Пьяные вечера

Часто ли у них были действительно расслабляющие выходные? На самом деле достаточно редко, чтобы они позволяли себе выбраться куда то из дома. Ещё реже это случалось, когда они выбирались куда то втроем. Не то чтобы Виктория была достаточно близка с Тринити и Деннисом, но она определенно была к ним ближе, чем кто либо другой в Питт. Их трио коллег-неудачников определенно имело свою неповторимую ауру, благодаря которой, в общем то итоге, Сантос и удалось затащить Викторию с ними в клуб. Громкая музыка била по барабанным перепонкам, а аромат алкоголя, пота и различных одеколонов почти сразу ударил в нос. Тринити, держа с одной стороны за руку Джавади, а с другой Денниса, что уже чувствовал себя более уверенно в подобных местах, вела их прямиком к барной стойке, пробиваясь через толпу уже выпившей молодежи. Было забавно наблюдать за самой младшей из них, что огромными глазами смотрела на людей вокруг, крепко держась за руку «подруги». — Что такое, краш? Уже даешь заднюю? — прикалывается девушка, но на самом деле заботливо присматривает за ней. — Стой… — Джавади достаточно быстро проводит анализ обстановки вокруг, прежде чем догадывается. — Это гей клуб? — Безопаснее места, где можно выпить, ты не найдешь, — абсолютно серьезно отвечает Сантос, прежде чем отвлечься на бармена и заказать для них напитки. — Хаклберри пьет больше всех, чтобы наконец решится на отправку нюдсов нашему боссу. — Ты отвратительна, — закатывает глаза Деннис, но очевидно говорит это в шутку. Первые шоты ставятся перед ними за этот вечер. Яркая жидкость наполняет рюмки и каждый берет по одной. Вернее, Тринити и Деннис берут их уверенно, а вот в руки Виктории рюмку буквально впихивают. Старшая из студентов медиков говорит какой-то тост, что совершенно не было слышно в гуле оглушающей музыки и они выпивают залпом свои первые шоты. Вечер начинается.

ХХХ

То что началось первыми шотами, в итоге, оказалось таким количеством алкоголя в Уитакере и Джавади, что Тринити едва удалось их вывести из клуба. Дорога до их с парнем квартиры была не такой уж и долгой, отчего, идея дойти пешком была тогда достаточно привлекательной. Все же, Деннис и Виктория все ещё могли идти, а это уже было победой. Главным атрибутом их прогулки был телефон Сантос, снимавший провокационные видео. Если уж они и вышли пить втроем, эта девушка точно не останется без видео со своими пьяными друзьями. — У меня так болят ноги, — едва заплетающимся языком слетает с губ Виктории, на что Уитакер, как настоящий джентльмен останавливается и поворачивается к коллеге. Поддатый парень вытягивает руки, как бы говоря, что готов понести Джавади до дома. Камера Тринити все это время снимает, пока девушка предчувствует прекрасный контент. Присаживаясь на корточки, Деннис был готов ловить подругу и та, совершенно по-милому пьяная, доверяет ему, делая шаги вперед, дабы упасть в его руки. Очевидно, что ориентация в пространстве у обоих подводит, когда Джавади заваливается за спину Денниса, а тот же валиться на бок. Ни один из них не пострадал, скорее, по улице разносится смех троицы, когда они понимают абсурдность всей ситуации. — Я это засняла! — счастливо кричит Сантос сквозь смех. Продолжение их вечеринки перетекло в квартиру интернов. Тринити всегда держала дома заначку из крепкого алкоголя, отчего они продолжили повышать градус уже в той обстановке, где было не страшно заснуть. Текила всегда была самым главным врагом любого человека, пьющего в компании оператора. Для Денниса это не стало исключением, когда из колонок в квартире громко играла драматическая музыка, которой он принимался подпевать. Если спросить саму Сантос, то она не вспомнит когда и зачем в её квартире был установлен шест, но сейчас это было определенно лучшей вещью интерьера для пьяного Уитакера. Брюнетка готова поклясться на крови, что ни в одном стриптиз баре не видела никого, кто так же рьяно и со страстью обхаживал шест, пока рядом то и дело была Виктория, то ли пританцовывая с фермерским парнем, то ли готовая его ловить в случае крышесносного падения. — Деннис, нет! — звучит голос снимающей Трин, когда блондин хватается за шест чуть ли не у потолка, готовый подпрыгнуть в самой, по его мнению, сексуальной позе. — Уитакер, блять! Джавади едва успевает его поймать, когда тот начинает стремительно падать. Они вместе оказываются на плюшевом ковре, громко смеясь и обнимаясь, пока Тринити, кажется, была готова свалится от хохота, сидя на барном стуле. Она продолжила снимать даже тогда, когда парень перевернулся, чуть ли не распластываясь в шапагат и начал имитировать что-то типо тверка, пока очевидно пьяная Виктория шлепала его по заднице. Камера телефона Сантос запечатлела каждый кадр в лучшем качестве, позволяя иметь ей самый грязный и отвратительный компромат на её друзей. Сейчас, когда они втроем были абсолютно пьяные и счастливые, идея пригласить с ними Викторию уже не казалась плохой. — Давай, краш, покажи этому грязному фармбою, — сквозь смех кричит девушка, ни на секунду не отпуская телефон.

ХХХ

Даже у самых грязных вечеринок есть последствия. И последствия их вечеринки была отвратительная головная боль и сухость, кажется, во всем организме. Тринити, как наименее пьяный человек во всей этой тусовке, проснулась первая. Лежа в мужских боксерах и огромной растянутой футболке, девушка была удивлена, что вообще нашла вчера силы переодеться. Её конечности были тесно переплетены с конечностями рядом спящей Виктории. Та выглядела не совсем лучше. Темные волосы были спутаны, макияж растекся по лицу, но, на удивления, она тоже была переодета. С тихим стоном отчаянья Сантос выпутывается из чужой хватки, сползая буквально с кровати. Если бы до кухни можно было доползти, она обязательно бы это сделала, но в итоге приходится идти на четвереньках. Через дверь и коридор, она допозлает до крана с водой, начиная жадно и отчаянно поглощать воду. Где то за спиной слышится почти такой же болезненный стон и из-за спинки дивана появляется лицо Уитакера, полного мучения. — У нас сегодня тоже выходной? — тихо спрашивает парень сиплым голосом. Следом, без слов, Сантос открывает холодильник и выуживает оттуда две банки пива. Одна из них летит в сторону Денниса, когда вторая открывается со спасительным шипением и половина жидкости из банки пропадают в желудке брюнетки. Третьим и последним человеком проснувшимся в этой квартире оказывается Джавади, что выходит из комнаты Трин с видом настолько болезненным, что кажется, она восстала из гроба. — Я больше никогда не буду пить, — со стоном произносит, заставляя Сантос усмехнуться. — Пива или текилы? — уточняет, раскрывая холодильник шире. — Вот черт! — громкий возглас Уитакера вызывает болезненный стон у обеих, прежде чем они обращают своё внимание на побледневшего парня. — Я все же скинул Робби свои нюдсы… Громкий смех Сантос и нервный смех Джавади слышатся по квартире под мучительное лицо Денниса.