History's Judgments / Суд истории

И вот, заключение I       – Нас просто съели? – спрашивает Рэнсом.       Брэд думает, что вопрос риторический, потому что они оба наблюдали как были съедены, но он всё равно кивает, качая головой вверх-вниз.       Краем глаза он видит, как Рэнсом поворачивается, чтобы посмотреть на него.  Брэд не может посмотреть в ответ. Его сердце бешено колотится в груди, всё тело бросает в пот. Он паникует и знает это. Он не может двигаться. Не может думать. Не может остановиться.       Рука Рэнсома опускается на его плечо и Брэд подпрыгивает.       – Первый раз? – спрашивает Рэнсом.       Этот вопрос так ошарашивает Брэда, что он наконец-то смотрит на Рэнсома. По крайней мере, спасательная капсула, похоже, по-прежнему функционирует – горит свет, и искусственная гравитация всё ещё работает. Брэд кивает.       – На самом деле, у меня тоже. – признается коммандер. – Довольно интересно.       Брэд думает, что он вот-вот расплачется. Рэнсом сжимает его плечо.       – Мы выберемся от сюда, хорошо? – заверяет он.       Брэд снова просто кивает. В ушах звенит. Зрение сужается.       – Энсин, давай, дыши. Глубокий вдох, хорошо?       Брэд делает вдох, не глубокий, но это уже что-то. Рэнсом уговаривает его сделать ещё несколько вдохов. Брэд вдыхает и выдыхает, и комната почти перестает вращаться. Он чувствует, что снова может заговорить.       – Что нам делать? – хрипло спрашивает он.       Рэнсом убирает руку с плеча Брэда и касается панели управления.       – Все системы, кажется, стабильны, за исключением связи и навигации. Интересно… это что-то вроде демпфера или заслонки снаружи. Мы ничего не видим.       – Тогда как мы выберемся отсюда? – спрашивает Брэд.       Рэнсом снова касается панели.       – У нас ничего нет из оружия. Импульсные двигатели не помогут здесь. Возможно, если мы…       Он пытается сделать что-то с управлением, но ничего не происходит. Внутри этого глупого кита тесно и вокруг них нет свободного места.       – Возможно, он просто… высрет нас? – предполагает Рэнсом.       – А что потом? – не унимается Брэд. – Мы, вероятно, уже будем посреди Нейтральной зоны! Или даже в пространстве ромуланцев!       Рэнсом вздыхает.       – Нда. Слушайте, я знаю, это выглядит паршиво.       – Я думал, что гормагандеры едят только альфа-частицы. – хмуро замечает Брэд.       – Возможно, они так же едят раздражающие маленькие шаттлы, которые пытаются проникнуть в их стаю. Это мог быть акт агрессии. Но мы разберемся с этим, хорошо?       Он выглядит искренним, когда их взгляды встречаются. Брэд кивает.       – Давайте посмотрим, с чем мы имеем дело.       Брэд кивает снова и они встают. Пошатываясь, на ватных ногах, он следует за Рэнсом в основную каюту.       В этой спасательной капсуле нет ничего особенного. Есть кабина пилота, плюс основная каюта, имеющая четыре стула, установленных вокруг стола, всё прикручено к полу; небольшая кладовая, наполненная контейнерами с пищей и ванная комната. Этого хватит, чтобы продержатся несколько недель. Брэд надеется, что этого хватит с избытком, для прохождение пищеварительного тракта гормагандера. Он находит какие-то игральные карты и трикодер. Рэнсом находит воду и пару фазеров.       Не так уж и много. Определённо ничего, что могло бы помочь им выбраться отсюда, или позвать на помощь, или сделать хоть что-нибудь. Остаётся сидеть в этой спасательной капсуле и ждать, пока что-нибудь произойдет.       – Хочешь сыграть в карты? – спрашивает Рэнсом.       Брэд теряет счёт времени, которое они проводят за разными карточными играми. В конце концов, они придумывают свои собственные игры, но в итоге устают и от этого. Рэнсом почти приказывает Брэду выпить немного воды, а тот настаивает, чтобы разделить её – он не особо любит пить воду.       Они снова пытаются установить связь, но не могут пробиться через тело, в котором застряли. Прочитав оставленные планшеты, они выясняют, что ни один из них не содержит информации о гормагандерах – вся она касалась червоточин, возможно, связанных с какой-то другой миссией, в которой участвовал Джуно. В конце концов, ничего больше не остается делать.       Панель управления издает звуковой сигнал, предупреждая их о повреждении корпуса спасательной капсулы. Красный свет начинает мигать по всему спасательному модулю. Брэд следует за Рэнсомом в кабину пилота.       – Желудочная кислота этой штуки разъедает корпус. – сообщает Рэнсом, читая предупреждение.       – Как такое возможно? – спрашивает Брэд. – Этот корпус должен быть неразрушим!       Рэнсом пожимает плечами.       – Это животное живёт в космосе. Оно не нуждается в воздухе или в воде, или в тепле для выживания. Оно сильнее нас независимо от того, что мы создаем, чтобы защитить себя.       – Итак, сколько времени осталось до разрушения?       Рэнсом касается панели, затем закрывает глаза.       – Четыре часа. – отвечает он.       Спасательная капсула с Шаксом и друзьями Брэда возможно даже не покинула Нейтральную зону, а этот гормагандер движется в противоположном направлении. Не важно, что они направляются в пространство ромуланцев, или то, что это капсула не может войти в варп.       Ничего из этого не имеет значение. Они умрут.       Рэнсом смотрит на него, и Брэда вдруг осеняет насколько смел его командир. Он, вероятно, всё это время знал, что их шансы на выживание были минимальны. Он всё равно пытался выглядеть смелым ради Брэда. Он хороший коммандер. Если бы у Брэда была возможность, он хотел бы быть смелым, быть лидером, как Рэнсом. На данный момент, не важно позволит ли он тревоге взять вверх над ним или просто примет её. Он не может ничего изменить.       – Хочешь сыграть в карты? – предлагает Брэд.       Рэнсом смотрит на него, и кажется, что ему почти стало легче. Он кивает, и они направляются обратно, в основной отсек спасательной капсулы.       Они сидят на полу и перекусывают дерьмовыми граноловыми батончиками, которые крошатся повсюду, играют в карты пока им не надоедает, затем они просто разговаривают, обмениваясь историями из академии. Рэнсом рассказывает о миссиях, а Брэд рассказывает о Модесто, и внезапно осознает, что больше никогда не увидит свою семью. В комнате становится тихо.       – Мне жаль. – глухо произносит Рэнсом.       – Мне тоже. – шепчет Брэд.       У него есть сообщения, отправленные ему несколько недель назад, на которые он ещё не ответил. Он был… занят, у него было много дел. Он даже не может вспомнить, что сказал им в последний раз.       У него есть племянница. Ему так и не довелось встретиться с ней.       Рэнсом кладёт свою руку на плечо Брэда, пока тот пытается отпустить боль.       – Ты когда-нибудь видел Пиноккио? – спрашивает Брэд. – Тот реально старый фильм.       – Нет? – отвечает Рэнсом. – А что?       – Они тоже были съедены китом. – говорит Брэд.       – Как они выбрались?       – Они… – Брэд пытается вспомнить. Прошло так много времени с тех пор, как он это видел. – По-моему они заставили его чихнуть.  И он их выплюнул.       Рэнсом недоверчиво прищуривается:       – Это звучит нереалистично.       – Это детский фильм. Мультфильм.       – О…– Рэнсом убирает руку с плеча Брэда. – Я мало смотрел фильмов в детстве.       – Он очень старый. – продолжает Брэд. – Типа, один из первых анимационных фильмов когда-либо созданных.       – Жаль, что мы не можем заставить этого кита чихнуть.       – Ага.       Брэд подтягивает колени к груди и смотрит в пол.       – Не могу поверить. Я умру энсином. – бормочет он.       – Нда, – говорит Рэнсом. – Я пытался отправить тебя в большее количество выездных миссий, чтобы ты получил опыт. К сожалению, смерть иногда… часть опыта.       – Я собирался подняться в ранге, стать штурманом на Титане, стать капитаном корабля галактического класса. – произносит Брэд со вздохом. – Я даже не успел покинуть нижние палубы.       – Серьезно? – удивляется Рэнсом. – Почему Титан?       – Потому что Райкер – крутой парень! – отвечает Брэд.       – Хм, – говорит Рэнсом. – Ты знаешь, он действительно увлечён джазом. И много играет на тромбоне, хотя у него это не очень хорошо получается. Готовить он ни хрена не умеет.       Плюс, Трой рядом с ним на Титане и даже если она наполовину бетазоид, она всегда может понять, если ты тайком пытаешься на неё посмотреть.       Брэд тяжело вздыхает.       – Ну, я не планировал палиться на жену моего капитана.       – Ты этого не планируешь! – восклицает Рэнсом, вскидывая руки. – Но она носит эти комбинезоны и, что, ты не должен это замечать! Затем, вдруг, она спалила тебя, и смотрит своими большими красивыми карими глазами, и ты просто должен считать себя счастливчиком, что она находит это забавным.       – Звучит так, словно у вас много опыта. – замечает Брэд.       – Эх, я познакомился с ним через капитана Фримен. Мы поддерживаем связь.       – Серьезно? Вы проводите время с Райкером?       – Ну да, – отвечает Рэнсом, пожимая плечами. – Мы собираемся вместе и иногда играем в покер, когда есть возможность. Вообще-то, он однажды предложил мне место у него на корабле.       – Так, почему вы не на Титане, типа, прямо сейчас?       – Мне нравится на Серритос.       Брэд качает головой.       – Я бы убил за работу на Титане. – признается он.       – Сил тебе, чтобы справиться с джазом и горячим, считывающим эмоции консультантом.       – Я мог бы полностью смириться с обеими этими вещами! – настаивает Брэд, в тот же момент понимая, что это уже не имеет значения.       Рэнсом вздыхает. Он долго смотрит на Брэда, как будто хочет что-то сказать. Брэд считает, что Рэнсом может быть прав на счёт того, что большие, красивые карие глаза завораживают, но он отгоняет от себя эту мысль. В конце концов, он понимает, что они просто смотрят друг на друга.       – Что? – не выдерживает Брэд.       – Я просто… Мне жаль, что всё заканчивается так, но я… Я рад, что всё это разрешилось. – говорит Рэнсом.       – Что именно? – уточняет Брэд.       Он не знает, о чём говорит Рэнсом, и Брэд не может вспомнит ничего, что, по его мнению, складывается удачно.       – Это… Ты знаешь. Пасифика.       Брэд краснеет. Ох.       – Я не… Я не собирался ничего говорить. Но, ух. Поскольку мы умираем и всё такое. Я просто… Я действительно… волновался, на счёт всего этого, когда это произошло. И ещё немного времени после этого. Я просто… Я не знал, что произойдёт. Но затем, ты знаешь, после всей этой истории с червями, казалось, что у нас всё хорошо, и я был рад, что, ты знаешь, я не совсем всё испортил для тебя. Или для себя, если быть честным.       Брэд немного улыбается.       – Ага, я имею ввиду, как я уже говорил, я был убежден, что ты уволишь меня, так что… Я рад, что всё получилось.       Рэнсом качает своей головой.       – Я бы тебя не уволил, – говорит он. – Это не твоя обязанность поддерживать профессионализм, а моя.       – Так что ты никогда… – Брэд замолкает, надеясь, что Рэнсом поймёт намёк. – С кем-то другим из экипажа?       – Нет, никогда. – отвечает Рэнсом. – Если не считать сексуальную пыльцу, а я не считаю. У меня была своя «не гадить там, где ешь» политика, до тебя.       Брэд морщит нос.       – Хороший способ сказать это. Очень хороший.       Рэнсом смеётся. Брэд улыбается против своей воли. На секунду он забывает, что они вот-вот умрут, хотя на самом деле это не то, о чём можно забыть. Это странно. Ему не хочется знать, что произойдёт, когда корпус будет разъеден кислотой гормагандеровского желудка, но если уж он вынужден ожидать этого с кем-то, то он рад, что это Рэнсом. Брэд впервые осознает, что больше не нужно производить впечатление на этого человека. Он не получит повышение, независимо от того, что Рэнсом думает о нём. Это немного освобождает.       – Тебе страшно? – спрашивает Брэд.       – Да, немного. А тебе?       – Нет, – говорит Брэд с улыбкой и Рэнсом смотрит на него с недоумением, затем смеётся.       – Да, мне тоже. Я сказал так, потому что думал, что тебе страшно.       – Нет, вообще, я довольно бесстрашен. – продолжает Брэд. – В свободное время, я катаюсь по нейтральной зоне по приколу.       – Да? – спрашивает Рэнсом, смеясь. – Это ничего. Мне нравиться внедряться в коллектив боргов и тусить с ними, пока они не попытаются меня ассимилировать.       – Ну, я зависаю рядом с горизонтом событий чёрных дыр.       – Я трахаю клингонских женщин.       – Я иду в мед.отсек и брызгаю водой на доктора Т’Ану.       Рэнсом запрокидывает голову и громко, искренне смеётся. Он смеётся так сильно, что ему приходиться вытирать слёзы, и у Брэда не получается сдержать улыбку, которая расползается по лицу. Весело заставлять Рэнсома смеяться. Хотя это ощущается довольно странно. Рэнсом продолжает смеяться ещё долгое время, пока не успокаивается и переводит дух.       – Она убьёт тебя, если узнает, что ты сказал это.       – Я и так скоро умру. – парирует Брэд, пожимая плечами.       – Может быть, они найдут способ нас вытащить. – произносит Рэнсом.       – Не-е, скорее всего нет.       – Ну да. – соглашается Рэнсом. В этот раз его смех скромный, безрадостный. –Возможно нет.       – Если бы ты уволил меня после Пасифики, я был бы сейчас в Модесто, в безопасности. – говорит Брэд.       – Если бы ты уволил меня, я был бы сейчас пьяный в стельку на Рисе.       – Чёрт, – говорит Брэд. – Прости за это. Полагаю, не так всё хорошо, что оно так сложилось.       Рэнсом качает своей головой:       – Сейчас кажется глупым то, как я переживал на счёт всего этого.       – В то время это не было глупым.       – Нет, но… ну, в каком-то смысле было. Действительно глупо уволиться из-за чего-то, что я даже не помнил.       – Ты правда не помнишь? Вообще? – уточняет Брэд.       – Частично, полагаю. – отвечает Рэнсом. – Я помню тебя, парня с фиолетовыми волосами, который тусуется с Маринер …       – Воу, спасибо.       – И мы сидели на одном из тех пляжных кресел вместе, и ты был… расстроен, и я чувствовал себя ужасно, и я помню, как думал, что мы оба несчастны, и нам просто… не стоит больше быть несчастными.       – Что сделало тебя несчастным? – продолжает спрашивать Брэд.       Немного грубо спрашивать так прямо, но что они теряют?       – Полагаю это справедливо, раз ты мне сказал. – произносит Рэнсом. – Я… ну, я не знаю. Всё шло не так, как я надеялся. Полагаю, я осознал, что много чего не понимал и это… это тяжело, ты знаешь, когда тебе тридцать и ты думаешь, что к этому времени все будет волшебным образом решено, а на самом деле это не так. И вот, вдруг, ты здесь и чувствуешь: «Ух ты, я всё такой же?»       Брэд прищуривается на него.       – Ты правда так думаешь? Я почти уверен, что ты самый уверенный в себе человек, которого я когда-либо встречал.       Рэнсом пожимает плечами.       – Что тебя смутило?       – Просто… – Рэнсом вздыхает.       Брэд видит, что быть таким честным дается ему нелегко.       – Что я хотел сделать со своей жизнью. Кого я хотел видеть в своей жизни.       – Ты имеешь ввиду, оставаясь в Звёздном флоте? Или оставаясь на Серритос?       – Нет, – говорит Рэнсом. – Я всегда буду в Звёздном флоте. И, я хочу оставаться на Серритос.       – О, – понимает Брэд. – Так ты имеешь ввиду, что-то из личной жизни?       – Ага, – соглашается Рэнсом и на этом останавливается.       – Хм, – продолжает Брэд. – Я думал, ты как бы классический парень в духе Кирка, не стремишься остепенится.       – Я ничего не говорил о том, чтобы остепениться. – хмурится Рэнсом. – И я не стал бы сравнивать себя с Кирком.       – Почему нет?       – Да ладно, он не так уж и хорош.       – Ну, уверен, он не Сулу или Пайк, или Пикар, но он был капитаном Энтерпрайз!       – Ага, знаю, – говорит Рэнсом. – Хотя, не знаю, он всегда казался мне каким-то придурком.       Он отворачивается. Кажется, он обеспокоен, более обеспокоен, чем когда они смеялись над смертью. Брэд кладёт руку ему на плечо:       – Извини, что ты чувствовал себя несчастным.       – Всё в порядке. – произносит Рэнсом. – Извини, что я сделал это твоей проблемой тоже.       – Это не так. – настаивает Брэд. – Я серьезно. Я знаю ты не помнишь, но это правда было хорошо. Кроме того момента, когда я думал, что меня уволят.       – Ладно. – соглашается Рэнсом.       Брэд отстраняется и смотрит вниз, на крошки, которые остались на полу от граноловых батончиков. Он собирает их в кучу и смахивает прочь. У него в голове зреет мысль, но он не уверен, стоит ли действовать. Одна часть его недоумевает, почему он вообще это обдумывает, в то время как другая его часть услужливо напоминает, что у него осталось около часа жизни, поэтому ему стоит прекратить так много думать и просто действовать. Его охватывает паника, из-за которой он ощущает полное отсутствие совести.       – Возможно, если я расскажу тебе больше о том, что произошло, это бы освежило твои воспоминания. – произносит он, по-прежнему смотря в пол.       – Ты рассказывал мне. – Рэнсом в замешательстве.       – Однако, я не углублялся в детали.       Брэд встречает его пристальный взгляд. Рэнсом моргает, всё ещё не улавливая, или возможно, просто не уверенный в том, что делать. Брэд смахивает ещё несколько крошек и пододвигается к Рэнсому, поворачиваясь к нему лицом. Рэнсом сидит к нему боком и не двигается, продолжая опираться локтями на колени. Мигающие красные авариные огни танцуют на его лице       – Ты сидел на стуле, откинувшись на спинку. – начал Брэд. – А я сидел на нём боком там, где должны быть твои ноги.       Он смотрит на Рэнсома, который молча смотрит в ответ и больше не чувствует смятения. Брэд прикусывает внутреннюю сторону щеки.       – Мы говорили и затем ты…       Он тянется к руке Рэнсома, кладёт её себе на шею, придерживая до тех пор, пока Рэнсом не обхватывает её.       –… Ты сделал это.       Теперь они очень близко. Рэнсом приоткрывает рот, но ничего не говорит, просто дышит. Брэд поднимает брови, немного наклоняется вперёд. Пальцы Рэнсома впиваются в шею Брэда.       – А затем, ты знаешь…       Он бросает короткий взгляд на приоткрытый рот Рэнсома, прежде чем снова посмотреть ему в глаза. А затем замирает, желая, чтобы Рэнсом сделал следующий шаг.       И Рэнсом делает его.       Он тянет Брэда к себе, и они сталкиваются губами. Брэд обнимает его за плечи, а Рэнсом кладёт руки на талию Брэда, как в прошлый раз, но на самом деле, на прошлый раз это совсем не похоже. В прошлый раз всё было медленно, не торопливо. Сейчас это жарко и спешно. Это последняя возможность перед тем, как они умрут и Брэд вкладывает в это всего себя, чувствуя, как Рэнсом отвечает ему тем же.       Он отстраняется, чтобы устроиться на коленях у Рэнсома и обнять его за талию ногами. Задыхаясь, Рэнсом шепчет в губы Брэда:       – Это то, что мы делали в прошлый раз?       – Да, – вздыхает Брэд.       Рэнсом притягивает Брэда ближе, сжимая его так крепко, что тому становится трудно дышать. Брэд целует его до тех пор, пока у него не начинает болеть лицо от трения о щетину Рэнсома. Но даже после того, как этот момент наступает, он не останавливается. Рот Рэнсома влажный и горячий. Это так хорошо, что Брэду хочется засунуть язык ему в горло. Он вплетает свои пальцы в волосы Рэнсома, и тот стонет. Под вспышками красных огней Брэд чувствует, как возбуждается, и понимает, что Рэнсом тоже возбужден.       – Что ещё мы делали? – спрашивает Рэнсом, с почти безумным выражением на лице.       – Это всё. – признается Брэд.       – О, верно. – произносит Рэнсом.       Брэд целует под челюстью и расстёгивает пуговицу на его штанах.       – Но сейчас мы можем сделать больше. – добавляет он.       Рэнсом стонет, когда Брэд засовывает руку ему в штаны, обхватывает его твёрдый член (большой, как и следовало ожидать, конечно же) и совершает несколько движений. Рэнсом меняет их положение, наклоняясь вперед, пока Брэд не оказывается на спине. Он кладёт руку под голову Брэда, не позволяя ему удариться о металлический пол – ошеломляюще нежный жест. Брэд обвивает своими ногами бедра Рэнсома и позволяет ему толкаться в свою руку. Движения получаются несколько неуклюжие. Брэд смачивает руку слюной, затем снова обвивает её вокруг члена Рэнсома, который стонет ему в шею.       – Могу я отсосать тебе? – спрашивает Рэнсом, прижавшись губами к уху Брэда.       Брэд дрожа, простанывает согласие, и Рэнсом опускается ниже, вынимает напряженный член Брэда из штанов и заглатывает его так легко, словно обычное дело. Брэд выгибается, его глаза закатываются, а пальцы на ногах поджимаются. Рэнсом удерживает его бедра и делает ему лучший отсос, который когда-либо мог бы быть в его жизни. Брэд слышит собственный стон, на мгновение испытывая благодарность за то, что находится в спасательной капсуле, зажатой внутри кита, и за последний, интимный момент с мужчиной, который сосет член так, будто это был факультатив, сданный им на отлично в академии.       – Рэнсом… – стонет он.       Рэнсом отстраняется, тяжело дыша; ему это нравится почти так же сильно, как и Брэду.       – Зови меня Джеком. – просит он, быстро и крепко мастурбируя Брэду.       – Джек, я… ах… сейчас кончу. – предупреждает Брэд.       – Кончай мне в рот. – велит ему Джек.       Брэд не нуждается в дальнейших инструкциях. Джек снова заглатывает его член, немного играет с его яичками, впивается пальцами в бедра Брэда, и тот едва сдерживает себя, вцепившись рукой в ​​волосы Джека, стоны переходят в крики, когда он кончает Джеку в рот. Это было слишком, и когда он закончил, Джек притянул Брэда к себе, усадил его и поцеловал, погружая язык в его рот, чтобы вместе насладится этим вкусом. Брэд охватывает рукой член Джека и после пары движений, Джек роняет лоб на плечо Брэда и кончает в его руку.       Брэд вытирает руку о пол, и, на мгновение, ощущает себя легче воздуха. Джек целует его и Брэд чувствет, что губы Джека припухли, как и его собственные. Красные огни продолжают мигать. Они мигали всё это время.       – Если мы вернёмся на Серритос до того, как нас переварят, – бормочет Джек в губы Брэда. – Я сделаю это с тобой в настоящей постели, а не на чёртовом полу. Брэд смеётся.       – Если мы вернёмся на Серритос, ты можешь трахнуть меня на этой постели.       Джек крепко целует его.       – Договорились. – говорит он.       Легко договориться, когда всё подходит к концу. II       Как оказалось, это не конец.       Брэд сидит за панелью управления, постукивая по ней. Его сердце бьется немного быстрее. Уже совсем скоро.       – Сколько ещё? – спрашивает Джек.       – Пять минут до полного проникновения в корпус. – отвечает Брэд.       – Хорошо.       Джек кладёт руку на плечо Брэда и сжимает.       Они ничего не делали, с тех пор как занялись сексом на полу ранее. Они оставались рядом друг с другом и… ну, единственное слово, которое мог бы использовать Брэд – обнимались. Они особо не говорили, просто лежали вместе. Брэд полулежал на Джеке, проводя пальцами по его волосам, а тот слегка почёсывал спину Брэда. Это было приятно, даже мило, и Брэд чувствовал, что может смотреть в красивые карие глаза Джека до конца времени. Это то, что он и делал. По крайней мере, так ему казалось.       Теперь они наблюдают за анимацией на панели управления. Она показывает повреждения, нанесённые спасательной капсуле. Красные огни не прекращают мигать. Нет способа заставить их остановиться, а Брэд не настолько обеспокоен, чтобы потратить последние пять минут пытаясь их отключить.       – Когда корпус будет пробит, и кислота зальёт спасательную капсулу, мы сгорим заживо. – говорит Джек. – Это будет медленно и болезненно.       – Я знаю, – отвечает Брэд, всё ещё пялясь на панель управления.       – Или, – продолжает Джек, его рука сжимает плечо Брэда. – В другой комнате есть фазеры.       Брэд поднимает взгляд на Джека. Его лицо напряжено, попытки сдержать эмоции так же очевидны, как и сами эмоции.       – Ты предлагаешь нам…? – Брэд даже не может произнести это.       – Тебе не нужно было бы. – говорит Джек. – Я могу сначала выстрелить в тебя, а затем в себя.       – Ты бы это сделал?       Джек сжимает губы. Он опускается на одно колено перед Брэдом и кладёт свою руку поверх его, сжимая.       – Я не хочу, чтобы в наши последние мгновения мы наблюдали за страданиями друг друга. – признается Джек, его голос дрожит от волнения.       – Я тоже. – соглашается Брэд. – Мы можем… Мы сделаем это вместе. Одновременно.       – Хорошо. – говорит Джек. – Спасибо.       Брэд кивает. Он чувствует растущую тревогу. Его сердце бьется так быстро.       Джек встает, его рука по-прежнему сжимает руку Брэда. Он помогает Брэду подняться и ведёт его в основную каюту.       Они сидят вместе, скрестив ноги, лицом к лицу, настраивая фазеры на убийство.       – Мы можем подождать? – просит Брэд.       Джек кивает.       – Когда корпус разрушится, мы посчитаем до трёх, а затем сделаем это. Нам не будет больно.       Брэд чувствует, как слёзы наворачиваются у него на глазах. Он замечает, что Джек испытывает тоже самое. Он кладёт руку на лицо Джека и наклоняется, касаясь его губ нежным поцелуем. Джек целует его в ответ, крепко обнимая Брэда за шею, затем немного отстраняется и прижимается лбом ко лбу Брэда. Они отстраняются, чтобы посмотреть друг на друга, и Брэд видит только красивое лицо Джека, его грустные карие глаза.       – Мне жаль. – шепчет Джек.       – Мне тоже. – отвечает Брэд.       Брэд закрывает глаза. Его сердце колотится. Он крепко сжимает руку Джека, осознавая, что им осталось жить несколько минут, если не секунд. Он думает о своих друзьях, надеясь, что они вернулись на Серритос благополучно. Он думает о своей семье, надеясь, что с ними всё будет хорошо. Он думает о своих героях и задается вопросом, был бы он похож на них в другой жизни.       Брэд отстраняется, всё ещё держа руки Джека. Он смотрит в его покрасневшие и влажные глаза.       Стены начинают дрожать вокруг них. Корпус наконец разрушается. Брэд делает вдох и наблюдает, как Джек тянется за своим фазером. Он тянется за своим.       Джек подносит свой фазер к виску Брэда. Брэд делает тоже самое для Джека.       – На счёт три. – говорит Джек. – Один… два…       Спасательную капсулу продолжает трясти, так сильно, что Брэда бросает в бок. Он удивлён – их совсем не трясло в последние несколько часов. Джек пытается выпрямиться, но не может удержать равновесие. Его фазер скользит по полу.       – Это…? – начинает Брэд.       – Я не… Я не знаю. – признается Джек. – Я не думаю…       Снова толчок, на этот раз такой сильный, что Брэд отлетает назад.       Спасательная капсула вращается, вызывая у него головокружение и дезориентацию. Его бросает из стороны в сторону.       Джек хватается за один из стульев, прикрученных к полу, и ловит Брэда, прикрывая рукой его затылок. Они держатся друг за друга и за стул пока всё вокруг крутится. Когда это прекращается, Брэд обнаруживает порез на виске у Джека, прямо там, куда Брэд прижимал фазер секунду назад. Из раны течёт кровь, а взгляд коммандера дикий. Брэд не знает, где их фазеры. Он не понимает, где они сейчас.       – Что это было? – спрашивает он.       – Я не знаю, – отвечает Джек. – Я не…Кислота должна была проникнуть в корпус, нас не должно было так крутить… Я не… Я не знаю.       – Коммандер Рэнсом? Энсин Боймлер? Это ваш капитан, вы меня слышите?       Брэд и Джек уставились друг на друга. Голос доносился из кабины пилота – из системы связи? Но связи нет уже несколько часов!       – Мы мертвы? – спрашивает Брэд.       Джек просто пялится на него.       – Вы слышите меня? Мы здесь в затруднительном положении, нам нужно вытащить вас как можно скорее, прежде чем ваша спасательная капсула разрушится. Похоже между вами двумя и глубоким космосом осталось не так много. Теперь захватите цель.       В этот момент Джек вскакивает и бросается в кабину пилота. Брэд за ним. Он охает от увиденного.       Это звёзды. И, что более важно, это Серритос.       – Заберите нас нахер отсюда!       – Принято, коммандер. – отвечает капитан Фримен, и затем Брэд чувствует знакомую щекотку от телепортации.       Следующее, что он видит – он на Серритос, в транспортаторной. Капитан Фримен и Маринер стоят перед транспортерной платформой. Брэд смотрит в сторону, а там Джек.       У Джека слёзы на глазах, кровь из раны на виске медленно стекает по лицу, но Брэд так рад видеть его. Он тянется к Джеку в тот момент, когда Джек тянется к нему. Его руки обвивают талию Брэда так сильно, что тот едва может дышать. Ему кажется, что он вот-вот упадёт обморок. Его ноги не касаются пола. Они выжили. Он обнимает Джека за шею, зарываясь пальцами в его волосы и всхлипывает у него на плече.       – Хорошо, прекратите! – слышит он. Маринер.       – Это серьезно бесит. – продолжает она и Брэд отстраняется, задерживая взгляд на лице Джека ещё мгновение, а затем сходит с платформы.       Вопреки себе, Маринер утягивает Брэда в крепкие объятия. Он отвечает ей тем же. Его тело дрожит.       – Ты в порядке? – шепчет она ему.       – Угу, – говорит Брэд, но его голос неровный.       Она обнимает его крепче.       – Заканчивайте, вы все. – говорит капитан Фримен. – Нам нужно провести допрос, но сначала … – она касается своего комбейджа. – Фримен мостику, верните нас в пространство Федерации, сейчас же.       – Да, капитан.       Маринер крепко держит Брэда за руку, ведя его в конференц-зал. Брэд неуклюже садится в кресло, всё ещё дрожа и всхлипывая, всё ещё не веря в то, что не сгорел заживо в желудочной кислоте космического кита и не умер от фазера Джека, пробившего его мозг.       Джек сидит рядом с ним. Брэд замечает, что он пытается собраться с мыслями, и Брэд пытается сделать тоже самое. Однако, когда они встречаются взглядами, слёзы шока и облегчения возвращаются, в основном у Брэда, но и глаза Джека тоже блестят от них. Маринер держит его руку в своей, а Брэд оглядывает стол, чтобы увидеть Тенди, Резерфорда и Шакса, а также некоторых учёных с Джуно.       Капитан Фримен начинает говорить, но Брэд слушает вполуха. Хьюгенар и Тредуэлл, как он узнаёт, мертвы. Они запустили свою спасательную капсулу в эпицентр схватки, и она разлетелась на куски. Они умерли в холодных объятиях космоса. Некоторые учёные из Джуно сообщают группе, что они подозревали своих командиров в попытках предпринять нечто подобное, попытаться присоединится к стае. Вот почему так много из них высадилось на Звёздной базе 23 – не из-за близости Нейтральной зоны, а потому, что они беспокоились, что руководство их корабля проигнорирует зафиксированные ими агрессивные действия гормагандеров в это период миграции и убьёт их всех.       – Тредуэлл думал, что они видят в нём одного из своих. – объяснил учёный. – Он думал, они не причинят ему вреда. Он очеловечивал их и не понимал, что они животные. У них своё поведение, и они не видят его так, как он видит их.       – Итак, – произносит капитан Фримен. – Весь ваш корабль знал, что капитан Тредуэлл был… Скажем так, в замешательстве. Нестабилен. И вы знали, что Хьюгенар согласиться на всё, что он захочет. И потому, вы запросили корабль с большей огневой мощью, чем ваш, не из-за близости к Нейтральной зоне, а из-за опасности, которые представляли сами гормагандеры?       Учёные кивают.       – И вы понимали, что подвергаете членов моей команды опасности?       – Капитан, вы уже знали, что это будет опасно. – возражает учёный. – Ромуланцы по-прежнему представляли угрозу…       – Мы не знали какая опасность нас ждёт! – перебивает Маринер. – Иначе, мы бы, блять, этого не сделали!       Капитан Фримен скрещивает руки. Брэд понимает – она в ярости.       – Мой энсин прав. – говорит она. – Ваша ложь поставила мою группу высадки, в опасность, которую они не могли осознать. Гормагандеры находятся под угрозой исчезновения; если бы они напали на Джуно, и мы попытались бы защищаться, то нарушили несколько законов о защите природы! Моя команда не была готова к такому риску и двое из них чуть не погибли. Вы поставили нас в безвыходное положение. У меня нет выбора, кроме как сообщить командованию Звёздного флота. Мы высадим вас на Звёздной базе 23 с остальной частью вашей команды, а военный трибунал разберется с этим сам.       Учёные склонили головы, принимая свою судьбу. Фримен стоит.       – Мы благодарны за вашу помощь в спасении коммандера Рэнсома и энсина Боймлера. Разумеется, без вашей помощи мы бы не смогли освободить их вовремя.       Маринер мёртвой хваткой держит руку Брэда. Он чувствует, как трещат его кости.       – Тем не менее, они бы не оказались в такой опасности, если бы не вы. Свободны. Вас сопроводят в карцер, пока мы не доберемся до Звёздной базы 23. Учёные встают, чтобы уйти. У двери их встречают пара младших лейтенантов Шакса. Один из учёных оборачивается и встречается глазами с Брэдом, затем поворачивается и позволяет сопроводить себя в карцер.       Капитан Фримен подходит и встает позади Брэда и Джека, положив руки им на плечи.       – Вы в порядке, мальчики? – спрашивает она.       – Мы в порядке, капитан. – отвечает Джек, его голос хриплый и грубый.       Брэд может только кивнуть. Он думает о том, как Джек прижал фазер к его виску.       – Ты ранен, Джек. – говорит капитан Фримен.       Джек прикасается к своему лицу, словно только что это заметил.       – Это ерунда, капитан. – отвечает он.       – Вы оба будете освобождены от службы до послезавтра. – сообщает капитан Фримен. – Я предлагаю вам найти время и поговорить с доктором Миглимо в эту увольнительную. Если вам нужна дополнительная поддержка, или продление отпуска, мы это обеспечим.       – Спасибо, капитан. – отвечает Джек.       Брэд понимает, что она смотрит на него, но он может только кивнуть.       – Хорошо. Я думаю, на сегодня достаточно. Энсины, сопроводите мистера Боймлера к его койке, пожалуйста.       Энсины поднимаются, и Маринер тянет Брэда к двери. Пока они идут, он оборачивается в направлении конференц-зала, где капитан Фримен, Шакс и Джек, смотрят им в след. Маринер тянет его через дверь, пока он смотрит в лицо Джека, и затем двери закрываются. Брэд следует за своими друзьями, оцепенело, полагаясь на них, чтобы добраться до места назначения. Они добираются до нижних палуб и, в следующий момент, он оказывается мягко подталкиваемым к своей койке. Он понимает, что его сердце не прекращало бешено колотиться.       – Мы можем принести тебе что-нибудь из мед.отсека, чтобы помочь тебе уснуть. – предлагает Тенди. – Или, если ты хочешь, что-нибудь от боли? Или тревоги? Ты голоден? Тебе что-нибудь нужно?       Брэд смотрит в обеспокоенные лица своих друзей, а затем собирает всю свою энергию, чтобы спросить:       – Как вы нас вытащили?       – О! – говорит Тенди. – Ну, Шакс ошибался ранее. Серритос вошёл в Нейтральную зону, чтобы забрать нас. Мы поднялись на борт через пару минут, после того как вас проглотили. Затем рассказали всем, что случилось. Нам удалось догнать и отследить гормагандера, которой проглотил вашу спасательную капсулу.       – Мы ничего не могли увидеть, когда пытались просканировать их…, полагаю, наши сканеры не так совершенны, как на Джуно. Мы не могли быть уверены, в каком из них вы находитесь, но у нас было предчувствие, что это тот, который двигался очень медленно и явно чувствовал себя плохо. – продолжает Маринер. – Вы, ребята, с этим не согласились.       – Учёные с Джуно помогли нам понять, как вас оттуда вытащить. – добавляет Резерфорд.       – Мы приманили его тем, что выглядело как альфа-частицы, но на самом деле, это было то, что мы синтезировали, чтобы его стошнило. К счастью, несмотря на плохое самочувствие, он всё ж пытался поесть. Затем, прошла минута или две, прежде чем вы снова вылетели наружу.       Брэд думает об этом, о экипаже Серритос и учёных, которые работают вместе, чтобы вытащить их.       – Что на счёт ромуланцев?       – Ну, – говорит Тенди. – В Нейтральной зоне были ромуланцы, но это оказался научный корабль. Они тоже были там для наблюдения миграции! Когда мы рассказали им о том, что произошло, они сильно разозлились, но они согласились позволить нам попытаться вытащить вас, просто потому что не хотели, чтобы с гормагандером, который вас съел, случилось что-то плохое. Я думаю, ромуланцы тоже беспокоятся о снижении их численности.       – Хм. – произносит Брэд. Он о чём-то думает и улыбается. – Так вы ребята, заставили кита нас вычихнуть.       – А, нет, – говорит Маринер. – Мы заставили его вас выблевать.       Брэд некоторое время ничего не говорит. Он думает о своём фазере, прижатого к виску Джека. В следующее мгновение, они могли бы быть мертвы.       – Мы рады, что ты в порядке, приятель. – говорит Резерфорд.       Тенди кивает, а Маринер снова берет Брэда за руку.       – Спасибо, ребята. – произносит Брэд.       Он понимает, что теперь, когда всё закончилось, он истощён. А потому засыпает, не успевая снять свои ботинки. III       Брэд не утруждает себя выходным на следующий день. Он не знает, чем занять себя в это время, кроме как сидеть и думать, что он был в шаге от смерти. Вместо этого, Брэд занимает себя работой и пытается не представлять Джека с фазером, прижатым к его виску.       Маринер отводит его в бар после их службы, и он обещает ей, что скоро вернётся в норму. Она предлагает забронировать голодек для них, чтобы сделать что-то расслабляющее, типа побездельничать на пляже или поиграть с щенками. Брэд думает о голодеке и интересуется, добавил ли кто-нибудь программы с сексуальным сюжетом «В ловушке с Рэнсомом в спасательной капсуле».       Он узнает, что Джек тоже не взял выходной. Ему интересно, испытывает ли Джек те же трудности, что и он. Потому извиняется перед Маринер и отправляется выяснять. Его напиток остается нетронутым.       Бортовой компьютер информирует его о том, что Джек в своём офисе, так что Брэд направляется туда. Когда он заходит в кабинет, то застает Джек сидящим за столом и смотрящим в экран планшета.       – Привет. – говорит Брэд.       Джек поднимает взгляд. На его лице отражается целый спектр эмоций. Он откладывает планшет и предлагает Брэду сесть.       – Как ты? – спрашивает Джек.       – Плохо       Джек кивает.       – Это тяжело поначалу, приспосабливаться.       Брэд замечает, что Джек выглядит уставшим, но его волосы уложены, глаза относительно яркие, и он выглядит гораздо лучше, чем, вероятно, Брэд.       – Как ты приспосабливаешься? – спрашивает Брэд.       Рэнсом барабанит пальцами по столу.       – Обычно просто, знаешь, притворяюсь, что этого никогда не было.       – Что?       – Нда, – произносит Джек. – Знаешь. Просто… Забудь об этом. Не думай об этом.       – Мы почти умерли. – напоминает Брэд, его голос хриплый. – Мы почти убили друг друга.       – Мы почти сделали это. – признает Джек. – Но мы не довели дело до конца, верно? И, поверь мне, это не последний раз, когда будет казаться, что ты на грани смерти. Мы… возможно, нам следовало больше доверять Серритос. Но, это не важно. Мы целы, и мы вернулись и есть работа, которую нужно делать. Просто… Не оглядывайся на это, хорошо?       – Хорошо, – с сомнение говорит Брэд. – Так, каждый раз, когда тебя почти убивают на задании, ты просто… заметаешь это под ковёр?       – В общем, да. Миглимо всегда готов обсудить всё, конечно, но… Я думаю, он может помочь в определенных пределах. Ты разберёшься, что с этим делать. Это часть работы, энсин. Это часть службы в Звёздном флоте.       Брэд кивает. Он смотрит вниз на свои руки и чувствует себя идиотом за то, что спрашивает:       – Так, просто притворимся, что ничего не произошло?       Брэд слышит вздох Джека, но не может поднять взгляд.       – Да, думаю так будет лучше.       Брэд поднимает взгляд. Джек, по крайней мере, выглядит немного виноватым, но он старается не показывать этого. Он старается не проявлять эмоции, но они просачиваются наружу, как желудочный сок сквозь корпус спасательной капсулы.       – Мне жаль, – говорит Джек. – Один раз – это случайность, но мы не можем продолжать…       Это не должно стать привычным, понятно? Я знаю, что сказал ранее, хм, о том, если мы вернёмся…       Он замолкает. Брэд слишком устал, чтобы чувствовать смущение из-за этого, поэтому он просто ждёт.       – Этого не произойдёт, понятно? Даже если… Даже если бы мы сделали всё правильно, оформили бы все документы и всё такое… Это не значит, что мы даже примерно на одном уровне, верно? И я отвечаю за тебя.       Брэд вспоминает, что Джек сказал на спасательной капсуле, что это его работа, а не Брэда, поддерживать профессионализм. Он понимает, что именно сейчас делает Джек.       – То, что произошло, это было… Это было в порыве момента. Это не… стоит повторять. Если бы мы хотели… продолжить это, если бы мы обнародовали это, Звёздный флот переназначил бы кого-то из нас. Я видел, как это происходит. Они утверждают, что всё в порядке с этими вещами, когда все соблюдают правила и заполняют формы, но на деле это не так. Здесь слишком большая разница в ранге, чтобы чувствовать себя комфортно, и они правы. Они заставляют переназначения казаться случайным, но это не так. Я не хочу покидать Серритос и я знаю, что ты тоже.       Теперь Брэд уже не уверен. Ему всё меньше и меньше хочется оставаться здесь.       – Хорошо. – произносит он.       – Ты понимаешь, о чём я? – спрашивает Джек. – А ты, ты хочешь подняться по карьерной лестнице, верно? Это сделает всё более сложным, не так ли?       – Верно. – признаёт Брэд. – Конечно.       Он натягивает глупую улыбку и встаёт.       – Однажды я стану знаменитым капитаном, и я не могу позволить своим биографам переключать внимание на такие неважные вещи как разговоры о тебе.       Это грубо, и Джек выглядит немного удивлённым, но быстро приходит в себя.       – Конечно нет, – говорит он. – С нетерпением жду возможности прочитать биографию, энсин.       Брэд кивает, затем выходит, не утруждая себя отдать честь или сказать до свидания. Он направляется обратно в бар. Маринер по-прежнему там. Тенди и Резерфорд присоединились к ней. Они радостно встречают его. Он залпом выпивает свой напиток.