16 Июня

Глава первая

16 июня — обычный жаркий день. Мелисса сидела в гостиной, лениво листая социальные сети. Экран смартфона заполняли счастливые лица одноклассников — выпускной, улыбки, объятия. На этот праздник она не пошла. Не потому что не могла, а потому что не видела в этом смысла. Никогда не любила шумные сборища и показное веселье. Всё, чего она хотела сейчас, — это встретить своего старшего брата. Утонуть в его объятиях, почувствовать знакомый запах и уверенность. Тогда она снова будет счастлива. И не одна. Родители погибли в автокатастрофе пять лет назад. Калебу было двадцать три, Мелиссе — всего четырнадцать. В один день их дом опустел, а детство закончилось. Калеб взял на себя роль взрослого без колебаний. Он работал на двух работах, следил за домом, за учёбой сестры, за тем, чтобы она не чувствовала себя потерянной. Когда Мелиссе исполнилось семнадцать, Калеб ушёл на военную службу вместе со своим другом. Она не плакала и не отговаривала его — знала, что он мечтал об этом с детства. Он слишком долго ограничивал себя ради неё. Теперь была её очередь отпустить. Она осталась одна в доме — без родителей, без брата, без единственного родного человека. И всё же каждый разговор с Калебом по телефону сопровождался улыбкой и шутками. Он не должен был знать, как ей одиноко. Прошло два года. Мелисса окончила школу, но так и не решила, кем хочет стать. Вместе с братом они договорились: она поработает, подумает, а потом выберет университет. Деньги на учёбу у них были — немного, но достаточно, чтобы начать. Сейчас рыжеволосая девушка сидела на диване, глядя в экран телефона. В последние дни ей всё чаще попадались странные видео. Животные с окровавленными пастями, прихрамывающие, ведущие себя неестественно. Но хуже всего были глаза: стеклянные, пустые, будто внутри никого не осталось. От одного взгляда по коже пробегал холод. Очередной ролик заставил её замереть. Человек потерял сознание посреди дороги. Когда к нему подошла женщина, он внезапно напал на неё, повалил и начал… кусать. Мелисса нахмурилась. Это выглядело слишком реалистично для постановки. Мужчина поднялся и посмотрел прямо в камеру. Пустой взгляд, который она уже видела. Вгляд от которого по телу проходили мурашки. Раздался звонок в дверь. Мелисса вздрогнула, выключила телефон и отложила его в сторону. Наверное, очередной глупый пранк, — попыталась убедить себя она. На пороге стоял Кевин — лучший друг Калеба. Они дружили с детства, и для Мелиссы он давно стал чем-то вроде старшего брата. После смерти родителей он часто приходил, помогал, просто был рядом. — Кевин! — её лицо озарила искренняя улыбка. — Я так рада тебя видеть. У тебя всё хорошо? — Более чем, — усмехнулся он. — Жив, здоров и готов ко всему. Как дела у нашей выпускницы? Он потрепал её по голове, и Мелисса рассмеялась. — Перестань. Всё нормально. Она оглянулась. — А где Калеб? — Разве он ещё не приехал? — Нет… — тревога скользнула в её голосе. — Наверное, задерживается. Ты же его знаешь. Она кивнула и впустила его в дом. Кевин сел в кресло и включил телевизор, Мелисса отправилась на кухню, чтобы налить им чай и взять печенье, которое испекла сегодня утром. Девушка вошла в комнату с подносом и парень тут же поспешил помочь ей, она поблагодарила его и села на диван передавая кружку Кевину, он кивнул в знак благодарности. Атмосфера была спокойной — почти уютной. Мелисса написала Калебу сообщение. Оно осталось непрочитанным. Именно тогда телевизор издал резкий гудок. Экстренное оповещение. — Внезапные вспышки насилия зафиксированы в разных районах города. Просим жителей оставаться дома, запереть двери и окна. Не вступайте в контакт с посторонними. В случае чрезвычайной ситуации звоните в 911. Экран погас. Тишина в комнате стала оглушающей. Мелисса снова и снова набирала номер брата. Без ответа. Воздуха будто становилось меньше. — Мелисса, — голос Кевина вырвал её из паники. — Посмотри на меня. Калеб справится. Он знает, что делать. Она кивнула, едва дыша. — Сейчас ты пойдёшь, выпьешь воды и попробуешь успокоиться, а я закрою двери и проверю окна. Мелисса послушалась и отправилась на кухню. Она выпила воды и попыталась привести мысли в порядок. Кевин прав — Калеб всегда был умным. Он знает, что делать. В конце концов, он солдат и может постоять за себя. Она похлопала себя по щекам и вернулась в гостиную. Кевин закончил всё проверять и тоже вернулся. Он осмотрел девушку с ног до головы и, убедившись, что она в порядке, сел на диван. Он сам был встревожен происходящим, но не мог показать этого перед Мелиссой, которой и так было страшно. Затем раздался грохот с улицы. Звук металла о металл, стекло, разлетающееся с резким визгом, и короткий, захлёбывающийся крик. Кевин подошёл к окну. Он отодвинул край шторы всего на несколько сантиметров — ровно настолько, чтобы увидеть дорогу. Две машины стояли, искорёженные, словно смятые игрушки. Из одной медленно выбрался человек. Он был весь в крови — она стекала по лицу, капала на асфальт, оставляя тёмные пятна. Его рука висела под невозможным углом, явно сломанная. Он сделал шаг. Потом ещё один. Хромал, покачивался, будто вот-вот упадёт. Кевин уже собирался выбежать из дома, чтобы помочь пострадавшему, но что-то остановило его. Человек не стонал. Не кричал. Он вообще не издавал ни звука. Его лицо было спокойным — слишком спокойным для того, кто только что пережил аварию. А глаза… глаза смотрели не на дорогу, не на машины, не на кровь. Они смотрели сквозь всё это. Из второй машины выполз пожилой мужчина. Он рухнул на колени и закричал — громко, отчаянно, по-настоящему. — Помогите! Пожалуйста! И тогда хромой человек побежал. Это было невозможно. Его тело не должно было двигаться так быстро. Он сорвался с места резким рывком, словно кто-то дёрнул его за невидимую нить. Он бежал неправильно — дёргано, ломано, как сломанная кукла, которой забыли объяснить, как работает человеческое тело. Он налетел на пожилого мужчину с такой силой, что тот даже не успел закричать во второй раз. Кевин видел, как руки в крови вцепились в плечи. Как голова резко дёрнулась вниз. Он отдаленно слышал влажный, отвратительный звук — не удар, не крик, а что-то гораздо хуже. Крик мужчины быстро превратился в захлёбывающийся хрип. Кевин остолбенел. То, что он сейчас видел… неужели это произошло на самом деле, а не в каком-то фильме ужасов? Он не мог отвести взгляд. Видел, как тело дёргается под нападавшим. Как движения становятся всё слабее. Как кровь растекается по асфальту тёмной лужей. — Кевин? — голос Мелиссы прозвучал за спиной слишком близко. Он резко дёрнул штору, закрывая окно, словно ткань могла стереть увиденное. Сердце колотилось так, что казалось — его услышат с улицы. — Что там? — спросила она снова. Он повернулся к ней. Лицо Мелиссы было бледным, глаза широко раскрыты, губы дрожали. Она ждала ответа. Но Кевин не мог сказать ей, что он только что увидел. Не мог произнести это вслух. — Ничего, — выдавил он. — Авария. Просто… авария. Комната погрузилась в тяжёлую, давящую тишину. Закрыл шторы до конца. Проверил замок на двери. Потом ещё раз — слишком резко, слишком сильно дёрнув ручку. — Иди в спальню, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Пожалуйста. Мелисса не спорила. Это пугало сильнее всего. Когда дверь спальни закрылась, Кевин остался в коридоре один. Он прислонился лбом к стене и медленно сполз вниз, с трудом сдерживая дрожь. Перед глазами всё ещё стояла сцена на дороге. Кровь. Дёргающееся тело. Этот звук. Он поднялся, проверил окна ещё раз. Запер всё, что можно было запереть. Затем вошёл в спальню, закрыл дверь и повернул замок. — Мы не выходим, — сказал он тихо. — Что бы ни случилось. Мелисса сидела на кровати, обхватив себя руками. Телефон лежал рядом, экран был чёрным. Она не плакала. Просто смотрела в одну точку. Они поставили телефоны на беззвучный режим. За стенами дома что-то происходило. Иногда доносились далёкие крики. Иногда — глухие удары. Иногда — ничего. И эта тишина была самой страшной. 16 июня день, когда все превратилось в кошмар.