Винкс. Другая история.

      За круглым столом, размещенном посреди крыльца, по периметру которого росли различные деревья, сидела рыжеволосая девушка с хмурым и обеспокоенным выражением лица. Казалось, спокойствие больше никогда не проникнет в её больное, изрезанное лезвием, сердце, навечно в её глазах застынет страх — страх возвращения тех ужасов, что ей пришлой пережить. Огонь, живший когда-то внутри неё, больше не согревал, а сжигал изнутри. Сквозь огромные деревья свисали лианы, на которых медленно набухали почки — предвестники новой жизни. Слева от девушки, на крайнем стуле, стоял букет цветов в прозрачной вазе — нежные пионы розового цвета. Рыжевласка провела по ним лёгким движением руки и впилась ногтями в ладонь. Тёплые лучи закатного солнца озаряли столешницу и чайный сервиз, отражавший золотые блики. Лёгкий ветер развевал длинные волосы. Девушка услышала шаги. Вперемешку с чуть слышным шорохом о постриженную траву до ушей сидящей донёсся глухой стук трости о тропинку, выложенную серым камнем. К рыжей даме медленно шла девукшка с волнистыми волосами, отстранённо улыбаясь. -Лейла… — подскочила бледнокожая к давней подруге. Настоящей подруге. Она помогла той пройти и сесть на стул. Мулатка своими трясущимися руками взяла руку напарницы и погладила её, а после крепко сжала. С трепетной лаской и заботой рыжая девушка посмотрела в глаза Лейлы. Их покрывала белая пелена. -Блум… — прошептала пришедшая полными губами, — Здравствуй, Блум. Из белых глаз скатилась по смуглой щеке большая слеза. Из-за деревьев послышались голоса. Стелла шла впереди. Её походка не изменилась. Такая же гордая. Но на её когда-то неповторимо прекрасном лице висела маска, облепившая всё лицо, словно вторая кожа. За ней плелась текна со специалистом, давним товарищем всей команды. Самая умная среди подруг, она, как робот, прошла к столу и сале посередине, справа от Лейлы. Словно призрак. Маска Стеллы — изобретение Тимми, высокого парня в очках, пришедшего сюда вместе с текной. Тимми нашёл свою любимую в холодных краях Андреса, и тогда Девушку он смог отогреть. Только вот теперь, после получения водных звёзд и лишения теккны любых чувств, даже его горячие, жгучие слёзы бессильны. -Тимми, ты останешься? — спросила Блум, готовая принести седьмой стул для специалиста. -Простите, девочки, — скромно ответил он, — Я лучше пойду. Хмурый и истощёный страданиями, он ушел прочь. Стелла села на другой конец дуги, на крайний стул. Она оставила пустое место для последней подруги: блондинка не хотела сидеть с оледеневшей текной, такой родной и чужой одновременно. Последней пришла муза. Блум встала в знак приветствия и заметила, как сильно изменилась фея музыки. Её лицо было расчерчено множеством морщин. Светлая в юности, сейчас она казалась совсем белой. Худые руки обхватила кожа. А в глазах искрилась вечная, раздирающая изнутри боль. -Привет, девочки, — от прежнего голоса не осталось и следа. Вместо волшебной мягкой симфонии изо рта вырвался хриплый старческий звук. Она прошла к своему месту и с трудом отодвинула стул. Повисла тишина. Блум разлила в фарфоровые чашки остывший зелёный чай. Шесть штук. Ни одной лишней. -Если бы мы пришли на 3 минуты раньше, то могли бы выпить чай температурой ровно 54 градуса, — отчеканила текна, чей разум больше никогда не сможет испытать хоть какую-то эмоцию. Бесчувственный организм. Холодная логика. И ничего больше. Ни души. -Помолчи, Текна, — оборвала её блондинка, — Мы здесь собрались не ради твоих доводов. Из-за маски Стеллу было слышно хуже. Над ними пролетели птицы. Где-то вдалеке послышались взрывы салютов. -Давайте отметим победу над валтором, — подняла чашку Блум, — Нашу победу. Её руки тряслись, а на глазах наворачиваются слёзы. Но это явно были не слёзы счастья. -Только чего стоила нам эта победа, — прохрипела муза, оглядев тёмными глазами девочек, — Стелла лишилась своей красоты, Текна стала бездушной оболочкой, Блум лишилась памяти о важных людях для неё, а Лейла не сможет увидеть, что с нами стало. Я… а я никогда не смогу вернуть свою мать. Больше шанса не будет. А наша Флора? Она никогда не будет с нами. Мы потеряли её целеком. От этих слов жгло в глазах, а в горле беспощадно першило. Муза говорила жалящую, колкую правду. Да, они победили. Но стоила ли эта победа той цены, которую заплатили юные феи? Наблюдая за девушками, ответ был очевиден. Теперь уже все, кроме Текны, ощутили на щеках горячие слёзы. Магикс праздновал победу, восхвалял своих героев. Только слава тут ни при чём. Все взяли в руки кружечки — чай действительно остыл. -Девочки, мы всё ещё Винкс. В голосе Стеллы неизменно ещё слышалась стальная решимость. Девушки тихо глотали напиток с привкусом жасмина. В воздухе витал аромат пионов. Ветер снова коснулся их лиц — словно это подруга касалась невидимой рукой своих верных друзей в попытке укорить боль в их сердцах. Они — великие девушки магикса, спасшие мир от вечного хаоса и безумия. Винкс ставят памятники, их имена знает каждый житель любой планеты. Девушки вошли в историю как величайшие героини мира. Но здесь, за круглым столом в зелёном саду они были всего лишь пятью разбитыми подругами, на чьи плечи взвалилась тяжёлая ноша, которая оставила вечный след внутри них. Лианы колыхались на ветру. Пионы шуршали, едва касаясь Блум. Винкс, одна команда, все они понимали, что их сила не в магии, давно покинувшей их тела, а в единстве, в сплочении и в верной дружбе. Без неё они бы ни за что не справились с валтором. Без мужества Винкс мир погряз бы в вечной тьме. На столе стояла нетронутая шестая чашка.                              

***