнул, осторожно высвободил руку из хватки и встал. движения были замедленными, будто каждое отнимало последние силы. чан сел на его место, бережно придвинул к себе джисона, поддержал его спину. открыл бутылку, поднёс к губам больного и мягко произнёс. — попробуй попить. нужно восполнить жидкость. джисон приоткрыл глаза, кивнул. попытался приподняться, но тело не слушалось. старший помог ему, обхватив за плечи. первые капли воды коснулись губ — и тут же смешались с кровью. хан закашлялся, тело содрогнулось. тот терпеливо ждал, пока приступ утихнет. протёр губы джисона чистым краем полотенца. — потихоньку, — шептал он. — не торопись. маленький глоток — и пауза. сон снова припал к бутылке. на этот раз пил медленно, с перерывами. каждый глоток требовал невероятных усилий, но он упорно продолжал. банчан не отрывал взгляда, пальцы крепко сжимали его плечо — будто так можно было передать хоть каплю собственной силы. когда бутылка опустела наполовину, парень обессиленно откинулся назад, закрыл глаза. банчан аккуратно убрал бутылку на тумбочку, обнял его, прижимая к себе. — ты справился, — прошептал он, гладя по волосам. — просто дыши. мы здесь. мы не оставим тебя.☆ ★ ✮ ★ ☆
настал следующий день. за ночь полотенца сменились ещё несколько раз. джисон находился в ванной и пытался привести себя в порядок. феликс находился рядом и помогал. чан готовил завтрак. как вдруг из ванной послышался встревоженный голос младшего. — чан.. приди сюда! — позвал ли, и в его голосе читалась паника. тот тут же бросил готовку и примчался в ванную. он обнаружил джисона на коленях, кашляющего над ванной, и встревоженного феликса. а в раковине заметил закрытые бутоны роз и небольшие цветки ликориса. — чан.. с каждым часом всё только хуже становится.. — проговорил ли, поддерживая хана за плечи. джисон задыхался, выплёвывая бутоны и цветки. ванная комната была залита его кровью и покрыта цветами. болезнь стремительно прогрессировала, практически не оставляя никакой надежды. — джисон, держись. — проговорил банчан, бросаясь помогать другу. цветы продолжили выходить из него, раздирающие его горло изнутри. дышать становилось всё труднее. сердце пронзала боль от шипов роз, которые прорастали внутри него, царапая внутренние органы. а цветы ликориса заполнили его легкие, препятствуя нормальному дыханию. каждый вдох сопровождался мучительным кашлем, выбрасывающим наружу кровавые лепестки и стебли растений. — чан, что нам делать? — испуганно спросил феликс, наблюдая за страданиями своего лучшего друга. — я не знаю.. — беспомощно ответил старший, ощущая, как страх охватывает его сознание. — мы должны что-то предпринять, иначе.. — его голос оборвался, когда он увидел, как очередная волна цветков вырвалась изо рта сона, заставляя того судорожно хватать воздух. банки с лекарствами, стоящие на полочке, казались бесполезными против этой ужасающей болезни. — держись, джисон! пожалуйста, держись! — повторял ликс, стирая кровь с лица друга, но новая порция появлялась немедленно. чан опустился на колени рядом с ними, бессильно глядя на страдания друга. он чувствовал, как каждая секунда промедления приближает трагический финал, но не мог придумать никакого способа остановить этот кошмар. спустя пару часов мучения стихли. джисон и феликс сидели на кафельном полу, ликс бережно вытирал испачканное кровью лицо друга и убирал с кожи прилипшие лепестки, пытаясь привести его в чувство. чан в это время убирал следы недавней катастрофы - отмывал ванну от крови и цветов, стараясь не допустить, чтобы в доме оставался хоть какой-то намек на произошедшее. когда все было убрано, сон наконец смог принять теплую ванну. внутри все горело и болело, словно кто-то раскаленными иглами царапал его горло, но приступы закончились, и ему вновь было легко дышать. вскоре они уже сидели на кухне, освещенной мягким светом настольной лампы. хан вяло ковырялся вилкой в тарелке, пытаясь поесть, но каждое движение причиняло боль. расцарапанное горло отказывалось принимать пищу. он смог проглотить лишь пару ложек, а все оставшееся время пил воду маленькими глотками, пытаясь хоть немного увлажнить пересохшее горло. позже ребята переместились в комнату. парень лежал на полотенцах. феликс и банчан сидели рядом, понимая, что вдвоем им не справиться. тишину нарушал только прерывистый вдох джисона и тихие всхлипы ли. — нужно позвать чанбина и хенджина, — тихо произнес чан, нарушая молчание. феликс кивнул, соглашаясь с ним. — я им напишу, — ответил он, доставая телефон. ребята условились, что сынмину и чонину будут иногда писать о состоянии джисона, стараясь их успокоить. только вот минхо до сих пор не знал, что с ханом. единственное, что говорил ему банчан - это то, что джисон лечится и пока нет никаких прогнозов.☆ ★ ✮ ★ ☆
уже вечером, хенджин и чанбин приехали к ребятам. они были в ужасе от состояния джисона. — сколько примерно у него времени осталось..? — спросил хван, глядя на исхудавшего друга. лидер начал складывать в уме. — это началось после первой ночи в японии.. — банчан нахмурился, вспоминая события тех дней. подумав ещё немного, он сказал. — прошло где-то 4 дня.. максимум у него 1,5 недели.. — эти слова дались ему тяжело. феликс все так же сидел с другом, поглаживая его по голове. хенджин подошёл к младшему и сел рядом с кроватью. он осторожно взял руку ликса в свою, большим пальцем нежно поглаживая тыльную сторону ладони. в глазах джини читалась глубокая печаль, а в движениях — тихая поддержка. ли робко улыбнулся ему в ответ, благодарный за молчаливое утешение. переплетение их пальцев стало символом общей боли и надежды, хрупкой нитью, связывающей их в этот трудный момент. чанбин все же смог заговорить. — чан, ты не должен дать ему умереть.. — в голосе парня звучала мольба. банчан тяжело вздохнул. — я.. не знаю, что делать.. от ликорисов мало, кто выживал.. — чан посмотрел на джисона и продолжил. — сколько я ни читал статей.. все писали, что от них.. мало кто выживает.. даже после операции.. бин понимал всю серьёзность, но предложил ещё один вариант. — а если все же минхо сказать? — тот покачал головой. — пока не надо.. я боюсь, что минхо случайно отнимет.. последнии даже эти 1,5 недели.. — банчан замолчал, чувствуя, как ком подступает к горлу. он представил реакцию минхо, его боль и отчаяние, и понял, что не готов подвергать джисона этому испытанию сейчас. он боялся, что внезапная правда только ускорит и без того стремительный процесс. в этот момент джисона снова начало трясти. феликс дёрнулся, пытаясь успокоить друга, но тело содрогалось в диком приступе кашля, который перекрыл ему дыхание. ликс тут же схватил лежавшее рядом полотенце, готовясь к новому кошмару. из хана с хрипом начали вырываться бутоны роз и алые цветки ликориса, неистово царапая и без того измученную глотку. банчан тут же оказался рядом, поддерживая джисона за спину и плечи, в то время как чанбин оцепенело наблюдал за страшной картиной. джисон, задыхаясь, попытался произнести хоть слово. — больно.. везде.. — прохрипел он. ликс, сдерживая слезы, как мог вытирал ручьи крови, хлеставшие изо рта джисона. кровь заливала полотенце, пропитывала кожу, смешивалась с алыми лепестками. хенджин и чанбин, словно парализованные, не могли понять, как помочь. чан, чувствуя, как сон слабеет, повернулся к ним с отчаянной просьбой. — принесите воды и чистые полотенца из сушки. — голос старшего дрожал. те тут же кинулись выполнять его поручение. ли продолжал вытирать кровь, которая все не останавливалась. джисон корчился от боли, выплевывая новые порции цветов. казалось, стебли прорастали в нем, и каждую секунду он ощущал, как острые шипы роз вонзаются в его плоть, разрывая внутренности. ликорисы, словно живые, липли к легким, не давая нормально дышать, и каждый вдох давался ему с неимоверным трудом. ребята вернулись в комнату. феликс, дрожащими руками, принял одно из полотенец от чанбина и, нежно приподнимая голову джисона, прикрыл его рот. — щас.. потерпи.. — прошептал он, пытаясь хоть немного облегчить мучения друга. банчан молниеносно сбросил окровавленные полотенца с кровати, застилая её новыми, чистыми. запачканные тряпки он передавал хенджину, а тот, в свою очередь, незамедлительно относил их в стиральную машину. ликс продолжал держать голову джисона над полотенцами, но остановить поток цветов было невозможно. они выходили снова и снова, окрашивая все вокруг в алый цвет. со, оцепенев, наблюдал за происходящим. он чувствовал себя беспомощным, не зная, чем помочь другу в этот страшный момент. феликса начинало трясти от ужаса, кровь лилась рекой. — чан он так захлебнется.. — прошептал он, срываясь на рыдания. банчан, стараясь сохранить самообладание, посмотрел на него. — не паникуй, все будет нормально. — твердо сказал он, обращаясь к чанбину. — замени ликса. — а затем, повернулся к хенджину. — а ты постарайся его успокоить. — хенджин кивнул, бережно обхватил парня за плечи, помогая ему подняться. чанбин тут же занял его место, опускаясь на колени рядом с кроватью. — что.. что делать..? — растерянно спросил он. — просто вытерай его кровь и следи, чтобы голова была более менее ровно. — ответил ему банчан, чувствуя, как его собственный голос дрожит. чанбин кивнул и принялся осторожно вытирать кровь с лица джисона, стараясь не причинить ему еще большей боли. хван, прижав феликса к себе, нежно целовал его в висок, пытаясь утешить и отогнать от него ужасные картины, которые только что разворачивались перед его глазами. джисон дрожал всем телом, слезы текли, кровь не останавливалась, цветы выходили. но вдруг он начал ещё сильнее задыхаться, цветы уже не выходили, они застряли в глотке. старший тревожно на него смотрел, понимая, что становилось только хуже. — джисон, пытайся выплюнуть. — прохрипел банчан, его голос был полон отчаяния. ликс уже не мог за этим наблюдать, ноги его не держали, и он почти упал, но хенджин успел уловить этот момент и вместе с ним уселся на пол, прижимая его сильнее. внезапно, джисон кое-как смог вдохнуть, и в следующий миг из него вышел уже не бутон, а полностью раскрывшаяся роза, алая и окровавленная. каждый лепесток казался пропитанным болью, каждый шип — предвестником скорой гибели. это означало, что до смерти оставалось две стадии, которые неизвестно, как быстро приведут его к мучительной гибели. вся комната замерла в ожидании худшего. и вдруг все стихло. хан вновь мог спокойно дышать, и кровь почти не вытекала. чан растерянно бегал глазами по его лицу. — все..? — тихо спросил он, не веря в наступившую тишину. джисон слабо кивнул, подтверждая его слова. облегчение было мимолетным, зная, что затишье лишь временное. банчан тут же направился за миской. вернувшись, он наполнил её водой и сел обратно на кровать. чанбин помог джисону принять сидячее положение, поддерживая его спину. — тебе нужно прополоскать рот. — мягко сказал банчан, протягивая ему миску. младшй тяжело вздохнул и принял бутылку, начиная полоскать рот и умываться над миской. вода окрасилась в розовый цвет, смешиваясь с кровью и остатками лепестков. каждое движение причиняло боль, но джисон старался очистить глотку от мучительных следов. его лицо было бледным, измученным, но в глазах все еще теплилась слабая надежда.☆ ★ ✮ ★ ☆
кое-как, обессиленный, джисон смог уснуть. ребята, измученные и подавленные, оставались рядом с ним. феликс и хенджин, примостившись на краю кровати, неотрывно смотрели на джисона. банчан и чанбин, не находя себе места, сидели на полу, облокотившись о стену. тишину нарушил тихий голос ликса. — вчера появилась кровь, а после лепестки.. — он поднял заплаканные глаза и обвёл взглядом собравшихся. — сегодня утром появились бутоны.. а сейчас они распустились.. — ли повернулся к чану, и в его голосе зазвучала отчаянная мольба. — чан, у него даже нет этих 1,5 недели.. с тем учётом, как она у него прогрессирует.. дня 2-3.. максимум.. бин опустил голову, подавленный услышанным. он не мог даже представить, какую боль сейчас испытывает джисон. банчан прекрасно понимал, что слова феликса — горькая правда. хенджин, сжав кулаки, прикрыл глаза. — я предлагаю все же позвать минхо.. — произнёс он, не открывая глаз. старший резко помотал головой, отрицая эту идею. — пусть джисон хоть так, но доживёт эти дни.. минхо правда может убить его.. позовём его через пару дней.. — со с тревогой посмотрел на него. — а если не успеем? — прошептал он. чан, тяжело вздохнув, обнял его за плечи, пытаясь хоть как-то успокоить. — успеем.. я буду самолично вытаскивать из него эти цветы.☆ ★ ✮ ★ ☆
следующее утро принесло лишь дурные вести. на следующий день стало все понятно. джисону оставалось совсем немного. за ночь, на его коже появились мелкие прорезы. феликс первым заметил их, когда пытался укрыть его одеялом. — чан.. — тихо позвал он, указывая дрожащей рукой на плечо друга. на бледной коже проступали тонкие, будто стеклом нанесенные, полосы. хан отказывался от еды. он физически не мог есть. единственное спасение была вода. ребята его не оставляли не на минуту. вечером этого же дня, через эти прорезы начали появляться потехоньку цветы. алые лепестки пробивались сквозь кожу, означая то, что пришла последняя стадия и у хана были последние сутки жизни. все это прекрасно понимали. и банчан принял решение, что минхо с сынмином и чонином должны приехать завтра. — нам нужно сказать им.. — прошептал лидер, отходя в сторону, чтобы позвонить. — я позвоню минхо.. сынмин и чонин поедут с ним. и уже в эту ночь цветы на теле распускались, словно подчиняясь мрачной симфонии смерти. эту ночь никто не спал, кроме самого джисона, чье сознание то и дело проваливалось в болезненную дрему. каждый наблюдал за ним, понимая, что если минхо не откликнется на чувства сона, то это будет их последний день вместе с ним. парень плохо спал, ощущал, как цветы начали пускать корни в нем, оплетая внутренние органы своими колючими стеблями. — больно.. очень больно, — прошептал он, сквозь сон. феликс, сидя рядом, тут же взял его за руку. — мы рядом, джисон, мы с тобой. он уже сам был готов к смерти. его любовь к минхо была настолько сильной, что ханахаки прогрессировала с неимоверной скоростью, пожирая его изнутри. сердце, оплетенное колючей розой, готово было остановиться в любой момент. настало последнее утро для джисона, как считали все. банчан, с мешками под глазами и покрасневшими от бессонной ночи глазами, нервно переминался с ноги на ногу, ожидая ребят возле двери своей квартиры. как только силуэты троих показались в конце коридора, он выдохнул. впустив сынамина и чонина в квартиру, банчан жестом остановил минхо, прося его остаться. — проходите, — тихо сказал старший, пропуская младших в квартиру. те, не сговариваясь, тут же направились в комнату, откуда доносились приглушенные стоны и хрипы. дверь скрипнула, и перед их глазами предстала ужасающая картина: джисон, скрючившись от боли, лежал на кровати, усыпанной алыми цветами роз и кроваво-красными ликорисами. тонкие руки хана хаотично метались по простыням, пытаясь унять нестерпимую боль. одна сторона шеи была усыпана цветками ликориса, словно кто-то специально воткнул их туда, другая же в крови. руки в разброс были усыпаны розами, неровные контуры которых проступали через тонкую ткань футболки, создавая ощущение, будто цветы рвутся наружу из самой плоти. нин, не в силах сдержать эмоций, тут же прижался к сынмину, зажмурившись. было тяжело видеть друга в таком состоянии, осознавая всю беспомощность момента. а за дверью квартиры стояли банчан и минхо. хо, взволнованный и сбитый с толку, смотрел на того, не понимая, что происходит. — что с джисоном? — в голосе слышалось неподдельное беспокойство. банчан глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. — я тебя прошу.. если в тебе хоть что-то есть, то вытащи это. — в голосе звучала мольба, смешанная с отчаянием. минхо непонимающе нахмурился. — да что с ним? — повторил линоу, начиная терять терпение. тот прикрыл глаза, стараясь сохранять спокойствие. — сейчас ты зайдёшь и всё поймёшь. но не сделай хуже. банчан, не дожидаясь ответа, распахнул дверь, и минхо, словно выпущенный из клетки зверь, ворвался внутрь. кашель, пронзительный и мучительный, врезался в уши. он рванулся в комнату, сердце колотилось как бешеное. увиденное повергло его в ступор. джисон.. его джисон, исхудавший, бледный, лежал на кровати, утопая в багряном море из цветов. друзья стояли с вымученными лицами, только сынмин и чонин застыли в стороне, с ужасом в глазах, не в силах вынести эту картину. каждый вдох хана казался последним усилием, цветы рвались наружу, оставляя за собой кровавый след. чан подошел к минхо, положив руку на плечо. — считай, что это его последний день. но всё сейчас зависит от тебя.. – прошептал он, и, оставив его в смятении, обнял чанбина, отворачиваясь от мучений джисона. хо, словно в трансе, медленно подошел к кровати. разум отказывался верить в происходящее. его чувства к джисону.. он всегда старался не думать об этом, прятал глубоко внутри, убеждая себя, что это всего лишь дружба. но сейчас, глядя на него, он понимал: от этих самых чувств зависит его жизнь. не смотря на то, что происходило на кровати, минхо всё же сел на неё коленями и осторожно взял лицо парня в свои руки. на глазах были слёзы. сон, увидев минхо, ощутил резкую боль в сердце. шипы врезались в него. он еле выдавил из себя — пожалуйста.. не надо.. ли смотрел на джисона, его тело содрогалось в конвульсиях от боли. глаза, обычно искрящиеся смехом, сейчас были полны слез и отчаяния. он прошептал, едва различимо. — ты правда на столько меня любишь..? джисон, собрав остатки сил, кивнул, причиняя себе еще больше боли. лепестки ликориса царапали горло, затрудняя дыхание. хо не знал, что сказать. мир вокруг словно перестал существовать, остался только он, джисон и эта невыносимая боль, пропитавшая воздух. он закрыл глаза, пытаясь расставить все по местам в своей голове. как он мог быть настолько слеп? минхо выдохнул, открыл глаза и, сглотнув образовавшийся ком в горле, произнес. — ты мне.. нравишься, джисон.. но.. боже.. — ему было тяжело говорить, каждое слово давалось с трудом, но он продолжил. — я люблю тебя.. но джисону это не помогло. очередной приступ кашля сорвался из его груди, и он отвернулся от него, вновь выплевывая цветы, перемешанные с кровью. сквозь боль прорвались слова. — я.. же говорил.. он не искреннен.. все понимали, к чему это идет, но каждый в глубине души надеялся на чудо. феликс всхлипнул, прикрыв рот рукой. чанбин сжал кулаки, чувствуя, как бессилие душит изнутри. банчан отвернулся, не в силах смотреть на агонию джисона. хо вздохнул, понимая, что его слова, произнесенные слишком поздно, только убивают парня. он начал метаться взглядом по кровати, пытаясь хоть что-то найти в себе, за что можно было бы ухватиться. и все же, собравшись, он сказал, вновь поворачивая дрожащую голову джисона к себе. — хани.. я.. я правда люблю тебя. да, я слепой идиот. не видел ни твоих чувств, ни своих.. — минхо сглотнул ком в горле и продолжил, голос дрожал. — но сейчас я говорю искренне, я люблю тебя. может, это и поздно, но главное, что я сейчас это говорю. маленький мой, я правда тебя люблю. и в следующий момент никто не ожидал того, что сделает минхо, даже он сам этого не ожидал. он прильнул к губам джисона в отчаянном поцелуе, как будто пытался вдохнуть в него новую жизнь, словно надеялся передать всю свою любовь, запоздалую, но искреннюю, одним лишь прикосновением. поцелуй был нежным и отчаянным, полным сожаления и раскаяния. хо словно молил этим поцелуем о прощении, умолял болезнь отступить, умолял джисона жить. все наблюдали за этим в ожидании хоть чего-то. линоу продолжал целовать его, шепча между поцелуями о своих чувствах и прося прощения. его губы касались губ хана нежно, словно боясь причинить еще больше боли. — прости меня, хани.. прости, что был таким слепым. я люблю тебя, слышишь? люблю, — шептал он между короткими, прерывистыми поцелуями, пытаясь вложить в них все отчаяние и раскаяние. слёзы катились по его щекам, смешиваясь с кровью на губах джисона. — дыши, хани, дыши.. я здесь, я с тобой. сон резко отстранился от него. его снова охватил кашель, тело содрогалось в конвульсиях. у каждого теперь было в голове, что это все таки не помогло. но произошло совершенно другое. хан выплюнул только один цветок, без крови. это был ликорис бледного цвета. все удивились. — что..? — прошептал феликс, не веря своим глазам. на шее ликорисы тоже начали бледнеть и отпадать. а розы сильнее расцветать на теле и так же отпадать. все цветы, что были на нем, отпали и тут же начали чернеть, давая понять, что болезнь проходит. в сердце больше не ощущаются шипы, как будто их и не было. легкие больше не заполнены цветами смерти. они все исчезли. единственное напоминание о болезни — это только кровавая постель и раны на его теле. минхо улыбнулся этому, а джисон не мог в это поверить. он не мог поверить, что все его страдания и мучения наконец закончились. — минхо.. — прошептал он, глядя в глаза напротив, полные любви и облегчения. слезы катились по его щекам, но теперь это были слезы радости. цветок приносящий смерть увядал. он смог выжить. — я люблю тебя.. застыв в оцепенении, ребята не знали, как выразить внезапно нахлынувшее облегчение. банчан, не в силах сдержать эмоций, медленно опустился на пол, закрывая лицо руками. — неужели вам и вправду стоило всего лишь поговорить..? — прошептал он, в его голосе звучало неверие и отчаяние от осознания, как просто могло быть решение. хенджин, облегченно выдохнув, приобнял ликса. — к сожалению, нет. минхо только сейчас понял, что чувствует. только на грани смерти джисона он это осознал. иначе ты был бы прав. он бы его просто убил.. — хван произнес это тихо, но в его словах звучала горькая правда: минхо понадобилось увидеть джисона на пороге смерти, чтобы понять глубину своих чувств. линоу прижал младшего к себе. он ощущал его дрожь, его тепло, такую хрупкую жизнь, которую чуть не потерял. — да.. я тоже тебя люблю.. — прошептал он, целуя его в макушку. слова звучали как клятва, как обещание больше никогда не скрывать свои чувства. он вдыхал аромат его волос, чувствуя легкий запах роз, и понимал, насколько ему повезло. феликс смотрел на хана и не мог поверить, что этот кошмар закончился. слезы текли по его щекам, но теперь это были слезы облегчения и радости за лучшего друга. он прижался к хенджину, ища защиты и поддержки, до сих пор не веря в произошедшее чудо. чанбин опустился к чану, обнимая его за плечи. он чувствовал его дрожь, его смятение, и пытался хоть как-то поддержать. а сынмин и чонин облегченно выдохнули. хоть они и не видели весь этот кошмар собственными глазами, но переживали за друга так, как будто сами проживали эту боль. мин обнял младшего, слегка поглаживая по спине. — все закончилось.. все хорошо.. — прошептал он, стараясь успокоить его. чонин теперь знал, что сможет спать спокойно, ведь теперь все хорошо, его джисон-хён жив и здоров.☆ ★ ✮ ★ ☆
прошло совсем немного времени, пока в квартире чана повисла тихая, дрожащая тишина. лидер, вернувшись с чистой одеждой, раздал её ребятам. все молча принялись за дело. нужно было как можно скорее избавиться от последствий всего кошмара. минхо помогал джисону принять душ, видя, как тот слишком ослаблен. болезнь многое у него забрала. сон за эти дни сильно исхудал, кожа была непривычно бледной, глаза красные и вымученные. хо осторожно снял с него грязную одежду, стараясь не задеть раны. — прости, хани, — прошептал он, глядя на его измученное лицо. хан слабо улыбнулся в ответ. на коже были прорезы, и неизвестно когда они еще заживут. старший аккуратно провел влажной губкой по его телу, стараясь смыть остатки крови и грязи, а тот лишь тихонько вздыхал, чувствуя, как теплые струи воды смывают с него остатки болезни. тем временем, чан и феликс занимались уборкой кровати. они молча срывали испачканные простыни и наволочки, складывая их в большую кучу. хенджин и чонин колдовали на кухне, стараясь приготовить что-нибудь легкое и питательное для джисона. сынмин и чанбин отмывали стены и пол от крови, которая, казалось, въелась в каждую щель. – это какой-то кошмар.. неужели все это случилось на самом деле? – прошептал бин, сжимая губку в руке. – да.. но главное, что все закончилось, – ответил ким, устало прислонившись к стене. все понимали, что это только начало долгого пути к выздоровлению джисона, но теперь над ним больше не нависала смерть. постельное белье кинули в стирку. теперь каждый уголок сиял чистотой. казалось, даже воздух стал легче. к тому моменту, когда все было прибрано, а легкий бульон готов, минхо, осторожно неся джисона на руках, вышел из ванной. младший был полностью укутан в мягкое, махровое полотенце, скрывающее его от макушки до самых пяток. они прошли в кухню, где царила атмосфера облегчения и заботы. линоу, придерживая парня, аккуратно присел на стул, устраивая его у себя на коленях. он бережно прижимал его к себе, боясь даже представить, что мог потерять этого хрупкого, измученного парня. образ джисона навсегда врезался в его память. время от времени он нежно касался губами его лица, словно пытаясь залечить все раны и успокоить его, да и себя самого. остальные ребята потихоньку начали подтягиваться к ним, готовясь пообедать, но их взгляды были прикованы к паре. когда еда была готова и перед ханом поставили тарелку, он лишь сжал губы, не в силах притронуться к еде. страх все еще был силен, боязнь, что все это лишь сон, и кошмар вот-вот повторится. он сильнее прижался к минхо, обнимая его за шею, и тихо, охрипшим голосом прошептал. — простите.. что так все получилось.. — минхо нежно гладил его по спине, успокаивая. — маленький мой, ты не виноват в этом. — он приподнял его лицо и начал целовать, сначала в лоб, потом в щеки, в глаза, шепча между поцелуями слова поддержки. — сейчас важно только то, что ты жив. что ты здесь. что ты нужен.. и самое главное.. что ты любим, хани. очень любим. хо осторожно взял ложку и, набрав немного бульона, поднес ко рту джисона. тот, словно ребенок, послушно открыл рот. линоу улыбнулся, продолжая кормить его. каждый смотрел на эту картину с облегчением и любовью. кошмар был позади. начиналась новая глава.☆ ★ ✮ ★ ☆
этот отпуск они к сожалению не забудут никогда. но на данный момент уже все хорошо. после такого кошмара ребята приняли следующие решение. чанбин переехал к банчану. старший ещё долго не мог оправится от ужаса. но больше всего его пугало, что он может потеряет чанбина. страх за друга был сильным, а вот страх за любимого человека был ещё сильнее. — чанбин-а.. — прошептал чан, прижимаясь к нему сильнее ночью, когда свет был выключен. — если бы я тебя потерял или джисона.. я бы не пережил. — хён, тише.. я здесь, все хорошо. джисон жив, с ним тоже все хорошо. мы все вместе. — бин обнял его крепче в ответ, чувствуя, как тело все еще дрожит. — я никогда тебя не оставлю, слышишь? никогда.. чонин перебрался к сынмину. им после того дня было тяжело все ещё спать, особено младшему. но они оберегали друг друга своей любовью. — хён, мне приснился кошмар.. — прошептал нин, сжимая руку сынмина. — джисон-хён.. он.. он снова.. — тише, лисёнок.. это всего лишь сон. джисон в порядке, он жив. я с тобой, хорошо? — мин нежно провел рукой по его волосам, успокаивая. они долго еще лежали в обнимку, пока сон не накрыл их обоих. ну и феликс переехал к хенджину. младший по ночам тоже спал плохо. он не сможет забыть, как все время вытирал нескончаемую кровь с джисона. как наблюдал за тем, что его друг постепенно умирал у него на руках. но джини был рядом и пытался своей любовью вытеснить все страхи ликса. — мне все время кажется, будто я до сих пор чувствую эту кровь.. — прошептал ли, прижимаясь к нему. — будто она повсюду.. на моих руках, на моей одежде.. — солнце, посмотри на меня, — тот нежно взял его лицо в свои руки. — это закончилось. все прошло. ты в безопасности, и джисон в безопасности. я рядом, я буду защищать тебя от всех кошмаров. а уже у минхо с джисоном начиналась своя жизнь, своя история и любовь. хо до конца не верил, что правда в глубине души любил хана настолько, что смог вытащить его из лап смерти, к которым сам же и привёл. а сон наконец смог вздохнуть спокойно, не ощущая злополучных цветов внутри себя. восстанавливаться ему придётся долго, как морально, так и физически. но минхо будет рядом и будет помогать. он стал как тень джисона, следуя за ним по пятам, оберегая от всего. он помогал ему есть, пить, принимать лекарства, просто находиться рядом, когда тот молчал. — хани, как ты себя чувствуешь? — тихо спрашивал старший, касаясь губами его лба. джисон лишь слабо улыбался в ответ. — отдохни, я буду рядом. — и он оставался сидеть рядом с ним, не отрывая взгляда, будто боясь, что тот исчезнет. ночные кошмары не обошли и хана стороной. он просыпался с диким страхом в глазах и пытался в темноте нащупать минхо. а у того стал сон чуткий, поэтому каждый раз, когда парень просыпался ночью от кошмара, он тут же и сам просыпался и начинал успокаивать младшего. — минхо.. — шептал он, хватаясь за его руку. — мне приснилось.. цветы.. кровь.. — тише, малыш, — минхо прижимал его к себе. — это всего лишь сон. я здесь, я рядом. ты в безопасности. — он гладил его по спине, шепча успокаивающие слова, пока тот снова не засыпал, прижавшись к нему, словно ища защиты. хо знал, что этот путь будет долгим, но он был готов пройти его вместе с джисоном, шаг за шагом, день за днём.-ˋˏ ༻❁༺ ˎˊ-
их отпуск подошёл к концу, и надо было вновь возвращаться к работе. они собрались в студии, но работать явно никто не собирался. особенно минхо и джисон. остальные за ними наблюдали, не скрывая улыбок и радостных смешков. хо сидел на диване, чуть откинувшись назад, а хан обвивал его руками и ногами, прижимаясь к нему всем телом. он уткнулся лицом в шею минхо, вдыхая его запах. вновь вернулась его жизнерадостная улыбка, которую так многие любили, особенно минхо. его пальцы перебирали пряди волос сона, а сам он, казалось, не мог отпустить младшего. только сильнее ощущал, как любит этого маленького и хрупкого человека. он чувствовал, как тепло исходит от него, как трепетно бьётся его сердце. джисон, в свою очередь, отвечал на ласку мурлыканьем, как котёнок, и крепче обнимал его, словно боясь, что тот исчезнет. хо нежно поцеловал его в макушку, прикрывая глаза от переполняющих его чувств. — если так и дальше будет, то работать мы никогда не начнём, — сказал банчан, качая головой, но в его голосе не было ни капли недовольства, лишь теплота. сынмин, подойдя к нему, игриво толкнул плечом. — а тебе плохо от этого? — чан улыбнулся, оглядывая всю эту картину домашнего уюта. — нет. — феликс не мог оторвать глаз от счастливова джисона. его сердце переполняла радость. — главное, что все хорошо, — прошептал он, словно боясь спугнуть это хрупкое счастье. хенджин, обнимая ликса за талию, проговорил. — да, все позади. — чонин тоже не мог скрыть своей улыбки, наблюдая за сладкой парочкой. — но интересно, как долго они будут ещё так сидеть? — чанбин улыбнулся и ответил, присаживаясь рядом. — да пусть сидят. так хотя бы спокойнее всем нам будет. да и минхо с джисоном, наверное, сейчас нужнее друг другу, чем всем нам. в студии царила атмосфера любви и поддержки. каждый понимал, через что им пришлось пройти, и как важно сейчас было просто быть рядом. они все были одной большой семьей, связанной узами дружбы и любви, которую ничто не могло сломить. даже болезнь. к сожалению, об этой болезни еще долго будут говорить люди. ханахаки стремительно развивалась в странах, не давая покоя безответным сердцам. ребята пристально следили за новостями из разных уголков мира, где все чаще вспыхивали очаги болезни. но им эта болезнь больше не грозила. они с ней больше не встретятся лицом к лицу. каждый был счастлив, утопая в любви любимых. банчан и чанбин, наконец, не боялись показывать свои чувства на публике, зная, что всегда найдут поддержку в объятиях друг друга. хенджин и феликс, держась за руки, словно делились теплом своих сердец, создавая вокруг себя атмосферу нежности. сынмин и чонин, переплетая пальцы, понимали, что их любовь – это маяк в бушующем море страхов. роза + ликорис = любовь, которая одновременно живёт и умирает. чувство прекрасно и искренне, но обречено. каждый так думал, не веря, что все таки розы смогут перекрыть ликорисы. но так и произошло. прекрасное, смогло убить красивую смерть. минхо смотрел на джисона, чья улыбка озаряла всю студию, и понимал, что он больше не боится признаться себе в своих чувствах. его любовь, подобно розе, расцвела, вытеснив ликорисы сомнений и страхов. и вот, в этой уютной студии, среди смеха и тепла, они все вместе строили свое будущее, осознавая, что самое главное – это быть рядом, поддерживать друг друга и любить. болезнь отступила, кошмары остались позади, а впереди их ждала новая глава, полная любви, счастья и надежды. они – stray kids, семья, связанная не только музыкой, но и любовью, сильнее которой нет ничего на свете. в один из тихих вечеров, когда за окном лил дождь, джисон прижался к минхо, чувствуя его тепло. — минхо, — прошептал он, — я так счастлив. — я тоже, хани, — ответил хо, целуя его в лоб. — я буду всегда рядом. и в этот момент они оба понимали, что их любовь – это не просто слова, это обещание, данное друг другу навсегда. обещание быть вместе, несмотря ни на что.
