Его первая любовь

В заведении уже сидел Мартин, присоединив два свободных стола на их любимом месте – подальше от большого телевизора, где 24/7 крутили к-поп клипы с ютуба, и поближе к окну с видом на улочку. Он радостно воскликнул и встал, когда увидел друзей, и чуть не перевернул стол со всеми предметами на его поверхности. Джухун опоздал на 10 минут и выглядел он необычайно мило – кажется, он телепортировался сюда прямиком из постели, даже не умывшись и не причесавшись. Конхо весь вечер дразнил его, называя очаровашкой. В начале Джу еще бросал колкости в ответ, но потом привык. На деле Ан не преследовал цели буллинга – он искренне умилялся, так же и остальные. – А помните, как в начале тетушка недолюбливала Джухуна? – неожиданно вспомнил Сонхен. – О господи, не напоминай.. – Ким прикрыл лицо ладонями от стыда, надеясь спрятаться от дальнейшего стеба друзей. – М-да, дружище, ты был той еще занозой, – похлопал его по плечу Мартин. – “Как можно мыть посуду так невнимательно?!”, – начал передразнивать Эдвардс, нахмурив брови и разводя руками по воздуху. – Нет-нет, там было не так! – смеясь добавил Конхо и пару раз специально кашлянул, готовя голос к пародии. – “Просто купите одноразовые чаши и вам не придется так плохо мыть посуду!”. Джухун сидел в том же положении, а кончики его ушей медленно краснели. Джеймс немного похохотал и принялся наводить порядок: – Ну все-все, хватит. Посмотрите, ему же до сих пор стыдно. Почему вы продолжаете сыпать соль на рану? – На то мы и друзья, чтобы напоминать обо всех кринжовых выходках! Да ладно тебе, не обижайся, Джу. Я даже не знаю, почему мне это вспомнилось, – добавил Сонхен. У него сердце сжалось от вида поникшего Джухуна. *** Пару лет назад ребята привели Кима в эту раменную в первый раз, ожидая, что заведение понравится ему сразу же, как и всем когда-то. Ведь это место обладало какой-то магической теплотой и обволакивало всех посетителей домашним уютом. Однако для Джухуна это была просто маленькая раменная с тесными столиками и слишком яркой витриной со снэками, где лапшу подавали в многоразовых золотистых кастрюльках. Женщина позвонила в колокольчик, оповестив о готовности заказа парней. Конхо с Мартином подскочили за едой на перегонки и с грохотом принесли подносы с раменом. Джухун молча принялся за еду, пока его шумные соседи обсуждали лучший вкус лапши Buldak. Спустя минуту Ким поддел ложкой край кастрюли, прищурился и заметил на дне желтоватые полоски. Его показное недоумение заметили все остальные. – Это застывший сыр, который я не заказывал, – произнёс он ровно. – Кастрюлю плохо отмыли. Какая мерзость. Он встал и поднес свою еду к женщине за кассой, пока парни нервно переглядывались между собой. Он протянул посуду прямо к лицу хозяйки – та взяла кастрюлю, внимательно оглядела края и с усталым сожалением произнесла: – Простите, сейчас заменю. Голос у неё был мягкий, но плечи стали чуть прямее. – Почему бы вам просто не закупиться одноразовыми чашами и брать небольшую оплату с них? Так ведь намного удобнее и чище. Вам даже не придется так плохо мыть посуду, – слова прозвучали без лишних эмоций, но были пропитаны ядом, от чего женщина невольно охнула. – Переделайте, пожалуйста, – Джухун оставил посуду и вернулся за стол. Там его ждали 4 пары круглых глаз. Когда пришло время закрывать счет, женщина задержала Кима. – С вас не нужно, – сказала она спокойно. – Почему? – Сегодня за счет заведения. Выходя на улицу, парни как всегда бурно обсуждали всякий бред, а Джеймс поддел локтем Джухуна, который в общем диалоге не участвовал. – Ты прав по сути, – сказал он негромко. Ким непонимающе вскинул бровь. – Я про твой рамен. Но, знаешь, иногда важно не только что сказать, а как. Джухун пожал плечами. – Если это правда, то какая разница? Джухуну, понятное дело, не понравилось это место, поэтому каждый раз, когда друзья предлагали позависать в раменной, он в ответ активно предлагал другие заведения для встречи. Пока не наступило утро, которое расставило все по местам. Они с Мартином шли в школу раньше обычного, чтобы как обычно вместе подготовиться к контрольной по математике. Воздух был еще прохладный, улица только просыпалась, а парни шли повторяя вслух выученные формулы. Где-то на середине квартала Джухун резко замолчал. – Ты чего? – спросил Мартин. Лицо Кима заметно побледнело, а рука легла на живот. – Только не сейчас.. – прошипел он. Мартин пару секунд смотрел на него, а потом до него дошло. Пение кишечника друга. – Оо. Понимаю. – Не понимаешь, - процедил Джухун. – Мне срочно. Они огляделись. Район был полупустой, магазины и кофейни ещё закрыты. Проблеск надежды в виде пожилого мужчины, подметающего порог той самой раменной, которую Ким так избегал, светил словно гало. Джухун замер. Они с Мартином переглянулись. – Нет. – Да. – Я туда не пойду. – Тогда обосрись здесь, – невозмутимо пожал плечами Мартин. – Других вариантов нет. Ким колебался буквально секунду– его кишечник решил высказаться вместо него и был явно убедительнее. Звук был настолько красноречивым, что Эдвардс прыснул. – Ну всё, организм проголосовал. – Просто заткнись, – сквозь зубы выдавил Джухун. Они сделали пару шагов к двери. Хозяин как раз выпрямился, стряхивая пыль с коврика. – О, рано вы сегодня, – искренне удивился он. – Давно вас не видел, кажется экзамены начались? Мартин шагнул вперёд и кинул взгляд на друга, как бы говоря «родной, ща порешаем». – Дядюшка, простите, пожалуйста.. у нас тут чрезвычайная ситуация национального масштаба. Можно воспользоваться туалетом? Это очень срочно. Женщина появилась из глубины зала, вытирая руки. Её взгляд скользнул по Мартину и остановился на Джухуне. Бледном, напряженном и готовом провалиться сквозь землю. Она поняла всё по глазам. – Проходи, сынок. Прямо по коридору и направо, – сказала она спокойно, смотря на Кима, будто это было самое естественное утреннее дело. Джухун не успел ни смутиться, ни поблагодарить и просто исчез в коридоре. Когда он вышел уже с человеческим цветом лица, то задержался у умывальника, раз за разом ополаскивая лицо холодной водой. И именно тогда он услышал из кладовки приглушённый разговор. – Нам нужно решить с поставщиками до конца месяца, – устало сказал хозяин. – Я знаю, – ответила женщина. – Если выручка не вырастет, придётся сокращать часы. – Может, временно закрыться? – Нет, дорогой, если мы закроемся, то не откроемся снова. Давай потерпим ещё немного? – Но ты всё делаешь одна. И касса, и кухня, и посуда на тебе. Повисла короткая тишина. – Ничего, у меня есть ты. Мы справимся. Джухун стоял, глядя на своё отражение. Его фраза, выкинутая так грубо в прошлый раз, неприятно отзывалась эхом в голове. То, что он брезгливо принял за некомпетентность, было лишь глубокой усталостью. Он вышел в зал уже без привычной прямой спины. Женщина как раз протирала стол. – Спасибо, – сказал он тихо и поклонился. Она посмотрела на него и мягко улыбнулась. – Не за что, сынок, бывает. На улице его ждал Мартин, изучая приближающееся лицо друга. – О, могу ли я поздравить вас с облегчением? – спросил он, широко улыбаясь. – Пошли уже, – коротко ответил Джухун. Все формулы в его голове вытеснил диалог хозяев. Целый день он не мог выкинуть их из головы и после школы предложил друзьям подождать Джеймса с курсов и вместе зайти в раменную. Их реакция пришлась ему по душе – «летс гооо» без лишних вопросов. Через неделю Ким повел туда других одноклассников. Потом ребят из параллели. Затем знакомых из футбольного кружка. Джухун не афишировал причин – он просто приводил людей, советовал зайти в заведение, проходя мимо, настаивал попробовать местный рамен. А иногда даже щедрился и предлагать закрыть счет, если кто-то сомневался идти в такую маленькую кафешку. Где-то через месяц они с Конхо зависали в раменной вдвоем. Здесь стало заметно оживлённее. Женщина, встречая Джухуна, больше не смотрела на него с тем аккуратным расстоянием. – Ты очень постарался с рекламой, Джу. И добился-таки своих чашечек, - Конхо с улыбкой демонстративно покрутил перед его лицом пустой одноразовой миской. – Ты смотри, какая прелесть. Лёгкая. Гигиеничная. Мечта любого зануды. Джухун медленно поднял взгляд. – Это просто рациональное решение. – Ыаа, зануда-зануда-зануда!! – Какой же ты шумный, боже мой. – Ладно. Если серьёзно.. это было круто. – Что именно? – То, что ты не забил на ситуацию. Я бы забил. Джухун, немного помолчав, поднял взгляд на женщину у кассы и тихо сказал: – Просто хорошие места не должны закрываться. – Ах, какой же ты добрый человек, Ким Джухун, – простонал Конхо, театрально прикрывая рукой свои глаза и откинувшись на спинку стульчика. – Ну все, я влюбился в тебя. – Только попробуй, – мгновенно вспыхнул Ким. – Уже поздно.. Младший попытался приобнять его за шею, но Ким рьяно отбивался, шипя «Конхо, отстать, идиот!», а тот только громче смеялся. Сейчас, выходя из заведения, Джухун кланяется чуть ниже и чуть дольше остальных. Не потому что так надо. А потому что однажды его пустили внутрь, когда он меньше всего этого заслуживал.