Вечность впереди

Столетия пронеслись как один миг. Я наблюдал за ним — за чёрным ежом, который когда-то заточил меня, который так и не смог найти свой путь в этом мире. Наблюдал за предательством людей, так называемых друзей. Я знал, что ожидает его, я показал ему это, но он упрям и горд, чтобы признать и присоединиться ко мне. Раз так — пусть сам всё увидит и ощутить на своей шкуре. Мне было забавно видеть как Омега заточил его в темницу, как человечество, ослеплённое гордыней, уничтожило само себя. Люди получили по заслугам за свою глупость, высокомерие и жадность. Вот и настал день, когда наши пути вновь пересеклись. Заброшенный храм, полумрак — идеальное место для встречи. — Удивительное зрелище, не правда ли? — мой голос эхом разнёсся по залу. Он обернулся резко, его красные глаза пылали яростью и удивлением. — Ты... жив? — О, гораздо больше, чем жив, — усмехнулся я. — Я наблюдал за тобой, за тем, как ты страдал, как искал ответы, которых нет. — Что, пришёл поглумиться надо мной? Доволен моим состоянием? Уверен, ты рад меня видеть таким, после твоего то поражения — горько усмехнулся он. — Не совсем. Я надеялся, что, увидев всё своими глазами и ощутив, ты поймёшь. Надеялся, что ты примешь факт, что всегда был один, но как вижу, я ошибся, — ответил я, но его состояние с одной стороны радовал, но с другой огорчал. Я наблюдал за каждым его движением, как у него поднимается грудь при каждом вдохе. За его глазами что так похожи на красный изумруд. Как он борется с собой, чтоб не наброситься на меня — Ты так хотел спасти своих друзей, которые и предали тебя, как предают все смертные и хотел спасти людей, а в итоге они сами себя уничтожили. — по его реакцию я и правду задел, он сжал кулаки, а на его лице отразилась боль. — Наверное, тебе было больно от того, как твои друзья оставляют тебя один за другим, посещать их могилы... Хотя о чём это я - ты же провёл в заточении более ста лет из-за Омеги. Помнится, ты хотел защитить людей от меня. Как видишь, людям было суждено умереть, и без разницы, с моим участием или без - результат бы не изменился. Только с моим участием это произошло бы чуть быстрее. Зачем тянуть время, если исход предрешен? Ты так не считаешь? — Хватит! Мои друзья не предавали меня! Я сам виноват, что позволил Омеге поймать себя! — его голос дрожал от гнева, я улыбнулся и продолжил. — А я тебя предупреждал, Шедоу. Дай-ка вспомнить, что ты тогда мне сказал... А, точно: «Если мир решит стать моим врагом, я буду сражаться, как сражался всегда». В его глазах вспыхнул огонь ненависти, но вместе с тем я увидел в них и что-то другое — понимание, принятие горькой правды. Он молчал, и в этом молчании я видел крушение его последних иллюзий. — Ты всегда был глупцом, — прошептал я. — Но, возможно, теперь ты наконец-то увидишь истину. — Я наблюдая как его плечи содрогались, как в красных глазах отражалась вся боль потерь, боль одиночества, боль предательства времени, но в тоже время отрицание. — Твои друзья мертвы, Шедоу, — произнес я тихо, мои слова были подобно кинжалу, вонзающийся в его душу, а голос эхом отражался от осыпающихся стен. Он поднял голову, и в его глазах я увидел бурю эмоций. Ярость. Отчаяние. Боль. И что-то ещё - какую-то отчаянную надежду, которую он пытался сохранить. — Ты сам видел, как они уходили, — продолжил я, делая медленный шаг вперёд. — Как их дети, внуки, правнуки... Все они оставили тебя. Кто-то ушёл в мир иной от старости, кто-то пал в битвах, кто-то просто исчез во тьме времени — Я видел, как его тело содрогнулось от этих слов. Как когти впились в ладони, разрывая кожу. Как по его щекам потекли слёзы - слёзы, которые он так долго сдерживал. — Когда погиб последний потомок твоих друзей, что ты почувствовал? — спросил я, наклоняясь к нему. — Облегчение от того, что больше не придётся смотреть на их смерть? Или отчаяние от того, что теперь ты совсем один? — Он молчал, его глаза говорили за него — Они были моей семьёй, — прошептал он наконец, его голос дрожал от боли. — Даже если их больше нет, они остались в моем сердце. — И что дальше? — я сделал ещё шаг ближе. — Будешь вечно хранить память о тех, кого больше нет? — Лучше помнить о тех, кто был добр ко мне, чем присоединиться к тебе — ответил он, поднимая голову. В его глазах пылала решимость. — Ты можешь продолжать жить в своих воспоминаниях, — сказал я — Но реальность остается неизменной. Ты один. И они уже никогда не вернутся. Никто не утешить тебя после очередного кошмара, никто не обнимет, не поговорить. — Я сделал паузу, наслаждаясь его болью. — Ты знал, что рано или поздно они оставят тебя. Тогда почему, когда я предложил тебе присоединиться ко мне - мне, который никогда бы не оставил тебя одного в этом мире, даже после разрушения всего сущего - ты выбрал их? — Его красные глаза вспыхнули с новой силой, в них читался вызов и гнев. — Потому что они были настоящими, — прошептал он, сжимая кулаки. — Потому что они любили меня и были моей семьёй, а не просто союзниками в борьбе. — Я усмехнулся, чувствуя, как тьма внутри меня вырывается наружу от злости. — А я разве был не настоящим? — не смог удержать свой крик. — Разве моя преданность и предложения были не искренней? — спросил я с горькой иронией в голосе. Он застыл, будто мои слова поразили его в самое сердце. Пламя в его глазах на миг угасло. — Для тебя я был просто инструментом для достижения цели, — придя в себя тихо произнёс Шедоу и опустил взгляд пытаясь не встречаться с моим. — А разве для людей и друзей ты не был инструментом? — со злостью ответил я. — Разве не те кого ты так яро защищал использовали, а когда ты больше не был им нужен заточили тебя, как сломанную игрушку? — в этот момент я не смог сдержать эмоций, эти люди поступили с ним жестоко, я же хотел, чтобы он избежал этой участи, тогда почему пройдя через все снова он выбирает их — Ты ещё юн и не ведаешь, каково это - нести бремя вечности. — в моем голосе проскользнула боль преследующая меня веками. В голове промелькнули воспоминания, где я всегда оставался один — Ты не знаешь, сколько веков я прожил. Думаешь, только тебе знакомо одиночество? — я посмотрел ему прямо, в его взгляде считалась замешательство, было забавно смотреть на глаза того, кто считал меня просто монстром в этот момент. — Зачем мне всё это, если не с кем разделить? Ты такой же, как я - тебе тоже суждено жить вечно. — Я вспомнил нашу первую встречу, момент когда я осознал, что больше не одинок, что где-то там есть существо у которого тоже вечность впереди. Я ничего не мог чувствовать когда он заточил меня в первый раз. В тот момент мой рассудок был затуманен после экспериментов которые ставили надо мной Джеральд и его подопечные. Я даже был рад заточению ведь именно она дала мне возможность вернуть мне мой рассудок. У меня было много времени обдумать все и свой будущий план, но когда Шедоу отказался присоединиться ко мне я почувствовал, как отчаяние и страх которых я скрывал и держал под контролем снова обретают силу и я решил сменить план. — Я тоже когда-то цеплялся за смертных, но преодолел эту слабость. Найдя того, кто не познает смерти, я захотел разделить с ним вечность. Моя преданность была бы крепче любых земных уз. — Твоя преданность... — прошептал он, — была отравлена ненавистью. Ты хотел разрушить мир все, что мне было дорого. — А разве разрушение старого мира не ведет к рождению нового? — парировал я. — Разве ты сам не готов был уничтожить всё, чтобы отомстить за смерть Марии? — мои слова повисли в воздухе, словно острые клинки. Шедоу замер, его тело напряглось как струна. Красные глаза расширились, в них промелькнуло что-то первобытное, древнее. На мгновение показалось, что передо мной стоит не тот холодный, расчетливый ёж, а раненый зверь, защищающий свою рану. Его челюсти сжались, а правая рука непроизвольно дернулась к груди, словно пытаясь прикрыть невидимую рану. Он сделал шаг назад, будто пытаясь отдалиться от собственных воспоминаний. Его дыхание стало прерывистым, а в глазах промелькнула такая боль, что даже мне, знающему о его страданиях, стало не по себе. — Ты... — прошептал он, но голос предательски дрогнул. — Ты не понимаешь... Его когти впились в ладони, оставляя полумесяцы следов. На мгновение показалось, что он готов броситься вперёд, разорвать меня на части за эти слова, но вместо этого он опустил голову, и его плечи поникли. В этот момент я увидел перед собой измученного горем ежа, который до сих пор не смог смириться с потерей. И в этой уязвимости была его слабость, его боль, его правда. — Ты вечно шёл путём праведности, — продолжал я. — Даже когда этот путь вёл тебя в пучину отчаяния. Даже когда он оставлял тебя наедине с обломками всего, что было тебе дорого. — Счастье и отчаяния... Они не так однозначны, как и тьма и свет. То, что ты зовёшь отчаянием, для меня была счастьем. — глубоко вздохнув сказал он. Мой смех разлетелся по храму, отражаясь от стен. — Как глубокомысленно, — усмехнулся я. — Но итог один, ты одинок со своей правдой. Твой свет не спас никого. — Лучше быть одному со своей правдой, чем в компании лжи, — ответил он твердо. — Сейчас именно ты в компании лжи, отрицая смерть всех своих друзей! — вмешался я, появляясь из тени. — Ты живёшь иллюзиями, цепляясь за призраков прошлого. Твои «друзья» давно ушли, а ты никак не хочешь признать это. — Замолчи! — крикнул Шедоу, сжимая кулаки. — Ты ничего не знаешь о дружбе и потере! — О, поверь, знаю больше, чем ты думаешь, — усмехнулся я. — Ты просто боишься признать правду, они ушли, и ты остался один. Даже твоя так называемая «правда» не может заполнить эту пустоту, но ничего со временем, когда последний огонёк твоего света погаснет и ты останешься в полной темноте, — продолжил я, начиная растворяться в тенях. — Тогда ты поймёшь, что значит настоящее одиночество. — Храм снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь дыханием чёрного ежа, стоящего посреди руин своих надежд и мечтаний, но я знал - это не конец. Когда его свет окончательно угаснет, когда он познает всю глубину своего одиночества, он придет. Придет ко мне, потому что в этом разрушенном мире мы с ним связаны судьбой, как две стороны одной монеты. И тогда наша история получит свое истинное продолжение, а до тех пор я буду наблюдать за ним из тени. Я ждал того кто разделить со мной вечность более тысячелетие и я не упущу эту возможность чтобы не случилось.