Подо мной — Бездна

Я падал, моё сердце падало, и я преследовал Луну, и я сам обращался Луной. Я кричал. Кричали все, но это были не те имена, это были не те фигуры. Мне хотелось крикнуть: Толиндис... Все слова остались за гладью отражения. И я бежал, бежал по пустому мосту, по выдуманной тропинке, и за моей спиной исчезал в чёрной пучине путь, и передо мной не было ничего; я бежал в пустоту и я бежал из пустоты. Мир обращался битым стеклом, как треснувшая рамка фотографии, как сталь, как выдернутое из груди сердце. Каждый мой шаг — хруст разлетающихся вдребезги звёзд. Я бежал, мои ноги не касались земли, они попирали ткань времени. Ткань времени рвалась под тяжестью моего горя. Это имя — мой единственный вдох, и мои лёгкие были полны пепла, мои лёгкие были вывернуты, мои лёгкие были окровавлены, моё сердце умирало- Я бежал сквозь лес из криков, деревья — застывшие жесты отчаяния, тянущиеся к ослепшему небу. Я преследовал тень её улыбки, я ловил пальцами шлейф её призрачного запаха, в моих руках оставался холодный туман, мои воспоминания обращались этим холодным туманом. Говорят, она ушла, но «уйти» — это слово для тех, кто имеет границы. А она была моим горизонтом. Разве может горизонт просто исчезнуть? Я бежал от тишины, а она преследует меня, она наступает на пятки, она пожирает звуки моего дыхания, но я больше не дышал, потому что мои лёгкие были окровавлены, а сердце умирало. Я бежал по мосту, сплетённому из забытых обещаний, сплетённому из нашего порождения, из лжи. Я кричал её имя, мой голос срывался, превращался в стаю чёрных птиц, улетал в пустоту. За мной была эта пустота, и я бежал от неё вперёд. Впереди всё кричало и смеялось чёрным цветом. Я отрицаю смерть, я вычеркиваю её из словаря Вселенной. Я бежал сквозь себя, я оставлял позади кости, кожу и кровь. Моё сердце болело, мне было больно, я превращался в боль. Я искал дверь в пустоте, трещину, за которой она просто вышла в другую комнату. И я преследовал взглядом невидимые следы Ведрфёльнира, я умолял птицу на вершине Иггдрасиля: взгляни вниз! Увидь, что нити перепутаны! И птица молчала, птицы не было, только мой голос обращался ею. Мост под ногами истончался. Я бежал по нитке паутины над бездной, и моё "завтра" осыпалось, и я разрывал своё "завтра". Я не искал спасения. Я искал её. Толиндис... Ты слышала? Это не гром. Я бежал к тебе по костям разрушенного мира. Не гаси свет. Не дай мне поверить в тишину. Я бежал, бежал, когда останавливался — время обращалось льдом, время не обращалось назад. Я бежал и не верил, не верил, не верил- Мир становился битым стеклом. Хруст под ногами — звёзды. Хруст в груди — рёбра. Хруст в ушах — твоё имя, которое я повторяю, чтобы не сойти с ума, и повторяю, потому что уже сошёл. Толиндис Толиндис Толиндис Имя — мой единственный вдох, но лёгкие полны пепла. Имя стало моим единственным светом, который я не вижу, потому что сзади меня пустота и впереди — тоже. Имя — мой единственный путь, подо мной — бездна, надо мной — отражение Луны. Я бежал по выдуманному мосту, я бежал по пустой тропинке, бежал по тонкой кровавой нити. И за моей спиной исчезал мир, и за моей спиной гаснуло солнце и взрывалась алая луна, и за моей спиной умирало всё, что было «нами». Я не верил. Я не верил в холод клинка. Я не верил в тишину тронного зала и в осуждение высокого трона. Я не верил в светлые волосы и золотые глаза другого мира. Я не верил в спасение. Я не просил о спасении. Я кричал: «Ведрфёльнир!», я надеялся, что птица на вершине древа увидит тебя. Я кричал: «Толиндис!», надеялся, что мироздание вздрогнет. Я кричал, я кричу, я буду кричать, пока мой крик не обратится холодным туманом и лунным светом. Я ненавидел Луну и лунный свет. Быстрее. Быстрее, чем исчезает и строится память. Быстрее, чем падает тень. Быстрее, чем бьётся это жалкое, испуганное сердце. Я преследовал Луну, я сам обращался Луной, я становился лунным светом, который искал в каждой двери в пустоте этой треснувшей Вселенной. И я бежал из пустоты в пустоту. Вокруг меня не было ничего. Внутри меня — ничего, имя жгло мне горло. Я не останавливался. Если бы я остановился, я бы понял. Если бы я остановился, я бы увидел. Я бы умер. Толиндис, я продолжал. Я искал. Я не верил. Слышишь? Только не будь тишиной. Не будь правдой. Я бежал. Я бежал. Я бежал, пока мост под ногами не закончился, пока я не достиг черноты, пока не упал в бездну, пока отражение луны не настигло меня. И тогда мою плоть разрезало, меня разрезало, и моё сердце было вырвано, имя больше не покидало моих губ, мои лёгкие полны пепла, мои лёгкие окровавлены, моё сердце умерло, а я нет.