Всего-лишь сон

-Идиот!- Феодосий грубо схватил Оливера за волосы. Бумаги, которые держали дрожащие руки, выпали, разлетаясь по полу,- и это все?! -Феодосий, мне нужен отдых, я не справляюсь. Извини, я не специально,- Олли затрясся всем телом, горло сдавила тревога. -Отдохнешь только на том свете,- Феодосий тряхнул его голову и отпустил рыжеватые локоны. Оливер мгновенно схватился за них, закрываясь,- сделай то, что я тебе поручил. Иначе...- теперь он схватил его уже за горло, неприятно сдавливая. Олли нервно закивал головой. Тут его испуганный взгляд увидал человека, стоящего позади Феодосия. Это был Эллисон. Он молча стоял, наблюдая за ними, не пытаясь вмешаться. Жгучая обида от бездействия дорогого человека захватила разум Оливера, он перестал слушать крики Феодосия, только глядел на Эллисона, что стоял с каменным лицом. -Элли,- прохрипел он, но не Эллисон, не Феодосий этого не услышали. -Ты понял? Понял?!- Феодосий еще раз тряхнул его, а после отпустил,- пошли, Эллисон, нам еще много работать вместе, - он повернулся к Эллисону, и Олли заметил, как тот дернулся. Феодосий положил грубую руку тому на плечо, и они вместе двинулись прочь, оставляя Оливера в одиночестве. Тот сполз по стене, опустился к бумагам и медленно принялся их собирать. Это деяние друга сильно отразилось в его голове. Из глаз хлынули горячие слёзы. Оливер задрожал, закрыл лицо руками и крепко сжал зубы, чтобы было не слышно, как он всхлипывает. "Почему, Элли, почему ты не остановил его, неужели ты его любишь сильнее меня?"- начал загоняться Олли. В голове то и дело крутился знакомый силуэт, стоящий позади крепкого и грубого плеча с каменным лицом. Но услышав тяжелые шаги, Олли быстро вытер слезы, начал уже кое-как собирать бумаги и поспешно встал. Кто-то прошел мимо. Пронесло. Оливер выдохнул и, подняв плечи, поплелся в свой кабинет. Такой режим дня не приведет ни к чему хорошему. Он уже не помнил, когда последний раз спал и ел. Руки постоянно дрожали. А Элли хорошо. Феодосий не так груб с ним, нежели с Оливером. Видимо, из-за связи с Филаретом. Но там своя история. Олли мотнул головой, отгоняя противные мысли. Нужно было сконцентрироваться, но это давалось ему с трудом. Оливеру всегда сложно было надолго сконцентрироваться. Он постоянно отвлекался, может даже просто сидел, тупо уставившись в стену. За это его часто ругали, но разве он виноват? Олли считал, что нет. Голова стала еще сильнее болеть, глаз неприятно дергался. Все тело будто проткнули иглами. Оливер попытался успокоиться и выдохнул, но это не помогло. Он плюхнулся на стул в своем кабинете и закрыл голову руками. Только вот не сейчас, хотя Олли знал, что скоро оно должно было произойти. Перед глазами начали мерцать мыльные образы каких-то людей и Олли становилось все страшнее, когда он узнавал этих людей. -Они, они мёртвые,- прошептали дрожащие губы,- мамочки. У кого-то из них был забинтован глаз, у кого-то отвалилась нижняя челюсть, кто-то держался за живот, у кого-то лицо было искажено страхом, а глаза сгнили. -Мамочки,- повторил Олли, закрывая глаза. Холодный пот выступил на лбу. Он старался сохранить остаток здравого рассудка, но люди все быстрее и быстрее стали сменяться. Со временем Олли стал слышать какие-то фразы, но не мог их разобрать, пока они не слились в одну: "Ты нас убил, ты болен, больной человек. Тебе самому лечиться надо". Кто-то стонал, потому что не мог говорить, кто-то в истерике кричал, кто-то произносил это шепотом. Оливер замотал головой. Нет, он больше не мог держаться, с каждой секундой он все больше поддавался этим голосам. В какой-то момент все стало темнеть, и Олли больше не смог держать свою голову. Он с грохотом упал ею на стол. *** -Решил выспаться?- прозвучал грубый голос. Обладатель его был явно зол. Оливер поднял больную голову и уставился уставшими глазами на Феодосия. Тот стоял в дверях напротив стола. Олли глядел на него долго, а потом опустил взгляд на стол, где видны были алые пятна. Он тут же медленно приложил руку к носу, текла кровь. Видимо, разбил. Вновь подняв взгляд, он осмотрел стоящего в ожидании ответа Феодосия. Вдруг глаза Олли раскрылись, будто он что-то вспомнил, показалась отчего-то радостная улыбка во все зубы, но она быстро исчезла. Тут он встал и, шатаясь, подошел к Феодосию почти вплотную, так, что тому пришлось отступить, ибо ему было отчего-то противно стоять так близко с ним. -Я не спал,- шепотом произнес Олли, заглядывая в красные горящие глаза, - я думал. -И что надумал?- с усмешкой спросил Феодосий. -Вот и надумал. Нельзя убивать невинных,- покачал головой Оливер,- нельзя,- протяжно повторил он. -Это еще почему? Святым решил стать? Ты не понимаешь, что это на благо идет, эти жертвы!- Феодосий уже хотел его схватить и до‌бро ударить об стену или стол, но Олли перехватил его руку, и отчего-то Феодосий не решился дальше ее поднимать, заглядывая в мутные зеленые глаза, в которых никакие чувства или эмоции не проблескивались. -Нет, они являются ко мне и просят милости для других. Они злы, они очень злы,- Олли еще больше раскрыл глаза и еще ближе подошел к Феодосию, так что их носы почти соприкасались,- но знаешь, если я смогу убить виновника в их смертях, они уйдут, они простят меня. Я должен сделать добро, я натворил дел, я должен искупить грехи свои убийством виновника в их смертях, и они простят меня и друг друга,- Оливер вновь странно заулыбался. -Так убей!- засмеялся Феодосий, осознавая, что виновник это и есть Олли, -ты же и убивал их! -Дело в том, что ты тоже виноват, Феодосий. Не убегай от правды. Они и до тебя доберуться, я лишь хочу помочь тебе, друг мой,- Олли опустил взгляд,- я помогу этому миру, но другим способом. Я убью грешных,- тут он уставился за Феодосия, будто за его спиной кто-то стоял. От этого взгляда Феодосия передёрнула, но он резко пришёл в себя. -Что ты мелишь?- оскалился он. Олли перевел взгляд на него и отступил. -Ты поймешь. Я предупреждал тебя,- засмеялся он и отошел к своему столу,- а теперь,- он замолчал, будто подбирал слова,- а теперь я хочу уйти. -Уйти?- не понял Феодосий,- и куда ты пойдёшь, дурачок, куда ты денешься? Но Олли посмотрел на него с каким-то отвращением. -Ладно, даю тебе срок до завтра выполнить все мои поручения. Не выполнишь - хуже будет,- Феодосий зло оглядел его. -Хуже мне не будет,- запротестовал Олли. Вдруг он резко кинулся к Феодосию с криками,- они уже здесь, они найдут тебя! Я сам скажу, где ты! Ты покаришься! Они накажут тебя!- Феодосий пытался отцепить его от себя, но Оливер еще больше вцепился ногтями в его плечи, попутно кусая его руки, которыми Феодосий пытался оттолкнуть его. -Ненормальная падаль!- выругался он, когда всё-таки смог сбросить его с себя. Олли так и остался лежать, корчаясь и держась за голову,- приди в себя, урод!- Феодосий быстро вышел из кабинета. -Они найдут тебя, они уже пришли!- кричал в истерике Олли. *** -Что с ним?- спросил Феодосий, подходя к Эллисону. Тот молча поднял какой-то печальный, но полный решимости взгляд. -У него это с рождения. Припадки,- хмыкнул Элли, дернув плечами. Феодосий повел бровью. -И как ты с ним уживаешься?- усмехнулся он. Элли улыбнулся и отвел взгляд. -Ты его правда не нагружай. Ему с ними не справится. В прошлый раз он в припадке пациента своего убил. Что еще ему может в голову прийти,- Эллисон повел плечом, будто стеснялся. -Ладно,- протянул Феодосий, зевая,- пойдём нам ещё очень много работать,- он улыбнулся. *** Прошло несколько дней. Эллисон стоял в дверях кабинета Оливера, наблюдая за ним. Тот что-то бормотал, черкая на листочке, иногда разрывая их. Он мотал головой, иной раз активно жестикулировал, будто что-то кому-то объяснял. -Так и не проходит?- спросил Элли, но Олли его не услышал. Да и ответа не требовалось: все и так ясно. Вдруг Оливер поднял голову и уставился мёртвым взглядом на Эллисона. -Элли,- в его глазах засияла детская радость,- Элли!- он резко поднялся и подбежал к Эллисону,- Элли, я рад, что ты пришел ко мне! Я тут думаю, очень думаю, но придумать ничего не могу. Они мешают мне. -Кто мешает?- спросил Элли, поглаживая его по голове. -Они, те, кого я убил,- ответил Олли, будто это было обыденностью. Эллисон тяжело вздохнул,- не вздыхай, Элли! Это мои проблемы. -Это наши проблемы,- как-то грустно ответил Эллисон. Олли посмотрел на него с непониманием, а потом подошел к столу и сел на рядом стоящий стул, нахмурившись. -Я не понимаю тебя, Элли. Тогда, когда я не слышал их, ты, помниться, не помог мне,- задумался Олли. -С чем?- подошел Эллисон со сложенными на груди руками. -Ну,- протянул Олли оглядывая его круглыми глазами,- Феодосий меня чуть не убил. Эллисон побледнел, отвернулся. Ему было невмоготу смотреть на друга, который глядел настолько пустым и одновременно грустным взглядом. Он чувствствовал себя просто ужасно, но то бездействие было оправдано. У него свои проблемы насчет Феодосия. -Олли, ты же понимаешь, что я,- но Элли не смог договорить. Он поджал губы. Олли глядел на него зачарованно,- я так люблю тебя,- Элли подошел к нему еще ближе. Олли вдруг встал и обнял его так крепко и так отчаянно, что у Элли навернулись слезы,- мне так жаль тебя,- он зарылся носом в бледную худую ключицу Олли. -Ничего, Элли. Когда ты рядом, я не слышу эти надоедливые голоса,- улыбнулся Оливер. Эллисон сдвинул брови и всхлипнул. Ему было совестно от самого себя. -Мне нравится, что Феодосий жалеет тебя. Это лучше, чем терпеть боль,- усмехнулся Олли. На это Элли вдруг отстранился. -Мне нужно идти,- странно проговорил он. Олли глянул на него непонимающе и даже как-то безразлично, но все же тихо с ним распрощался. *** -Феодосий, прошу,- с выдохом пробормотал Эллисон, пока Феодосий зацеловывал его ключицы. -Что не так?- улыбнулся Феодосий, шепча это на ухо Элли. -Все, все хорошо,- прикусил губу Эллисон, обхватывая его руками. -Нравится?- спросил Феодосий, еще сильнее раздвигая бледные ноги Элли. Тот покачал головой. Тут Феодосий навалился на него, заводя в глубокий поцелуй. Эллисон от такого неожиданного действия случайно рукой задел несколько бумаг и книг на столе, где он сидел, они с грохотом полетели вниз. Элли резко отстранился, глядя на них. -Феодосий,- он поднял виноватый взгляд. -Ничего,- улыбнулся Феодосий, уводя его опять в поцелуй, а после начал спускаться ниже, целуя, кусая. Элли уже не мог сдерживаться и шумно выдыхал, а иногда даже стонал. -Феодосий! Ах,- тяжело дышал Эллисон из-за переизбытка чувств,- Феодосий!- вскрикнули он, когда Феодосий дотронулся до того места. -Сейчас будет очень хорошо,- усмехнулся Феодосий, поглаживая его. Элли начал стонать еще больше, когда почувствовал внизу жар от чужого рта. -Феодосий, хорошо, давай,- то и дело шептал он в некоторой горячке. Они и не заметили, что дверь была чуть приоткрыта. За этим постыдным делом наблюдали два зеленых глаза. Голова их обладателя чуть подрагивала. "Элли, ты и вправду болен. А может, может запутался? Но я же здесь стою. Я же люблю тебя, и ты меня любишь, - размышлял Оливер, разглядывая Элли,- но ему хорошо с ним, со мной плохо. Это потому что я вас слышу!" -Это потому что я вас слышу,- повторил он своим мыслям,-это из-за вас,- он вдруг замахал руками, словно отмахивался от кого-то. Потом схватился за голову, вырывая рыжеватые локоны. А после сел возле двери. Из глаз полились отчего-то слезы. Пока Элли с Феодосием наслаждались присутствием друг друга, Оливер сидел, закрывшись ото всех, и плакал. Больно. Это больно, хотя Олли не до конца осознавал, насколько отчаянным было его сейчасшнее положение. *** Оливер читал письмо, что нашел на полу у стола Феодосия. Сам Феодосий и Эллисон ушли куда-то. Это письмо залетело под стол и только желтоватый краешек торчал из-под угла. Олли, осматривая кабинет после тех действий Элли и Феодосия, заметил этот краешек, от любопытства достал и начал читать. В письме было следующее: "Здравствуй, Феодосий. Я прошу встретиться с тобой и поговорить насчет того случая... Когда бы ты смог? Прошу, нам надо выяснить эту ситуацию, она усугубится, если этого не сделать в ближайшее время. Феодосий, я понимаю, ты зол на меня, ты обижен, но я хотел сделать как лучше. Давай встретимся и поговорим? Если я не дождусь в ближайшее время ответ, я приеду к тебе сам... Родион Васильевич Л." Вчитываясь в это письмо, Олли насторожился. -Кто этот Родион Васильевич Л? Я где-то слышал его имя,- рассуждал он, бормоча,- они, видно, с Феодосием поссорились сильно,- Оливер пожал плечами, -да, поссорились, именно поссорились,- тут он перевернул листок и увидел дату: "19.11.27". Олли тут же взглянул на маленький календарик, что висел на стене. "Девятое декабря,- поразмыслил у себя в голове он,- видимо, Феодосий ему не ответил, раз хранит это письмо", - усмехнулся Оливер. Он бросил этот листок на стол к остальным плохо сложенным бумагам. Вдруг послышались тяжелые шаги. Олли отскочил от стола и ринулся к двери в кабинет. Он услышал чей-то голос, даже два голоса. Один принадлежал Феодосию, другой был знаком, но, видимо, Олли забыл его. Он шарахнулся в темный угол, наблюдая за входной дверью. Вошли трое: Эллисон, Феодосий и третий, высокий, но ниже Феодосия, бледный с темными кудрями и родинкой под правым глазом. И Феодосий и этот человек были явно недовольны присутствием друг друга, но общались через силу, поскольку понимали, что это было необходимо. Они сняли верхнуюю одежду и остановились около кабинета Феодосия, рядом с Олли, которого не замечали. -Феодосий, ты же понимаешь, что разговора этого не избежать,- качал головой этот человек. -Да понимаю, Родион, не доставай,- отмахнулся Феодосий. -И что ты думаешь над предложением?- спросил Родион, подходя ближе к Феодосию. -Я еще думаю,- грубо ответил он, от чего Родион остановился и даже отступил назад. Эллисон прижался к стене, не мешая им, и стоял так близко к Олли, что тот мог дотянуться до него рукой, что он и сделал. Элли резко отскочил, но все же наклонился, поскольку Олли хотел ему что-то сказать. -Это Родион Васильевич Л?- спросил он. Элли странно и непонимающе взглянул на него, а после утвердительно покачал головой,- аа,- протянул Оливер, оглядывая Родиона,- они поссорились?- Элли вновь так же покачал головой,- а они любят друг друга?- тут Эллисон замялся и тихо прошептал: "Ну, да". Родион и Феодосий уже было хотел зайти в кабинет, но Оливер вдруг выскочил из-за угла и кинулся к Родиону, что тот отпрыгнул. -Родион Васильевич Л! Вы приехали, приехали!- вскрикнул он, хватая Родиона за плечи. -Ну, да,- испуганно пробормотал он, пытаясь отцепить Оливера. Тут Олли странно взглянул на Феодосия мёртвым взглядом. -А я видел, Феодосий!- усмехнулся он,- видел! -Что?- не понял Феодосий. Его уже начало раздражать это ненормальное поведение его коллеги. Олли вдруг замолчал, немигающи глядя на Феодосия, а после отвернулся к Родиону, будто и не слышал этого вопроса. Еще с минуту он простоял в глубоком молчании, словно прислушивался к кому-то. -Я вспомню, сейчас,- выдавил он из себя. -Позвольте отпустить меня, - тихо поговорил Родион, все еще пытаясь отцепить Олли. -Нет! Ты в опасности!- вдруг закричал Оливер,- пожалуйста! Он не любит тебя! Он любит Эллисона, я все видел!- он еще больше вцепился в Родиона. Тот замер, бледнея. -Что за бред,- выругался с усмешкой Феодосий. -Не бред, не бред,- передразнил его Олли. Он взглянул на Эллисона, который стал белее мела и вжался в стену. -Позвольте узнать, что Вы видели?- переспросил Родион. -Они, они,- повторял Оливер сгоряча,- они вместе здесь,- он указал на стол,- прошу, Родион Васильевич Л, бегите!- он затряс Родиона. -Что еще скажет сумасшедший, - тихо оправдался Феодосий, но не то, чтобы ему было дело до Родиона. -Правда?- спросил Родион, обращаясь к Феодосию, а потом яростно сверкнул глазами на Эллисона,- правда?! -Будто я любил тебя,- усемехнулся Феодосий, подходя ближе к Родиону. Он оттолкнул от него Олли. -Что?- с отчаянием в глазах спросил Родион, - да как ты мог?! -Будто ты нужен мне и всему миру,- продолжал Феодосий, поглаживая бледный подбородок Родиона. -Да будь ты проклят!- Родион отмахнулся от него. -Я?!- вскипел Феодосий,- скажи мне спасибо..! -Тьфу на тебя,- высокомерно вскрикнул Родион. -Пойдёт потеха,- захихикал Оливер, мертво смотря на них. Он отступил назад, к стене, уходя в тень. -Феодосий!- крикнул Эллисон, когда Феодосий взял за волосы Родиона. Следующие минут двадцать происходило что-то на подобие драки, хотя было похоже больше на избиение. Пока Элли закрывал лицо, что-то шепча, Оливер смеялся во весь голос, подначивая того, кто бил, будь то Феодосий или Родион. -Прямо в нос!- выкрикнул Олли. Тут Родион рухнул на спину, больно ударившись головой. Он более не мог подняться, оставшись на полу с раскинутыми в стороны руками. Он устало глядел на Оливера, из его носа текла темная кровь. Тут только с лица Олли сошла улыбка. -Вылечи меня, помоги мне! - кричал Родион,- ты же врач! Помоги мне! Оливер закрылся руками от этого голоса. Родион на самом деле ничего и не кричал, а лишь лежал, глядя на Олли. Феодосий наклонился к нему. -Хватит это говорит!- не выдержал Оливер. Он хотел наступить на голову Родиона, но тот увернулся, откатившись к стене, где медленно поднялся. -Я не говорил,- хриплым голосом ответил он, с ужасом глядя то на Олли, то на Феодосия. Оливер уставился на него. Феодосий с каким-то интересом разглядывал Оливера, каждый раз шагая ближе к нему. -Это у тебя, верно, в голове,- с усмешкой подсказал он. Олли оглядел коридор. Стены и пол были измазаны в крови Родиона Васильевича Л. -В голове, в голове,- судорожно повторял Оливер. Он отвернулся к стене,- в голове, в голове,- вновь повторил он дрожащим голосом. Вдруг, облокотившись двумя руками об стену, он с силой врезался лбом в нее. Мгновенно на белых обоях появилось красное пятно. Отшатнувшись, Олли еще раз замахнулся,- в голове, - шёпотом произнёс он и ударился второй раз, после чего рухнул на спину. Родион закрыл рот, глядя на изуродованное лицо Оливера, Феодосий криво улыбался, Эллисон в полуживом состоянии тихо вслипывал с ужасом разглядывая Олли. -Олли, - прошептал он, -Олли!- закричал, подбегая к телу. Родион вытер кровь с носа и быстро ретировался на улицу, захватя с собой пальто, оставляя этих двоих разбираться с этим. Ему и так досталось. *** Эллисон сидел рядом с Олли. У того было забинтованно лицо, были открыты лишь глаза, рот и нос, чтоб дышать. Он сидел смирно, опустив руки между ног. Элли глядел на него печально, с сожалением. Он просто надеялся, что в припадке Олли забудет про тот случай с Феодосием. -Зачем ты сидишь рядом со мной? Тебе не противно?- вдруг угрюмо спросил Оливер, глядя сквозь пол. -Олли, как мне может быть противно рядом с тобой сидеть? Я люблю тебя, мне хорошо с тобой,- закачал головой Элли, протестуя. -Нет, тебе плохо,- прошептал в ответ Олли. Вдруг он резко схватил Элли за шею, придушивая. Они вдвоем упали на пол. Оливер наседал, с особой ненавистью душил. Из глаз его от обиды полились слезы. Элли практически не сопротивлялся, понимая его. Он считал себя ужасным после этого поступка. Что им движело, он и сам не знал. Элли осознавал все, как и сознательно произнес: "я люблю тебя". Олли даже с припадком понимал, что в этих словах больше нет чувств. Но Элли и вправду любил его и до сих пор любит, правда уже не может принять себя и свои чувства. Он понимает, насколько сейчас было тяжело Олли сохранять остаток хоть какого-то разума, не поддаваясь галлюцинациям, так еще и держаться после этого постыдного случая. Он ведь доверял, доверял, и Элли корил себя за все. -Олли, я настолько ужасен,- выдавил Эллисон, заглядывая в пустые глаза напротив. Но Олли ничего не ответил. Лились горячие слезы, они капали на лицо Элли, скатывались по его щекам на пол,- ты всё-таки можешь чувствовать,- улыбнулся Эллисон. Из его глаз тоже хлынул потоп. Слезы смешивались с чужими и в единой капле разбивались об деревянный пол. Тут Оливер отстранился, отпустил Элли. Тот закашлял, хватаясь за горло. -Нет, я не буду делать как они велят, Элли. Они говорят убить тебя, но я не буду. Не знаю, - он вытер слезы,- я не чувствую, это отчаяние выходит, оставляя пустоту. Мне больно, Элли, мне внутри больно, но скоро все затихнет. Я,- он замолчал, - я ничего не могу сказать, Элли. Если нужно, останься со мной, если не хочешь - дело твое. Я никчемен, я болен, все мы больны. Так позволь мне уйти, Элли,- Оливер поднялся, оглядел его холодным взглядом и после медленно поплелся к входной двери, но вдруг остановился. Эллисон не бежал за ним, не кричал, он так и остался лежать на полу. -Олли, - тихо пробормотал Элли, когда увидел, что он остановился. -Нет, мне еще нужно искупить свой грех - убить виновника в невинный смертях,- он обернулся и взглянул на Эллисона. Тот от любопытства поднялся на локтях,- сначала я убью Феодосия, а потом себя,- расшифровал Оливер. Эллисон упал на пол головой и зарыдал,- не плачь, не плачь! Мне не надо слез твоих. Ты - невинная душа, ты заслуживаешь спасения, но не я и не он. Нам суждено умереть,- теперь Олли окончил свой разговор. Он открыл дверь и в легкой одежде вышел в зимнюю стужу. *** -Эллисон,- смеясь, вошел Феодосий, -что же ты за ним не следишь?- он держал за руку бледного Оливера,- решил прогуляться в такую стужу, ну даешь!- Феодосий хохотнул и отпустил Олли. Эллисон мгновенно поднялся с пола, поправил костюм и волосы, приводя себя в порядок, да так и остался молча стоять. Феодосий подошел к нему и принялся странно разглядывать все с той же ухмылкой, с которой зашел. Эллисон отступил назад, после этого действия ухмылка сползла со смуглого лица. Элли сразу понял по его лицу, что хотел спросить Феодосий, поэтому отрицательно замотал головой. На это темные брови поползли наверх, лицо приняло изумленный вид. Оливер наблюдал за этой картиной молча, не смея вмешиваться. -Что же это, Эллисон? Что сказал тебе такое он?- Феодосий улыбнулся, указывая на Олли. Элли помотал головой. -Ничего интересного, Феодосий, ты же знаешь, что у него бред, - странно усмехнулся Элли,- думаешь, я буду ему верить?- на эти слова Феодосий хмыкнул и пожал крепкими плечами. -А кто вас знает двоих,- он потрепал Эллисона за темные волосы,- а тебе все так же нехорошо?- спросил он, обращаясь к Оливеру,- или поцелуй со стеной тебе помог? Оливер зло уставился на него, но ничего не ответил. -Ладно-ладно,- снова засмеялся Феодосий,- не сверли меня так взглядом. За окном завыл ветер. Темнота ложилась на тревожную от непогоды улицу. Все трое уже переместились в кабинет Феодосия и обсуждали дальнейшие открытия. -Мой дорогой Оливер, подружись уже со своей башкой. Ты тормозишь Эллисона, а Эллисон не может преподнести мне свои теории, без которых я не могу делать открытия,- с раздражением произнес Феодосий, сжимая бумаги в руке. Но Олли, стоя перед ним, ничего не ответил. Тогда Феодосий обратился к Эллисону,- как ты привозишь ему крышу обратно? -Оно само проходит через время,- пожал плечами Элли. -И сколько пройти нужно?- нетерпеливо перекинул его Феодосий. -Обычно хватает дня три, может быть дней пять,- начал рассуждать Эллисон,- но сейчас это впервые так долго... -Черт бы тебя побрал Оливер вместе со своей кукухой,- разозлился Феодосий. Олли так и стоял молча. -Может из-за того, что тот постоянно напряжён..,- высказал свою теорию Эллисон, покачав голову. -Да от чего?! Я его никак не напрягаю,- вскочил Феодосий. -Феодосий, успокойся,- шикнул Элли,- На его голову упали слишком большие события: революция, там смертей много было, тот случай с Родионом, случай с нами,- последнее сказал шепотом,- это и не дает прийти ему в норму. Может просто оставить его отсыпаться? Оливер вдруг резко повернул голову и уставился на Эллисона. -Ладно,- тихо ответил Феодосий, остывая,- можно взять выходной, да даже два, чтобы отдохнуть, но дальше, я надеюсь,- наезжающе начал он, обращаясь к Оливеру,- что он придет в норму, иначе сдам в психушку, пусть мозги вправят,- после этого в заключении Феодосий хлопнул записной книжкой, что лежала перед ним,- на сегодня достаточно. Весь оставшийся вечер Олли вел себя необыкновенно тихо. Если обычно он мог начать шуметь, бегать, кричать или там что-то доказывать кому-то, то сейчас он тихо сидел в своей комнатке, разглядывая стены. Элли зашел к нему только раз, перед сном, чтобы проверить, как он. Тот и сидел, не двигаясь, уставившись на него без единого слова. -Олли, я спать, если что не так, зови,- улыбнулся Эллисон. Он хотел чмокнуть его в забинтованный лоб, но Оливер увернулся от поцелуя. На это Элли с непониманием взглянул на него. -Иди спать,- угрюмо пробормотал Олли, смотря на него из подлобья. Эллисон отшагнул от него и замер, но тут же натянул виноватую улыбку. -Хорошо, спокойной ночи,- он осторожно вышел, оставляя Олли в полном одиночестве. Оливер так и просидел до трех часов, разглядывая стены. Тут вдруг он встал и пошел на кухню. В просторной квартире стояла тишина. Здесь Олли нашел большой нож для резки мяса и двинулся в комнату Феодосия. -Умереть, он должен умереть, он должен умереть,- быстро бормотал Оливер, открывая скрипучую дверь в спальню. Он подошел к постели и остановился. Паника подкатывала к горлу, полились холодные слезы, воздуха стало не хватать, а конечность онемевали и дрожали,- так пускай вершится его судьба! Пусть они скажут мне как поступать с грешником!- он вскинул руки к потолку,- какова его дальнейшая судьба? О, невинные души, подскажите! Феодосий приоткрыл один глаз. -Что?- сонно спросил он, но тут Оливер с бешенным криком замахнулся на него ножом. Феодосий от шока откатился к стене. Олли проткнул подушку, тут же, как только он вырвал нож, полетели перья,-Да что ты?! Рехнулся?!- Феодосий извернулся, схватил Оливера за руку, в которой находился нож, и, ударив по ней, обезоружил его. -Умри! Они велят мне убить тебя, чтобы искупить свой грех! Умри!- бешенно кричал Оливер, пытаясь вырвать свою руку из мертвой хватки. Тут Феодосий налетел на него, и они вместе повалились на пол. Феодосий сверху держал худые руки со злым оскалом. -Нет,- слабо бормотал Оливер,- нет, ты должен умереть,-тут он забрыкался, начал биться затылком об пол, мотать головой. Его глаза метались из одного угла в другой,- Нет! Умри! Я не хочу умирать с грехом и единственный способ его убрать, это убить убийцу! Ты убийца! Убийца!- кричал в бреду Олли. На крики прибежал Эллисон. Он схватил дергающиеся ноги Оливера. -Эллисон, блять, опрысни его водой что ль!-закричал Феодосий, перебивая Олли. Эллисон, белее мела, кинулся на кухню и тут же прибежал обратно со стаканом холодной воды. Он принялся прыскать водой в лицо Олли, стараясь попадать по открытым частям: рту, носу, глазам. Наконец припадок утих, и Олли остался лежать, не двигаясь. -Его точно в психушку надо, - сделал вывод Феодосий. -Подожди, может,- остановил его Элли,- мне кажется, что после этого он придет в себя. Только пролежит без сознания несколько суток. Он же не спал, в припадках не спит,- он помотал головой. -Ладно,- выдохнул Феодосий, отпуская руки Оливера, на запястьях которых остались красные следы,- отнеси его на кровать, да дверь запри его, чтобы не попал, куда не надо. Эллисон последовал приказу Феодосия. Он закрыл дверь в комнату Оливера, оставив его там, внутри. У него были смешанные чувства, какое-то отвращение и тревога. Вроде нельзя так с Олли, он же не виноват, а вроде и надо. Эллисон выдохнул. За его спиной вдруг возник Феодосий. -Теперь он не тронет нас,- улыбнулся Феодосий. Элли, не оборачиваясь, положительно покачал головой,- и не увидит,- странно засмеялся Феодосий. Его рука скользнула по талии Эллисона, но тому теперь приятно не было. Он часто задышал, глаза раскрылись еще больше в животном страхе,- пойдем?- Феодосий поцеловал его в шею, но Элли не хотел идти. Он стоял на месте, поскольку ноги будто окаменели, но, когда Феодосий потянул его за руку, они сами поплелись вслед за тяжелыми шагами. Дверь в комнату Феодосия закрылась. *** Олли лежал с распахнутыми глазами. Он не мог шевелить своим телом, лишь хлопал глазами и слушал звуки удовольствия своего дорогого человека. "Предатель,- крутилось у него в голове,- я буду это помнить, я все буду помнить". *** 21 век, нынешнее время. ** Элли подошел со спины Оливера к нему с улыбкой. Безмятежное утро, облака мирно плывут по бескрайнему синему небу. Пахло цветами, а на улице стоял зной. Олли готовил завтрак. Почувствовав прикосновения на плечах своих, он выдохнул и улыбнулся. -Элли, с добрым,- мягко сказал, оборачиваясь. -С добрым,- сонно ответил Эллисон. Но тут его улыбка слетела,- ты какой-то напряжённый,- он начал слегка массировать чужие бледные плечи. -Дурацкий сон,- объяснил Оливер, переключая внимание на завтрак. -Какой?- Элли заглянул через его плечо, чтобы увидеть зеленые глаза. -Мне приснился двадцатый век и то, что ты изменил мне с Феодосием,- судорожно выдохнул Олли, - дурацкий сон, правда?- он криво улыбнулся и обернулся к Элли. Но лицо дорогого друга его встревожило. Оно было бледное и выражало какое-то ужас,- ты чего? -Просто, просто это и вправду ужасный сон,- отмахнулся Эллисон,- не думай, я никогда не изменю тебе. -Знаю, - усмехнулся Олли. Он чмокнул Эллисона в уголок губ. "Да знаешь. Ты ведь не забыл?"- послышался голос в голове. Олли повел плечом, морщась. Сейчас уж точно не до всех этих голосов. Хочется в спокойствии провести день. Хотя какой-то тревожный осадок остался на сердце.