Преданность под прицелом

Сеул. Полицейский участок Канха. Раннее утро. Ли Минхо не спал всю ночь. Он не мог уснуть. Все это время его мучили эти воспоминания, эти письма, которые начали приходить после того, как погибла Пак Ми На. И это было странно. Очень странно, такого никогда не было. Да и ощущение у него было странное, как будто с ним кто-то играет. Ради забавы. Детектив понимал, что тот, кто это отправлял, не мог это делать просто так. Что-то было не так... Ли Минхо подошёл к своей импровизированной доске, на которой были развешаны те самые письма, всякие догадки, подписи, нужная информация. Смотря на нее, парень пытался понять... понять, что тут не так. Что он мог упустить. — «Так, стоп... Перед тем как произошло убийство и начали приходить письма, в полицейский участок пришёл Ян Чонин. Нет», — помотал головой детектив, начиная ходить туда-сюда, чтобы лучше думать. — «Это бред. Всех сейчас надо принимать как подозреваемых? Стоит ли вообще доверять письмам? Вдруг он его разыгрывает?» Парень остановился. Голова уже кипела от этих мыслей. Что, если его друзья даже не были ему все это время друзьями? Бред. Всю историю знал только.. Чан.. Это всегда был Чан. В полицейский участок его привёл Чан, стать детективом ему помог Чан, со своими друзьями его познакомил тоже Чан. Но это было понятно, они с Чаном давно общаются. Минхо настолько задумался, что не услышал, как в кабинет кто-то зашел. Развернувшись, он увидел. Его. Бан Чана. Опять Бан Чана. Ведь это всегда был он. Друг, который всегда первый замечал, что происходит с Минхо. — Ты опять дома не ночевал, да? — тот ничего не ответил, но парню со светлыми волосами и не надо было слышать ответ. Он и так его знал. Чан подошёл к Минхо и дал ему его кофе. То самое кофе, которое тот всегда приносит. Все это время Ли молчал и ничего не говорил, да и не нужно было. Бан и так все понимал. Он уже знает его привычки и принципы. Они хорошо друг друга знают. — Что делаешь? Ты что-то интересное нашёл? — спросил начальник ЦОУ, смотря на доску. — Письма? Разве рядом с убийством были письма? Ни Сынмин, ни Чанбин, ни новичок не говорили, что там были письма, — мужчина подошёл ближе к доске и начал читать письма. Минхо отошёл к своему столу, медленно, стараясь очень тихо, открыл шкафчик и достал оттуда что-то. — Хм, странно, я никогда не видел у тебя таких писем.. — не понимал мужчина. Он уже хотел продолжить говорить, но почувствовал холодный металл у себя на голове. Пистолет. Его друг навёл на него свой пистолет. — Что ты..? — начал было говорить Чан, но не успел. Сзади него послышался звук выстрела, а после его тело упало на пол, плитка пола начала окрашиваться в красный цвет. Пистолет, что держал детектив, тоже упал на пол, а после и сам Ли упал на пол на колени, опустив руки, склонив голову, смотря на Чана. — Минхо! ЛИ МИНХО!!! — отвлёк его от мыслей начальник ЦОУ. — А? — не понял детектив, смотря на друга. — Говорю, что делаешь? Что это за доска? И ты опять всю ночь не спал? — напал на него с вопросами, как обычно, Чан. — А это?... Да так, для расследования, — нервно усмехнулся детектив. — А где тогда остальные? — не понял Чан, осматривая кабинет. — Думаю, они ещё не пришли, — Минхо пошёл к доске. Сначала он хотел снять, но остановился. — Чан, как думаешь... Если бы в нашей команде, компании, даже считая новенького, кто-то был предателем, на кого бы ты подумал? Детектив не оборачивался, он знал, с каким лицом сейчас стоит его друг. Тот явно недоумевает или просто в шоке. Чан знал, что что-то тут не так. Его бы друг, а особенно Ли Минхо, никогда бы не разбрасывался такими словами. Что-то случилось. — Что-то произошло...? — тихо и неуверенно спросил Чан. — Я не знаю, — вздохнул Минхо. — Я... Детектив не успел договорить, как они с начальником ЦОУ услышали громкий шум, крики, смех. Они пришли. Те, кого не было в кабинете, сейчас зайдут в него. — Поговорим потом. У тебя дома, — твёрдо сказал старший, ведь знал, что тот может оказаться, а тут он не дал ему выбора. Дверь открылась, и, не глядя вперёд, первым шёл Со, а сзади уже Ян. — И в итоге Хёнджин, как только увидел актёра, который его испугал, сразу бросился бежать и визжать, как девчонка, — бурно рассказывал историю Чанбин, смеясь. Чонин поддержал его. — Чанбин, я расскажу Хёнджину о том, как ты говоришь за его спиной, а потом он расскажет что-нибудь смешное про тебя, а там можно уже и целые басни строить, — шутливо угрожая, сказал Чан. — Здравствуйте, детектив и начальник, — поклонился обоим взрослым Чонин, но его взгляд был прикован не к старшим, а немного дальше, на доску. Посмотрев немного, он ушёл дальше работать. — Чан-хён, вот ты всегда так, — буркнув на старшего, Чанбин ушёл к себе. — Ладно, потом говорим, Минхо, — подмигнул старший. — Удачной работы, — сказал он остальным, а после ушёл из кабинета. Ли Минхо так и остался стоять у доски, показав головой, тот начал убирать всё о чём он думал ночью, пока никто не заметил. *** Прошло несколько часов. За это время произошло новое убийство. Если в прошлый раз оно было в заброшенном парке, то сейчас на какой-то заброшке. Если бы не дети, которые лазят часто по заброшкам, никто бы и не узнал, что произошло убийство. Хотя, убийством это сложно назвать. Сейчас же Чонин только вернулся обратно в офис, только уже без Чанбина, тот уехал в морг как судмедэксперт. Двое парней сидели в кабинете. Чонин разбирал показания людей, которые он получил на первом убийстве и на втором. Минхо же думал. Его мысли были сосредоточены на всём: на первом убийстве, об убийстве, которое произошло несколько лет назад. Если сейчас окажется, что всё тоже самое, что и было, то надо начинать крупное расследование. Неожиданно детектив повернулся к Чонину, пристально смотря на него, как будто что-то вспомнил. Ян Чонин, конечно же, почувствовал этот холодный взгляд. По его спине уже пробежали мурашки. И это его смущало больше. Почему Минхо так на него смотрел? Что такого узнал Ли? Ян знал репутацию этого Ли. Он всегда проверял всё о новом сотруднике. И даже никто не знал почему. Наверное, что-то в прошлом поспособствовало этому. Но сейчас это не имело значения. Чонин не боялся. Всё началось не с допроса, а с папки. Обычная синяя папка с грубой обложкой и стянутая суровыми нитками, на середине которой было написано: «Личное дело: Ян Чонин». Новичок поднял на него глаза. Детектив смотрел, как будто прямо в душу. — Узнаёшь? — спросил Ли, сложив руки на груди. Чонин решил прикинуться дурачком. Иногда это работает. Он покачал головой. — Это твоё личное дело, — пояснил Минхо. — Только знаешь, какая штука? Я пробил номер приказа о твоём переводе по базе. И знаешь, что мне ответил компьютер? Он сказал: «Документ отсутствует». Детектив выдержал паузу, давая новичку шанс что-то сказать. — Странно, правда? Как ты тогда вообще здесь оказался? Ян сглотнул. Он не боялся, но волновался. Его пальцы, лежащие на коленях, незаметно сжались в кулак. — Я тебя не тороплю, — Ли раскрыл папку и перевернул пару пустых листов. — Время есть. Рассказывай, — он сел на краешек стола Чонина. — Откуда ты к нам пришёл? Кем был до того, как стал сержантом? Только давай без сказок про детдом и школу полиции. Я уже навёл справки. В детдоме, что в твоей анкете, ты не значишься. Прошло несколько минут. А Ян Чонин ничего не сказал и не написал. Он просто молчал. Ли Минхо же просто ждал, погрузившись в свои мысли. — Ты выбрал такую тактику? Хорошо. Я спросил тебя по-нормальному. Дал тебе шанс, но увы, ты не захотел, — он хлопнул в ладоши и встал со стола. — Знаешь, что, Ян Чонин, запомни... — он развернулся к новичку, наклонился к нему и начал смотреть в глаза. Даже скорее пилить взглядом. — Я узнаю, кто ты такой и кто тебя подослал. После посажу всю вашу шайку, а тех, кто будет сопротивляться, убью. И никто тебе не поможет, ни твоя шайка, ни даже Чан, — улыбнулся своей зловещей улыбкой Минхо. Она была на столько зловеща, что заставило Яна всего съёжиться. Минхо отошёл от Чонина и почти в это же время в двери кабинета зашёл Чанбин с несколькими папками. *** В остальное рабочее время новичок всё время был занят работой, так что даже не замечал, как украдкой на него и Минхо смотрят Чанбин и Чан (который пришёл, ведь у него были дела). Те переглянулись между собой. Явно заметили, что между этими двумя что-то произошло. Но никто не решался задать хоть какой-то вопрос. Недавно ушли Чанбин и Чан, точнее, Со уехал в больницу к Киму, чтобы навестить того, а Бан ушёл до своего кабинета. В кабинете снова остались только Чонин и Минхо, но они молчали. Детектив иногда смотрел на Яна, но пока он ничего не замечал плохого в парне. Да, у него не было личного дела, точнее, там ничего не понятно, как будто писали наспех. Даже если это и был чей-то замысел, то они явно не заботились о правдивости или просто хотели избавиться от него. Ли Минхо почувствовал жалость к парню. Детектив видел, какой он старательный, трудолюбивый, всегда старается помочь. Мыслительный процесс детектива прервал Бан Чан, который как раз за ним и пришёл. Ли настолько задумался в мыслях, что даже не заметил, как Ян начал собираться домой. Быстро собирался, как будто куда-то торопился. — О, Новичок, ты тоже здесь! Я думал, ты уже ушёл. Домой пошёл? — спросил Бан, смотря на парня, который собирал папки, чтобы поставить их в стопку. — Да, — резко и на автомате ответил Ян. После этого он хотел убить себя или хотя бы ударить по голове. — «Что ты творишь, Чонин? Помнишь, что говорили тебе. Не выноси свою злость на других людей», — ругался он про себя. — Простите, начальник, я.. — он запнулся, так как не знал, что сказать. — Хах, да ладно тебе, Новичок, ничего страшного, — улыбнулся Бан. — Кстати, тебя может подвести? Тебе куда надо? — спросил тот, смотря на новичка. — Эй! Я вообще-то ещё тут! — возмутился Минхо, смотря на всю эту картину, но Чан даже не повернулся, как будто тот его и не волновал. — Эм.. Я.. Мне в Чхондам-дон, — Чонин немного запнулся, так как не ожидал, а может, и вообще стеснялся. — О, супер, Минхо как раз рядом живёт, — ухмыльнулся Чан, но рад был только он. Ни Чонин, ни Минхо не хотели ехать. После их сегодняшней перепалки не хотели. Но их кто-то спросил? Конечно, нет. *** Ветер бил в лицо, не злой, а какой-то игривый. Воздух был влажным и прозрачным, пах мокрым асфальтом после недавнего дождя и едва уловимо — цветущей вишней с обочин. Чонин откинул голову на подголовник, повернул голову влево и смотрел, как верхушки деревьев плывут по бледно-голубому небу. Минхо молчал и угрюмо смотрел в свою сторону, он не привык ездить с незнакомцем в машине. Чонин боялся что-то сделать, он не хотел, чтобы Ли злился ещё больше. Чан же пытался поднять обоим настроение, но вскоре тоже замолчал. Ян и Ли смотрели каждый в свою сторону, думая о чём-то. По знакомым пейзажам Чонин понял, что они подъезжают. Он оторвал свой взгляд от пейзажа и посмотрел вперёд, на дорогу, поправив немного волосы. Из-за ветра они стали ещё больше растрёпанными, чем были раньше, но его это не волновало. Минхо не оторвал взгляд. Слишком сильно задумался. Ян подвинулся ближе к передним сиденьям. Это заметил Чан через зеркало заднего вида. Он смотрел только на него. Бан считал, что в Яне всё прекрасно. — Чан! — кричит Чонин, ударяя того по плечу. Начальник ЦОУ сразу отрывается от зеркала и смотрит вперёд, видя какую-то кошку, Бан дает по тормозам. Чонин не был пристёгнут, так как знал, что ехать не далеко. Машина резко начала тормозить, поэтому по инерции все, кто в ней были, начали подаваться вперёд, но Яну не повезло, он вылетел вперед, где сидели Бан и Ли, но те были пристёгнуты, так что им повезло. Чонин повернул голову к Чану, а дальше по инерции Ян подался назад и соприкоснулся своими губами с губами Чана. Глаза обоих расширились, они оба этого не ожидали. Ли Минхо, как и эти двое, тоже был в шоке. Нет, он был в полном афиге. Его глаза тоже расширились. С одной стороны, он был рад за Чана, но с другои, всё равно не доверял этому Чонину. Всё закончилось также быстро, как и началось. Ян отстранился от губ Чана, его щёки покрылись румянцем, а уши покраснели, и, не смотря на Бана, он подвинулся обратно назад. — Я...я пойду домой... Спасибо, что довезли, — запинаясь сказал тот. А после поклонился, на сколько это возможно, и быстро выбежал из машины. Сначала Бан был в шоке, но потом он медленно поднял свою левую руку и притронулся к своим губам, на которых несколько секунд назад были чужие губы. Хоть это и было неожиданно, но он не мог отрицать, что ему это понравилось. Как только Чан об этом подумал, его губы сами собой выпрямились превращаясь в улыбку. — Что ты лыбишься? — заметил странное поведение друга Минхо. — Я рад! — просиял парень с фиолетовыми волосами. — Он меня поцеловал, — мечтательно произнёс тот. — Не он, — упрекнул его Ли. — Ты чего на дорогу не смотришь? Я жить ещё хочу! — возмутился детектив, ударяя того по плечу. — Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Бан, переключая передачу. — У самого нет любимого, вот и бубнишь, как старый дед, — пробубнел тот. *** Они сидели на кухне, как десятки раз до этого. Ли Минхо в растянутой футболке и домашних штанах, лениво ковырял палочками остатки чачжанмёна. Напротив него развалился Бан Чан — единственный человек, которому он доверяет больше всего. Особенно после его прошлого. Ведь именно Чан помог ему не расклеиться, выбраться и стать тем, кем он сейчас является. За окном шумел осенний Сеул. Где-то сигналила машина, где-то лаяла собака. А здесь, в маленькой квартирке на 15-м этаже, пахло соевым соусом и уютом. На полу валялись пульты, на журнальном столике — две пустые бутылки из-под соджу. Всё как всегда. — Помнишь, как мы в участке впервые подрались? — лениво спросил Чан, жуя маринованный дайкон. — Из-за того мутного свидетеля. — Ага, — хмыкнул Минхо. — Ты тогда схлопотал от начальника выговор, а я месяц туалет мыл. — Зато свидетель заговорил. — Заговорил. Потому что ты пригрозил ему, что сдашь его жене. Бан рассмеялся — громко, открыто, запрокидывая голову. Так, как умел только он. Минхо поймал себя на мысли, что давно не слышал этого смеха. Работа, дела, бесконечные трупы — они разъедали время, оставляя от дружбы только редкие смс и разговоры только по делу. — Слушай, — вдруг сказал Чан, утирая губы тыльной стороной ладони. — А что это был за парень? Тот, который помог тебе привести Сынмина в больницу. Вопрос упал в тишину, как камень в стоячую воду. Минхо замер с палочками на полпути ко рту. — А что так? — Да так. Думаю просто. Странно всё это. Он так неожиданно проявился, как будто у него есть какой-то план на тебя, но ты не замечаешь, — ухмыльнулся тот. — Не знаю. Да, он появился неожиданно и помогает мне, но это не значит, что я доверяю ему, — смотрит с упреком на друга тот. — Пока я осторожен прощупываю почву. На какое-то время наступила тишина. Ни Чан, ни Минхо ничего не говорили. Им была привычна это тишина. Ли думал. Изначально он хотел попросить Чана найти кое-какую информацию, но, увидев, что произошло в машине и как потом Бан был счастлив, он не знал, стоит ли. Но у него просто не было выбора: Сынмин был в больнице и явно будет восстанавливаться долго, а кроме Чана ему никто не сможет помочь. — Чан, — осторожно позвал его детектив. — Ты можешь найти информацию по одному человеку? — Что за человек? — почти сразу ответил Бан, доставая ноутбук из своей сумки, которую часто носил. Это была его привычка с университета — всегда таскать свой ноутбук, вдруг пригодится. Да и там всегда были нужные документы. — Ян Чонин.. — на выдохе сказал Ли. — Ч.. Что? Зачем тебе, Минхо? — пальцы Чана застыли на клавиатуре. Он поднял на друга удивлённые глаза. — Чан... — начал было говорить детектив. — Так вот о чём ты говорил утром. Ты считаешь, что Чонин — подозреваемый? — спросил парень со светлыми волосами, смотря на друга. — Как ты не понимаешь, Чан? Ты не заметил, что эти убийства начались именно тогда, когда к нам пришёл Чонин? М? — раздраженно сказал тот, откладывая свои палочки для еды. — Да, конечно, — саркастично сказал тот. — Но давай тогда обвинять всех, кто пришёл тогда, когда начались убийства! Хан Джисон, например! Минхо, это просто какой-то бред! Если бы он убивал, зачем ему идти в полицию? — Я не говорю, что он убивал! — возмутился черноволосый. — Я имею ввиду, что он как-то связан с этим. Вдруг он знаком с тем, кто убивал всех этих людей! Вдруг он как-то причастен к этому. А в полицию он пошёл, чтобы копить информацию и отдавать её тем, кто убил их! — продолжил свою теорию тот. — Ты несёшь бред, Минхо! — кипел от злости Бан. — Конечно, для тебя они кажутся бредом, Чан! — так же, как и Чан, он кипел от злости. Минхо пытался спасти своего друга, но тот просто без задних ног влюбился в новичка. — Потому что дальше своего носа ты не видишь! Ты не видишь очевидных вещей. Не хочешь искать — я сам найду или Сынмина попрошу! — Это я не вижу дальше своего носа? Серьёзно!? — его голос стал ниже и грубее. Сейчас Бану было плевать, что он говорит со своим другом. — Да! Ты просто ослеплён, Чан! Тебя просто ослепил Чонин, и ты просто в него влюбился! — А ну да, — закатил глаза начальник ЦОУ. — А ты зачем так отчаянно хотел заниматься этим делом, Минхо, м? Не потому ли, что хочешь мести? Мне Чанбин и Сынмин всё рассказали, ты просто хочешь отомстить за... — начал говорить тот. — Хватит! — Минхо поднялся со своего места, ударив рукой по столу, заставляя замолчать Бана. — Да! Я хочу мести! Он не должен был так погибнуть, Чан! Он ничего не сделал! — Так ты говоришь, что ты лучше меня, в этом дело? Что если ты отомстишь — это другое? Ты хочешь мести или правосудия? Ты в первую очередь детектив, Минхо! — Думаешь, я хотел? Думаешь, я хотел быть детективом? Нет! Я просто хочу мести! — высказался Минхо. Во взгляде Чана промелькнул шок. Он не знал. — Даже если месть разрушит твою жизнь? Так всё же оно того стоит? Ты не знаешь, не так ли? Задумайся, Минхо! Я не думаю, чтобы он хотел этого, — последнее, что сказал парень со светлыми волосами, забрав ноутбук, он оставил злого Минхо одного дома. Звук удара двери разнёсся эхом. Щелчок замка прозвучал как приговор. Минхо стоял посреди кухни, глядя на закрытую дверь. Потом перевёл взгляд на стол — на недоеденный чачжанмён, на две бутылки соджу (одна пустая, одна начатая), на второй стул, где только что сидел Чан. Стул был пуст. Стало тихо. Так тихо, что слышно было, как в соседней квартире работает телевизор — какой-то дорамный диалог, смех закадровой аудитории. Детектив медленно опустился на стул. Посидел так минуту. Потом налил себе соджу в рюмку, которую друг не успел допить. Выпил залпом. Поморщился. В груди саднило. Не так, как после ранения — по-другому. Тупо и холодно. Он посмотрел на телефон. Экран был тёмным. Чан не напишет. Не позвонит. Может быть, никогда. За окном всё так же шумел Сеул. А в квартире детектива Ли стало на одного человека меньше. *** В дверь позвонили три раза. Коротко-длинно-коротко — условный сигнал, который они придумали ещё очень давно, в далёком прошлом. Парень с трудом оторвал голову от подушки. Тело слушалось плохо, будто налитое свинцом. Каждый вдох давался с усилием, а в груди поселился противный, мокрый кашель, который он уже неделю пытался скрыть от всех. — Входи, — хрипло крикнул он, понимая, что встать не сможет. — Открыто. Дверь щёлкнула, и в прихожей зашуршала куртка. Его лучший друг, а единственный, кто знал всю правду, появился на пороге комнаты и замер. — Чёрт, — выдохнул он, глядя на парня перед собой. — Ты чего как... того? Парень лежал на диване, укутанный в два одеяла, хотя на улице была не холодная осень. Лицо серое, мешки под глазами, как после недельного запоя. На журнальном столике — горы лекарств, пустые бутылки из-под воды и забытая кружка с остывшим чаем. — Живой пока, — криво усмехнулся тот, но усмешка вышла жалкой. — Как там дела? — Да нормально... — друг присел на корточки рядом с диваном, вглядываясь в лицо парня. — Ты вызывал врача? Ты же знаешь, что без уколов... — Знаю. Первый с трудом приподнялся на локте, достал из-под подушки одноразовый шприц и ампулу. Руки дрожали так, что он едва не разбил стекло. — Дай сюда, — его друг мягко, но настойчиво забрал шприц. — Опять сам хочешь в вену попасть? Насмотришься дорам, думаешь, это легко? Пальцы у него были твёрдыми, уверенными — старые навыки никуда не пропадут. Он быстро набрал лекарство, нашёл вену на бледной, исхудавшей руке друга и аккуратно ввёл иглу. — Потерпи. Сейчас полегчает. Минута. Две. Первый сначала выдохнул, потом глубоко вздохнул — впервые за утро полной грудью. Краска медленно возвращалась на лицо, плечи расправились, глаза прояснились. Лекарство делало своё дело — возвращало его в мир живых. Пусть на несколько часов. Пусть ценой завтрашнего отката. — Спасибо, — сказал он, садясь. Голос звучал уже твёрже. — Чай будешь? — Не до чая, — пришедший парень сел на край кресла, замялся. — Знаешь... тут такое дело. — Говори. — Он сегодня меня заподозрил... Первый насторожился. Конечно, он понимал, кто такой «он», хотя они редко называли его имени, но оба понимали, о ком идёт речь. И сейчас парень понял, на сколько это плохо. Но ещё больше его смущало, почему это случилось, ведь его босс, когда отправлял сюда, обещал, что прикроет его друга во время прихода. Обещал создать легенду, подчистить архивы, сделать так, чтобы даже свои поверили в эту легенду. — Какого чёрта? Мы же договаривались! Босс же обещал, что создаст легенду, что все поверят! Даже тот! — голос срывался. — Где, мать его, записи? Где фальшивые документы, в которые все поверят? — Нет ничего, — глухо ответил пришедший. — Я ходил к нему, он сказал, что «не успел». Что дела, понимаешь, завал. Что потом. А «потом» уже наступило. — Обманул, — выдохнул парень. — Просто обманул. Он встал, прошёлся по комнате. Лекарство дало сил, и теперь эти силы требовали выхода. Кулаки сжимались сами собой. — Я ему верил. Я ему свою шкуру доверил. Твою шкуру! — болевший резко обернулся к другу. — Если они тебя раскроют, они тебя убьют. Не посадят — убьют. И никакой свидетель защиты не поможет, потому что тебя просто не успеют спасти! — Я знаю, — тихо сказал друг. — Вот почему и пришёл. Парень остановился. Посмотрел на друга — на человека, который только что вколол ему спасительный укол, который рисковал жизнью каждый день, который доверился ему и его начальнику. — Значит, так, — его голос стал тихим и жёстким. — Мы не можем ждать. — Ты о чём? — О плане. О том, что мы обсуждали, но боялись начать. Его друг побледнел. — Ты хочешь... сейчас? Но ты болен, у тебя сил хватит на пару часов.. дней... — У меня есть эти часы и дни, — перебил парень. Он подошёл к столу, достал из ящика старую папку, пожелтевшую, потрёпанную. — Пока лекарство действует. Пока я могу стоять на ногах. Если мы будем ждать, пока босс соизволит «успеть», нас просто убьют. Поодиночке. Он открыл папку. Там были фотографии, записи, схемы — всё, что они собирали годами на его босса. Всё, что должно было лечь в основу дела, которое уничтожит того, кому он доверился, когда был младше. — Сегодня ночью, — сказал парень. — Мы начнём действовать по плану. Нам осталось только достать последние доказательства. Те самые доказательства прошлого. — Ты с ума сошёл! — его друг вскочил. — Ты час назад умирал! — А через час я снова умру, — жёстко ответил тот. Он положил руку другу на плечо. — Но пока я жив — я работаю. Потому что если не мы, то кто? В комнате повисла тишина. За окном шумел Сеул — равнодушный, огромный, не знающий, что в большом доме двое мужчин решают судьбу войны, которая вот-вот начнётся. Его друг сглотнул. — Ты уверен? — Нет, — честно ответил парень, — Но выбора у нас тоже нет. Мой босс нас продал. Теперь мы сами за себя. Он закрыл папку и посмотрел на друга. В глазах — сталь, которую не сломить никакой болезнью. — Собирайся. Пора начать действовать нам. Он уже сделал первый шаг. Второй — за нами.