Урок героизма от Человека-Паука (и Дэдпула)

Мистер Харрингтон влетел в кабинет, сияя глазами, как будто он нёс Святой Грааль, и объявил: — Леди и джентльмены! Пристегните ремни воображения! На следующей неделе нас ждёт не просто экскурсия, а путешествие в самое сердце будущего — в Stark Industries! После всех событий, компания восстановила свою флагманскую башню и снова открывает двери для будущих гениев! Класс взорвался ликованием. Питер Паркер почувствовал, как его желудок совершил кульбит. Нед Лидс, сидевший сзади, ткнул его в спину карандашом и прошептал: — Эй, это же твоя вторая квартира. Круто же? Питер ответил ему убийственным взглядом. Флэш Томпсон рявкнул через весь класс: — Наконец-то мы увидим, где ты якобы проходишь свою супер-секретную стажировку. Или твой пропуск окажется фальшивым, как твои отмазки? — Стажировка вполне реальная, Флэш, — процедил Питер сквозь зубы, чувствуя на себе взгляд мистера Харрингтона. — Я там помогаю. По-разному. — О да, помогаешь, — загоготал Флэш. — Может, кофе разносишь? На перемене Нед нагнал его у шкафчиков и сказал: — Слушай, это же отлично! Ты можешь всех там удивить! Ну или хотя бы заткнуть Томпсона. Они же тебя там все знают. — В этом-то и проблема, Нед, — прошипел Питер. — Они меня знают. Я не хочу, чтобы весь класс это узнал. И кое-что ещё… Мне в клубе журналистики поручили взять интервью у какого-нибудь героя, который будет на базе. Мне нужно организовать интервью… самому себе. Но я же не могу быть и интервьюером, и интервьюируемым! Мысль грызла его весь день. Он привык давать небольшие пресс-конференции или отвечать на вопросы. Инициатива Тони звучала так: — Паучок, тебе нужно учиться общаться с медиа, не краснея и не путаясь в паутине. Начни с детей — они самые честные. Питер водил экскурсии для малышей, болтал с ними, это было мило. Но его одноклассники? Кто согласится притвориться героем для такой аудитории? Стив слишком серьёзен и начнёт читать лекцию о морали, а не играть в «притворяшку». Наташа увидит всё насквозь за секунду, да и вряд ли захочет участвовать в таком фарсе. Брюс был бы кстати, он сейчас знаменитость, но он куда-то отправился. Тора сейчас нет на Земле. Питер мысленно перебрал остальных. Роуди? Слишком занят. Сэм? Пожалуй, самый адекватный вариант, он общительный, но он сейчас, кажется, в Вашингтоне, и просить его лететь через полстраны ради школьной экскурсии — это уже слишком. Ванда? После всего, что случилось… ей явно не до этого. Вижн? Тот начнёт слишком буквально воспринимать вопросы и углубится в философские дебри о природе героизма. Да и как объяснить его… нечеловеческий вид без лишних вопросов? Остаётся разве что… Хэппи? Но Хэппи не супергерой, а охранять любимого «мини-босса» от одноклассников — это не интервью. Пеппер? Она бы, конечно, помогла, но она глава компании, а не ряженый супергерой. Тони… никакого эксклюзива. Вечером в лаборатории Тони царил привычный творческий беспорядок, но хаос в голове Питера был куда более масштабным. — Они хотят, чтобы я, школьник, просто подошел и договорился с кем-то из Мстителей! — Питер нервно ходил вокруг голографического стола, где плавала модель нового реактора. — Подумать только, я должен сказать: «Здравствуйте, мистер Роджерс, не могли бы вы поговорить с моими одноклассниками, которые понятия не имеют, кто я? Или Наташа, можно вас попросить ответить на их глупые вопросы?» Это же абсурд! Я не могу этого сделать! Но и в костюме показаться не могу! Это катастрофа! Тони наблюдал за его волнением, попивая смузи. — Паучок, ты напоминаешь мне бурильный аппарат с перепутанными проводами. Успокойся, Я всё улажу. Просто подготовь список вопросов там про героизм, ответственность, командную работу, в общем, скучных и общих. Всё будет под контролем. В голосе Тони звучала успокаивающая, отцовская интонация, которая всегда действовала на Питера. Паркер выдохнул с облегчением. — Ты правда договоришься? С кем? — С тем, кто будет наиболее подходящим, — ответил Тони с загадочной улыбкой. В уголках его глаз мелькнули знакомые искорки озорства. Питер, убаюканный облегчением, не обратил на это внимания. Выйдя из лаборатории, Питер встретил Уэйда Уилсона. Тот прислонился к стене в чёрной футболке и идеально сидящих джинсах. Его лёгкая, обезоруживающая улыбка контрастировала с молодым лицом, полным жизни и дерзости. Без маски Уэйд выглядел как дерзкий актёр, а не безжалостный наёмник. — Слушаю и повинуюсь, — сказал он. — Наш паучок запутался в паутине стресса. Экскурсия, да? — Ты уже всё знаешь, — вздохнул Питер. — Знаю. И уверен, что ты справишься, — Уэйд шагнул ближе, его голос стал тише и серьёзнее. — Пока ты не утонул в вопросах о своих силах… Я хочу спросить. Мы с тобой… хорошо вписываемся. Хаос и порядок, сарказм и доброта, своевременные выстрелы и своевременные паутинки. Как насчёт перевести это на следующий уровень? Будешь со мной встречаться? Питер почувствовал, как кровь ударила в щёки. Он смотрел на Уэйда — красивого, опасного, безумно преданного и понимающего его как никто другого. Чувства были сильны и взаимны. —Уэйд, я… Это серьёзно? Мне нужно подумать. Сейчас в моей жизни столько всего… — Я не тороплю, — Уэйд мягко улыбнулся. — Я умею ждать. Особенно когда награда такая милая. — Он лёгким движением поправил воротник Питера и нажал кнопку лифта. —Удачи на экскурсии, «стажёр».

***

В автобусе Питер забился в угол, натянув капюшон. Нед сидел рядом и жестами показывал поддержку. Флэш не унимался. — Готовься к моменту истины, Паркер! Сейчас проверим! Всё шло нормально, школьники зарегистрировались и отправились за девушкой-гидом на экскурсию по разным этажам отреставрированной башни. Когда группа вышла на просторный этаж с биосовместимыми технологиями и экскурсовод начала рассказ про этот отдел башни, ПЯТНИЦА уведомила сотрудников о прибытии Питера. — Рады вас видеть, Питер. Заметка для сотрудников: Питер Паркер на этаже БИО-7. Напоминаем о возможности обратиться к нему из листа ожидания. Мягкий голос ПЯТНИЦЫ прозвучал, как гонг, предвещающий начало его маленького личного апокалипсиса. Два десятка пар глаз одноклассников синхронно повернулись к нему. Сотрудники этажа оторвались от голограмм и мониторов, с любопытством вглядываясь в подростков. Взгляд одного из инженеров явно показывал: «Ага, вот он! Наконец-то!». На умных часах Питера (подарок Тони, который он теперь считал орудием пыток) появилось первое уведомление: «Дроид-ассистент в секторе 3А тупит. Очередь №1». Нужно было действовать. Питер поднял голову, стараясь выглядеть непринуждённо, и обратился к сотрудникам: — Привет, ребята! Вижу, ПЯТНИЦА всех взбудоражила. Сорри, но сегодня я официально не в строю. У меня «день погружения в среду» с классом. Все мои суперспособности к решению проблем временно приостановлены. — Он постучал пальцем по часам, показывая на новые уведомления: «Проверка расчётов… Очередь №2». — Очередь растёт. Сегодня — моя очередь быть экскурсантом. Все задачи переходят в статус «на паузе» до завтра. Терпения и удачи! Тон Питера был лёгким, но уверенным. Несколько учёных улыбнулись и кивнули, кто-то крикнул: «Хорошо отдохни, Питер! Завтра наверстаем!» — и вернулся к работе. Он повернулся к мистеру Харрингтону, который смотрел с раздражением и любопытством. Флэш застыл с открытым ртом. — Паркер, оторвись от часов! Это Stark Industries! — вырвалось у учителя. — Или это часть твоей стажировки? Питер сделал вид, что выдыхает с облегчением, и показал экран часов с третьим уведомлением: «Не могу разобраться с новой версией симулятора. Очередь №3». — В какой-то мере, да, сэр, — сказал он, пожимая плечами. — Меня иногда подключают к системе внутренней поддержки. «Внештатный помощник по младшему научному персоналу». Но сегодня учебный день, поэтому я поставил статус «недоступен». Не сработало. — Он отклонил запрос с грустным вздохом. — Технологии, сэр. Иногда они слишком хорошо работают. Это прозвучало правдоподобно и круто, даже Флэшу не нашлось, что сказать. Он выдавил: — Ну, ладно. Но это не значит, что ты тут что-то решаешь. — Конечно, — согласился Питер, чувствуя, что контролирует ситуацию. — Сегодня я только слушаю и учусь. Как и все. — Он попытался сосредоточиться на словах экскурсовода, но часы продолжали вибрировать, напоминая о другой жизни за дверью лаборатории.

***

Их наконец привели в небольшой, но высокотехнологичный зал для презентаций. — И по особой программе для учебных заведений, — объявила экскурсовод, — у вас будет краткая встреча с одним из наших защитников! Сердце Питера замерло. Сейчас выйдет Стив или, на худой конец, Роуди. Шторы раздвинулись. На сцене, развалившись в кресле с неестественной грацией, сидел Человек-паук. И Питер мгновенно понял ВСЁ. Слишком мускулистый силуэт, слишком расслабленная поза. О, Боже. Это Уэйд в его костюме. А это, видимо месть Тони за то, что он на позапрошлой неделе случайно назвал новый алгоритм брони «Железного человека» «системой паникующего цесарёнка» при полном зале инженеров. Тони тогда флегматично заметил: «Остроумно. Запомним». Видимо, запомнил. — Йоу, будущие светила науки! — раздался голос, искусственно подражающий молодому и задорному, но с проскальзывающей хрипотцой. — Слышал, тут нужен герой для интервью? Я как раз в районе пролетал! Класс взорвался восторгом. Все заговорили разом. — Смотрите, это же Человек-паук! — Вау, настоящий! — Можно автограф? — Фотографию! «Человек-Паук» оживился, вскочил и грациозно спрыгнул со сцены. — Конечно, ребята! Автографы, фотки — для своих всё! Кто первый? Он начал двигаться по ряду, раздавая направо и налево подписи на блокнотах и футболках, позируя для селфи. Питер стоял как вкопанный, молясь, чтобы Уэйд его проигнорировал. Не срослось. Подойдя к Питеру, «герой» замер, склонив голову набок и потянув его блокнот с логотипом школьной газеты. Даже через линзы костюма чувствовался пристальный, игривый взгляд. — А вот и наш… юный журналист! — голос Уэйда стал нарочито томным. — Знаешь, у тебя очень… выразительные глаза. Прямо как у одного моего хорошего знакомого. Мы точно не встречались? Может, на какой-нибудь… высокой крыше? Всё. Сомнений не осталось. Только Уэйд мог так загнуть. Питер почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки. Он быстро отступил на шаг. — Нет, не встречались. Думаю, вы меня путаете с кем-то. Бетти, сидевшая рядом, ткнула его локтем в бок и сказала шёпотом, но очень чётко: — Питер, давай! Сейчас! Предложи интервью для газеты. Это наш шанс! Питер закрыл глаза на секунду. Выбора не было. Он взял микрофон, который ему сунули в руку, и сделал шаг вперёд, одновременно активируя мини-рекордер в часах и крошечную камеру в застёжке его толстовки — стандартный журналистский набор от Тони «на всякий случай». — Человек-Паук, спасибо, что нашли для нас время. Я представляю школьную газету «Midtown News». Не могли бы вы уделить нам несколько минут для короткого интервью? — Для тебя, котёнок, хоть полчаса! — пафосно ответил Уэйд, вернувшись на сцену и снова развалившись в кресле. Первые вопросы шли по накатанной. Питер задавал их монотонно, по списку. — Что для вас значит быть героем? — О, это значит вовремя быть там, где ты нужен! И иногда — вовремя смыться, когда тебя не ждали! — Как вы совмещаете личную жизнь и обязанности защитника? — Личная жизнь? А что это? Шучу! Я нахожу время на простые радости. Пицца, фильмы, болтовня с симпатичными соседями… Но чем дальше, тем больше Уэйда заносило. — Расскажите о командной работе с Мстителями. — О, это семья! Правда, немного дисфункциональная. Мой любимец — Старк, у него лучшая тусовка и холодильник, который знает твои вкусы лучше, чем твоя бывшая. А ещё мы иногда играем в «Монополию». Капитан Америка отчаянно жульничает, вот вам инсайд. В классе раздался смешок. Питер почувствовал, как потеют ладони. — Ваш главный принцип в работе? — Главный принцип? Не давать скучать ни себе, ни злодеям! И всегда находить время на… личное обаяние. — Уэйд снова наклонился к Питеру, и его голос стал интимным, несмотря на микрофон. — Вот, например, сейчас. Мне кажется, между нами пробежала искра. Та самая, знаешь ли… химия. Ты ведь чувствуешь? В зале повисло неловкое молчание. Мистер Харрингтон поправлял очки. Флэш смотрел, не мигая. Нед за его спиной делал судорожные жесты, призывая к спокойствию. — Я думаю, нам стоит придерживаться темы героизма, — голос Питера стал выше и тоньше от напряжения. — Ваши… методы ухаживания… то есть, методы работы… — О, мои методы — это искусство! — воскликнул Уэйд, игриво подпрыгнув. — Особенно когда встречаешь кого-то по-настоящему особенного. С кем можно делить не только триумфы, но и пиццу с ананасами, прогулки по самым высоким крышам города, и, может быть, даже… — Он сделал паузу, поднося руку в перчатке к маске, как бы показывая на губы. Питер увидел это движение и понял — ещё секунда, и прозвучит что-то вроде «поцелуй при луне» или ещё хуже. Озорство в позе Уэйда кричало о готовности перейти все границы. И тут в Питере что-то сорвалось. Он забыл про микрофон, про одноклассников, про статью. Он резко шагнул вперёд, к самому краю сцены, и прошипел так тихо и так ясно, что слышал только Уэйд: — Если ты сию секунду не прекратишь этот цирк и не исчезнешь по-хорошему — можешь выбросить из головы своё предложение. Навсегда. Никаких свиданий. Никаких крыш. Ничего. Понял? На сцене воцарилась мёртвая тишина. «Человек-Паук» замер, будто его ударили током. Затем он резко выпрямился, и его поза стала неестественно героической и скованной. — Ага! Внезапно чувствую… зов справедливости! Где-то там котёнок застрял на дереве! Или дерево застряло на котёнке! Я должен спешить! — Уэйд отсалютировал. — Было приятно, ребята! Особенно тебе, пухляш! — Он указал на Неда, затем выстрелил паутиной (явно из питеровских запасов) в потолок и рванул к служебному окну, которое ПЯТНИЦА, хихикая (это определённо было хихиканье), открыла за мгновение до этого. В зале повисло ошеломлённое молчание, а потом раздался одинокий хлопок. Это был мистер Харрингтон. — Браво, Паркер! — воскликнул он. — Вот это я понимаю — жёсткая журналистская работа! Вы буквально вынудили героя бежать от ваших неудобных вопросов! Феноменально! И класс, с облегчением и восторгом, разразился аплодисментами.

***

Вечером того же дня Питер сидел на диване в гостиной, глядя на Тони, который с невинным видом разбирал почту на планшете. — «Зов справедливости»? И «дерево на котёнке»? — тихо спросил Питер, приподняв бровь. — Это был твой план «всё устроить»? Месть за «систему паникующего цесарёнка», да? Тони поднял глаза. В них не было и тени раскаяния, только откровенное, довольное веселье. — Я бы назвал это… педагогическим экспериментом с элементами возмездия за профессиональную дискредитацию перед отделом R&D. Динамично, ты не находишь? Никто не пострадал, твоя тайна в безопасности, а ты получил уникальный журналистский опыт — заставил супергероя буквально вылететь в окно. И, кажется, кое-кого поставил на место. Питер не мог сдержать улыбку. Было безумно, унизительно, но… да, он выжил. И Флэш смотрел на него теперь не с презрением, а с осторожным уважением, что было почти дороже любой похвалы. На телефон пришло сообщение.

«Ты выглядел потрясающе, когда злился. Как разъярённый хомячок. Самый милый хомячок на свете. Я всё испортил? 🥺👉👈»

Питер вздохнул, но пальцы сами собой выстукивали ответ.

«Почти. Но… не совсем. Только если ты поклянёшься, что больше никогда, НИКОГДА не будешь притворяться мной перед моим классом и закажешь ту самую пиццу. Без ананасов».

Почти мгновенно пришёл ответ:

«Клянусь своей целительной силой и коллекцией катан! И пицца уже в пути! С пепперони и двойным сыром! И одно свидание в подарок за сегодняшний героизм? 🕷️💘»

Питер убрал телефон и посмотрел на Тони, который наблюдал за ним с характерной ухмылкой. — Что? — Ничего. Просто думаю, — Тони отложил планшет, и его улыбка стала теплее, менее озорной, больше отцовской. — Ты справился. Не так, как я планировал, и уж точно не так, как ожидал ты. Но справился. Горжусь тобой, сынок. И несмотря на весь этот день, на панику, на флиртующего Дэдпула в его же костюме и на тихое хихиканье ПЯТНИЦЫ, Питер почувствовал, как это простая фраза разливается внутри теплом. Он был дома со всеми его сумасшедшими, хаотичными, но бесконечно родными обитателями. И, возможно, с пиццей и одним потенциальным свиданием на подходе.