Уродливая любовь мафиози

Следующее утро было серым. Небо будто разделяло мою боль, заволокло себя тяжёлыми облаками, а воздух стал особенно тихим - как в ожидании чего то неотвратимого. Я стояла у окна, завернувшись в длинное чёрное платье. Комната напоминала тишину больницы - всё было аккуратно, приглушённо и неподвижно. Даже часы на стене казались медленнее обычного. Марсель вошёл, не спрашивая разрешения. Он уже знал: сейчас я не хочу оставаться одна. — Всё готово, Джади. - тихо сказал он. — Его тело будет похоронено в мечеть, я нашёл маленький мечеть который ближе к нашему дому. Ты уверена в своём решении? Я медленно кивнула, не оборачиваясь. — Да. Я хочу, чтобы похороны были по мусульманским традициям. Он.. он был мусульманином. И это последнее, что я могу для него сделать. Я обернулась и посмотрела прямо в глаза Марселю: — Я хочу, чтобы всё было с уважением. Омовение. Саван. Дуа. Всё. Он молчал несколько секунд. Его взгляд был внимательным, почти изучающим, но затем он кивнул: — Я уже вызвал имама. Всё будет так, как ты хочешь... Я выдохнула с облегчением, и болью. Где-то глубоко внутри снова рванула пустота. — Спасибо. - прошептала я. — Он гордился бы тобой. - Марсель подошёл ближе и поправил сползший край моего шарфа, почти по-отечески. — А я... я позабочусь обо всём. Даже о том, чего ты сама не успеешь подумать. ~~~ Похороны прошли тихо. Без излишеств. Всё - как должно. Его тело было обёрнуто в белый саван, молитвы звучали мягко,проникновенно, как будто сами небеса склонялись над ним. Я не плакала. Всё происходило где то за стеклом - будто не со мной. Только когда земля осыпалась на саван - я почувствовала, как трещина внутри меня наконец-то расползлась. После церемонии, когда молитвы стихли, и земля приняла того, кого я называла отцом, к моему телу начали подходить люди - по очереди, тихо, как будто боялись нарушить моё молчание. Антонио с компанией Марго. Сдержанный, но уважительный. Он просто сжал мою руку, не сказав ни слова - и этого было достаточно. Даниэль. Его взгляд был мягким, сочувствующим. Он наклонился к моему уху: — Пусть земля его примет. Марсель стоял чуть поодаль. Говорить он не спешил. Но когда наши взгляды всё же пересеклись, он кивнул - так, как будто признавал мою боль, мою тишину, мою потерю. Позади него, как тень, стояли его люди, кого я едва знала по именам, но они были там - ради него, а значит, и ради меня. Некоторые смотрели с уважением, некоторые - с осторожностью. Марко стоял ближе к краю аллеи, будто не решаясь подойти. Он был одет в свою кожаную куртку, чёрную футболку и брюки. Его глаза метались, он выглядел потерянным, как будто снова не знал, кому принадлежит в этом мире. А ещё чуть дальше, почти скрытый за деревом.. стоял Габриэль в чёрных очках и в костюме. Он был там, но будто прятался от глаз Марселя. Их пути когда-то пересекались - не самым мирным образом. Я чувствовала, как сильно напряжён воздух между ними, даже на таком расстоянии. Он давал знать, что я не одна. Что он рядом. И сквозь фигуры охранников, словно тень, промелькнул кто то. Высокий, с резкими чертами лица. Я моргнула. Альп? Нет не может быть. Он же.. далеко. Или..? Он смотрел на меня с ненавистью в глазах. Я всмотрелась снова, но фигура уже исчезла. Пустота. Тень. Наверное, показалось. Просто усталость, нервы, день, слишком тяжёлый для разума. — Мне мерещится - прошептала я сама себе и выдохнула. Позади кто то приблизился. Тепло. Рука на моей спине. Я знала это прикосновение. Марсель. Он стоял рядом,не проронив ни слова. Но его присутствие действовало, как якорь. Он был твердью, когда весь мир рассыпался в пыль. *** После того, как всё прошло. Я лежала в своей комнате, в той самой постели, что казалось когда то чужой, теперь - словно единственное место, где можно спрятаться от всего мира. Тело тяжёлое, как будто его опустили в воду, голова пульсировала, а мысли рассыпались, едва я пыталась их собрать. Когда дверь приоткрылась, я не двинулась. Просто закрыла глаза, сделав вид, что сплю. Шаги. Тихо, размеренные. Он ничего не сказал. Просто лёг рядом. Позади. И обнял меня. Мягко, несмело. Его дыхание коснулось шеи. Я сжалась на секунду... но не отстранилась. — Я с тобой, perla. - прошептал он, голосом, в котором дрожала искренность, не похожая на него. — Он любил тебя... Слёзы, уже знакомые, вновь подступили. Я не сразу нашла в себе голос: — Он вырастил меня... Как свою дочь... - сказала я едва слышно. — Не по крови. Но он любил меня больше, чем тот, кто дал мне жизнь. Я... я даже не успела сказать ему, как сильно я его... - голос оборвался. — Мне страшно... и пусто. Я развернулась, уткнулась лбом в его грудь. Его кожа пахло ветром, кровью, жизнью... и домом. — Не отпускай меня.. - прошептала я. — Никогда - ответил он. И обнял крепче, будто боялся, что растворюсь. И только тогда я позволила себе дрожать. Без стыда. Без маски. Без роли. И он не спрашивал, не требовал, не уговаривал. Просто был. И в этой тишине, между болью и покоем, я впервые за долгое время почувствовала: я всё ещё жива. А значит.. всё возможно. *** Джади не проснулась ни на следующее утро, ни вечером того же дня. Она просто лежала - тихо, безмятежно, словно уставшая душа, нашедшая временное укрытие. Марсель никуда не уходил. Он сидел рядом, прикрывал её плечо пледом, меняя компрессы, иногда просто гладя её по волосам, шепча едва слышно. — Спи, я рядом. На третий день он не выдержал. В комнату вошла Айлин, врач, которой он доверял. — Почему она всё ещё спит? - голос его был напряжён, но сдержан. Айлин осмотрела Джади, проверила пульс, веки, дыхание. — Это нормально - мягко ответила она. — Её организм выключился. После боли, стресса, потери... это его способ защититься. Дайте ей время. Сон - сейчас лучшее лекарство. Марсель кивнул. Он остался. Не отходил. Просто держал её за руку, дожидаясь когда она вернётся. ~~~ Ночь была тиха, но тревожно гудела тишиной. За стенами слышался редкий стрёкот насекомых, а часы будто замерли вместе с домом. Джади лежала без движения. Её тело ещё было тяжёлым, но что то... что то вырвало её из забытья. Звук. Глухой щелчок. Скрежет стекла. Она вздрогнула и приоткрыла глаза. Всё было в полутьме, только слабое свечение луны освещало шторы и пол. Повернув голову к окну, она заметила, как ручка едва заметно дёрнулась. Кто-то пытался открыть окно... изнутри. Сердце забилось чаще. Она хотела позвать, но голос предал. Осторожно, она потянулась к тумбочке, но замерла. Створка окна открылась. На подоконник, почти бесшумно, ступила чья-то фигура. Сначала тень, силуэт, потом черты лица... Глаза. Те самые глаза, которые она помнила даже во сне. — Альп? - её голос был слабым, как шёпот ветра. Он молча шагнул внутрь и закрыл за собой окно. Словно призрак из прошлого, которого она уже не ждала. — Я искал тебя. - сказал он хрипло. — Везде. А ты... ты здесь? У него? Джади поднялась, прижав к себе плед. Сердце стучало глухо. Она не сразу нашла голос. — Что ты делаешь здесь? — Забираю тебя. - Его голос стал твёрже. — Ты не должна оставаться в этом доме. С ним. Он... они... всё это неправильно. — Нет - тихо, но твёрдо произнесла она. — Я не уйду. Я сделала выбор. Я бросаю тебя, Альп. В его взгляде вспыхнуло что то опасное. — Значит, ты правда хочешь быть его вещью?! Хочешь быть... - он презрительно усмехнулся — ...шлюшкой мафиози? Джади встала, плед соскользнул на кровать, обнажив плечо. Она была одета в лёгкой шелковой сорочке. Она не дрогнула. — Ты не имеешь право говорить мне такие вещи - её голос был холоден. — Ты никогда не имел права на меня. Ни тогда. Ни сейчас. Альп шагнул ближе. В его глазах полыхал гнев, обида, ярость. — Я должен был быть твоим первым. Ты это знаешь! - почти выкрикнул он. — Это должен был быть я! Он толкнул меня обратно в кровать, и начал спускать с себя штаны и трусы. Он бил меня по лицу, говоря: — Ты будешь моей. Я! Стану твоим. Первым. И последним. — он грубо закрыл мой рот рукой. Я не могла кричать. Он грубо порвал мою сорочку, и начал меня лапать. Я брыкалась, делала всё, чтобы этого не произошло. Слёзы потекли с новой силой. Его член встал, он начал быстро массировать своё достоинство и его белые налёты начали выходит с новой силой. — М! М-мхм-м-м! — Заткнись! Дверь распахнулась. Марсель стоял в проёме - тёмный, как сама ночь. Его взгляд метался не по комнате - он сразу нашёл цель. Пистолет был уже в руке. И он смотрел не глазами. Он прицеливался. Альп застыл. Словно всё его тело знало - это конец. И вдруг я закричала: — Нет! - голос сорвался в крик, отчаянный, пронзительный. Но было уже поздно. Выстрел. Выстрел был коротким, глухим, словно удар молнии - прямо в его достоинство. Альп отшатнулся, будто от точка невидимой силы. Его пах уже не стоял. Он просто исчез в крови. Альп не упал сразу. Сначала просто посмотрел на Марселя с дикой яростью, потом - на меня. В его взгляде не было боли. Только предательство. — Ты... - прохрипел он. — Ты выбрала его? Тело глухо ударилось об пол. Всё стихло. Моя грудь вздымалась - от страха, от ужаса, от облегчения... я не понимала, что чувствую. Но Марсель уже стоял рядом, и холодный металл исчез из его руки. Он обнял меня за плечи - крепко, молча. Я дрожала. Не от холода. — Всё кончено, perla. - только и сказал он, тихо, в мои волосы. Охранники уже были тут. Марсель не смотрел на них, холодно приказал: — Уберите это. И не дайте ему умереть... пока я не решу, что с ним делать.