***
16 января 2026 г., 10:03
Скажи, на сколько крепка эта ткань из боли?
Когда человек — лишь тело в поле,
Когда запах гари — родней, чем дом,
И совесть глушишь дешёвым хмелём?
На сколько крепка эта рваная ткань из боли?
Когда вместо сердца — горячий осколок в груди,
а запах гари стал родней, чем запах дома в детстве,
и совесть уже не кричит — она просто задыхается в хрипе?
А душа… она просто молчит, устала.
Слишком много видела. Слишком мало спала.
Слишком много имён теперь молчат под землёй,
И своё позабыла в тиши гробовой.
И если спросят: "Живой ли ты ещё, брат?"
Скажу: "Да, но только тело. Душа — в окопах февраля, там, где февраль уже четвёртый год не наступает."
На сколько крепка человеческая душа?
Не знаю.
Я давно перестал мерить её линейкой здравого смысла.
Иногда кажется — уже только лоскуты,
только швы, только нитки, пропитанные кровью и грязью.
А потом приходит утро.
Очередное серое, без разницы какое.
И эта изодранная, выцветшая, продырявленная душа
всё ещё дышит тяжко.
Всё ещё держит этот проклятый вес на себе.
Я просто остался. А душу — сожгли,
В том самом, забытом аду.
