Черти и Ведьмы

***

– Мне кажется, они начинают что-то подозревать, – чуть ли не с порога обеспокоенно говорит Альфёдов, что только вернулся от своей семьи. – Ты сейчас о чем конкретно говоришь? – уставши вываливается ему на встречу Джаст, стараясь опираться на дверной косяк. – С пробуждением, спящая красавица, – все так же нервно выдает сарказмом Алф. – Ближе к делу, – приоткрывая один глаз непринужденно говорит Джаст. Хотя он и сам тоже начинает немного нервничать, что отчётливо видно по хвосту, который достаточно сильно бьёт по стенке. – Мне кажется они начинают понимать, что ты не являешься человеком. Не говорю за точные принадлежности к тому или иному, но факт остаётся фактом. – он с силой сбрасывает кофту на стоящую неподалеку табуретку, с нее слетает немного пепла. В шкаф позже повесит.       И сон с Джаста как рукой снимает. Этого им ещё не хватало. Нет, конечно рано или поздно это должно было случиться, но они сами только привыкают к особенностям совместной жизни.       Как никак прошло только четыре месяца после того как они во всем признались, хоть кажется, что это много, но поверьте это только кажется.       За эти, почти полгода (плюс минус два месяца, кого это вообще волнует?) произошло не так уж и много.       Альфёдов стал более тщательно относиться к выбору своего направления в ведьмовстве. Ведь после того как они обсудили с Джастом всю ту "Санта-Барбару", что происходила в течение той злосчастной недели и чуть больше, то Алфу стало откровенно плохо.       Джаст же в свою очередь теперь у себя дома в открытую щеголял в истинном облике, сверкая темной кожей, рогами и милым, по мнению его парня, хвостиком. Плюсом в копилку и стал жгучий интерес Альфёдова к демонической магии. Поэтому иногда вечерами они даже вместе практиковались.       В общем их жизнь шла своим чередом, где каждый пытался понять другого. И в этом они более чем преуспевали. – Они хотят с тобой встретиться, – уже более успокоившись продолжает Алф, смотря в ошалевшие глаза беса. – Думаю, мы оба понимаем, для чего в первую очередь они хотят это сделать? – то ли утверждение, то ли риторический вопрос, было не понятно. Но в ответе он точно не нуждался. Все и так было на виду.       Джаст зажмурив глаза громко вздыхает. Откидывает голову на косяк, ощущения не самые приятные, но сейчас это совсем не важно. Одна напасть за другой, что ж происходит то?       Из задумчивости его выводят холодные руки на собственной талии. На плече ощущается приятная тяжесть. Джаст чувствовал, что Ал немного подрагивает, что-то бормоча. – Если они узнают, то изгонят тебя, – смог разобрать черт. Остальное не было важно. Он лишь сильно обнимает Алфа в ответ. – Давай сделаем так, – начинает рассуждать Джаст, чуть поглаживая Ала по спине, в попытках немного успокоить. – сейчас морально и физически, – намекает на магические штучки. – к этому готовимся, а потом решаем, что да как. Если дадим сразу резкий отказ, то поверь, подозрения станут только сильнее. – рационально старается рассуждать Джаст, насколько конечно позволяет ситуация.       Альфёдов молчит и лишь сильнее прижимается к чертёнку. Возражений не было, значит ответ положительный. Так было всегда и этот раз исключением не стал.       Но они все равно продолжают стоять так в обнимку, пока Альфёдов успокаивается. У Джаста же от неудобства позы руки уже немеют, но он об этом никогда не скажет, а лишь молча продолжит стоять столько сколько потребуется.

**1**

      От книги Джаста отвлекает резко открывшаяся дверь в зал, с характерным противным хлопком. У беса даже немного уши закладывает, он в принципе всегда был слишком восприимчив к громким звукам. – Алф, что за...? – недовольно бьёт хвостом об диванную подушку начинает было возмущаться, но договорить ему не дают. – Временное выселение тебя на пару часов, – нервно тараторит Альфёдов, достаточно сильно нервничая, хоть и стараясь скрыть этот факт. – Только что звонила Алина и говорила, что заедет на чай. – более скептично отвечает на немой вопрос витающий в воздухе.       И Джаст понимает. И он больше не возражает. Старшая сестра Альфёдова явно весомый повод, чтобы сходить погулять как можно подольше.       Уйти совсем тихо не вышло. По неведомой случайности на выходе из подъезда пересекается с двумя, какого черта, представительницами семьи своего парня. Благо в живую никогда не виделись и уйти получилось тихо. Там же вроде что-то в магазине ещё надо было?

<—————>

      Альфёдов, встречая двух своих сестёр, вместо одной, тоже был немного в растерянности, но виду не подал. Загнал обеих на кухню, уж явно по безопаснее чем в гостиной сидеть. Лишние вопросы им не нужны.       На плите кипит чайник, а по столу стучат чашки и маленькие блюдца для сладостей. Альфёдов старается непринужденно начать диалог. – Ты вроде не говорила, что Алёна будет с тобой, – стоит к ним спиной, мирно разливая чай по чашкам. Руки немного подрагивают. – Ну, уезжали то мы вместе. Куда ей пропасть то? – хихикает Алина, смотря в маленькое карманное зеркальце поправляя объемные белые кудри. – Только если бы я специально ее где-то оставила. – Я даже не удивился бы, если честно, – закатывает глаза Алф, ставя чашки перед девчонками. Алёна на это фыркает. – Не настолько я уж и проблемная, как вы всегда говорите, – и по детски дуясь, складывает ручки на груди. Алина на это искренне посмеивается и гладит младшую по волосам. – Мы вовсе не это имеем ввиду, милая. – мягко признается старшая. Алёна сразу поворачивается обратно, лицом к ним. – Честно, честно, – тихонько и очень по детски уточняет, повторяя несколько раз. – Честно, честно, – тоже переходя на более детскую манеру повторяет более уверенно Алина. Младшая сразу улыбается во все зубы и обнимает девушку, та лишь поглаживает ее по голове.       Альфёдов действительно поражался как ей одним предложением удается успокоить это маленькое исчадие ада. Хотя, поправочка, как выяснилось даже исчадие ада будет по приятнее. – Ты бы стала хорошей мамой, Лин, – отворачиваясь к гарнитуру говорит Алф, уже не в первые кстати. – Не начинай как мама, прошу, – жалобно тянет Лина. – Мне и ее по горло хватает. На уровне историй: «Я пожалела, что родила вас всех так поздно. Ты поэтому смотри, не упусти свое время». – стараясь делать максимально строгий и скрипящий голос, пародирует мать девушка. – Да, да, да. – растягивая слова, усмехается Алф. – Тут правда смотря для кого поздно. По ведьминым меркам очень даже рано получилось. – И я про то же. Мне всего-то двадцать восемь, какие дети? Мне и вас двоих по горло хватает. – Эй!? – практически одновременно возмущаются Алёна с Альфёдовым, поворачивая головы на старшую. Алина с этого лишь заливается смехом.

<—————>

– А знаешь, – сладко тянет Алина, макая печеньку в чай. Алфу такой тон уже не нравится. – Мама тут говорила, что у тебя парень появился, уже достаточно давно. И вы даже живёте вместе, – она показательно вертит головой. Прямой вопрос: «Где он?» – А ещё вроде как хотела с ним встретиться. – все так же размашисто тянет слова. – Говори на прямую, – уже догадываясь к чему все это катится, перебивает ее Альфёдов. – Ну просто раз уж такое совпадение, – «Ага, конечно. Совпадение.» – проносится в голове парня. – то раз вас там ждут и мы туда едем, то совместим приятное с полезным и поедем вместе? – упрашивающе хлопает накрашенными ресничками Лина, невинно заводя за ухо локон белых кудрей. – Мы с Джастом думали позже наведаться. – Алф отводит взгляд. Людям легче врать когда не смотришь им в глаза. – как никак спонтанно никто этого не делает. Нужно включить это в свое расписание, да и я там сам был относительно недавно. – ложка с силой стучит о стенки чашки, показывая, что парень немного нервничает. Алф надеется, что это не так сильно заметно. – Поэтому наверное буду вынужден отказаться, от такого привлекательного предложения. – не очень то и сильно он сожалеет, если честно.       И Алина меняется в лице. Улыбка пропадает, а взгляд становится как будто стеклянный. Глаза прищуренны и смотрят ровно в сторону парня. Это достаточно жутко. И хоть он все ещё не смотрит на сестру, по коже ползут холодные мурашки.       Ну все, вот и приплыли. Остановите пожалуйста, Альфёдов хочет выйти. – А может тебе просто есть что скрывать? – по коже, от такого резко пониженного и спокойного тона сестры, прошлась дрожь. – Просто пока мы у тебя были, я заметила кое что. И у меня имеются вопросики. И думаю появятся они не у меня одной. – медленно и словно специально тихо и растягивающе говорила Алина. Манипуляция высшего уровня. А самое главное, что сука очень рабочая. – Особенно по поводу правил "Ведьминого дома". Мне стоит спросить о том, почему важные аспекты были не соблюдены? – И она пристально смотрит на собеседника. Складывается впечатление что она вовсе и не моргает.       Сердце Альфёдов пропускает длинный, тяжёлый удар, а липкое чувство нервозности которое было несколько часов назад вновь возвращается. Даже сам того не замечая, Алф старается практически не дышать из-за чего перед глазами иногда рябит. – Я искренне не понимаю о чем ты, – стараясь говорить максимально спокойно и ровно возражает Альфёдов. Но осознание своего проигрыша достаточно сильно по нему бьёт. Спорить дальше опасно. – Но раз уж так вышло, то ладно. – соглашается Алф, подписывая себе увлекательное путешествие по проверке своих нервов на прочность. – Сейчас позвоню Джасту.       Алина гаденько улыбается и, с повышенным чувством собственного достоинства, встает из-за стола направляясь в гостиную за оставленной ранее там Алёной. Это обещает быть интересным.

<—————>

      Загнав Джаста с Алёной в машину, Альфёдов и Алина проверяли собранные вещи стоя на пороге квартиры.       Алина "очень любезно" убедила Алфа с Джастом остаться у них дома на три дня. Не сказать, что последние были этому рады, особенно бес, но виду конечно никто не подал. – А, Джаст ведь не человек, да? – максимально неожиданно, напрямую спрашивает Алина. Голос не был спокойный, без какого-либо подтекста даже. Поверьте парень умеет это определять.       Альфёдов на мгновенье замирает с силой сжимая какую-то вещь в руке, он даже не обратил внимания, что именно это было. Не до этого сейчас. – С чего такие странные выводы? – аккуратно интересуется парень, стараясь держаться максимально спокойно. Насколько конечно позволяла ситуация. – Многие важные правила не были соблюдены, – прикрыв глаза начинает рассуждающе перечислять девушка. – Как по совпадению, Джаста не было дома. Пепел в прихожей и гостиной, тоже говорит сам за себя. – и она смотрит на Алфа, тот в свою очередь старается делать в точности наоборот. – Да и твоя нервозность, как бы ты ее не пытался скрыть, погоду лучше не делает.       Алина выжидающе молчит, пристально наблюдая. Атмосфера давит. Но Альфёдов ничего так и не отвечает, лишь пытаясь запереть квартиру.       Несмотря на это Лина всё понимает, хоть и продолжает молчать. И от этой маленькой победы она впервые не понимает, какие эмоции испытывает.       Подходя к машине ребята слышат звонкий голос младшей сестры, что очень весело рассказывала какую-то историю. А до ушей доходит мягкий мужской смех. Альфёдов садясь в машину на это лишь улыбается. – Вы уже вернулись? – все так же радосто восклицает Алёна, просовываясь между передних сидений. Вопрос был сугубо риторический конечно же. – Наконец-то. С дядей Джастом конечно было очень интересно, но уже хочется встретиться с мамой. – девочка откидывается обратно на заднее сиденье. Альфёдов посмеивается, а Алина осторожно поворачивает назад. – Неужто так интересно прям было? – поддерживая веселую атмосферу, немного в саркастичной форме спрашивает девушка. – Да. – не понимая к чему такой странный вопрос, все так же громко, выкрикивает Алёна. Она же только что это сказала. – он очень хорошенький. Мне понравился. Бабушке тоже, думаю, понравится. – говорит свою чесную оценку девочка, совсем не обращая внимания, что объект обсуждения все ещё сидит рядом.       Джаст на это совсем немного краснеет и смущённо отворачивается к окну. Альфёдов с этого посмеивается так же как и Алина. И одна Алёна пытается понять, что тут не так переводя взгляд между людьми.

**2**

      Дом где жила одна из ветвей морозного шаба поистине удивлял. Он не был вычурным или сильно выделяющимся, но участок был очень даже большим. Джасту от этого становилось немного не по себе.       Алёна сразу убегает в дом, а Алина радостно приглашает их войти, конечно больше это приглашение было адресовано Джасту. И бес действительно проходит на участок, без какого-то магического сопротивления. Благо о подобном они с Алом позаботились.       В дом Джаст пока не заходит, проходя в обход на задний двор, Алф следует за ним. Двор был безумно красив. Складывалось ощущение, будто он попал в оранжерею. Настолько много тут было растений, многих из которых он даже не знал (скорее всего многие виды тут были очень редкие и древние).       Пока Джаст осматривается, он даже не замечает, что к ним подходит не молодая на вид женщина. Если смотреть по человеческим меркам, бес дал бы ей лет шестьдесят семь. По ведьминым меркам парень прикидывать побоялся. – Здравствуйте …, – немного замявшись, практически сразу здоровается Джаст, как только выходит из своих раздумий, но немного мнется. – Амара, – представляется старушка (насколько так вообще можно говорить с учётом обстоятельств?), мило улыбаясь. Джаст повторяет этот жест. – Рада познакомиться с тобой, Джаст. – а ведь он даже ещё не представился. Хотя удивляться тут явно не чему. – И тебя я тоже рада вновь видеть Альфёдов. – поворачивается к сидящему на лавочке парню Амара. Тот немного смущается. – Не могу сказать того же, в данной ситуации, – с неким сожалением говорит Ал. Прабабушка все и так понимает, возможно даже все и так знает, опыта у нее в отличие от всех тут живущих явно выше крыши (а она точно знает, Алф что угодно поставить готов). – Не принимай на личный счёт только. – Даже и не думала, – и прикрыв глаза женщина снова улыбается. – А тебе я надеюсь здесь понравится. – вновь поворачиваясь к Джасту, протягивает что-то в его сторону. На недоумевающий взгляд беса только кивает. – Спасибо вам большое, – искренне благодарит, вертя какой-то странный завязанный брелочек в руках.       Он выглядел забавно, как несколько (три) узелков вокруг монетки с дырочкой посередине, а из центра свисала кисточка украшенная бусинками. Цветовая палитра была будто специально подобрана под самого Джаста (он уже ничему не удивиться) – черный, белый и зелёный. Это было очень приятно. С губ не сходила глупая улыбка.       Альфёдов стоящий уже рядышком, тоже смотрел на брелок в руках своего парня и глазам не верил. Этот казалось бы маленький жест был гораздо выше и важнее любых слов. Эта маленькая штучка была как пропуск в семью, благословение, и одобрение, и ещё много других слов и синонимов. – Спасибо, – тихо и, насколько только это было возможно, искренне говорит Альфёдов, чуть кланяясь.       Амара на это лишь молчит и улыбается в ответ. Она точно знает больше, - и это понимают все присутствующие, - поэтому в будущем в собственных действиях сомневаться уж точно не будет.

**3**

      С момента их приезда прошло уже часа три наверно, Джаст не смотрел на время. Альфёдова забрали в дом, на родную кухню, а сам бес остался один, все так же продолжая находится на заднем дворе дома. Он бездумно раскачивался на качелях, все глубже погружаясь в свои мысли. – Дядя Джаст, – вырывает из безмятежности звонкий голос Алёны. Бес немного вздрагивает. Шум ему крайне не приятен. Слишком он к нему чувствителен. – А можно задать вам один вопрос? – смущается девочка заводя ручки за спину. Глаза немного тупит в землю, которую ковыряет носом туфли. – Конечно можно, – улыбается Джаст, хлопая ладошкой по соседней качеле. – Странно о таком вообще спрашивать. – Бабушка всегда говорила, что при общении с малознакомыми людьми или новыми людьми в близком окружении, это будет считаться хорошим тоном, – беззаботно, будто выучив наизусть, уже более спокойно объясняет Алёна, с силой раскачиваясь на качелях, что немного поскрипывают. – У тебя хорошая бабушка. Да и сама ты молодец, что прислушиваешься к советам старших, – говорит он размеренно и тихо, а с губ его не сходит улыбка. Руки сложены на коленях, а сам Джаст смотрел куда-то в небо. Алёна на такую похвалу (если так можно сказать) немного смущённо улыбается. – Дядя Джаст, – снова обращается девочка после пары минут молчания. Было видно, что ей немного неловко. – А вы ведь не человек, да? – было это сказано очень по детски наивно. И глазки в сторону отводит. – Знаю, что обычно такое спрашивать неприлично, но раз уж вы вроде как часть семьи, то надеюсь, что все нормально,да? – начинает тараторить Алёна, замечая изумлённое лицо Джаста. – Все в порядке, – прерывает ее бес. Голос его действительно был спокоен. – Можно ли поинтересоваться, как ты это поняла? – для семилетний девочки (хоть и маленькой ведьмы), Алёна была на удивление достаточно сообразительна и воспитана. Хотя не детский характер много где и проявлялся. – Это маленький секретик. – смущённо отворачивается девочка. – В таком случае, пусть и этот маленький диалог, станет нашим маленьким секретиком, – улыбается Джаст поворачиваясь к Алёне.       В своих руках бес демонстрирует недавно полученный брелок, на что Алёна удивлённо вздыхает. Она не говорит больше не слова, а лишь по детски широко улыбается, активно кивая головой.

**4**

      Из дома они уехали в девять часов утра, а сейчас уже подходило два часа дня. Джаст все так же не заходил в дом, если быть уж совсем честным, то он просто очень переживал, даже не смотря на то, что Альфёдов тоже был бы там.       Он не жалел об этом. За все то время, что он провел в саду, бес очень мило общался с Амарой. От этой старушки ничего нельзя было скрыть, но за счёт старых взглядов, она была очень мила с Джастом. А ещё оказалась очень приятным собеседником (оказалось она бывшая методистка по математике, им явно было о чем поговорить).       Ещё немного времени он провел и с Алёной и Алиной, которые выходили в сад проветриться, ведь со слов Лины: «В доме ну очень душно». Сама девушка моментами пыталась узнать что-то про Джаста от него самого. «странное решение» – вынес для себя вердикт парень. Пыталась узнать что-то и от Алёны, что стояла ну уж с очень хитрым лицом, будто действительно что-то знала. Но как и ожидалось она тоже молчала. За это ей была особая благодарность от Джаста.       На данный момент черт мило разговаривал о растениях на их участке с бабушкой Агафьей, попутно помогая той в саду. Именно что в саду, ведь он отвечал за поливку цветов, пока сама женщина копалась в земле убирая сорняки. Ему в принципе было это не сложно, а человеку явно приятно. Из минусов многие цветы тут, как ни странно, были ведьмины, поэтому нужно было быть максимально осторожным. – Мне казалось, что этих цветов практически не осталось, – присев на корточки и рассматривая в близи черные лепестки Катасандры, изумляется Джаст. Мама в свое время про них рассказывала, очень хотела получить к себе в коллекцию. – Занимаетесь домашней медициной? Если да, то их было бы неплохо пересадить в более темное мест. – Джаст оглядывается, осматривая темные участки сада. – Куда-нибудь туда наверное, – махнул рукой в сторону веранды, стоящей недалеко от западной стороны забора. – А ты достаточно хорошо в этом всем разбираешься, – улыбается Агафья, осторожно вставая, с чем ей помогает бес. – У меня мама очень любила заниматься садом. Меня с самого детства практически тоже приучали к этому. – он немного смущённо почёсывает затылок. Мама всегда была той ещё активисткой. Как они только сошлись с отцом? – Особая страсть была собирать редкие виды. Она верила, что их ещё можно спасти от участи пропасть. – и Джаст грустно улыбается, глаза немного блестят. – Милый, что-то не так? – действительно беспокоясь спрашивает Агафья, заботливо кладя руку на чужое плечо.       Мама. Она была лучшей. Всегда уделяла внимание и была очень радостной. Никогда не поднимала руки и не повышала голос. Она всегда могла поддержать и рассказать, казалось, все на свете. Она очень любила подписываться на любые, даже самые безумные, авантюры.       Отец. Он был отличный. С виду холодный и строгий, но внутри был очень мягкий и понимающий. Он всегда мог помочь и если надо защитить. Его любовь к семье поражала, ведь мог поддержать любую задумку, несмотря на то, насколько она была безумной.       Их не стало слишком рано. Остаться одному в десять лет было слишком жестоко. Но экзорцисты не знали пощады во время хода. Джаст искренне благодарен родителям за то, что они отдали за него свои жизни. – Все в порядке. Просто, – он сжимает губы в тонкую полоску и недоговаривает. Эмоции - злая вещь.       Но Агафья все понимает, смотрит с сожаление, но молчит. Они простояли так пару минут. Первым в себя пришел Джаст, вновь возвращаясь к поливке цветов. Агафья же просто мирно продолжала стоять радом. – А знаешь, – спокойно начинает женщина, чтобы хоть как-то сменить тему и вернуть спокойную атмосферу. – Альфёдов, когда был маленький, не очень любил мне помогать. Я бы даже сказала, что отказывался. Всегда находил какие либо отмазки. – Правда что-ли? – немного саркастично усмехается Джаст, вспоминая их маленькую домашнюю оранжерею на балконе. Из всех растений, его собственных там всего два. – Уж что есть, то есть, – вздыхает Агафья. – В детстве он в принципе был очень замкнутым и предпочитал больше изучение, чем практику. Да и не только в детстве. – и женщина присаживается в беседку, к которой они уже успели подойти. – Все изменилось только ближе к концу подросткового возраста. Тогда он активно стал пытаться наверстать упущенную практику. – Вот оно как, – смотря в одну точку задумчиво выносит для себя Джаст.       А ведь именно тогда они примерно и познакомились. Значит ли это, что он хотел набраться опыта, чтобы ведьмовскими методами обезопасить и его самого тоже. Теперь хоть понятно о чем не так давно говорил Альфёдов. « – Правильно все же бабушка говорила, что пожалею о том, что не интересовался семейным делом. Хотя с нашим комбо, что есть знания, что их и нет, все равно приходится выдумывать что-то новое. – В таком случае, ты первый кто может написать руководство о том, как уживаться демону и ведьме. » – Ну, не удивительно теперь, почему наш балкон весь в зелени, – усмехается Джаст прикрыв глаза. Кажется он влюбляется в этого парня все больше и больше. – А в холодильнике нет молока? – улыбается ему Агафья, на что получает недоумевающий взгляд беса. – Ал никогда его не любил. Когда был маленький, даже выливал его в стоящую рядом пальму думая, что никто не видит, – искренне смеётся женщина. Это очень теплые и светлые воспоминания и она рада, что в первые может с кем-то этим поделиться.       Джаст не сразу осознаёт ситуацию начиная сопоставлять факторы. Если так подумать то молоко покупает только бес и используют только для выпечки. И он сам начинает смеяться потирая глаза под очками. В истории жаль только пальму.

<—————>

      Отдохнув Агафья вновь присоединяется к Джасту, который все так же продолжал работать в саду. И только спустя время женщина начинает замечать, что бес не подходит к определенным растениям. – Милый я могу кое что у тебя спросить? – не выдерживает Агафья, когда видит как нервно Джаст отдёргивает руку от цветка мака с силой тряся ей в воздухе. Издалека можно было подумать, что он обжёгся. – Джаст, нас зовут в дом. – словно невероятная удача их прерывает протяжный голос Альфёдова, который очень сильно спасает Джаста.       Ответа на вопрос так и не последовало.

**5**

– У тебя все хорошо? Нормально себя чувствуешь? – интересуется Альфёдов, заводя Джаста в просторную гостиную. – Все в порядке, поверь. Уж хуже твоих детских историй быть явно ничего не должно, – отшучивается бес. – Все кого я встретил оказались довольно милыми. И убить меня пока никто не пытался. – пожимает он плечами, оглядываясь по сторонам. Мало ли кто окажется рядом, будет неловко. – Как думаешь, они уже могли догадаться? – складывая руки на груди, немного нервно уточняет Алф. – Ну, – снова оборачиваясь, посмотрев на все двери тянет Джаст. – Твоя прабабушка точно в курсе, Алёна и Алина все так же не могут сказать наверняка, бабушка тоже уже выстраивает предположения. С родителями я ещё не виделся, – спокойно объясняет свою точку зрения. Он уже не так сильно переживает, но все таки предчувствие чего-то плохого присутствует.       От разговора их отрывает голос Анны, мамы Альфёдова, которая зовёт всех к столу. И почему-то именно сейчас закрадывается предчувствие чего-то не хорошего.       Уже подходя к столовой, Джаст замечает, что атмосфера достаточно напряжённая. Из всей семьи относительно спокойно вели себя лишь Амара и Алёна, примерно представляющие что да как. Возможно к ним можно было бы приписать ещё и Алину, но Джаст без понятия о ее понимании всего. Все таки, что тогда происходило, пока он тогда сидел в машине, остаётся для него загадкой.       А сейчас стоя время перед входом Джаст точно понимает, что портрет о нем явно был составлен правильно. На полу, прямо в арке ведущий в столовую красовалась аккуратная пентаграмма. И судя по тому как сильно сжали его руку, а ещё нервозности и промелькнувшему удивлению Альфёдова, этого художества на полу тут никогда не было. Место паники определенно присутствовало.       Для Джаста сюрпризом на уровне: "нам пиздец", стало лишь то, что одной ногой он уже пересек ловушку, а значит вот-вот и она начнет действовать. По привычке первая реакция – отдернуть ногу, но это не помогает, она как будто прилипла к полу намертво. И теперь ему уже конкретно не по себе и состояние явно граничит с паникой. Одно дело признаться одному единственному Альфёдову, другое дело так тупо попасться перед всей его семьёй (Амара не в счёт).       И конечно все это незамеченным не остаётся, хотя очень хотелось бы, и первой со своего места достаточно резко встаёт Анна, а за ней очень настороженно следом и Алина. Единственные кто изначально относились к нему с сильнейшей опаской.       Джаст окончательно ловит панику, стараясь сделать хоть что-то, пока это что-то, в виде пришедшего в себя Альфёдова, не случается и у беса получается высвободить конечность. Его сразу дёргают назад, закрывая собой. – Алфи. Милый. Отойди от него, – очень серьезно, в приказном тоне тянет слова его мама. Женщина прибывала в состоянии тихой ярости. Наверное поэтому никто больше и не рискнул встать. – Нет, мама, – с таким холодом в голосе, которого даже Джаст никогда не слышал, возражает Алф.       И в помещении повисла мертвая тишина, все боялись сделать первый шаг. Альфёдов понимал, что мама с сестрой явно сильнее его, а влезать в эту разборку, особенно на его сторону, никто уже не будет. Алина с Анной же, боялись действительно всерьез навредить парню, а так же в связи с недоверием, переживали что может выкинуть сам Джаст.

**+1**

– Все будет нормально. Все будет нормально, – с небольшими паузами, недовольно бубнит себе под нос Джаст, стараясь не совершать лишних движений. – Черт бы тебя побрал, Альцест, с твоими советами, – уже злобно шипит бес.       Он безусловно любил Альцеста, тот с Дровосеками практически заменил ему семью и очень помог в трудную минуту. Но иногда этот мужик кажется ему до чёртиков странным, будто знает все наперед. Это жутко.       После этой фразы на Джаста были направлены абсолютно все взгляды представителей старшего поколения. И они выражали только одно. Удивление. – Что ты сейчас сказал? – впервые за все время подаёт голос отец семейства, Александр. Говорит он достаточно тихо, с замерзанием в голосе. Что-то тут не так.       Джаст потупив еще немного в стену, подумал, что терять ему уже нечего. Вряд-ли будет хуже. Куда уж там. – Что если выберусь от сюда, то меня явно ждёт серьезный диалог со своим начальством, по поводу его самоубийственных советов, – достаточно тихо и на одном дыхании, выдает ответ, на очевидно риторический вопрос, Джаст.       И только когда Александр резко встаёт из-за стола, бесу становилось не до смеха. Как бы он не хотел, но начинает машинально отступать назад. Но Альфёдов сделать этого не дал, достаточно сильно вцепившись в его запястье, все ещё держа за собой. «Мученик», – проносится в голове Джаста, когда он понимает, что Ал решил выступать в роли живого щита. Наверное совесть душит, все таки семья его, да и инициативы предотвратить это все на корню он не проявлял. Но бес его понимает. Будь у него такая семья, то он бы тоже старался лишний раз не отсвечивать. Интересно, а как бы его родители отнеслись к Альфёдову?       Но, к большому удивлению обоих парней, Александр подходит не к ним, а Анне, мягко кладя ей на грудь ладонь вынуждая отступить. Она смотрит на него с пониманием и очень быстро возвращается обратно за стол, по пути успокаивая Алину.       Мужчина ногой стирает нарисованную ловушку и жестом приглашает обоих парней за стол. Ал с Джастом переглядываются и недоверчиво смотрят в сторону семьи первого. Этот жест был очень странным и подозрительным. – Не стойте столбом. Мы просто поговорим, – стоя все в том же проходе, поворачивается к ним Александр. Он выглядел спокойно, но доверия это не прибавляло.

<—————>

      Что Альфёдов, что Джаст чувствовали себя не очень комфортно сидя со всеми членами семьи. Джаст конечно был в стрессе больше чем все люди тут вместе взятые, поэтому даже не заметил, что достаточно сильно вцепился рукой в ногу Ала. Тот даже слова на это не сказал, лишь нежно поглаживая чужую кисть своей ладонью. – Ну так, что? – тихо интересуется Джаст, прерывая тяжёлую тишину. Ему честно не хотелось начинать этот разговор, но это явно меньшее из зол. – Альцест. Кто он тебе? – смотря прямо в самую душу, серьезно и очень холодно, что даже у беса пошли мурашки, задаёт вопрос Александр. Вопрос явно подразумевает всю поднаготную их взаимоотношений. От этого становилось ещё более некомфортно и даже жутко. – Он..., – протянул Джаст и замолчал, потупив взгляд в стол.       Он мог бы отшутиться или просто сказать как есть, мол он его взял к себе в Дровосеки, начальник просто и все. Ведь не соврал бы. Но что-то заставило его задуматься. – Он мне как отец, – неожиданно серьезно для себя наконец-то отвечает Джаст. – Мне очень повезло, что тогда мы с ним встретились. Он взял меня к себе под крыло и теперь мы что-то типо работаем вместе, – уже более спокойно продолжает бес, пожимая плечами. Их отношения с Альцестом сложно объяснить. Но они были прочнее всего на свете.       После этих слов, что-то вокруг меняется. Как будто резко становится легче. Мир попал в вакуум. – Думаю в таком случае нам не о чём волноваться, – чуть усмехается мужчина, переводя взгляд на свою жену. Та лишь сдержанно кивает, легко улыбаясь.       Альфёдов, да и все остальные, ошарашенно смотрят на родителей. Это было как-то просто. Минусом это конечно не было, Джаст впервые за долгое время смог спокойно вздохнуть, но все же было что-то тут особое. – Вы с ним тоже знакомы? – срывается догадка с языка Джаста быстрее, чем он смог это понять. – Да, – чуть кивает Александр, тоже начиная улыбается. Это начинало выглядеть немного жутко. – Он в свое время спас нам жизни. Во время "ведьминой инквизиции", – и осматривает всех старших представителей за столом. Те опускают головы, отводя взгляд.       Ведьмы очень серьезно относятся к собственной жизни, несмотря на долголетие они все ещё остаются людьми. Спасти ведьму - значит заработать высшую степень репутации себе и своей "семье", независимо от того кто ты такой, будь даже самый злейший враг. – По гроб ему теперь обязанны, – отзывается молчавшая до этого Агафья. – иногда страшно представить, чтобы было если бы в тот день мы его не встретили. – и она очень печально отводит взгляд в сторону. – Что тогда случилось? – вопрос Альфёдова, которого эта тема волновала больше всех, был адресован всем одновременно. Но этот вопрос был наверное у всех на языке. Он просто первый кто его задал. – Это было достаточно много лет назад, – начинает свой рассказ Александр, который судя по всему единственный кто готов продолжить этот разговор. – Тогда появилась новая, локальная вспышка помешанности на ведьмах и попытке снова их истребить. На тот период наша семейная ветвь только недавно получила независимость от основной части шабаша и мы были очень потерянны получив эту свободу. – мужчина на время замолкает, было видно, что ему не очень приятно говорить об этом. Все таки свой след это оставило на каждом.       Джаст уже было хотел сказать, что если они не хотят ворошить прошлое, то и не надо, но ему не дали остановив простым жестом поднятия ладони. Можно ли было считать, что рассказав эту историю они так своеобразно посвящают его в семью? Бес сказать точно не может. Но честностью отвечают на честность, поэтому больше попыток что-либо предъявить не последовало. – Из-за чего мы попались на разные уловки охотников. А когда обратились за помощью к старшим, нам отказали. Сказали, раз мы хотели свободы, то значит разбираться с этим будем сами. Больше это не их забота, – с губ Александра срывается нервный смешок, полный презрения. – В тот момент нам всем казалось, что мы обречены. Их было слишком много, а мы и так уже потеряли четверых, – он качает головой, явно отгоняя ненужные воспоминания. Но Джасту, да и остальным, сразу было понятно, что он говорит о старших ведьмаках и ведьмах, среди которых были его родители. – А потом, уже на пике отчаянья, мы встретились с ними – Дровосеками, – и глаза мужчины заметно становятся более радостными, будто в них зажглась какая-то искорка. – Они предложили нам помощь и защиту, на время инквизиции. В замен мы должны были рассказать им о том, где чаще всего появляются ведьмы основной ветви нашего шабаша. И я до сих пор не жалею о том, что согласился на это. – Наша "семья" "подарила" нам свободу, но бросила и предала нас. Тем временем как те против кого мы все это время выступали, обеспечили нам выживание, – с нескрываемым презрением в первом предложении и очень смешанными чувствами во втором, отчеканивает Анна. – Ваш шабаш был агрессивно настроен против Дровосеков? – почему-то задаёт достаточно глупый, по крайней мере он сам так считает, вопрос Джаст.       Хотя если вдуматься, то в их конторе из демонов был только он, да и вступил относительно недавно. Альцест – мантикора, Секби – василиск, Сантос – перевёртыш, а Хевил, что был с ними раньше, вообще являлся мимиком. Поэтому все таки вопрос наверное не такой уж и глупый. Морозный шабаш же вроде только против демоном агрессивно настроен, разве нет? – Это история ещё более длинная, – закатывает глаза Амара, что наконец-то обратила на все происходящее внимание. – в следующий раз тебе ее расскажем. Но скажем так. Они все там голодные до власти псы, что на самом деле настроенны против всех. Только вида этому не подают, – хмыкает старушка качая головой. Было понятно, что все сидящие тут плохо относятся к главным шабаша. Но на то есть неоспоримые доказательства. – Знаете, – улыбается Александр, поднимая чашку. Это было впервые когда кто-то притронулся к чему-то со стола. – я рад, что всё сложилось именно так. Пусть мы и пошли против правил, но зато обрели настоящую свободу и нейтралитет. Мы ведь убиваем только тех, кто убивает нас, – скрывает свою улыбку за кружкой с чаем. – Мы сражаемся за тех, кто не может себя защитить, – немного резко поправляет его Агафья. Александр на это лишь посмеивается. – Кому какая вариация будет ближе, – пожимает он плечами, оглядывая всех сидящих за столом. – В любом случае, – поворачивается к детям Анна. – Теперь когда все и все знают, думаю можно сказать, что, Джаст – и она улыбается, уже не так натянуто и фальшиво как в первый раз, а искренне и с заботой. – мы рады, что ты теперь являешься частью нашей семьи.       Единственная кто хотел что-то возразить была Алина, которую сразу же остановили положив руку на плечо. Альфёдов, который до этого вел себя тише воды, ниже травы, на это действие матери победно усмехается и показывает сестре язык. На это уже он получает серьезный взгляд от матери.       Все начинают вести себя по обычному, по домашнему. Кто-то заводит диалог, кто-то уходит за чем-то на кухню, везде начинает греметь посуда. Дом оживает.       Джаст не замечает как сам начинает улыбаться и изредка что-то отвечать. Он даже не помнил о чем они говорили, но это было и неважно. Главное, что ему наконец то не было страшно, что-то поменялось очень и очень быстро, но это не было чем-то страшным. Оно было хорошим.       И снова все заканчивается хорошо, словно в сказке. И он действительно с каждым разом становится все более счастливым. Хотя кажется будто это сон. Вот потяни руку и все рассыпиться. Но единственное, что он ощущает – чужую холодную руку в своей. – Люблю тебя, – шепчет Альфёдов, прежде чем нежно поцеловать беса в губы. – И я тебя люблю, – почти не веря в то, что говорит отвечает ему Джаст.       Его жизнь – это просто полный абсурд. Но Джаст на это не жалуется. Пока его все устраивает и он счистлив, то не важно что будет происходить, справиться можно со всем. Главное, что теперь он не один.

***

– А Секби получается тоже?! – И Секби, и Сантос, и все все остальные, но это уже другая история. Поговорим об в следующий раз.