Там, где встречаются дороги

      25 декабря 2023 год.       Город утопал в огнях гирлянд. Ярких, почти ослепительных — они отражались в витринах, в стёклах окон, в мокром асфальте. Люди спешили домой, прижимая к себе пакеты с подарками, будто вместе с ними несли что-то ещё — ожидание, надежду, ощущение правильности этого вечера. В воздухе смешивались запахи хвои, сладких мандаринов и холодного зимнего воздуха. Казалось, что в такую ночь всё должно быть на своих местах.       В этот раз Рождество действительно было тихим. Не громким, не показным — а таким, каким оно бывает только рядом с теми, кто по-настоящему важен.              В квартире, где гирлянда на ёлке горела чуть слишком ярко, бета сидел прямо на полу, поджав под себя ноги. Райан держал в руках небольшую коробочку и уже несколько минут крутил её между пальцами, будто оттягивал момент. Напротив него — альфа, устроившийся на диване, наблюдал за этим с лёгкой улыбкой и терпением, которое появилось только после долгих месяцев рядом.       — Маркус… знаешь, — начал Коллинз, слегка смущаясь, — я очень долго думал над твоим подарком.       Альфа улыбнулся и слегка наклонил голову, наблюдая, как Райан аккуратно держит коробку. — Сегодня мы впервые отмечаем Рождество вместе, — продолжил Райан, — и это далеко не последняя вещь, которую мне хотелось бы делать с тобой…       Маркус не спеша раскрыл подарок, одновременно слушая своего парня. Он поднял глаза и заметил, как бета слегка краснеет, а слова слегка сбиваются. — …Поэтому я хотел бы предложить тебе жить вместе, — закончил Райан, когда альфа вытянул из коробки ключи от квартиры. — И вот… ключи.       Маркус замер на мгновение, не в силах скрыть улыбку. — О, милый… — выдохнул он, и крепко сжимал ключи в руках. — Я безумно рад твоему подарку! И конечно же согласен. Так что сразу после Нового года я перееду к тебе!       Альфа подскочил и в одно мгновение поднял Райана на руки, обнимая его так, что оба засмеялись. — Я люблю тебя, — тихо сказал Райан, обнимая любимого в ответ. — Я тоже тебя люблю, — ответил Маркус, прижимаясь к нему ещё крепче, а огоньки ёлки мягко мигали вокруг них.       В другом доме, где пахло свежей выпечкой и детским шампунем, альфа ставил куртку на спинку стула, пока маленькие руки обнимали его за ногу.       — Дядя Кри-и-и!- послышался детский голос мальчика и топот маленьких ножек       Ноа со всех сил бежал к входу с красным носком в руках, словно это было самое ценное сокровище на свете.       — Осторожно, — автоматически сказал Кристиан и тут же опустился на одно колено. — Это оружие?       — Это Рождество, — важно сообщил мальчишка и сунул носок ему в ладони. — Ты должен его держать.       Астор усмехнулся, но послушно держал вверенный ему носок.       Он вообще делал для племянника всё, что требовалось, и даже чуть больше.       Из кухни выглянула Элеонора, вытирая руки полотенцем.       — Он заставил Итана надеть оленьи рога. Я бы была осторожна на твоём месте.       — Я видел фотографии, —усмехнувшись, сказал Кристиан. — Семейный архив снова пополнен.       Итан, с оленьими рожками, появился следом, неся поднос с печеньем.       — Меня никто не заставлял, это было предложение. А и, кстати, если он попросит тебя спеть, ты не имеешь права отказаться. Это правило дома. — не, не, не! Я не пою, я не певец, — пробубнил альфа. — Ты дядя, — вмешался Ноа. — Это выше всего!       Кристиан задумался и улыбнулся, ему пришлось согласиться с неоспоримым фактом. — Логично.       Племянник тут же вскарабкался ему на колени, устроился как король и с важным видом принялся раздавать указания. Кристиан одной рукой держал ребёнка, другой — носок.       Элеонора смотрела на брата и улыбалась. — Знаешь, — сказала она, — в такие моменты ты становишься таким нежным. — Эли, ты же знаешь, что я такой только с вами, — произнёс в ответ Кристиан и слегка погладил Ноа по голове, когда тот зевнул и уткнулся ему в плечо. — Только с вами…-тихо повторил он себе под нос и улыбнулся, глядя на племянника.       Ёлка мигала огоньками. Ноа тихо сопел. И впервые за долгое время Кристиан чувствовал, что здесь — ровно там, где нужно быть. Он дома!              В третьем доме Рождество было ещё тише.       Маттео сидел за столом, наблюдая, как огоньки гирлянды отражаются в стекле. Рядом мама улыбалась — устало, но искренне, — а новый муж говорил что-то о будущем, о планах, о том, как всё теперь будет иначе. Омега слушал вполуха, кивая, но внутри чувствовал странную, почти неуловимую тревогу, которую не мог объяснить даже себе.       Амелия и Александр держались за руки, тихо улыбаясь друг другу. К ним подошёл Маттео, слегка опершись на диван, наблюдая за мамой и отчимом.— Поздравляю, мама, — сказал он спокойно. — И… с вами тоже приятно познакомиться. — Спасибо, Тео, сынок, — мягко ответила Амелия, сжимая его руку. — Сегодня мы стали семьёй.       Александр кивнул: — Я рад быть здесь. И рад, что всё это так спокойно.       Амелия взглянула на него и тихо улыбнулась. — Точно. Никакой пышности, только мы.       Маттео посмотрел на них обоих, потом на ёлку и подарки. — Счастливого рождества и ещё раз поздравляю вас со свадьбой, — сказал он сдержанно. — Спасибо, Маттео, — кивнув, сказал Александр, приобняв Амелию.       После ответа омега улыбнулся, и осушив бокал шампанского, пошёл к себе в комнату. Он был счастлив за свою маму и надеется, что хоть в 4-ый раз ей, наконец, повезёт с мужем.       А оставшиеся в зале взрослые сидели рядом, глядя на мерцающие огоньки, и для них в комнате повисло ощущение спокойствия и домашнего тепла. Не было ни шума, ни спешки — только тихая радость быть вместе.              В ту ночь никто не знал, что это спокойствие — лишь пауза.Что пути, пока ещё параллельные, однажды пересекутся.       И что через несколько месяцев каждый из них будет вспоминать это Рождество, как начало — слишком светлое, чтобы не стать предвестником чего-то совсем иного.